The Mixtape

— Кас, что это? Дин ушел за пивом, Джек был в своей комнате. Только Кас и Сэм остались в библиотеке бункера, в поисках информации по делу очередного гуля. Кас рассеянно вертел в руках прямоугольный предмет. Он был явно разочарован отсутствием какого-либо прогресса. Работа с компьютером все еще не была его сильной стороной, но он хотел быть полезным, и поэтому он всё еще пытался. — О, это ... это подарок, — ответил Кас, его грубый голос был почти застенчивым. Сэм не мог понять почему. Он аккуратно засунул предмет обратно в один из карманов плаща, а затем легонько похлопал по нему, словно желая убедиться, что «подарок» все еще там. — От кого? Что это? — любопытство Сэма было задето. У Каса не было друзей, о которых не знал бы Сэм, и он был уверен, что другие ангелы не из тех, кто дарит подарки. Кас заколебался, как будто не был уверен, что ему разрешено об этом говорить. Он не знал, почему так себя чувствует, поэтому отодвинул предмет в сторону и ответил: — Это микстейп. Дин сделал его для меня. Глаза Сэма на долю секунды расширились. Уголки его рта дернулись вверх, но он взял себя в руки и сдержал улыбку. — Дин сделал тебе микстейп? — медленно спросил он. Его это развеселило, и Кас не вполне мог понять почему. Он слегка наклонил голову, сбитый с толку. — Да. Это смешно? — Это не смешно, я просто... Можно посмотреть? — Сэм продолжал сдерживать улыбку и посмотрел на Каса, подняв брови. Кас не смог найти причин отказать, хотя все равно немного колебался из-за странной реакции Сэма. Он достал из кармана кассету и осторожно передал ее Сэму, который теперь открыто улыбался. — О, ничего себе. Это… Это здорово, — он улыбнулся Касу, читая написанную от руки этикетку на кассете. Кас слегка улыбнулся. Да, это здорово. Это подарок от Дина. — Zeppelin, да. Это э-э-э ... Интересно. Ты же знаешь, наши родители любили их. — как будто невзначай заметил Сэм. У него озорно блестели глаза, когда он передал кассету Кастиэлю. Кас испугался, что сделал что-то не так. Он собирался расспросить Сэма о его странной реакции, прежде чем дверь бункера распахнулась. — Я пришел с подарками! — крикнул Дин. Он спустился по лестнице и небрежно бросил на стол две пачки пива, прежде чем плюхнуться в кресло рядом с Касом. Сэм не жалел времени. — Знаешь, я тут узнал о твоих подарках, Дин. – он сказал дразняще, и кашлянул. Дин нахмурился. — О чем ты? Кас нервно огляделся. Казалось, что этот разговор явно не осчастливит Дина. — Нет, ни о чем. — Сэм слегка ухмыльнулся. Это не было «ни о чем», и Кас был уверен, что Сэм снова поднимет эту тему. Дин хмуро переводил взгляд с Каса на Сэма и обратно, пытаясь понять, что он пропустил, но прежде чем он успел что-то сказать, заговорил Сэм. — В любом случае, я думаю, что у меня есть что-то на этого гуля.

