Не целуй меня, Мистер Ким Тэхён

— Я не соврал тебе, — шепчет Тэхён, после чего приближается и нежно целует омегу в губы, кладя руку на его затылок. Ким целует нежно, сминая губы Чонгука и оттягивая их. Пальцами правой руки он зарывается в его волосах на затылке, а второй рукой гладит чужую щёку. Чонгук глаза не закрывает, ожидая подвоха. Только вот, с каждой секундой поцелуя, понимает, что альфа делает всё это искренне. Омега наблюдает за ресницами старшего, которые мелко подрагивают. Чонгук, лежавший всё это время, как бревно, доверяется своим чувствам, ощущениям, и прикрывает глаза, отвечая хёну. Альфа, когда Гук начинает тоже шевелить губами, улыбается, не отрываясь от него. Он чувствует на своих лопатках омежьи руки и подминает омегу под себя. Рискнув, Ким скользит языком по приоткрывшейся рту и проникает им внутрь. «Это не похоже на то, как мы целовались с Хосоком»

Альфа перемещает левую руку с щеки на талию.

«Это другое»

Тэхён переходит с губ на шею, оставляя там засосы и перекрывая ими следы Кима старшего.

«Эти прикосновения…»

Омега издаёт тихий стон, царапая ногтями спину старшего.

«Они ощущаются по-другому»

Ким оттягивает волосы младшего, из-за чего тот прогибается в спине.

«Живот сводит, когда он кусает участки моего тела»

Тэхён, в уже затуманенном состоянии, поцелуями-бабочками, движется к плечу и облизывает небольшой участок.

«Он хочет ставить метку… Стоп, что?!» — Тэх…

Ким кусает плечо брата до крови, после чего тот отключается.

***

— Гардения?! Он серьёзно пахнет гарденией?! — Я сам охуел. — Это может значить лишь одно, Тэхён. — Я понимаю… Чонгук открывает глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Он в комнате Тэхёна. Он видит и слышит говорящих возле кровати Чимина, Юнги и самого альфу. Чон тянется рукой до Кима, и ослаблено дёргает его за руку. — Чонгук? Ты как? — альфа переживающе садиться перед кроватью, беря маленькую ладошку брата в свои. — Голова болит… — Мы пойдём, — тихо сказал Юнги и повёл Чимина из комнаты, оставляя парней наедине. — Хочешь воды? — Нет… Хён, что произошло? Я помню только… — омега напрягает мозги, — только, как ты укусил меня и… — он с ужасом открывает глаза широко, — ты поставил мне метку?! — Чонгук поднимает верхнюю часть тела, но похоже зря. Голова начинает кружится, и он, с помощью брата, ложится обратно. — Успокойся, тебе нельзя делать резких движений. — Какие к чёрту резкие движения? Ты офигел? Чем ты думал вообще? — Гук бьёт его по плечу, пуская слезу. — Тише… — он перехватывает его руку, защищаясь от нового удара, — Ты чувствуешь что-нибудь? — Что я блять должен… — омега останавливается на полуфразе и принюхивается. Гардения. — что… Как это.? — Потрогай шею… — Тэхён отпускает его руку, и Чонгук дотрагивается до своей шеи. — Блять! — он шипит от жжения. — Так, а теперь посмотри на меня и подумай, — Ким смотрит ему глаза. «Его метка заставила мой запах вернуться, а шею жжёт… — Чонгук округляет глаза, — не может быть…» — Мы истинные, — шепчет альфа. Омега неверяще смотрит на старшего, который поглаживает тыльную стороны его ладони. Гук переводит взгляд на потолок и из его глаз брызгают слёзы. — Не плачь… — Тэхён стирает мокрую дорожку с виска младшего. Чонгук, на удивление альфы, слабо улыбается и, повернувшись к нему лицом, обнимает за шею. Он утыкается носом в шею истинного, вдыхая запах тигровых лилий. — Спасибо… Ким обнимает в ответ за талию, и шумно затягивает в лёгкие аромат гардении. Альфа целует изгиб шеи истинного. — Мой. *** — Я так и думал, что его не просто так тянуло к Чонгуку, — говорит Юнги, когда они с Чимином выходят из спальни Кима. — Мне интересно, как Чонгук воспримет тот факт, что они истинная пара? Они ж как кошка и собака, — усмехается Пак, начиная спускаться с лестницы. — Надеюсь, что они не подеруться там. Давай помогу, — Юн поднимает младшего на руки и спускается по лестнице. — Мне кажется, что Тэхён на него точно руку не поднимет, после такой-то новости. А вот Чонгук может и поистерить, и побить, он боевой омежка. — М-да, — альфа садится на диван, а ему на бёдра — Чимин, — Слушай, может поедем домой, и продолжим начатое? — Мин наклоняется к его шее и слегка кусает. — У нашего друга истинный нашёлся, а ты только о сексе думаешь, — ворчит омега. — Да, потому что через пару месяцев, нам нельзя будет этим заниматься. Вот я и хочу насладиться тобой пока можно, — он засасывает кожу на кадыке Пака, оставляя след. — Так говоришь, будто тебе только секс и нужен, — Чимин стукает альфу по плечу, хотя сам получает удовольствие от манипуляций истинного. — Не ворчи, — он шлёпает любимого по правой ягодице, параллельно дёргая бёдрами вверх. — Ащ… — омега сжимает в ладонях футболку хёна, — Ладно, поехали домой.

