Crash Into Me Real Hard

Ибо был увлеченным человеком: стоило позволить ему заговорить о чем-то, что ему действительно нравилось, заткнуть его или перевести тему становилось невозможно. Сяо Чжань узнал об этой его особенности ещё в начале знакомства, а впоследствии и полюбил ее. Полюбил потому, что для всех остальных Ибо был холодным и отчужденным. Этаким крутым парнем с невозмутимым видом. Все считали, что с ним трудно сблизиться, сложно заставить его открыться. Но Сяо Чжань знал, что это совсем не так. Ибо был каким угодно, но не холодным. Об этом Сяо Чжаню сказали прикосновения его рук, то и дело сжимающих запястья Сяо Чжаня в шутливом захвате, и — тот раз невозможно забыть — вцепившихся в его шею, будто желая придушить. У Ибо не было такого намерения; он лишь слегка сжал ладонь на горле Сяо Чжаня, но Сяо Чжань запомнил тот жар — им светились глаза Ибо, и казалось, что этот взгляд ввинчивается в самую душу, проникает в самые потаенные желания. Когда Ибо убрал руку, Сяо Чжань ещё несколько часов ловил кожей призрачное ощущение давящего прикосновения к шее. Не был Ибо и отстраненным. Об этом Сяо Чжаню сказали взгляды исподтишка во время чтения сценария «Неукротимого». Ибо шутил и тут же бросал беглый взгляд на Сяо Чжаня, ожидая его реакции, прежде чем улыбнуться самому — однако улыбка быстро исчезала, снова сменяясь серьёзным выражением. Он был неловким и все ещё учился взаимодействовать с теми, кто ему нравится, только и всего. Сяо Чжань подумал, что таким образом Ибо располагает к себе: притворяется недосягаемым, а на деле назвать его недосягаемым можно лишь в последнюю очередь. Был ли Ибо крутым парнем? Это Сяо Чжань и пытался определить, через всю крышу вперившись в него взглядом. Ибо повторял один из своих монологов — об усердной работе и о сражениях на мечах — и полушутливо размахивал Бичэнем, представляя предполагаемую боевую сцену, а Сяо Чжань молча смотрел на него. Сяо Чжань умиленно вздохнул и оторвал взгляд от Ибо, чтобы присмотреть за командой, которая готовилась к съёмкам следующей сцены. Было уже поздно, и от усталости рябило в глазах. Он не мог дождаться, когда же наконец скинет с себя костюм и снимет контактные линзы. Сегодняшний день был ещё одним изнурительным и долгим съёмочным днем, и завтрашний будет точно таким же. Сяо Чжань надеялся лишь, что сможет немного поспать до того, как безумное расписание снова закружит его в водовороте дел. — Чжань-гэ! Чжань-гэ, ты меня слушаешь? Или ты игнорируешь своего диди? Сяо Чжань фыркнул и поднялся с корточек, повернувшись спиной к Ибо. На самом деле он его не игнорировал, но знал, как Ибо бесит подобная реакция. До него донеслось гневное: «Эй! Не отворачивайся от меня». Сяо Чжань хихикнул, но тут раздался шлепок — что-то ударило его по спине. — Ох! Ван Ибо, за что ты меня бьёшь? А? — Сяо Чжань принялся лупить его в отместку, и Ибо со смехом отступил на исходную позицию. — Я не мог дотянуться до тебя из-за тросов, вот и пришлось ткнуть тебя мечом. Теперь-то ты слушаешь, Чжань-гэ? От возмущения Сяо Чжань едва не поперхнулся. И что прикажете делать с этим типом? — Да, Ибо-гэ. Я слушаю, — Сяо Чжань снова опустился на корточки, подперев руками подбородок, и выжидающе посмотрел на возвышающегося над ним Ибо. В ответ Ибо улыбнулся и приставил острие Бичэня к горлу Сяо Чжаня, заставляя его ещё сильнее задрать голову. Сяо Чжань сглотнул, и дернувшийся кадык задел лезвие меча. Подняв глаза, Сяо Чжань встретился взглядом с Ибо. Ибо какое-то время смотрел на него оценивающим взглядом, склонив голову набок, будто изучая под другим углом. Наконец он с ухмылкой прервал эту игру в гляделки, чтобы убрать меч в ножны. Сяо Чжань жадно схватил ртом воздух. Он даже не понял, что все это время задерживал дыхание. — Ох… Не бери в голову, Чжань-гэ. Это было глупо. Я просто рассказывал тебе о своей коллекции машин. Ну, знаешь, такие игрушечные? Я спросил, не хочешь ли ты пойти ко мне в номер и посмотреть… Сяо Чжань рывком поднялся. — Я приду посмотреть! К тебе в номер? — Он старался не показывать весь тот энтузиазм, который вызвало в нем приглашение. Поправив парик и оставив пряди свободно лежать на плечах, он продолжил: — Я к тому, что, может, не сегодня? Сейчас уже поздно, так что почему бы не завтра вечером? Кажется, на следующее утро не запланировано ничего важного, или мы как минимум сможем приступить к делу позже. — Да, звучит здорово. Ты и правда хочешь посмотреть? Я и не подозревал, что тебя интересует что-то подобное, Чжань-гэ. — Ибо широко ухмыльнулся, но взгляд его был несколько растерянным и все же полным надежды. Сердце Сяо Чжаня забилось чуть быстрее. — Да, конечно! Кого не интересуют… игрушечные машинки? — Он рассмеялся и заговорщицки подмигнул Ибо, прежде чем подойти ближе и ударить его по руке. Начался следующий раунд взаимных тычков и поддразниваний. Собравшийся вокруг съемочный персонал наблюдал за этим устало, но снисходительно. И все же после нескольких призывов к благоразумию парни наконец успокоились и вернулись к своим ролям. В отель возвращались на студийном автобусе, и Сяо Чжань сел рядом с Ибо, который отключился у него на плече, едва лишь автобус затарахтел по дороге. Было комфортно, хотя духота летней ночи все же пробилась в салон с кондиционером. Сяо Чжань умиротворенно склонил голову на плечо Ибо. Вот в чем все дело. Несмотря на все эти жаркие взгляды, подтрунивания, шутливые драки и неприкрытые заигрывания, между ними ничего не было. Последние несколько месяцев были насыщенными на события, а Сяо Чжань больше ни с кем из каста не сблизился так сильно, как с Ибо. Ей-богу, он и не хотел никогда, чтобы кто-то из коллег вторгался в его личное пространство, так сильно, как сейчас хотел этого от Ибо, и все же — все вышло так, как вышло. Всего лишь после нескольких недель съемок Сяо Чжань осознал, какая между ними была химия, осознал, насколько привлекает его Ибо. Однако он решил не поддаваться этому ради стабильности производственного процесса и ради сохранения прекрасных рабочих отношений. Но то было другое время, и то был другой Сяо Чжань. Прошлый Сяо Чжань еще не осознавал, каким бесстыдником мог быть Ван Ибо, и что сам он в присутствии других мог чувствовать себя так уютно и таким собой. Сейчас Сяо Чжань мог и был готов сыграть на их чувствах, но пока не нашел подходящего момента. Расписание у обоих было настолько забито, что времени едва ли хватало на то, чтобы просто расслабленно провести ночь в отеле, никуда не спеша. Они всегда были либо заняты грядущими проектами, либо измотаны настолько, что сразу же вырубались, едва дойдя до своей постели. «Завтра вечером», — еще пообещает он Ибо. Он почти уверен, что Ибо чувствует то же самое: ну, типа, я вас умоляю — игрушечные машинки? Очевидно, что это всего лишь предлог, чтобы затащить Сяо Чжаня к себе в комнату, и Сяо Чжань более чем хотел найти предлог, чтобы остаться там как можно дольше, пока ночь не закончится, и лежать на спине, пока Ибо будет сверху… или Ибо будет сзади… или он сам будет сверху на Ибо. Так много вариантов. Легкий вздох раздул пушистые волосы Ибо, и Сяо Чжань нежно улыбнулся, сверху вниз глядя на парня. Он усмехнулся про себя: Игрушечные машинки, Ван Ибо? Ты и впрямь такой неловкий и милый. Сяо Чжань закрыл глаза, продолжая улыбаться, и так и сидел, пока они не прибыли на место. Он и впрямь не мог дождаться завтрашнего вечера.

