Я стану твоей звездой!

      Кладбище всегда вызывало у Сириуса только отрицательные чувства. Парень с детства ненавидел такие места, ведь именно тут всё заканчивается. О чем бы ни мечтал человек, какие бы планы не строил на будущее и даже насколько хорошим бы не был волшебник все одинаково рано или поздно оказывались тут. Вот это чувство бессилия и угнетало Сириуса. Сейчас стоя возле могилы дядюшки, который в последние годы заменил Сириусу отца и всех родственников, который единственный принял Сириуса таким, какой он был, парень тихо плакал. Вокруг не было ни души, и только тут Сириус мог по-настоящему излить свое горе и поделиться своими проблемами. Он часто приходил сюда сам и стоя возле могилы рассказывал дядюшке обо всё, что с ним происходило, спрашивал совет и как ни странно это действительно помогало, решение проблемы или ответ на вопрос приходил словно сам собой. Кто-то скажет это банальный самоанализ или техника «выговаривания» своих проблем и переживаний, как на приёме в психолога, но Сириус верил, что даже после смерти ему помогает дядюшка. Уже прошел год после смерти дядюшки, а Сириус не мог себе простить, что не сумел помочь, что оставил Женевьев одну в ту кошмарную ночь. Сначала девушка пыталась быть сильной и не показывать своих чувств и переживаний, но все изменилось месяц назад.       Сириус с Джеймсом были на очередном задании и уже во второй раз они столкнулись с Волдемортом. Парни, бросились в первых рядах членов ордена, с небывалым рвением нападали на Пожирателей смерти и отбивались от летящих заклинаний. В какой-то момент Сириус оступился и тут же упал. Секунды показались целой вечностью. Блэк сумел вовремя перевернуться на грязной земле, но заклинание всё же прошлось по касательной, и его плечо было сильно ранено, часть кости просматривалась в кровавом месиве, что раньше было его плечом.       - Сириус, ты как? – подбежал Джеймс, при этом удерживая магический щит.       - Вроде хреново, - покосился на свое плечо Сириус.       - Держись, я сейчас тебя аппарирую, - перекрикивая шум битвы, произнёс Джеймс и почти сразу Сириус почувствовал, как его начало затягивать в невидимую трубу.       В какой-то момент что-то пошло не так, аппарация затягивалась, а воздуха катастрофически стало не хватать. И когда Сириус подумал, что это его последний глоток воздуха, они с Джеймсом рухнули на мокрую от дождя мостовую.       Джеймс лежал без сознания, а возле него медленно расплывалась кровавая лужа. Сириус, сжав зубы от боли, поднял друга и двинулся в сторону штаба Ордена Феникса.       Последнее, что он помнил, это сильная гроза, что и раскат грома, когда он рухнул в холодную лужу с Джеймсом.       Сириус ничего не чувствовал. Нет, точно совершенно ни-че-го! Ему вообще впервые в жизни было легко и хорошо. Ни боли, ни усталости, в теле, такая лёгкость, словно ты на небесах… Так, стоп, что последнее помнит Сириус? Битва с Пожирателями, Волдеморт напротив Сириуса и Джеймса, падение, крик Поттера, аппарация, дождь и кровь Джеймса…       «Неужели это конец? Нет, нет – этого не может быть. А почему не может? Так, нужно собраться и открыть глаза и тогда точно станет всё понятно…»       Сказать или точнее подумать намного легче, чем сделать. Во-первых, мешал страх, если ты точно умер, то что увидишь, открыв глаза? Во-вторых, почему ничего не болит? Ведь только боль даёт понимание жизни и смерти, а если ничего не болит, то, что это может значить?       «Всё, собрался и сделал это! Я должен знать жив я или нет!»       