Our lives

Блейк проглотил свои лекарства, запил их и вытер тыльной стороной ладони рот. Прикрыв глаза, парень ощутил, как его сердце постепенно успокаивается. Хотелось есть, хотя лишь час назад он хорошенько позавтракал. Но такой уж быт метаболизм у него. Очень всё больше и больше захватывала контроль над городом. Деревья постепенно засыпали, литья краснели, желтели и вот-вот готовы были опасть. Небо всё чаще становилось хмурым, но дождей пока ещё не было. До этого дня. Сегодня стояла ветренная, дождливая погода, смывавшая улыбки с лиц людей, которым не посчастливилось остаться дома с кружкой горячего чая. Мокрые улицы отражали в себе свет автомобильных фар, светофоров. На работу спешили люди, ученики – в школу. Блейк закинул через плечо школьную сумку и, положив в рот жвачку, недовольно покосился в сторону окна: именно в этот момент дождь усилился и барабанил о стекло. Брюнет достал чёрный зонт, вышел из квартиры и, звякнув ключами, закрыл её. Меньше всего сейчас хотелось идти по лужам до этой ненавистной ему школы, где его опять будут окружать одни идиоты. Парень решил вызвать такси, но не успел он достать телефон, как услышал гудок автомобиля. Слишком близко. Блейк завертел головой в поисках источника звука. Его внимание привлекла знакомая машина, остановившаяся прямо перед подъездом. Ривера закатил глаза и, расправив зонт, подошёл к автомобилю и открыл дверцу. - Что за номер, Ричардсон? – недовольно и даже сурово спросил парень, даже и не думая залезать внутрь. - Я ехал мимо и заметил, как ты мнёшься около подъезда. Разве это плохо, что мне захотелось подвезти хорошего знакомого? – Кайл улыбнулся во весь рот. Сегодня у него был очередной экстравагантный макияж: голубые тени с примесью фиолетового, тушь, синяя подводка. В глаза также бросился новый маникюр. Светло-голубые ногти блестели в свете салонной лампочки. - Я точно не тот самый «хороший знакомый», катись, - Блейк хлопнул дверью, оставив Кайла в одиночестве. И с каких это пор эта ошибка природы подумала, что смеет так просто предлагать свою помощь Блейку? Ривера не нуждался в ком-либо, он был сам себе хозяин, сам же отвечал за то, что с ним происходит. Он не собирался принимать помощь от парня, который его просто-напросто бесит. Шум дождя не дал Блейку услышать приближение Кайла. Но его рука упала на плечо одноклассника и повернула его к себе. Ривера удивлённо вскинул брови, слова застряли в горле. - Да брось, нам надо поговорить уже наконец, - сказал Ричардсон. Дождь беспощадно мочил его дорогую одежду и волосы. Блейка это не смутило. Посмотрев на часы, он понял, что опаздывает. - Из-за тебя я могу опоздать, - сказав это, Ривера обогнул Кайла и сел к нему в машину. Ричардсон победоносно улыбнулся и прыгнул за руль. Первые пару минут они ехали молча. Блейк не доверял юным водителям, но выбора у него уже не было. Парень искренне злился на Кайла и на то, что тот потратил его драгоценное время, сейчас бы он уже был на подъезде к школе в салоне элитного такси. Но приходилось сидеть тут и вдыхать запах ароматных духов Ричардсона, которые он, наверняка, покупал в отделе женского парфюма. Ривера отвернулся от одноклассника и принялся смотреть в окно. Небольшие улочки мелькали одна за другой, знакомые кафе и рестораны, городская библиотека и ратуша. Проехав центральную площадь, машина встала на красный сигнал светофора, в лобовое стекло навязчиво забарабанил дождь. Молчание стало ещё более явным. - Ты не думай, что я хочу общаться с тобой только из-за того, что знаю твою тайну, Блейк. И не волнуйся, я не собираюсь трепаться, я даже понимаю тебя, - аккуратно начал Кайл, но заработал в ответ лишь молчание и недовольный вздох. – Просто… мы же в одной лодке, приятель. Ты да я – оба не знаем, что тут делаем, хэх… - Не говори так, словно знаешь меня. Это странно, что после того раза ты начал меня преследовать, пора уже понять, что я не хочу с тобой иметь никакого дела, - Блейк даже не обернулся. - Дело не в твоих шрамах, я же говорю! – Блейк вздрогнул. – Дело в том, что я не обращал на тебя внимания