~…~

Сяо Чжань постучался в дверь гостиничного номера Ибо и изо всех сил старался не суетиться и не поправлять постоянно одежду, которую он и без того подбирал слишком уж тщательно и долго. Он решил, что лучше всего подойдет что-то комфортное, в стиле casual, так что натянул свои черные спортивные штаны и безразмерную белую футболку, которая в этот самый момент сползла, оголив одно плечо, открыв взгляду ключицу. Он подумал, что это, должно быть, выглядит соблазнительно и Ибо накинется на него с порога. Разве что его несколько смущали атласные бесшовные трусы, что он носил под одеждой. Они были слишком простые, совсем не сексуальные, но ничего получше у него при себе не было. В дорожной сумке были только такие, так как зачастую костюмы были слишком посажены по фигуре, особенно алые одеяния Вэй Усяня, и было недопустимо, чтобы через них просвечивали или выделялись швами боксеры. Поэтому — атласные бесшовные трусы. Он натянул их в самый последний момент, почти в панике, перед тем как идти к Ибо. Он предпочел бы приступить к делу без лишних церемоний и надеялся, что так оно и будет. Услышав возню по ту сторону двери, он подавил в себе все сомнения — поздно было что-то менять. Дверь перед Сяо Чжанем открылась. Свет из комнаты просочился в коридор и осветил его фигуру. Он тут же встретился взглядом с Ван Ибо, который смотрел на него с широкой улыбкой и весь лучился воодушевлением. — Чжань-гэ! Ты пришел! Ну же, входи. Я пока еще не все подготовил. Ты даже не представляешь, сколько в комплекте деталей. Сяо Чжань проследовал за Ибо в комнату, слегка досадуя на тот факт, что Ибо даже не взглянул на его оголенное плечо. Он опустил взгляд и осмотрел себя, полагая, что футболка просто могла сползти не так эффектно — но нет. Она все еще спадала в художественном беспорядке так, что его правое плечо и ключица были открыты взору, как и безупречно гладкая кожа с россыпью мелких родинок. На пороге он разулся и поспешил за Ибо дальше вглубь комнаты, чтобы увидеть… игрушечные машинки и миниатюрный гоночный трек у него на столе. По всей кровати были разбросаны неиспользованные детали и машинки, не стоявшие сейчас на треке. — Я хотел узнать, сможет ли кто-нибудь доставить сюда один из моих наборов Лего, чтобы мы его собрали, но времени не хватило. Мы могли бы построить мост или что-то еще на треке, но увы. Я и правда был удивлен, когда ты сказал, что увлекаешься машинками — это так круто, ведь с этим набором мы сможем построить разные треки и, может, сделать их даже длиннее и сложнее. Я уже собрал себе Cheetah 1964-го для этой гонки, так что тебе придется собрать другую тачку, Чжань-гэ. Ибо повернулся к Сяо Чжаню. Меж его длинных пальцев была зажата ярко-зеленая машинка с номером 85 на капоте. Ибо повертел ее, демонстрируя со всех сторон. Сяо Чжань лишь тупо уставился на него, затем прошелся взглядом вперед-назад по гоночному треку, снова посмотрел на Ибо, на переворошенную постель; постель, переворошенную не потому, что они на ней кувыркались, а потому, что ее занимали машинки. — Точно, — выдавил из себя Сяо Чжань, — машинки. Ммм… У тебя есть красная? Сяо Чжань чувствовал себя выбитым из колеи, ведь… по всей видимости, игрушечные машинки не были предлогом для секса — они были предлогом действительно поиграть в машинки. Но глядя на Ибо, он не мог признаться, что понял все неправильно. Тот и так рассмеялся над ним, будто его вопрос был глупее некуда, и протянул ему ярко-красную машинку, выуженную из скопления на кровати. — Как насчет этой, Чжань-гэ? Тебе нравится? Сяо Чжань взял машинку из рук Ибо и поднес ближе к лицу, чтобы как следует изучить. Она выглядела в точности как… настоящая машина. Сяо Чжань в сомнении закусил губу. Он никогда не интересовался автомобилями, мотоциклами и гонками, подобно Ибо, однако находил занятным обсуждать с ним все это. Но он полагал, что больший интерес вызывает в нем страсть Ибо к гонкам, а не сами гонки. И ранее Ибо, открывая дверь, выглядел таким счастливым, будто всем, чего он действительно желал, было поделиться одним из своих любимых занятий с Сяо Чжанем. Сяо Чжань знал, что это было чем-то особенным и что он должен чувствовать себя счастливчиком и даже избранным, раз уж Ибо захотел разделить с ним свое увлечение. Он лишь надеялся также на некоторые действия, но их, похоже, придется отложить на какой-нибудь другой день. С этой мыслью он подсел к Ибо, который как раз собирал элементы трека на столе, и спросил: — Бо-гэ, что это за тачка? Я не знаю такой модели. — Это Ford GT 2017 года. В реальности это восхитительная машина. Система с двумя турбинами, достигает скорости в 347 километров в час. Ого… — Глаза Ибо расширились от восторга. — Думаю, будь у меня возможность посидеть за рулем такой тачки, это было бы круто. Ты знаешь, я больше люблю мотоциклы, но такой шанс я бы ни за что не упустил. Сяо Чжань почувствовал, как его лицо расплывается в улыбке, щеки приподнимаются, а глаза весело сощуриваются. Ибо был таким прелестным, а лицо выражало такую гамму чувств, когда он говорил об автомобиле! — Ага. Без понятия, понравится ли мне кататься на чем-то таком, но, может, если случай подвернется, я прокачусь. Пока Сяо Чжань говорил, его настигла блестящая идея: может, если он использует пару… уловок, он все еще может вернуть себе контроль над тем, как закончится эта ночь. Итак, миссия «Быть Оттраханным» в