Ну, вот прекрасно мысленный пинок помог, и Сириус очень медленно открыл глаза. То что он увидел, поразило его и даже слегка напугало. Нет, Сириус не была верующим человеком и кроме Мерлина и Морганы, не признавал других божеств, но увидев перед собой всё в белых тонах, сразу начинаешь думать, что ты попал в … чистилище. «Мебель, тюль, ковёр, светильник – всё белого цвета! Можно с ума сойти! Так, если это чистилище, то тогда почему нет ангелов или кто там за всё отвечает?» https://i.pinimg.com/originals/74/cd/1b/74cd1b84fc2c8f27f82a23e4410d67d3.jpg       Парень снова обвел глазами всё вокруг и решил немного приподняться. Тут он услышал тихое шевеление с правой стороны, и увидел возле себя спящую Женевьев. Девушка выглядела сильно уставшей, её милое личико было сильно бледным, а под глазами, словно нарисованные выступали черные круги. Волосы были в беспорядке, а одежда сильно мятой.       - Эй, - тихо коснулся руки девушки, сказал Сириус.       Женевьев что-то пробормотала во сне, а потом резко подняла голову.       - Ты как? Ты уже долго в сознании? – скороговоркой спросила девушка и начала поправлять волосы.       - Нет, я только что очнулся, - Женевьев бросила быстрый взгляд на себя в зеркало и тут же с помощью волшебной палочки сделала себе прическу и слегка разгладила мятую ткань на платье. Сириус только улыбнулся такому поведению любимой девушки. Неужели она думает, что ему важно как она выглядит? Для Сириуса она прекрасна всегда, как бы не выглядела, и во что бы ни была одета. – Долго я тут валяюсь?       - Уже пятый день, - неловко переминая складки на платье, ответила девушка. – А что с…       - Джеймс в порядке, он вчера приходил, но пробыл недолго и снова ушёл, - словно читая мысли парня, ответила Женевьев.       Сириус снова посмотрел на девушку. За этот год он очень хорошо выучил её, и если Женевьев вот так тихо и неловко прятала свой взгляд, это означало одно – она чертовски зла и едва сдерживает себя, от крика.       Сириус и Женевьев были «итальянской парой». Страсть между ними кипела и даже время от времени взрывалась. Оба лидеры и никто из них не хотел терять свою лидерскую позицию, компромисс был им не знаком и каждый стоял на своем. Они могли громко ссориться, днями не общаться, а потом бурно мириться с помощью секса. Хотя каждый раз оба твердили:       - Больше я на это не поведусь! – но продолжали играть в эту игру, которую никто не осмеливался назвать «любовью».       - Ладно, давай уже скажи что хочешь, - улыбаясь, сказал Сириус, чувствуя, что сильно заскучал за «своей Женевьев», за её огненным взглядом и страстью в словах.       - Ничего я не хочу тебе сказать, - отмахнулась девушка и подошла к окну.       - Неужели даже не скажешь мне, что я эгоист? – всё-таки поднялся и сел на кровати парень.       - О, если ты уже шутишь, значит идёшь на поправку! – злобно посмотрела на Сириуса девушка. – И да ты чертов эгоист!! Ты же сказал, что идёшь на собрание, а не на битву!!       - Битва? Какая битва? – попытался шутить Сириус, но тут же в него прилетела маленькая диванная подушка. – Э-э-э, ты чего я раненый, ты что забыла?       - Нет, я не забыла!! Я пять дней просидела возле тебя!! – закусила губу Женевьев, чтобы не заплакать. Сириус перестал улыбаться и внимательно посмотрел на девушку.       Такое он видел впервые, чтобы мисс Лафарж плакала, это что-то из грани фантастики.       - Эй, ты чего? Ты что решила плакать? – парень не обращая внимания на усиливающую боль в плече, поднялся и подошёл к Женевьев. Он хотел её обнять, но девушка вырывалась из объятий и скрывала свое лицо. Сириус посильнее схватил Женевьев и прижал к себе спиной.       - Отпусти! – сквозь слезы сказала девушка.       - Нет, я хочу знать, что случилось? – тихо прошептал на ушко Сириус и поцеловал мочку уха. Парень и сам понимал, почему плачет Женевьев, но не хотел этого озвучивать.       - Ты мне не доверяешь? Почему ты ничего мне не рассказываешь? Неужели я для тебя никто, я пустое место или просто удобный вариант, с кем потрахаться? – девушка вытерла слезы и развернулась в сторону изумленного Сириуса.       - Ты чего? – все что мог произнести на этот поток вопросов Блэк.       - Ничего! Я уезжаю во Францию, я уже написала отцу, и он согласился … принять меня назад, - боль во время ранения была не такой сильной и ужасной, как та, что почувствовал парень после этих слов.       - Нет, ты не можешь…, - Сириус хотел сказать «этого сделать», но увидев решительность во взгляде карих глаз замолчал. – Ты даже не представляешь, как ты мне нужна. Я живу только благодаря тебе… Да, я не посвящал тебя во все дела Ордена, но причина всему – забота. Я не хочу тебя во все это втягивать, не хочу, чтобы ты волновалась или сходила с ума, в ожидании меня. Думаю, ты до сегодня ты догадывалась, где я пропадал и что делал, что произошло на этот раз? В чем проблема?       - Я … беременна, - с вызовом посмотрела на парня Женевьев.       - Ты что? От меня? – пока Сириус пытался переварить эту информацию, Женевьев отвесила ему пощечину.       - Ты за кого меня принимаешь? Что значит «от тебя?»…       - Я не это имел в виду, - попытался оправдаться парень, - Я просто в шоке, что у меня может быть ребенок…       - Ничего у тебя не будет! – о, как прекрасно Сириус знал этот тон. Такой тон в голосе Женевьев не сулил ничего хорошего.       - Что ты имеешь в виду? – уже тоже начиная злиться, спросило парень.       - Тебя волнует, только твоя жизнь и твои дела в Ордене, на всё остальное тебе начхать! Я уезжаю к родителям, пусть они будут меня осуждать, но они позаботятся обо мне и о ребенке, - с вызовом сказала Женевьев.       - Я никуда тебя не отпущу! – Сириус на мгновение прикрыл глаза, так как боль в плече становилась невыносимой, но ему было плевать на это. – Я всегда волнуюсь за тебя, а теперь буду волноваться и за нашего ребенка, хотя и узнал о нём только пять минут назад. Я люблю тебя и никуда не отпущу, что бы ты там себе не навыдумывала. И знаешь, что мы вместе поедем к твоим родителям, и я попрошу у них благословения на наш брак! Мой ребенок родится в законном браке! – Сириус сильно обнял девушку и поцеловал в губы. – А перед таким героическим поступком можно мне немного обезболивающего зелья?       Женевьев восторженно смотрела на Сириуса и улыбалась впервые за эти пять долгих и тяжелых дней.       - Ты сумасшедший! – сказала Женевьев.       - Не может быть! С чего ты это взяла? – решил сыграть недоумение Сириус.       - Я боюсь, что с тобой что-то случиться…       Девушка почти прошептала эти слова.       - Я буду жить вечно! – искренне веря в сказанное, произнёс Сириус.       - Если ты будешь жить вечно, тогда я тоже. – Девушка поцеловала парня в губы. – Мы никогда не умрем, мы превратимся в звезды. Я стану твоей звездой и буду светить только тебе, а сейчас ложись я принесу лекарство.       Когда видишь, как умирают знакомые и друзья, когда понимаешь, что каждый день может стать последним, приходится быстро становиться взрослым. Понимание ужасающей реальности, приносит желание жить, тут и сейчас, потому что завтра может и не наступить. Во времена Первой магической войны, многие пары женились спустя пару месяцев после знакомства. Парни и девушки понимали, что некогда проверять чувства, если чувства есть нужно окунуться в них с головой, так как ты не знаешь, сколько предначертано именно тебе.       После выздоровления Сириуса, он решил сдержать своё слово, и в сентябре они с Женевьев были приглашены на ужин к семье Лафарж.       - Мой отец терпеть не может, парней с длинными волосами, - как-то за разговором сказала Женевьев.       Сириус до последнего оттягивал этот момент, но всё же произвести хорошее первое впечатление на будущих родственником, было куда важнее, чем юношеский протест в виде копны длинных волос. Не говоря Женевьев ни слова, парень с утра пошёл в парикмахерскую и обрезал свои волосы. Вид у него был ещё тот! От природы волнистые волосы, теперь густыми кудряшками украшали его голову. Попытка выпрямить пряди ни к чему хорошему не привела.       