раньше, а потом понял, что нам нужно держаться вместе. Эти ребята просто афигенные, но они не понимают, какого это родиться в столь влиятельной семье, не понимают этих тонкостей, которые даже ты понимаешь. Ты не будешь лгать мне, я уверен, - Кайл наконец нажал на газ, когда светофор загорелся зелёным. – Ты классный, Блейк, вот и весь секрет моего желания общаться с тобой. Ты такой нелюдимый, неужели тебе не хочется иногда поговорить, ну, скажем, с настоящим человеком? А-ха-ха. - Не решай за меня, что мне хочется, - пробубнил Ривера. Кайл улыбнулся. После того происшествия на спортивной площадке прошёл месяц. Отнюдь он не сдался в своих попытках добиться расположения Блейка, а продолжил вести себя так, будто ничего и не было. Может, слабо было заметно, но Ривера как-то даже привык к обществу Кайла, хоть и сам, кажется, того не понял. Он меньше ругался и прекратил недовольно сопеть, когда тот подсаживался к нему за стол. Этого маленького прогресса было достаточно Ричардсону, чтобы знать, что лёд тронулся. Блейк точно не из тех, кто быстро подпускает к себе людей и может часами изливать душу психотерапевту. Нет, он совсем не такой человек. Наконец парни подъехали к школе, Ричардсон припарковался и дал команду вылезать из машины. Блейк вылетел пулей, расправил зонт и даже ничего не сказал. А Кайлу ничего и не было нужно. Он просто улыбнулся и закатил глаза – забавный этот Ривера. В школе стоял гомон – хороший знак. Звонка ещё не было, поэтому все занимались своими делами. Кайл улыбался и отвечал на приветствия, остановился, чтобы перекинуться парой фраз со знакомыми, а потом подошёл к своему шкафчику. Ещё неделю назад он договорился с одним парнем поменяться ими, и теперь шкафчик Кайла находился прямиком по соседству со шкафчиком Блейка. Тот не выражал по этому поводу эмоций, но, чуял Ричардсон, он не был этому рад. Наблюдать за Блейком было одно удовольствие. С эстетической точки зрения. Все движения парня были произведением искусства, все его действия заставляли затаить дыхание. Очень хотелось понять, что в голове у Блейка, о чём он думает в тот или иной момент. Казалось, Кайл никогда не разгадает эти загадки. Блейк тем временем очень хотел есть и ещё не опоздать на занятие по математике. Этот предмет внушал страх и ужас в гуманитарный мозг парня, а ещё этот урок вёл мистер Рой – самый опасный учитель в этой школе, готовый смешать тебя с грязью и унизить тебя до уровня пыли. Ривера каждый раз стрессовал на математике и вёл себя максимально тихо, чтобы не привлекать внимание Роя. Но отсутствие должных математических навыков постоянно подставляло Блейка под удар и выставляло его не в лучшем свете перед учителем. И тот насмехался над ним, заставлял складывать в столбик на доске, хвалился тем, что он мог такое решать ещё в начальной школе. Одним словом: ужас. Блейк испытывал ужас, когда его унижали перед его одноклассниками. Хотелось провалиться сквозь землю или убить мистера Роя к чертям собачьим. Но Ривера молчал. Когда учитель в очередной раз смешивал его с грязью, выставляя на посмешище (никто правда не смеялся), Блейк не мог сказать и слова, язык переставал слушаться, начинала болеть голова, учащалось сердцебиение. Пару раз он даже был вынужден использовать ингалятор, что было даже унизительнее, чем слова Роя. Все смотрели на него в тот момент, когда Блейк отчаянно глотал воздух не в силах самостоятельно вдохнуть. Да, быть слабым – это и правда унизительно… Но в этом был и плюс. После того раза мистер Рой несколько смягчился к Ривере. Видимо не хотел, чтобы на его уроке кто-нибудь умер. Он стал реже вызывать его к доске, что не могло не радовать. - Что у тебя сейчас? – из раздумий Блейка вернул голос Кайла. Тот теперь часто был в непозволительной близости. Ривера мог разглядеть в шкафчике Ричардсона зеркало, косметичку, учебники и его фотографию с друзьями из Лос-Анджелеса. - Математика, - сухо бросил Блейк и направился к кабинету. Кайл последовал за ним. - Нам по пути, у меня география, - сказал парень, но Блейк пропустил это мимо ушей. Да