действии. Он улыбнулся с напускной скромностью и наклонился ближе к Ибо, накрыв его руку ладонью. — Что скажешь, Ибо? Погоняешь со мной? — Он захлопал ресницами прямо перед лицом Ибо, ожидая, что тот на него посмотрит, но Ибо был сосредоточен на треке, раскинувшемся перед ним, и прилаживал упрямую деталь, никак не желавшую вставать на место. Ответил он с большой готовностью, но явно не к тому, на что ему намекали: — Да, конечно, погоняю! Может, после окончания съемок? Сяо Чжань фыркнул и покачал головой. Ладно… Первая попытка провалилась. На очереди попытка номер два. — А что это такое, — он бросил беглый взгляд на красную машинку в своих руках, — система с двумя турбинами? Ибо рассмеялся. — Сяо Чжань, ты и впрямь мало что знаешь о машинах. Система с двумя турбинами позволяет увеличить мощность и эффективность двигателя внутреннего сгорания. Более того, она позволяет автомобилю развивать гораздо большую скорость, чем у обычных машин. Сяо Чжань поддакивал, будто ему было интересно, а затем приступил к атаке. — Должно быть, чтобы ход был более… плавным, нужно очень много смазки. Бьюсь об заклад… этим двигателям необходимы нехилая энергия и мощность, чтобы… ну… двигаться? — Он слегка вздрогнул, осознавая, насколько незначительны его знания об автомобилях. Ибо нахмурился и как будто даже смутился. Брови поползли вверх и рот чуть приоткрылся. Похоже, он пытался найти в словах Сяо Чжаня смысл. — Ты о чем? Системе с двумя турбинами достаточно обычного количества смазки. Расход не такой уж и большой. Если что, чрезмерное количество смазки может даже навредить машине. Ответ Ибо был таким серьезным и обстоятельным, что Сяо Чжань огромным усилием воли удержался от того, чтобы своей же рукой хлопнуть себя по лбу. — Да! Точно. — Сяо Чжань неловко рассмеялся и оперся на стоящий перед ним стол. Он вцепился пальцами в край столешницы, пытаясь придумать что-то новое для как минимум еще одной попытки. Он оглядел гоночный трек и разбросанные по столу машинки в поисках вдохновения, и через какое-то время в его голове зародилась очередная блестящая идея. Сяо Чжань вытянулся поперек стола, пальцем указав на другую машинку, и спросил у Ибо, что это за модель. Ибо принялся разбирать детали, оставшиеся на кровати, пытаясь найти необходимые части для завершения трека, собранного на столе. — А? — Услышав вопрос Сяо Чжаня, Ибо отвлекся от своего занятия и посмотрел на машинку, которую тот имел в виду. Сяо Чжань прокатил ее туда-сюда по поверхности стола, ожидая ответа. — А, эта? Это Tomica Nissan Fairlady Z432 Platinum. Клевая, да? Когда внимание Ибо переключилось на него, Сяо Чжань «случайно» крутанул машинку слишком сильно, и она слетела со стола на пол. Он пробормотал себе под нос невинное «Упс!» и наклонился, чтобы поднять игрушку, попутно открыв Ибо прекрасный вид на свою задницу. Он знал, что Ибо поглядывает на него иногда, особенно на съемочной площадке. Оставшись один на один, Сяо Чжань просто не мог не вывести его на чистую воду. Едва он наклонился, Ибо чуть не обрушился на него и осторожно поднял машинку. — Чжань-гэ, осторожнее! Эта машинка, возможно, самая дорогая в моей коллекции. В большинстве магазинов игрушек она стоит около восьмидесяти тысяч американских долларов. Сяо Чжань почти физически ощутил давление Ибо, так что одной рукой он оперся на стол. Ладонь едва не соскользнула — в таком он был шоке. Даже челюсть отвисла. — Во-восемьдесят тысяч?! Эти машинки настолько дорогие? Ибо, почему мы с ними играем? Ибо поместил дорогущую игрушечную машинку в коробку, из которой прежде ее достал. Он был недоволен, и Сяо Чжаню тоже вмиг поплохело. Он принялся извиняться, но Ибо его перебил. — Я знаю, что мне не стоило играть с ними; и все же, в чем смысл их собирать, если я не могу ими насладиться? Это моя вина, Чжань-гэ. Не надо было доставать эту. Но мы можем поиграть с остальными, да? О них я не так сильно беспокоюсь. Вот и все — игра окончена. Теперь Сяо Чжань почувствовал себя виноватым не только в том, что сбросил дорогую игрушечную машинку со стола, но и в том, что пытался сорвать планы Ибо на эту ночь. Тот просто хотел поиграть в машинки, а Сяо Чжань этого не понял и повёл себя бестактно. Он вздохнул, внутренне смирившись с поражением, и приблизился к Ибо, столкнувшись с ним плечом. — Эй… Ну конечно, мы можем поиграть с другими. Можем даже вот с этой серебряной. Даю слово, с ней я буду более осторожен. Но, если честно, эта красненькая, которую ты мне дал, очень крутая. Ибо снова заулыбался уголками губ и слегка ткнул Сяо Чжаня в плечо со словами: — Это Ford GT, Чжань-гэ. Не просто «эта красненькая». — Хорошо-хорошо. Мне нравится Ford GT. Так лучше? Переполненный счастьем, Ибо кивнул и вернулся к треку. — Хочешь добавить ещё какой-нибудь маршрут? Может, получится пристроить одну дополнительную дорогу. Сяо Чжань по-свойски облокотился на Ибо и осмотрел стол. — Не… Продолжай и закончи свой трек, лао Ван. Я не хочу вмешиваться. Наконец Сяо Чжань позволил себе расслабиться. Пусть ночь шла не по его плану, он все равно был рад провести её с Ибо. Пока тот собирал трек, нагнувшись над столом, Сяо Чжань положил руки ему на плечи, сцепив в замок и опустив на них голову. Так он мог лучше почувствовать запах мыла, которым пользовался Ибо, и его собственный естественный запах. Он даже ненароком сунул нос под ворот чужой майки, чтобы лучше