Good Morning!

Влажное полотенце летит неряшливо на горячую трубу и ожидаемо валится на пол. Чонгук слишком задолбался, чтобы поднимать его, пусть за это ему еще вычитают нотации. Первое, чем он занимается после ночных стрельб загородом, это отмывается от грязи, пыли и пороха. К ним зарулила компания американских ветеранов-котиков, чтобы испытать одну из лучших стрелковых баз в Округе. Намджун обещал подвесить за яйца, если котики хоть намекнут на некачественный сервис. В итоге все всем довольны, но Чонгук очень искренне задолбался. Тишина непривычна после выстрелов ночь напролет, но он довольно быстро абстрагируется, шаря по полкам холодильника. Сытный перекус, и мир стал хоть немножечко приятнее. За широким окном их новенькой студии со свежим ремонтом начинает подниматься солнце. Теплый пол согревает ступни, а на паркете остаются влажные следы, тянущиеся от кухни до большой кровати и исчезающие там же. Глубоко вдохнув, ощущается утренний запах переполошенного постельного, комнатной пыли и тепла. Чонгук ползет по кровати и никак не налюбуется своим чудом. Большая по размеру фиолетово-белая кигуруми сползла и перекрутилась, наверняка причиняя спящему Тэхену дискомфорт. Одна штанина задралась, он аккуратно её опускает, капюшон свернулся и потерялся между подушками. Сон Тэхена всегда был достаточно крепким, чтобы не просыпаться во время чоновых передвижений по квартире и постели. Как и сейчас, Тэ спит на спине, тихо сопит, уткнувшись в подушку, не раздражается из-за руки, поглаживающей его колено. Если есть что-то более возбуждающее суперактивного Тэхена, то это суперНЕактивный Тэхен, а точнее, спящий. Он удобно устраивается на постели, хваля себя за то, что даже трусы не надел. Рассматривает сонного мальчика с опухшими губами, представляет, какой мягкий он должен быть. Ладонь с колена перемещается на пах, мягкий плюш сглаживает движения, но массаж наверняка ощущается. Ныряет в прореху между белыми пуговицами и сразу натыкается на голую кожу. - Т-тэ, - процедил сквозь зубы. Паршивец не утрудил себя трусишками, но Чонгуку это на руку. Вынимает ладонь, обильно облизывает её и возвращает обратно, накрывая мягкую теплую плоть. Бережно сжимает в руке, перекатывает, точечно массирует, кайфуя от этого, словно с игрушкой-антистресс играется. Облизывает подушечки пальцев другой руки и между пуговицами запускает под ткань, прикасается к маленьким коричневым соскам по очереди, не сжимая, нет, без грубости. Чонгук ласкает Тэхена и возбуждается сам. Член в ладони начал набираться упругости, он продевает его через дырочку, опуская ткань пониже, чтобы сильно не пачкать. Перебирается парню между ног, устраивается и берет член в ладонь, опуская ту вверх-вниз. Облизывает языком горячую верхушку, обводит под головкой, зацепляя чувствительное место. Тэхен завозился, и Чонгук сразу же отпрянул. Его мальчик нахмурил бровки и надул губки, сводя с ума этим еще сильнее. Он снова опускается на вставший член, выталкивает изо рта слюну, делая Тэхена максимально скользким, натягивается ртом, лаская языком внутри. Спящий Тэ снова мычит что-то, сжимает пальчики в махровых носках, Чонгук застывает с членом во рту и ждет, пока тот не успокоится. Тэхен уже почувствовал своё возбуждение, но всё еще не проснулся. Начав сосать глубже и активнее, сдерживать Тэ стало тяжелее. Тот вознамерился спрятаться от раздражителя (пусть и приятного, но всё же мешающего спать) и Чон снялся с члена и спрятал его обратно в костюмчик. Перевернувшийся на живот Тэхен, сам того не понимая, презентовал своему бойфренду сюрприз. На заманчиво приподнятой подушкой попе протянулся замок, предназначенный для хождения в туалет без снятия всего кигуруми. Он нашел собачку, потянул её, но та застряла в начале пути, совсем не желая двигаться хоть куда-то. - Скотская собачка, - прошипел он, и не выдержав, взялся за края с двух сторон и потянул. Собачка слетела с одной стороны и осталась висеть на другой, замок разошелся. Чонгук облизывается, наблюдая за открывающимся видом на смуглую мягкую попку. Дрочит одной рукой себе, а второй гладит своего мальчика, распахнув края как можно шире. Видно не только любимый во всех смыслах зад, но и поясницу с небольшими ямочками и даже соединение ягодиц и бедер – любимое местечко, которое Чон обожает облизывать и кусать. Он лижет от одной ямочки на пояснице, чуть всасывает ягодичку и заканчивает на бедре. То же самое достается второй половинке. Просовывает