***

Они были измотаны. То, что они приняли за одного гуля, оказалось пятью. Атмосфера в Импале на обратном пути была, мягко говоря, напряженной... Все они были уставшими и раздраженными. За исключением Джека, который, казалось, был счастлив участвовать, как всегда. — Включи музыку, тут слишком тихо. — Дин кивком указал на магнитофон. Ни один мускул на его лице не дрогнул. — Есть пожелания, ребята? — Сэм оглянулся на Джека и Каса. Кас молчал, глядя в окно. Во время охоты его окружили трое гулей. Они были ему по силам, но Дин все равно взорвался из-за этого. Так что теперь они все ехали молча и напряженно. Джек осторожно заговорил: — Мне нравится Lizzo, мы с Касом слушаем е… — Ни за что. — Дин. — выругался Сэм. На это Дин вздохнул и в отчаянии задрал голову к потолку. Сэм продолжал сверлить его взглядом. — Прости, Джек. У нас здесь нет Lizzo. — Дину удалось произнести это искренне извиняющимся тоном. — Все в порядке, Дин, — Джека, казалось, это вполне устроило. Дин взглянул на Сэма, с выражением «доволен?» на лице, но младший брат, казалось, был слишком занят замышляя что-то. Что бы это ни было, оно не могло закончиться хорошо, потому что Сэм выглядел слишком довольным. Дин снова смотрел на дорогу. Через несколько мгновений Сэм наконец заговорил: — А как насчет «Топ-13 треков Zeppelin?» Импала дернулась на секунду. Лицо Дина выпрямилось. Он посмотрел на все еще молчащего Каса через зеркало заднего вида, прежде чем резко отвернуться. — Что? — Дин попытался изобразить замешательство. — 13 лучших треков Led Zeppelin… по версии Дина, — повторил Сэм, и в его голосе послышалась улыбка. — Я не понимаю, о чем ты говоришь. — Дин закашлялся, крепче сжимая руль. Дин снова нервно взглянул на Каса. Тот в замешательстве смотрел на Дина, склонив голову. — Дин, он говорит о подарке, который ты мне сделал, — он сказал искренне, почти печально. Лицо Дина смягчилось. Конечно, он помнил это. Он почти хотел сказать это вслух, чтобы убрать печальное выражение с лица Кастиэля. — Да, Дин, микстейп, который ты сделал для Каса, — Сэм ухмыльнулся ему, подняв брови. При этих словах лицо Дина посуровело. — Да, и что? Что тут такого? – он прекратил эту игру в забывчивость. — Ты в первый раз играл из магнитофона под окном или... – дразняще-весело пробормотал Сэм себе под нос, явно без злобы. — У него дерьмовый музыкальный вкус, я пытался ему помочь! — Я думаю, что Lizzo – вполне достойный уважения исполнитель, Дин. — вмешался Кастиэль. — Кас, это не помогает. При этих словах Кас прищурился. Эта тема постоянно сбивала его с толку. Что такого особенного было в кассете? — Этот разговор сбивает с толку. — Прямо заявил он. На это он получил мягкую сочувственную улыбку от Сэма, на которого Дин смотрел как на врага народа. — Дин, ты влюблен в Кастиэля? — невинно и крайне неожиданно вмешался Джек. Многое произошло одновременно. Сэм начал задыхаться, пытаясь не разразиться истерикой. Импала резко вильнула, но Дину удалось ее выровнять. Кастиэль резко повернулся, чтобы посмотреть на Джека широко распахнутыми вопрошающими глазами. — Что, что я ... Что?! — Дин сумел выдавить из себя. Джек, смущенный реакцией, которую он получил, продолжил, на этот раз менее уверенно. — Я ... В фильмах, которые я смотрел, когда ты делаешь кому-то микстейп, это означает именно это. – Он сказал это так, что больше было похоже на вопрос. Сэм задумался, не достать ли телефон, чтобы заснять этот момент. Прежде чем Дин успел ответить, вмешался Кас. — Джек, не все, начиная с поп-культуры, соответствует действительности. Некоторые вещи – просто дружеские жесты. — едва заметная печаль в его голосе не осталась незамеченной ни Сэмом, ни Джеком. — Ох. Хорошо. Дин вздохнул с облегчением. Он мысленно отметил, что завтра надо проснуться пораньше и плюнуть в смузи Сэма.