принюхаться. Положение было не самым надёжным: плечи, на которые он опирался, тряслись, так как Ибо смеялся. —Ты что, нюхаешь меня? — Лао Ван приятно пахнет. — Чжань-гэ пахнет ещё лучше. Его запах всегда приятный и свежий, даже когда он сильно вспотеет в плотном костю… Ай! — Опять начинаешь, Ван Ибо? А? — Сяо Чжань замахнулся на Ибо и погнался за ним, так как тот успел ускользнуть в сторону, спасаясь от разящей руки. Теперь Ибо хохотал пуще прежнего, осыпая Сяо Чжаня все более и более нелепыми комплиментами и задыхаясь от смеха. Сяо Чжань зажал его в угол рядом с кроватью. Он как раз собирался ударить Ибо за комплимент насчет «милых кроличьих зубок», как тот перехватил его руки и резко развернулся — теперь уже Сяо Чжань был пригвожден к стене, а оба его запястья были крепко сжаты большими руками Ибо. Парни тяжело дышали, но Ибо по-прежнему улыбался, и когда он хватал губами воздух, раздавались короткие тихие смешки. Не похоже было, что он осознавал, в каком положении они оказались, и Сяо Чжань дернулся, пытаясь вырваться, но хватка Ибо стала лишь крепче. Член Сяо Чжаня напрягся, растягивая чёртовы атласные трусы, и Сяо Чжань похолодел. — Ха-а… Ха-ха. Ладно, Ван Ибо. Достаточно. Перестань, пожалуйста, я больше не могу. Серьёзно, я все понял. — Он снова попытался вырваться, но Ван Ибо лишь перехватил руки Сяо Чжаня так, что теперь обе его ладони сжимали по запястью. Это совсем не спасало ситуацию, беспокоившую определённую часть Сяо Чжаня, так как Ибо ещё и ухмылялся, а ухмылка глубже подчеркивала его неотразимую красоту. Обычно они делали это — в смысле, обстреливали друг друга комплиментами — на виду у всей съёмочной группы. И если Ибо и хватал его подобным образом, это быстро заканчивалось распоряжением режиссёра перейти к следующей сцене или вернуться на позицию. Но здесь, в номере Ибо, не было никого; ни души, чтобы прервать их, и никаких обязательств, требующих немедленно остановиться. Чем больше Ибо его нахваливал, тем сильнее Сяо Чжань смущался и возбуждался. Такое положение было близко к тому, чего бы он хотел, если бы подразумевалось продолжение, но, как он мог убедиться, войдя в комнату, планы на ночь были другими. Но если Ибо продолжит в том же духе, Сяо Чжань взорвется. — Чжань-гэ, опять меня игнорируешь? Почему ты не хочешь слышать, как я воспеваю твою красоту? Это тебя смущает? Так не смущайся; в этом нет ничего постыдного, Чжань-гэ. Улучив возможность вставить слово, Сяо Чжань выпалил: — Правда? А если я скажу, что ношу женское нижнее белье? Вот черт. Это было совсем не то, что он хотел сказать. Господи боже, почему именно в этот момент Сяо Чжань не уследил за словами? С горящими ушами он беспомощно захлопал ртом, будучи в не меньшем шоке, чем Ибо, чьё лицо застыло в гримасе изумления. — Я-я… к примеру! Я имею в виду, что, ЕСЛИ бы я носил женское белье? Это, знаешь ли, было бы неловко, да? — Сяо Чжань умолк и нервно рассмеялся. Всё его тело горело, а попытки вернуться к предыдущему состоянию неизбежно проваливались. Двадцать минут он безуспешно пытался привлечь внимание Ибо, а теперь, уже сам того не желая, привлёк так, что уже не мог от него укрыться. Он прочистил пересохшее горло и вырвал руки из ослабевшей хватки Ибо. Но далеко убежать он не успел: похоже, своими телодвижениями он вывел Ибо из оцепенения. Тот снова поймал его запястья, прижимая к стене и подступая ближе. И хотя Сяо Чжань был выше, сейчас он этого не замечал. Ему казалось, что Ибо заполнил собой всю комнату. Ибо был слишком близко, и его дыхание касалось лица Сяо Чжаня. Парень закусил губу, от неловкости начав её пожевывать, и Ибо оказался поглощен этим зрелищем. Когда он заговорил, Сяо Чжань вздрогнул. — Чжань-гэ, — протянул Ибо, и от глубокого проникновенного голоса по разгоряченному телу Сяо Чжаня прошёл холодок. — На тебе сейчас действительно женское белье? Сяо Чжань съежился от стыда и ответил: — Ибо, просто забудь об этом, ладно? Сделаем вид, что я ничего не говорил. Пойдём, нас ждут машинки. Если бы Ибо был ещё немного ближе, он смог бы почувствовать напряжение под одеждой Сяо Чжаня. Белье, которое было на нем, никоим образом не скрывало положения дел. — Как я могу притвориться, что не слышал этого? Чжань-гэ сказал, что на нем женские трусики, и думает, что ради машинок я об этом забуду? Вот уж дудки. После этих слов Сяо Чжань от души расхохотался. — Ага, теперь мы действуем по плану? Ибо растерянно захлопал глазами и спросил: — Ты это о чем? Сяо Чжань пожал плечами и пробормотал: — Ну… На самом деле, когда ты меня пригласил, я не думал, что мы и впрямь будем играть в машинки. Мне казалось, тебе был нужен лишь предлог, чтобы заманить меня к себе в номер. Он не мог посмотреть в глаза Ибо, так как слишком боялся увидеть его реакцию. Но Ибо лишь отпустил одну руку Сяо Чжаня, чтобы взять его за подбородок и развернуть лицом к себе. Он дерзко усмехнулся, глядя на Сяо Чжаня. — Ах, вот оно что, — вырвалось у него. — Вот к чему были все эти вопросы? Чжань-гэ хочет заняться со мной сексом? Тебе следовало просто попросить. Улучив возможность, Сяо Чжань ударил Ибо в живот освобождённой рукой — достаточно сильно, чтобы удивить его, но недостаточно, чтобы действительно ранить. Под сдавленное «Уф!» он вырвался из хватки Ибо и переметнулся на другую сторону кровати. — Ван Ибо, вот уж точно — ни стыда ни совести. Зачем ты так меня дразнишь, а? Откуда