кабинета они дошли молча, а потом Ривера просто зашёл в него, оставив Кайла в коридоре смотреть себе в след. В классе было шумно: парни решили устроить балаган и теперь подобно маленьким детям запускали друг в друга самолётики. Айзек уклонился от очередного и захохотал, словно это был чем-то очень весёлым. Хотя, кажется, так и было, но у Блейка это вызывало лишь недоумение и фейспалм. Парень проскользнул в самый конец кабинета, где, как правило, он садился за последнюю парту и принимался учить материал к занятию. Айзек заметил Блейка и поздоровался с ним, но тот лишь кивнул. Айзек был выбран главным человеком, отвечающим за порядок в классе. Ещё он состоял в ученическом совете школы, где также состояла ещё и Лаки, которая, как всем было ясно, сходила с ума по Скотту, хотя за ней бегало чуть ли не половина мужского населения школы. Скотт же в свою очередь этого благополучно не замечал. Казалось, что он просто идиот, которому не особо интересно встречаться с девушками и вообще вести активную сексуальную жизнь. Блейку Лаки не нравилась, ещё с первого знакомства у них как-то не заладилось. Лаки была умной и непоколебимой девушкой. Она не обращала внимание на издёвки других и верой и правдой выполняла свою работу. Ещё она хорошо училась и всегда была активисткой. Блейк – напротив – всегда оставался в стороне и не желал, чтобы его трогали. Поэтому, когда Лаки в очередной раз доставала его просьбами принять участие в каком-либо мероприятии, Ривера отвечал сухо, а иногда и жёстко. Парень догадывался, что в душе Лаки была нежной и чувственной натурой, и поэтому очень надеялся, что его слова, всё же, её задевают. У этой неприязни было множество причин: борьба за лидерство в списке успеваемости, а ещё Скотт. Последний, конечно, не замечал девушку, но Блейку была неприятна сама мысль о том, что Лаки прямо-таки пожирает взглядом этого идиота каждый раз, когда видит его. Ривера был уверен, что блондин заслуживает кого-нибудь получше, чем какую-то там Лаки Фейн. Ученики за пеленой шума не услышали звонка, поэтому внезапное появление мистера Роя в кабинете вызвало у всех лёгкий приступ паники. Ученики тут же замолкли и расселись по местам. Учитель закатил глаза, шлёпнул папку с бумагами на рабочий стол и с силой плюхнулся на свой крутящийся стул. Блейк инстинктивно спрятался за учебник. - Так, вчерашний тест вы написали просто отвратительно, - начал Рой и на секунду прервался, заглядывая в свой мобильник. Его губы на мгновение тронула улыбка, но потом мужчина вновь стал серьёзным. – Айзек, раздай эту макулатуру. Айзек послушно раздал всем листки с их тестами и со страхом взглянул в свой – «В». Парень вздохнул с облегчением и довольный уселся за парту, демонстрируя Стэну свой результат. Последний искренне улыбнулся. Он всегда душевно радовался за Айзека, когда у него что-либо получалось. В своём же листке Стэнли увидел «C» с минусом и безразлично скомкал его. - Меня не удивляет, что вы снова завалили ваше задание, - тем временем сетовал Рой, что-то записывая в своём журнале. – Но у вас будет ещё шанс на следующей неделе показать себя. Мы опять проведём этот великолепный тест, и у каждого будет свой собственный вариант. Классно, правда? – с сарказмом оповестил учитель, и класс застонал. – Так, а теперь тема на сегодня. Думаю, мисс Эмили нам много чего расскажет. - В смысле? – Эмили, сидевшая в переднем ряду, невинно захлопала глазами. - В том самом – иди к доске. У тебя же есть время на телефон и на блеск для губ. Значит и на парочку уравнений найдётся, - твёрдо сказал мистер Рой, и девушке ничего не оставалось, кроме как встать и полуживой походкой подойти к доске. Скотт мысленно пожелал ей удачи и почему-то обернулся, смотря назад. Блейк в этот момент наблюдал за ним, и поэтому нет ничего странного в том, что их взгляды пересеклись. Скотт улыбнулся, а Блейк нахмурился и спрятался за учебник. Сердце забилось быстрее, захотелось простонать от удовольствия. Его голубые глаза просто сводят с ума! Но на лице у Блейка по-прежнему было написано полное безразличие.