***

На следующий вечер Дин забрел на кухню бункера за стаканом воды. Или чего-нибудь покрепче. Он еще не определился. Но там за столом сидел Кас и крутил кассету в руках. Дин мысленно выругался. Он не то чтобы избегал его, но после той неловкой поездки он определенно был более отстраненным рядом с Касом. Сэм это заметил и прокомментировал, как будто извиняясь. Дин собирался позволить ему чувствовать себя виноватым еще день или два. Наконец он перевел дух и подошел к холодильнику. И тут Кас заметил его. — Привет, Дин. Не спится? — Да, вроде того. — Дин взял пиво, подошел к столу и сел напротив Каса. Кас неодобрительно посмотрел на бутылку, но ничего не сказал. Он продолжал возиться с кассетой. Он держал её в руках, проводя большими пальцами по надписи на лицевой стороне. Казалось, что его это успокаивает. Дин сделал большой глоток, прежде чем заговорить. — Тебе точно нравится эта штука, ха. — он старался говорить небрежно и легко, но в его голосе чувствовались нежность и намек на гордость. Кас просто кивнул, не поднимая глаз. — Не думал, что ты станешь фанатом Led Zeppelin. — он продолжал с той же притворной легкостью. — Дело не в группе. Дин знал, что, вероятно, ему следует остановиться, но он хотел развивать тему. Он не мог остановиться, почему-то в этот момент он чувствовал себя смелее, чем обычно. — Тогда в чем же дело? – он напрягся и нервно сглотнул. Кас наконец поднял глаза. Он мягко улыбнулся, но глаза его ничего не выражали. — Потому что это от тебя, Дин. Я ценю это. Дин быстро заморгал, прежде чем рассмеяться. — Какой же ты сентиментальный. Кас снова улыбнулся. — Прости, что Сэм дразнил тебя. Я бы не сказал ему, если бы знал, что так будет. — Эй, дело совсем не в тебе. Он просто вел себя как придурок. — Дин покачал головой и сделал еще глоток. — И все же мне жаль, если тебе было неудобно ... — Кас неловко огляделся, — он, эм... делал странные намеки. И я не понимал, о чём он, пока Джек не сказал этого. Лицо Дина начало пылать. Он должен был просто остаться в постели. — Ха. Ничего страшного, приятель. — его голос был неубедительно ровным и шутливым. Пока он обдумывал то, что сказал Кас, волна грусти внезапно накрыла его. У него перехватило дыхание. — Значит, ты ... — он не знал, что и как сказать, поэтому просто сделал еще глоток. Кас вопросительно посмотрел на него, поэтому он попробовал еще раз. — Что ... что ты подумал, когда я впервые дал его тебе? — рассеянно спросил Дин. Кас слегка наклонил голову. — Я был очень счастлив, я никогда раньше не получал подарков. При этих словах сердце Дина растаяло. — Да, но ... как насчет песен, что насчёт ... в целом. Что, по-твоему, они значат? — он не имел ни малейшего понятия, что говорит и почему, но не мог остановиться. Кас только еще больше смутился. — Мне они понравились, хотя, может быть, потому, что я знаю, что они нравятся тебе. Я подумал, что это полезно, для кругозора. Ну, чтобы попытаться расширить свои музыкальные вкусы. — ответил Кас. Он вопросительно посмотрел на Дина. Дин напряженно кивнул, прежде чем встать и вернуться к холодильнику. — Я что-то понял не так? — осторожно спросил Кас, в его голосе звучало беспокойство. Дин уставился в открытый холодильник. Он тяжело вздохнул. Даже он не был уверен в ответе. Конечно, он задумал это, думая, что просто показывает Касу "настоящую" музыку. Но потом он действительно начал собирать плейлист. Выбирал песни. Изливал душу. Ему казалось, что он вкладывает в это свое сердце. То, что он не мог сказать сам, он мог сказать через эту кассету. Вот почему сейчас было так трудно. Как он должен был объяснить Касу словами то, для выражения чего ему понадобилось составлять микстейп? Вместо этого он просто взял еще одно пиво и снова присоединился к Касу за столом. Он предпочел сменить тему. — Какая песня больше всего понравилась? Кас слегка прищурился, но, к облегчению Дина, не стал противиться очевидному уходу от темы. — Мне очень понравилась “Good Times, Bad Times”. — Понимаю. — Там было много песен о любви, — вдруг сказал Кас. Он как будто сам удивился тому, что сказал это вслух. Его океанические глаза на долю секунды расширились. Дин поперхнулся пивом. Повисло тяжелое молчание. Дин услышал собственный выдох. В голове у него звенело. В тот момент у него не было никакой связной мысли, поэтому он просто ответил. — Да, так и есть. — Почему? В его голосе звучала решимость, но Кас смотрел на Дина почти испуганно, как будто наблюдал, как что-то ускользает. В то время как взгляд Дина метался по полу. Но эту тему уже нельзя было оставить, они уже перешли ту черту, когда оставались безопасные пути отступления, когда еще можно было просто свернуть разговор. Дин сделал еще один глоток пива. — Потому что ... я ... — он сглотнул, — а ты как думаешь, почему, Кас? — почти прошептал Дин. Его голос звучал сдавленно. Он не мог понять, почему в этот момент у него слезятся глаза. Почему ему казалось, что он тонет? Почему он так испугался? — Я не знаю, Дин. После этих слов Дин, наконец, посмотрел на Каса, почти жалобно. Кас посмотрел на него мягко, но словно скрывая разочарование. Он нахмурился и продолжил:. — Я не знаю, что думать. Я знаю, чего хочу ... Я знаю, на что надеюсь ... Но я не знаю, что ты ... — Кас вздохнул, не в силах вымолвить ни слова. Дин удивился. Кас редко не мог найти слов. Дин глубоко вздохнул. — Кас, я… Кас посмотрел на него ласковыми взглядом. Нежным. Утешительным. Но Дин все равно чувствовал, словно на него давят стены. — ...Мне пора спать. Уже поздно. На долю секунды Кас выглядел так, словно получил пощечину, но его лицо тут же вернулось в нейтральное состояние. — Конечно, Дин, мне очень жаль. Спокойной ночи. — он слегка улыбнулся, но улыбка вышла вымученной. Дин вскочил со стула, даже не потрудившись убрать со стола пустые бутылки. Он выскочил из кухни и бросился в свою комнату. Большую часть ночи он пролежал без сна. Ему казалось, что в его груди крутится нож.