мне было знать, что ты просто хотел поиграть в машинки! — Сяо Чжань потёр щеки, пытаясь согнать румянец, не сходивший с лица последние пять минут. Ибо смеялся, держась за живот в том месте, куда пришёлся удар Сяо Чжаня, и вдруг театрально завалился на кровать, глядя на Сяо Чжаня снизу вверх. — Ты несправедлив ко мне, Чжань-гэ. Я вовсе над тобой не издевался, клянусь. Иди сюда, я покажу, насколько я серьезен. — Он улыбнулся и похлопал по матрасу, приглашая Сяо Чжаня приблизиться. Сяо Чжань поверить не мог, что все его прежние попытки провалились, а теперь, когда он даже не пытался, Ибо делал то, чего от него с самого начала ожидали. Он сверху посмотрел на Ибо, сделав вид, что совершенно не впечатлен, и отметил, что игрушечные машинки и детали трека все так же были разбросаны по всей кровати. Он бы не удивился, если бы какие-то из них впивались и в спину Ибо. Подобрав одну, он коленями оперся на кровать и прокатил тачку пальцами по груди Ибо и поперёк ключицы. — Скажи-ка мне, лао Ван, ты и правда думаешь заняться со мной сексом в таком-то бардаке? Знаешь ведь, я довольно нежный. Если я лягу на машинки, я могу поцарапаться. — Я думаю, что Чжань-гэ и с царапинами будет выглядеть потрясающе. Сяо Чжань рассмеялся: — Может, и так, но я предпочел бы, чтобы царапины оставил ты, а не металлические машинки. Прежде, чем он успел осознать, что произошло, Ибо опрокинул его на кровать, аккуратно уложив голову на подушку. Каким-то чудом никаких машинок под ним не оказалось. — Я все устрою, Чжань-гэ. Не двигайся. Ибо быстро сгреб в ладони все машинки с кровати и с громким стуком перекинул их на стол, не беспокоясь о том, что они могут удариться о твёрдую поверхность или скатиться на пол. Это вызвало смешок у Сяо Чжаня, который был одновременно удивлён и взбудоражен нетерпением Ибо, стремившегося поскорее убрать свои «бесценные» машинки. Смех тут же сменился стоном предвкушения, стоило только увидеть, как Ибо срывает с себя майку и бросает штаны в изножье кровати, после чего нависает над Сяо Чжанем. Не теряя больше ни минуты, Сяо Чжань за плечи притянул Ибо к себе и поцеловал его. Мысли о машинках теперь были где-то далеко. Когда Ибо резко опустился, парни столкнулись зубами, но Ибо приноровился и устроил руки по обе стороны от головы Сяо Чжаня и теперь прекрасно держал равновесие. Их губы медленно скользили друг по другу, будто приноравливаясь. Язык Ибо проник в рот Сяо Чжаня и скользнул по нёбу, заставив парня громко застонать, выгнувшись и приподняв бедра. Ибо подался ему навстречу, силясь выстроить верный ритм их свидания. Сяо Чжаню нравилось чувствовать тело Ибо над собой, но было бы куда лучше, если бы оба были обнажены. Тяжело дыша, он прервал поцелуй, вцепился Ибо в спину и проговорил: — Дай мне раздеться, Бо-гэ. Ибо лишь зарычал в ответ и обрушил град дерзких и горячих поцелуев-укусов на шею Сяо Чжаня. Напоследок грубо зажав губами кожу на обнажённой ключице (Сяо Чжань порадовался, что этот трюк наконец сработал), Ибо приподнялся и схватил край футболки Сяо Чжаня, стягивая её через голову. Пока он делал это, сам Сяо Чжань пальцами подцепил пояс штанов, извиваясь и стягивая их с себя. Он пытался заодно незаметно снять трусики, но Ибо быстро перехватил его руки, не позволив. Он окончательно стянул с Сяо Чжаня штаны, но трусики вернул на место, через них сжав бедра парня ладонями. Ибо изучал тело Сяо Чжаня хищным ненасытным взглядом, скользя глазами вверх и вниз по обнажённой коже, пока, наконец, не остановился в точке, где вверх недвусмысленно устремился возбужденный член, не помещавшийся в крошечных трусиках. — Ибо, — прохныкал Сяо Чжань, закрывая руками лицо, чтобы Ибо не увидел, как он заливается румянцем. — Не смотри. Просто сними их уже. Ибо провел своей большой ладонью вдоль члена Сяо Чжаня, по всей длине касаясь его через тонкую ткань, и Чжань дёрнул бёдрами, отвечая на ласку. Глаза сами собой закрылись, и он закусил губы, сдерживая рвущийся наружу стон. Ибо повторил движение от и до, на этот раз надавив пальцем на торчащую поверх трусиков головку, и ухмыльнулся Сяо Чжаню. — Не думаю, что стану так поступать. В конце концов, ты же их надел, когда собирался сюда, не так ли? Значит, ты хотел, чтобы я увидел тебя в них, чтобы я трогал тебя через них. Ибо наклонился и провел языком по стволу, едва прикрытому трусиками, затем подтянулся, оказавшись вровень с Сяо Чжанем, и прошептал ему на ухо: — Чжань-гэ так прекрасен в этих трусиках. Может, мне стоит просто оттянуть их в сторону и трахнуть тебя, не снимая их? Сяо Чжань застонал и полностью закрыл лицо руками, но Ибо развел их в стороны и прижал запястья к подушкам. Затем Ибо наклонился и лизнул Сяо Чжаня в губы, вдоль языка, и напоследок потянул за нижнюю губу. Сяо Чжань извивался под ним, приподнимая бедра и пытаясь потереться о желанное тело, но Ибо отстранился, оставляя пустоту там, куда Сяо Чжань пытался дотянуться. Ему казалось, что он сходит с ума. Всего десять минут назад они носились по комнате и лупили друг друга, как обычно, а теперь он, с членом твёрже камня, не способен даже помочь себе, пока Ибо его дразнит. Он хотел посмотреть на Ибо с вызовом, но раскрасневшиеся щеки и расширенные от желания зрачки смазали весь эффект. — Разве ты не собирался меня трахнуть? Ну же, Бо-гэ! — Сяо Чжань изогнул спину, поднимая бедра выше, чтобы наконец потереться о бедра