Ощущая сильное волнение Сириус вернувшись домой включил музыку и пританцовывая начал медленно собираться на встречу. Он специально заказал дорогой костюм с бриллиантовыми запонками, и белую шелковую рубашку, вместо галстука повязал бабочку.       Осмотрев себя в зеркало, Сириус недовольно снял бабочку и пошёл посмотреть, во что будет одета Женевьев. Когда Сириус увидел наряд любимой, то ему сначала отобрало речь, а когда он снова смог говорить, то возмущение так и распирало его изнутри.       - Ты что пойдешь в этом? – спросил парень, изучая красное очень короткое платье на девушке, что не предполагало нижнего белья и полностью открывало спину. Женевьев, словно на подиуме прошлась по комнате, покрутилась возле зеркала и улыбаясь ответила:       - Не думаю, что мое появление в ночной рубашке будет принято с восторгом, - после этих слов сильно хохоча, девушка удалилась в спальню одеваться.       Дурацкая бабочка никак не хотела аккуратно завязываться, то она была однобокой, то узел выходил сильно большой. После пятой попытки Сириус бросил эту затею, взяв бабочку в руки, он пошёл в спальню, где у окна его ожидала Женевьев. Она надела всё-таки красное платье с открытой спиной, но спереди платье было очень строгим и закрытым, а ещё длинным и со шлейфом.       - Возможно, ты поможешь мне с этой дурацкой бабочкой, - спросил парень и надел галстук на шею.       Женевьев развернулась, посмотрела на парня и остановила свой взор на его волосах. Улыбнувшись, она прошла мимо со словами:       - Можешь идти без бабочки, к чему этот официоз, - Сириус уже в третий раз стянул галстук и взяв руку любимой поцеловал её пальчики.       - А зачем ты подстригся? – захохотала девушка.       - Ты же говорила, что твой отец терпеть не может длинных волос…       - Он многое терпеть не может, так что всему миру прикажешь подстраиваться под него, - не переставая хохотать, сказала девушка.       - Иди сюда, - Сириус за руку притянул девушку к себе, и покружив, словно в танце резко наклонил вниз.       - Неплохо, - смотря снизу вверх на Сириуса, и лежа на его руке, сказала Женевьев, - это всё что ты можешь показать в танце.       - Ты невыносима! – подняв девушку и прижав к себе, прорычал парень.       В следующую минуту пара уже танцевала посреди комнаты без музыки, но под мелодию, которая была известна только им двоим. Смех Женевьев разносился по всему второму этажу, и казалось, счастье наконец-то поселилось в этом доме. Вот Сириус схватил девушку на руки и закружил возле дивана, а потом уставшие они оба рухнули на мягкую мебель.       - Ну, вот ты испортил платье, оно всё мятое, - посмотрела на свой длинный шлейф девушка. Она поднялась и с помощью волшебной палочки начала быстро разравнивать мятые складки, а Сириус всё же сумел нервно дрожащими руками завязать бабочку.       Когда парень вернулся из ванной в спальню, Женевьев поправляла чулки на стройной ножке, при этом поставив её на журнальный столик и до неприличия задрав платье.       Сириус провел рукой по кудряшкам на голове и произнёс:       - Мерлин, ты хочешь моей смерти!       - Пошли уже! – опустив платье и приняв очень чопорный вид, ответила Женевьев.       Сириус пропустил девушку вперед. Спускаясь по круглой лестнице вниз, Женевьев казалась мифической богиней, что была окружена красным огнем. И даже Сириус чувствовал этот огонь. Огонь страсти, пламя чувств и тепло их любви. Однажды Женевьев сказала, что их любовь словно ветер, её не видишь, но всегда ощущаешь, она может быть жаркой и сильной, а может быть прохладной и приятной. Как без ветра не может быть дождя, так и без любви не может быть доверия и взаимопонимания.       