руки под плюш, обнимая ладонями талию, голову устраивает на попке, трется об нее щекой, оставляет влажные поцелуйчики, мечтая куснуть. Наигравшись, своим лицом раздвигает половинки, моментально чуя запах сочного нектарина – смазки-фаворита этого месяца их бурной половой жизни. Замычав вслух, Чон сильно втягивает в себя разработанную влажную дырочку. Тэхен ворчит что-то наверху, но он уже не обращает внимания. Пока Чонгук ночью бегал с карабином по лесу, Тэ играл с пальчиками в своей попке. - Развратный мальчишка, - хрипит, отстранившись, и дует на дырочку, та сжимается от внешнего раздражителя, он облизывает её снова и анус расслабляется. – Что ж, так даже лучше. Чонгук честно собирался вылизать своего мальчика, растянуть, заласкать, но раз такое дело… Он поднимается, накрывает Кима сверху, сдвигает чужие бедра, чтобы лежал ровнее, размещает между своих ног. Самое сложное – не разбудить. Нащупывает под матрасом тот самый бутылек, размазывает по своему стволу так обильно, что с того стекает, подставляет ладонь ловить капли и направляет давно крепкий член между сочными половинками. Уткнувшись в дырочку, остановился, зажмурив глаза и глубоко вдыхая. Чонгуку хватает терпения выжидать объект на позиции семь часов (рекорд), а терпения медленно войти не находится. Сцепив зубы, проталкивается по сантиметру, ему они кажутся вечными. Тихое сопение успокаивает, а вот тихие вздохи наталкивают засадить глубже и резче. Поняв, что так дело не пойдет, Чон выходит и ложится набок. Притягивает к себе парня, и тот по привычке перекатывается набок, пододвигаясь спиной к груди Чонгука, становясь маленькой ложкой, Киму такое провернуть во сне – обычное, привычное дело. Погладив по животику, он опускает руку на пах, тот стоит, топорщит белый плюш, Чонгук довольно в руке его сжимает. Для удобства отодвигает верхнюю ногу Тэ вперед, копируя движения на себе. Снова входит, уже легче, свободнее, быстрее. Оказавшись внутри полностью, низко стонет в шею любимого. Та влажная от пота, Тэхен дышит тяжело и на грани бодрствования. Чонгук обнимает его, прижимая к себе, и Тэ расслабляется. Он трахает мальчишку на боку, медленно загоняя член в тесноту и также медленно из нее выгружаясь. Опаляет дыханием вспотевшего Тэхена, целует куда попадет, оставляет влажные мазки языком, притирается к любимому. Спящий Тэхен так легко впустил его в себя, что так может ощущаться лишь сказка. Расслабленный и милый покоится в его объятиях, беззащитно позволяя себя натягивать. Когда появилась потребность сновать членом в дырке быстрее, Чонгук протянул руку, чтобы нырнуть ею между пуговицами и нащупать мягкий высохший член. Он гладит своего мальчика, точечно заставляет твердеть и только потом облизывает ладонь, чтобы не причинять дискомфорта. Тэ мотает головой, сглатывает тяжело и открывает ротик. Невозможно удержаться, поэтому отнимает руку от члена и погружает два пальца между напухших губ. Там влажно, слюна стекает в щеку и выливается за уголок, стекая по нахмуренному лицу. Он собирает влагу и вынимает из заманчивого рта пальцы и касается ими напряженных сосков. Проделывает то же самое, чтобы опустить немного слюны на головку, только Тэхен неожиданно сцепляет зубы. Зашипев, Чонгук вытаскивает пальцы, чтобы Тэхен инстинктивно его не ранил. Тот растерянно вскрикивает на особо глубоком толчке и сбито дышит. Не теряя времени, Чон просовывает свою руку, на которой лежал головой, вперед, обнимает ею Тэхена за плечи и прижимает к своей груди. Второй держит бедра и начинает вдалбливаться глубоко и резко. - Доброе утро, - хрипит натужно в ухо, кусая за мочку. Тэхен визгливо стонет, скривив личико. Чонгук целует в красную щечку и отпускает бедро, чтобы переложить ладонь на член парня. Тот удивленно и громко стонет, словно не осознавал, что тоже возбужден. - Чонг-у-ук, - басит пропавшим голосом Тэ. - Самый лучший мальчик, мой любимый, - шепчет на ухо, ускоряя темп своих бедер и руки на чужом члене. – Такой мягонький, такой теплый… Тэхен выстанывает что-то и прогибается в талии, чтобы дать лучший доступ, чтобы член в него входил глубже. - Обними меня, - просит Тэ, вгоняя короткие ноготки в кожу на руке Чона. - Но- - Обними, - требует, и Чонгук подчиняется. Обнимает его второй рукой, образуя кольцо, из которого не выбраться, вжимает в себя насколько вообще возможно и делает последние для себя порывистые толчки. Оргазм накатывает резко и громко, оглушает полностью, фонит пищащим в ушах