Ибо. Они были такими крепкими и мускулистыми, и так приятно было тереться о них членом. Конечно, было бы куда приятнее тереться о член Ибо, напряжённо натянувший боксеры. Ибо цыкнул и встал с кровати, заставив Сяо Чжаня едва ли не заскулить от отчаяния, затем рассмеялся и прошёл к своему чемодану, откуда извлёк тюбик лубриканта. — Ого! Хорошая идея, лао Ван! — Сяо Чжань поспешно сел и протянул руки к смазке: — Давай-ка сюда, я подготовлюсь. Ибо прижал тюбик к груди. — Ни за что! Я сам тебя подготовлю. Мне не каждый день выпадает возможность поиметь прекрасного, — он коснулся поцелуем левой лодыжки Сяо Чжаня и провел чувственную дорожку вверх по ноге, оставляя поцелуй после каждого последующего слова, — безупречного, талантливого, сексуального Сяо Чжаня, расстелившегося передо мной. Он остановился, дойдя до живота Сяо Чжаня, и поцеловал его ещё раз, после чего ухмыльнулся парню, который снова спрятал лицо в ладонях. — Ты ужасен. Воистину и беспросветно ужасен. Зачем ты так со мной, Ван Ибо? Пощади, — пожаловался Сяо Чжань. Ван Ибо со смешком снова коснулся губами его груди, осыпая ласками и поднимаясь выше, к губам, чтобы украсть долгий и чувственный поцелуй. Сяо Чжань горячо выдохнул и обвил руками шею Ибо, посасывая и покусывая его настойчивый язык, уверенно скользящий во рту. Он был так увлечён поцелуем, что вздрогнул, ощутив, как скользкий палец пробирается под трусиками к заветной цели. Он сглотнул и тяжело задышал. — Сяо Чжань, — прошептал Ибо ему в губы, — все в порядке? Сяо Чжань кивнул в ответ и с готовностью приник к его губам, демонстрируя, насколько все в порядке, но Ибо отстранился и повторил вопрос. — Скажи, что все хорошо, Сяо Чжань. Я хочу, чтобы ты это сказал. — Он все ещё поглаживал тугое колечко мышц, покрывая смазкой, но не проникая глубже. — Я хочу этого, Ибо. Я хочу, чтобы ты меня отымел. Сяо Чжань едва дышал, поглощенный желанием. Он рывком поднял бедра, чтобы потереться о член Ибо, но попытка провалилась, и он отклонился назад, желая, чтобы покрытый смазкой палец оказался внутри. Ему казалось, что он ждал этого всю жизнь — ждал Ибо и ждал этой ночи. Ибо навалился на его изнывающее тело, шёпотом на ухо велел развернуться, и Сяо Чжань мгновенно исполнил приказ, встав на колени и выпятив задницу, еле прикрытую тонкими трусиками. За его спиной Ибо едва ли не зарычал и сжал ладонью одну ягодиц, впившись в нее пальцами, а затем легонько шлепнул. Сяо Чжань застонал и ещё сильнее оттопырил пятую точку. — Господи, Сяо Чжань… Если бы ты мог видеть себя сейчас. Ты хоть представляешь, насколько ты хорош? Он ощутил, как Ибо оттянул его белье в сторону и снова шлепнул — на этот раз по обнажённой коже и с чуть большим усилием — по тому же месту, что и в первый раз. Член Сяо Чжаня засочился смазкой, липко растекшейся по низу живота и закапавшей на кровать. В таком положении он был уверен, что может кончить уже от того, что Ибо разрабатывает его пальцем, но отчаянно надеялся продержаться подольше, пока не почувствует внутри член Ибо. Он открыл было рот, чтобы призвать Ибо к дальнейшим действиям, но почувствовал, как напряжённый член шлепнул по ягодице, ещё горящей от удара ладонью. Он повернулся, чтобы посмотреть, и в голос застонал от открывшегося глазам зрелища. Кожа Ибо сияла, капли пота струились по груди и лицу. Его взгляд был сосредоточен в точке, где он придерживал свой член рукой, лёгкими движениями направляя быстрые удары плоти о раскрасневшуюся кожу на ягодице Сяо Чжаня. Он даже не снял свои боксеры — только приспустил чуть ниже яичек, освободив лишь член. — У Чжань-гэ такая тонкая талия, но его задница просто идеальна, — с этими словами Ибо вцепился обеими руками в ягодицы Сяо Чжаня, потянул их в стороны и развёл, жадно вглядываясь в открывшийся взору вход. — Лао Ван такой изобретательный! Его член действительно не знает себе равных. Так жаль, что ты, похоже, не умеешь им пользоваться. — Сяо Чжань стиснул зубы, но уже не мог сдерживать нетерпения, ведь Ибо так дразнил его и действовал так медленно! К сожалению, Ибо не попался на удочку и лишь рассмеялся и повалился на Сяо Чжаня. Теперь он снова мог шептать ему прямо на ухо. — Неужели? Ты и впрямь такой нетерпеливый, Чжань-гэ? Тебе не нравятся мои ласки и комплименты? — Его рука обвилась вокруг Сяо Чжаня, заползла под него и сжала влажный член, а трусики лишь усиливали трение, когда ладонь Ибо скользили вверх-вниз по стволу. Сяо Чжань, взятый в плен этой горячей рукой, едва не срывался на страстный крик. Едва заметив, что Сяо Чжань расслабляется, Ибо убрал ладонь и отстранился, оставив парня содрогаться в ожидании дальнейшей стимуляции. — М-м-м-м-м… Ибо, пожалуйста. — Пожалуйста — что, Сяо Чжань? Попроси как следует, и я дам тебе все, что захочешь. Угроза. Ван Ибо был угрозой для рассудка, и Сяо Чжань после такого собирался напрочь его игнорировать. Он весь день не будет с ним говорить, и он клянётся в этом здесь и сейчас. — Ты… ах… жесток, Ибо. Ибо снова принялся массировать пальцем кольцо мышц Сяо Чжаня, не вторгаясь внутрь. Сяо Чжань зажмурился и уткнулся в простыни, заглушая голос, но все же спросил: — Ты же вставишь в меня свои пальцы? Я х-хочу твой член. В ответ Ибо кончиком пальца проник чуть глубже, и Сяо Чжань облегчённо застонал, но стон тут же сменился разочарованным поскуливанием, так как палец Ибо вышел, едва успев войти. Ибо задумчиво выдохнул