***

— Чонгук? — тихо спрашивает альфа, когда слышит сопение Гука, — устал маленький, — Тэхён поцеловал его в метку, которая красовалась на плече. Он уложил его ровно на постели, аккуратно выпутываясь из объятий, после чего накрыл одеялом. — Тэхён… — во сне бормочет омега, не чувствуя тепла рядом. — Я здесь, маленький, здесь, — Ким устроился сзади него, обнимая за талию, и зарылся носом в волосы, которые теперь пахли гарденией. *** — Хён… — Чонгук трясёт альфу за плечо, пытаясь разбудить. На часах сейчас 3:48 ночи, а Гук проснулся от сильного жара и боли в животе. — М… — Тэхён открывает глаза и непонимающе смотрит на омегу, который весь красный и потный, — Чонгук? Что случилось? — сон проходит мимолётно. Ким прикладывать руку ко лбу младшего, — да ты горишь весь! Я позвоню в больницу, — альфа потянулся к предкроватной тумбе, беря телефон. — П-подожди… — Чонгук дёргает его за запястье, останавливая. — Что? — Это не болезнь… — омега занова скручивается от боли. Тэхён склоняется над ним, собираясь пожалеть, но… — Ёбаный свет, — у омеги течка. — Сделай что-нибудь, пожалуйста… — шепчет Чонгук, не в силах говорить громче. «Что я делать-то должен? Я же не могу трахнуть его в первый же день, когда мы узнали, что истинные… Ладно, попробуем один метод». — Иди сюда, маленький, — Тэхён ложится на свою часть кровати, усаживая на бёдра слабого парня. Ким ставит его руки себе на грудь, — всё будет хорошо, доверься мне. Чонгук рвано выдыхает, когда альфа стягивает его шорты и боксеры ниже, освобождая член. Омежье тело неуправляемо начинает дрожать, стоит Киму обхватить член у основания. — Расслабься, — свободной рукой, он оглаживает бок истинного. Тэхён начинает медленно вести рукой от основания к головке, нажимая на неё, и возвращается обратно. Гук скользит руками с груди на плечи, сжимая их, и издаёт стон. В омеге смешиваются приятные ощущения и боль в животе, из-за чего по щекам скатывается слёзы. — Всё хорошо, малыш, не плачь, сейчас всё пройдёт. Альфа выпускает сильные феромоны, чтобы быстрее довести Чонгука до оргазма. А то он сам не выдержит и кончит раньше омеги, даже не притрагиваясь к себе. По истечении 5 минут, Гук всё же кончает в ладошку старшего, пачкая ещё и постельное белье вместе с одеждой. Его тело мелко потряхивает, и он валится на старшего. Все его волосы промокли, а на лбу появилась испарина. — Х-хён… — Всё, всё, тише, — Ким вытерает руку об одеяло и обнимает истинного, — больше не болит? — альфа гладит его спину и целует за ушком. — З-зудит… Там, — омега сдвигает ноги, сжимая бёдра Тэхёна. — Я знаю, зайчонок, но нужно потерпеть. Я утром съезжу в аптеку, и куплю тебе блокаторы. Хорошо? Омега в ответ кратко кивает. Он протяжно зевает, потирая глаза кулачками. — Спать хочешь, — констатирует факт альфа, — Ну, в этой кровати уже не спать, — он смотрит на испачканую постель, — поэтому будем спать у тебя. Тэхён подхватывает его под бёдра, и аккуратно, чтобы не уронить, поднимается с кровати. Они быстро перебираются в комнату Чона, где укладываются, и погружаются в сон, обнимая друг друга. Вернее, погружается в сон только омега, потому что: «Блять, другим альфой пахнет, — Ким корчит лицо, — Хосок блять… Надо новое постельное купить. А это — выбросить к чёртовой матери!»