Сириус уже сидел за рулём черного Порше, который взял напрокат, когда Женевьев вышла из двери.       - Что? Нет, только не черный! – воскликнула волшебница и тут же с помощью волшебной палочки сделала автомобиль красным.       - С ума сошла! – осматриваясь на все стороны, крикнул Сириус – Тебе кто-то мог увидеть!       - Так, никого не было! – абсолютно спокойно произнесла девушка.       Встреча с родителями Женевьев должна была состояться в ресторане. Мистер и миссис Лафарж два дня назад прибыли по делам в Лондон и решили встретиться с дочкой, которая им написала раньше. Всю дорогу в ресторан Сириус волновался и думал о том, что скажет и чего говорить не будет. Женевьев же сидела радостная, что-то тихо пела про себя на французском и подкрашивала губы ярко алой помадой. У входа в ресторан Сириус отдал ключи парковщику, и взяв под руку Женевьев направился в ресторан.       - Кого я вижу! С'est pas possible! – вдруг раздался мужской голос позади пары.       Сириус и Женевьев развернулись и увидели красивого высокого брюнета с такими же глазами, как у Женевьев.       - Николя! – радостно крикнула девушка и побежала к парню. – Я так рада тебя видеть!       После долгих объятий девушка, наконец, представила мужчин. Николя родной брат Женевьев был очень многословен и практически не замолкал.       - Ты в красном платье? Папа´ тебя убьет! Что это красная помада? Ты обрела бессмертие? – Сириус решил войти в ресторан и осмотреться, пока эти двое наболтаются.       Оказалось, что Лафаржы арендовали весь ресторан и кроме их семьи больше никого не будет. «Их семьи» оказалось человек пятнадцать. Просто прекрасно!! Если Сириуса решат убить, они обеспечат алиби в семейном кругу. Блэк вернулся к выходу за Женевьев. Он стоял напротив входных дверей и чертовски хотел покурить, хотя не делал этого уже больше года. Швейцар открыл двери и в красном сиянии гордо подняв головку вверх вошла Женевьев. Она выглядела, как Жанна д׳Арк при наступлении. Девушка подошла к Сириусу и потянула за край бабочки, после чего последняя развязалась.       - Я просила без официоза! – подмигнула она парню и потянула его в зал.       Ресторан был одним из самых дорогих в Лондоне. Интерьер и обслуживание этому соответствовали. Стены украшены дорогими итальянскими обоями с панелями из красного дерева, повсюду позолота и хрусталь. Посреди зала стоял длинный стол, за которым уже почти все места были заняты. Появление Сириуса и Женевьев вызвало полную тишину, разговоры как по волшебству умолкли и все внимательно смотрели за приближающейся парой.       - Добрый вечер, папа´, мама´! – Женевьев по очереди подошла сначала к мужчине лет пятидесяти с седыми волосами, а потом к очень симпатичной женщине и поцеловала их.       - Добрый вечер, Женевьев! – тихо прорычал мистер Лафарж.       - Познакомьтесь, это мой парень – Сириус Орион Блек ІІІ, - представила девушка Сируиса своим родителям.       Отец сдержано пожал руку парню, а мадам Лафарж кивнула головой.       - Как вам мой наряд? – покрутилась девушка, а все тут же обратились взглядами на главу семейства.       - Очень вызывающе! – положила руку на руку мужа и ответила вместо него мадам Лафарж.       За столом Сириус сел напротив Женевьев. Парень подумал, что эти места специально были оставлены, чтобы разлучить пару, хотя бы на время ужина.       Официанты принесли первые блюда, и гости не спеша пробовали предложенные закуски и тихо вели беседу. Женевьев улыбнувшись Сириусу через стол, медленно начала поднимать его брюки под столом своей ножкой. Было заметно, что настроение у девушки очень радостное и праздничное.       После того, как на стол подали основное блюдо, мистер Лафарж посмотрел сначала на Сириуса и его расстёгнутую рубашку без краватки, а потом обратился к Женевьев.       - И так, Женевьев, может, ты расскажешь, как жила все эти годы? И что постигло тебя написать нам письмо?       Девушка отложила вилку и нож, вытерла губы салфеткой и посмотрев на отца сказала:       - За это время я многое переосмыслила и переоценила. Сейчас я понимаю, что семья самое главное, что есть в этом мире и хочу забыть всё, что было у нас до этого. Папа׳, прошу простить меня за моё поведение и закончить эту многолетнюю обиду. Мистер Лафарж дожевал кусок стейка, и тоже вытерев губы салфеткой, посмотрел на дочь и ответил.       - А что именно изменилось?       - Что…, - тихо повторила девушка, и её радостное настроение в миг погасло.       - Ты предала семью, бросила нас, опозорила перед семейством Розье, и теперь думаешь, что твоё «прости», всё решит? На что собственно ты рассчитывала? Ты говоришь о семье? Странно, как такое может говорить особа, что покинула свою семью!       Женевьев опустила голову и молчала, молчали и все за столом.       - Ты являешься сюда не понятно с кем, в наряде девушки легкого поведения и считаешь, что мы должны принять тебя с распростертыми руками? – продолжил унижение дочки отец.       - Может уже хватит! – вмешался в разговор Сириус. – Родители должны заботиться о своих детях, а не торговать ими ради своих выгод. Вы же не хотели слушать Женевьев, выдавая её замуж за почти, что вдвое старшего мужчину. Да, она ослушалась вас, но первой решилась на примирение, и поверьте для этого нужно немало смелости! И что она снова получила от семьи? Унижение и обиду! Как по мне так лучше быть сиротой, чем иметь таких родственников!       - Да, как ты смеешь такое говорить мне…       Женевьев поднялась из-за стола и выбежала из зала, чтобы не слышать крики отца, а ещё больше, чтобы никто не видел её боли и слез. Девушка бросилась бежать по лестнице вверх, и остановилась только на широкой террасе с видом на ночной город. Она стояла и рыдала, а внизу раздавались крики, и играла живая музыка. Послышались шаги, и кто-то обнял девушку.       - Ты чего? – обнял Женевьев Сириус. – Не плачь, они того не стоят!       - Они моя семья…, - всхлипывая, сказала девушка. - я думала, всё изменилось, я хотела рассказать о … ребенке…       Девушка прижалась к груди парня и заплакала ещё сильнее.       - У тебя есть семья, - Сириус замялся и быстро добавил, - Будет семья. Женевьев ты выйдешь за меня замуж?       - Да, - совсем тихо ответила девушка и горячо поцеловала Сириуса.       - А знаешь, что такой день должен запомниться, - Сириус улыбнулся и потянул девушку вниз по лестнице.       - Куда мы?       - У меня знакомый колдограф, мы сделаем несколько колдографий. Видео https://www.youtube.com/watch?v=0BWEslSd52k&t=24s до 1.50       Спустя неделю, Сириус и Женевьев тайно поженились. Никто, кроме них не знал о их союзе. Времена становились всё опаснее, Пожиратели смерти набирали силы и уже в открытую выступали против Министерства, а члены Ордена либо бесследно исчезали, либо умирали. Сириус долго ругался с Женевьев, но всё же настоял на своём, пока она не родит, они будут всё скрывать.       В день свадьбы Сириус вошёл в спальню и возле зеркала увидел Женевьев. Девушка сидела в красном пышном платье.       - Красное? – спросил Сириус. https://i.pinimg.com/originals/fe/6c/06/fe6c0628096704efc87a3d38628d90f1.jpg       - А почему бы и нет? Красный приносит нам счастье? – улыбнулась девушка.       Это был самый сказочный день в их жизни. После церемонии, они долго гуляли по городскому саду, а вечером - пошли в ресторан. И вместо, того чтобы кушать, Женевьев и Сириус целый вечер протанцевали. Танцами пары засматривались все посетители и отмечали, что ещё не видели более красивой и влюбленной пары, чем эти двое молодых людей. https://i.pinimg.com/originals/38/89/e0/3889e03542f0b6d4626ebdcfa3883fd0.jpg С'est pas possible – не может быть!