и сказал: — Нужно, чтобы Чжань-гэ просил громче. В конце концов, как я узнаю, чего ты хочешь, если ты будешь бормотать в подушку, а? Целых два дня. Сяо Чжань не будет разговаривать с ним два дня, несмотря на то, что будут делать их герои на съёмках. Он голову даёт на отсечение. Опершись на локти, он повернулся и посмотрел на Ибо взглядом распутника. — Ван Ибо, трахни меня пальцами. Сейчас же — или, я клянусь, я встану и уйду отсю… ах! Сяо Чжань упал лицом в подушку, стоило Ибо ввести в него сразу два щедро смазанных пальца, стимулируя простату. Ибо резко и грубо вгонял в него пальцы — всякий раз почти до основания — и вынимал их. С каждым вторжением Сяо Чжань вскрикивал, сминая ладонями простыни и изо всех сил стараясь не кончить. — Ты так горяч, когда чего-то требуешь, Чжань-гэ. Тебе лишь следовало сказать это раньше, и я уже был бы в тебе. Сяо Чжань услышал насмешку в голосе Ибо и, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией, начал двигать бёдрами одновременно с пальцами Ибо, задавая ритм. Ибо добавил третий палец, чтобы растянуть Сяо Чжаня, после чего убрал руку и вытер оставшуюся на ней смазку о кровать. Сяо Чжань тяжело задышал и обернулся посмотреть, как Ибо, наконец, снимает свои боксеры и устраивается над ним, направляя свой член. Несколько раз он потерся головкой о слегка растянутые мышцы, заставив Сяо Чжаня со стоном податься назад. Многострадальные трусики были уже безнадежно испорчены, оттянутые в сторону и пропитавшиеся лубрикантом сзади и естественной смазкой спереди. Прежде, чем Сяо Чжань предпринял попытку снять их или снова пожаловаться на медлительность Ибо, тот осторожно вошел, постепенно растягивая маленькое кольцо мышц куда сильнее, чем делал это пальцами. Сяо Чжань зашипел, когда Ибо проскользнул в него полностью. Он был огромен, и, несмотря на изначальную боль, Сяо Чжаню нравилось, как горит и растягивается его тело под Ибо. Тот замер, давая Сяо Чжаню привыкнуть к его члену, и прошелся дорожкой легких поцелуев по его позвоночнику. Дойдя до плеча, он приник к нему губами и потянул, оставляя засос, ярко выделяющийся темным пятном на бледной коже. Сяо Чжань едва заметно повел бедрами и, услышав глубокий стон Ибо над своим ухом, не сдержался и повторил это движение. Он задавал темп, двигаясь туда-сюда и приспосабливаясь к члену Ибо. Тот оторвался от спины Сяо Чжаня и схватился за его бедра, но не стал управлять их движениями; он позволял Сяо Чжаню самому установить нужный темп, который постепенно все ускорялся. Стоило Ибо коснуться его простаты в одном из ритмичных движений, Сяо Чжань вскрикнул и изогнулся дугой, пытаясь вернуть это ощущение, но у него не вышло поймать нужный угол. — И-Ибо, пожалуйста. Вместо ответа Ибо почти вышел из него, оставив внутри только головку, а затем одним рывком вошел на всю длину. Он придерживался этого бешеного ритма, сильнее сжимая бедра Сяо Чжаня и насаживая его на себя при каждом толчке. Сяо Чжань готов был расплакаться от облегчения. Ибо наконец дал ему то, чего он так хотел, с каждым движением быстро и резко касаясь членом простаты, выбивая из него тихие стоны. Ибо оглаживал его ягодицы, а затем развел их в стороны, чтобы полюбоваться, насколько же он растянул Сяо Чжаня. Кончиком большого пальца он обвел покрасневшее кольцо мышц по кругу. — Чжань-гэ прекрасен со всех сторон. Ты так хорошо меня принимаешь. — Голос Ибо прозвучал куда глубже обычного, и от этих звуков член Сяо Чжаня дернулся. Он был уже настолько влажным, что стоило лишь положить руку, и этого было бы достаточно, чтобы сойти с ума от удовольствия. Со следующим рывком Ибо Сяо Чжань повалился на кровать, вжимаясь в матрас и рукой приспустив трусики спереди, чтобы наконец высвободить свой член. Он двигался быстро, неистово потираясь о собственную ладонь, пока Ибо грубо брал его сзади. Он был уже близок. Чем ближе, тем громче становились стоны, и он кусал простыни, пытаясь заглушить шум, но Ибо, похоже, это было не по душе. Он прекратил вколачиваться в Сяо Чжаня и просунул руку ему под грудь, подняв его и прижав спиной к себе. Они оба стояли на коленях — Ибо на том же уровне, что и Сяо Чжань. Под таким углом Ибо входил в него еще глубже. Ладонь Ибо скользнула по груди Сяо Чжаня наверх и повернула его голову так, что губы парней слились в развязном поцелуе. Ибо языком изучал рот Сяо Чжаня, скользил по небу и губами сжимал нижнюю губу Сяо Чжаня. — Не пытайся быть тихим. Я хочу слышать тебя, Чжань-гэ. Одна ладонь Ибо легла на выемку меж ключиц Сяо Чжаня, чуть сдавив горло, второй же рукой Ибо обхватил его за бедра, насаживая на себя. Он глубоко и резко трахал Сяо Чжаня, не давая ему и шанса перевести дыхание. — А-а-ах! — выкрикнул Сяо Чжань, теряя голову от стремительного темпа, и вскинулся, хватаясь за руку Ибо, лежащую на его груди. Ибо обжигал его ухо горячим дыханием, облизывал и покусывал мочку, продолжая двигаться внутри. Сяо Чжань почувствовал, что теперь он еще ближе к оргазму, чем прежде, и каждое движение Ибо выбивало из него громкий стон. Он пальцами скользнул по руке Ибо к основанию собственной шеи и, чуть надавив, заставил чужую ладонь подняться выше. Когда он сжал руку Ибо на своей шее, тот едва не выбился из ритма, осознав, что Сяо Чжань творит. — Сяо Чжань, — протяжный стон сорвался с губ Ибо, и парень вытянул пальцы вдоль пальцев Сяо Чжаня. Темп окончательно сбился, но