***

8:27, Хосок просыпается от звонка телефона. — Алло… — сонно произносит он. — Ты спал? Прости, солнце. Я звоню сказать, что мы с Намджуном приедем в Токио сегодня вечером. Прости, что пришлось тебя туда дёргать, — с сожалением говорит Сокджин на другом конце провода. — Ничего страшного, пап, мне не сложно. Хорошо, я тебя понял. — Вот и хорошо, тогда до вече… — Подожди, пап! Я тебе сказать должен кое-что. — Что такое, солнце? — Я истинного нашёл. Он японец. — Поздравляю тебя, Зайка! Познакомишь нас, когда встретимся. Ну а пока что, нам с отцом надо собираться в аэропорт, пока. — Пока, пап. Джин отключается, а Хосок бросает телефон на столик и прикрывает глаза.

***

Альфа назначает Минхо встречу в том же кафе, только не вечером, а в 13:00. Он уже сидит в нём, ожидая пару. — Привет, хён, — за спиной у Кима появляется омега. — Ох, привет, — он солнечно улыбается, — садись. Хосок, как настоящий джентльмен, помогает младшему сесть за стол, после чего садиться напротив него. — О чём ты хотел поговорить? Так неожиданно сменил время… Свидания? — неловко произнёс Минхо. — Я не буду тянуть, и скажу прямо. Минхо, ты поедешь со мной в Сеул? — Конечно, мы ведь ист… — Завтра. Утром. Парень в удивлении округляет глаза, и еле сдерживается, чтобы не открыть ещё и рот. — Эм… Это как-то… Неожиданно. Так быстро? Я конечно понимаю, что мы истинные и так далее, но… А как же родители? Мы даже не знакомили их… Я ведь не могу просто так взять, и бросить всё в Токио. У меня здесь учёба, родители, друзья… — Минхо, — останавливает длинную реплику младшего Хосок, — мои родители приезжают сегодня вечером сюда — в Токио. Мы можем устроить встречу, чтобы наши семьи познакомились сразу. Ты отлично знаешь корейский язык, так что сможешь закончить учёбу в Сеуле. С друзьями ты сможешь общаться по видеосвязи. Если захочешь, мы сможем ездить сюда каждый месяц, — старший берёт его руки в свои, — соглашайся. Я слишком долго искал тебя, чтобы просто так взять, и оставить в другой стране. Истинные смотрят друг другу в глаза с некой грустью, смешанную с нежностью. После долгой тишины, омега всё же кивает. — Хорошо. — Спасибо, — тихо говорит Ким. Он наклоняется через весь столик, и крадёт первый поцелуй младшего.