звуком. Он спускает прямо в тесноту, громко выражает свое удовольствие прямо Тэхену в шею. Когда его тело расслабилось, он вышел из сжимающейся дырочки и расцепил руки. Его сразу же оттолкнули, и он уже успел надумать, что перегнул палку с сонным сексом, но Тэхен, повернувшись к нему лицом, надавил на грудь ладонями. Упав на спину, он имел честь наблюдать за растерянным Тэхеном, которому не хватает сил расстегнуть пуговицу и смекалки, как достать член из бесконечного одеяла на теле. По виду его мальчик вот-вот кончит и уже сходит с ума из-за того, что не может этого сделать. Насладившийся своим оргазмом Чонгук как-то ленится подсказать варианты. Закинув руки за голову, наблюдает за мучениями парня в ожидании, что же тот придумает. - Черт, - всхлипывает на грани истерики и бросает попытки добраться до члена. Поворачивается спиной к нему, перекидывает ногу и садится на грудную клетку (знает, что Чонгуку его вес ни по чем). Сначала он ничего не понимает, когда Тэ ложится на его тело, а потом ему некогда. Зашипев от зрелища прямо перед собственным лицом, грубо сжимает ладонью одну ягодицу, оттягивая от второй в сторону. Из растраханной дырки вытекает струйками семя, которое он сам же спустил. Чонгук чувствует, будто пометил свою территорию, и довольный этим помогает Тэхену тереться об его торс. Захлебываясь стонами, Тэхен кончает в свою плюшевую кигуруми фиолетового единорога и растекается на твердом теле Чона. Он чувствует тепло низом живота и играется попкой, то сжимая половинки к друг другу, то разводя их в стороны. - Что это нахрен было?! – поворачивает голову Ким, сверкая шальными глазками. Волосы растрёпаны, губы напухшие и покрасневшие, по вискам стекает пот. - Я пришел с работы немного на псехах, а ты так безмятежно спал. Такой мягкий и трогательный… Тэ качает головой и утыкается носом в его бедро, Чон сразу напрягает его, представляя, как мышца подкинула голову Кима, и тихо смеется, чувствуя укус. - Я не собирался идти в душ с утра, но теперь мне необходимо побывать там, - ноет Тэ, начиная сползать с него, Чонгук ловит задницу руками и подтягивает к себе, обнимая её. - Не уходи, - трется носом об ягодицу и кусает её. – Так скучал по тебе. - По мне или моей заднице? – насмешливо спрашивает, начиная расстегивать пуговицы, потому что жарко безбожно. - По тебе с твоей афигенной задницей. - Тоже мне, выкрутился, - явно закатывает глаза Ким. – Только афигенной? - Самой восхитительной, - сверкает глазами парню в ответ и зарывается лицом в ложбинку. Тэхен стонет, когда чувствует язык в проходе и царапает чужие бедра. - Эй, ты чего? – шипит Чон недовольно, облизываясь. - Мне на пару через, - взглянул на часы на столике, - два часа, а у меня из задницы течет. Чонгук откидывает голову на подушку, не зная за какие чувства хвататься: радость из-за своей спермы в заднице бойфренда или необходимости отпустить того в душ. - Ладно, - расцепляет кольцо рук, Тэхен шустро слезает с него, получая смачный шлепок по попе, и бурно возмущается. – Тш, бегом в душ, я после тебя. Отвезу на учебу и в магазин заеду за беконом. - Я же покупал бекон вчера, - хмурит недоуменно брови Тэ, застывая обнаженный с пижамой в руках. - Я был голодным, - Чон облизал его взглядом с головы до пяточек и вернулся. – И всё съел. Тэхен выгибает бровь на его довольную мину. – Обжора. Так и уходит, смотав кигуруми в пучок стирки и заставляя Чонгука жадно провожать взглядом голую спинку, поясницу, обнаженную попку, бедра, икры, обнаженное всё. Вздохнув, Чон откидывается на постель, закрывая глаза. После такого секса либо продолжать секс, либо спать, прихватизировав личную подушку, смешно сопящую в шею. Так или иначе. Спустя час они ехали в теплом салоне, а спустя еще полчаса черный Брабус остановился на подъездной университетской парковке. Щедро расцеловав своего парня, Тэхен вылез из тачки, тихо захлопнув дверцу. Чонгук провожает его взглядом и думает, что зря позволил одеться в весеннее пальто вместо зимнего пуховика, всё же еще рановато. Тэхена поджидают однокурсники, заметившие машину, из которой парень вылезает каждое утро, и завистливо скашивающие на водителя глаза. Тэхен оборачивается к нему и шлет воздушный поцелуйчик, смеясь и быстро поворачиваясь к сокурсникам. Чон ждет, пока Тэ не зайдет в здание, и только потом выезжает. Закупается по пути в маркете и рулит домой, чтобы наконец-то выспаться. На телефон, установленный на панели, падает сообщение: Уже скучаю :( ,