***

Джин и Намджун приезжают в дорогой ресторан в Токио, где им назначил встречу Хосок. — Здравствуйте, вы заказывали столик? — на входе, к ним подходит парень-гамма. — Столик на имя Ким Хосок, — говорит Нам, беря мужа под руку. — Хорошо, пройдёмте за мной. Сотрудник ресторана ведёт их к дальнему столику, где Кимы видят сына, сидящего с каким-то омегой, и женщину с мужчиной. «Понятно, зачем мы здесь, » — думает Сокджин. — Привет, пап. Привет, отец, — встаёт из-за стола Хосок и обнимается с родителями. — Привет, Зайка. — Так, ну, знакомьтесь, это Минхо — мой истинный. — Здравствуйте, — скромно кланяется омега. — Здравствуй, — ярко улыбается Джин, а Намджун просто сдержанно кивает. — А это его родители, Ки… — Кимьёль и Амая, рад вас видеть вновь, — кланяется Джин. — Эм, вы знакомы? — Да, наши компании сотрудничают, — говорит Намджун и тоже кланяется коллегам, — Здравствуйте. Родители омеги тоже приветствуют Кимов, после чего все приступают к ужину.

***

Тэхён возвращается домой в 8:34. Он, как и обещал, утром сходил в аптеку, пока омега ещё спал. Ким спокойно снимает обувь, но умиротворение утра проходит ровно в тот момент, когда со второго этажа доноситься жалобное и молящее: — Тэхён, помоги… Альфа с пакетиком в руках быстро поднимается на второй этаж и заходит в комнату младшего. Тот лежит в одной футболке-оверсайз, раздвинув ноги в стороны и согнув их в коленях. Природная смазка стекает вниз по упругим ягодицам, впитываясь в простыню. — Чонгук, зайчонок, я здесь, — он подходит к кровати и садится на самый край, — Всё хорошо, сейчас примешь таблеточки, и всё будет нормально, — Ким гладит вспотевшие волосы омеги и целует в лоб. — Не надо таблетки… — Гук начинает быстро мотать головой из стороны в сторону, хватаясь за руку старшего, — помоги мне сам, прошу… — Чонгук… Это не лучший способ, в данный момент… — Тэхён гладит его впалый животик, уменьшая боль. — Ну пожалуйста, Тэ… — по его вискам скатываются горячие слёзы. — Нельзя, малыш. — Почему? Что тебе мешает просто взять меня? Я лежу перед тобой, не сопротивляюсь — прошу… Разве ты этого не хотел? — Хотел. И сейчас хочу. Просто скоро Хосок приедет со своей парой, так что сейчас не лучшее время. Выпей таблетки, а вечером поедем в гостиницу, хорошо? — альфа погладил его щёку и поцеловал в губы. Чонгук продолжал пускать слёзы, но кивнул головой. Ким ему улыбнулся, целуя в носик. Он достал из пакетика блокаторы и бутылочку с водой. Выдавил две таблетки и дал парню. — Держи, — когда Гук положил их в рот, альфа подал ему открытую бутылку, — пей. — Я сам знаю, что с этим делать, — буркнул младший. Да, он обиделся. — Ну не сердись на меня, — говорит Ким, когда младший запил таблетки, — они приедут где-то в 9 часов, как Хоуп сказал. Я не хочу, чтобы новый член нашей семьи слышал, как мы ебёмся. Омега округлил глаза, а потом, не смотря на всю боль, сел на кровать и треснул старшему со всей силы. — Ебёшься ты с омегами из бара, понял?! — Ащ, больно так-то… — Так тебе и надо, ёбальщик сраный! — парень столкнул его ногами с кровати, и залез под одеяло. — Чонгук, ну что ты как ребёнок? Я просто неправильно выразился, прости, — альфа поднялся на ноги и стянул одеяло с лица истинного. — Иди в жопу! Выразился он не правильно, тьфу! — Я так понимаю, у тебя всё прошло, да? — Да! — Чонгук вылез из своего «укрытия», и подошёл к шкафу. Он вытащил оттуда чистую одежду и полотенце, — я в душ. — Может вместе сходим? Омега наигранно ему улыбается, а потом показывает средний палец и уходит в ванну. — Истеричка! — бросает ему вслед Тэхён. — Пошёл нахуй!