сами движения стали куда сильнее. Ощущение своей руки и руки Ибо на горле, нехватка воздуха и постоянная стимуляция простаты заставили Сяо Чжаня кончить, не касаясь члена, и излиться прямо на матрас перед ним. Он беззвучно стонал, задыхаясь и не в силах кричать в голос, а все его тело содрогалось от удовольствия, волной растекающегося по каждой его клетке. Ибо тут же отпустил его шею и обеими руками обхватил бедра, еще трижды глубоко толкнувшись внутрь, быстро достигнув пика и излившись глубоко в задницу Сяо Чжаня. Собственное тело казалось Сяо Чжаню ватным, полностью лишенным костей, и он был готов уже повалиться прямо на кровать, испачканную спермой, но не успел он коснуться матраса, как Ибо потянул его назад и прижал к груди. Само собой, от этого расслабляющийся уже член Ибо глубже врезался в Сяо Чжаня, и тот заскулил от изнеможения. — Ибо, — Сяо Чжань запрокинул голову на плечо Ибо и посмотрел на него. Его взору открылась точеная линия подбородка, и он мягко поцеловал ее, прежде чем снова откинуться назад. — Я не могу пошевелиться, Бо-гэ. Ты выжал все силы из моего двигателя. Ибо фыркнул, не веря своим ушам и все еще пытаясь перевести дыхание. — А я уж думал, что вытрахал из тебя все эти каламбуры, — задумчиво произнес Ибо. — Кроме того, ты же и понятия не имеешь о двигателях. Сяо Чжань бессильно хлопнул по ноге Ибо. — Эй! Может, я и не знаю ничего о машинах, но я точно уверен, что могу выдержать мощный заряд. Повисла недолгая тишина, после чего оба простонали в унисон. — Ладно, ладно… Это было очень плохо. Ибо, больше никогда не доводи меня до использования сомнительных каламбуров. — Не переживай, не доведу, — Ибо рассмеялся и поцеловал разрумянившуюся щеку. Начиная уставать от неудобного положения, Ибо медленно отстранился от Сяо Чжаня, и тот поморщился. Он чувствовал, как Ибо выходит из него, и это поистине был «мощный заряд». Ибо поддержал его, слезая с кровати, и вдруг одним быстрым движением подхватил на руки. От неожиданности Сяо Чжань взвизгнул и крепко вцепился в плечи Ибо. — Ибо! Немедленно опусти меня! — Ты же только что жаловался, что не можешь пошевелиться, Чжань-гэ. Кроме того, я достаточно силен, чтобы тебя поднять, так что будь спокоен. Он быстро чмокнул Сяо Чжаня в щеку и перенес его в примыкающую к номеру душевую, усадив на край ванной. Однако, прежде чем оставить его в таком положении, Ибо вернул на место окончательно испорченные трусики, прикрыв задницу Сяо Чжаня. В ответ на растерянное моргание Сяо Чжаня Ибо с ухмылкой пояснил: — Это чтобы ничего не протекло. Мы ведь не хотим, чтобы ты скользил по всей ванной, не так ли? Сяо Чжань расхохотался и наклонился вперед, чтобы шлепнуть по трясущемуся от смеха плечу Ибо. — Ты такой пошляк, Ибо. Пошляк и бесстыдник. Вот честное слово. — Он умолк, пытаясь сдержать расплывавшуюся по лицу улыбку, но не справляясь с этим. Ибо рассмеялся и принялся за организацию водных процедур. Тратить много времени на душ они не стали — оба были изнурены, а на носу еще съемки. Вернувшись в комнату, Ибо быстро снял с кровати испачканное покрывало. На несколько минут они мертвы для всего мира, прижавшиеся друг к другу и умиротворенные.

~…~

Некоторое время спустя Сяо Чжань постепенно смог вернуться в мир реальности, ощущая легкую щекотку, проходящую по его спине, плечу и спускающуюся вниз по руке. Он сонно моргнул и с трудом открыл глаза, чтобы увидеть Ибо, который уже проснулся и лежал на боку, подперев голову и любуясь Сяо Чжанем. Или же наблюдая за игрушечной машинкой, которую он гонял вдоль его позвоночника. Колесики прошлись по чувствительной зоне, заставив дернуться и сдавленно захихикать. — Доброе утро, Чжань-гэ. Как ты? — Ибо поцеловал его оголенное плечо и продолжил катать машинку, на этот раз проводя колесиками по ягодицам. Сяо Чжань тихонько рассмеялся и заерзал, сбрасывая игрушку. Ибо схватил машинку до того, как она успела упасть, и поставил ее между ними. Посмотрев вниз, Сяо Чжань увидел, что это была та самая зеленая машинка, которую Ибо выбрал прошлым вечером. Он ведь так с ней и не поиграл. Сяо Чжань поднял машинку и провел колесиками по руке Ибо. — М-м-м-м… Я прекрасно. Такое чувство, что я проспал сотню лет. Сколько сейчас времени? — Начало десятого. Пора вставать. К полудню нам надо быть у гримера. Сяо Чжань надулся и повернулся лицом к Ибо. Он посмотрел вниз на машинку, а затем снова на Ибо, чей взгляд был сосредоточен на губах Сяо Чжаня. Он прикусил нижнюю губу, сдерживая улыбку, и сказал: — Мы так и не поиграли в машинки. Пока еще есть время, может, установим трек и наверстаем упущенное? Он проехался машинкой по руке Ибо, но прежде, чем он достиг плеча, ладонь Ибо накрыла сверху его ладонь и остановила машинку посреди дороги. Ибо подполз ближе и навис над ним, будто желая поцеловать, но замер в считанных миллиметрах от губ Сяо Чжаня. — Я бы предпочел предоставить выбор тебе, Чжань-гэ. — Он подался вперед и быстро поцеловал Сяо Чжаня чуть ниже губ, туда, где была родинка. У Сяо Чжаня захватило дух, и он сжал руками Ибо, повалив его на себя и жадно целуя. Поцелуй был долгим и глубоким, но когда они оторвались друг от друга, Ибо смотрел на него взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Прежде чем Сяо Чжань успел задать вопрос, Ибо заговорил: — Хочешь знать, в чем разница между тобой и этой машинкой, Сяо Чжань? — Он выждал паузу и продолжил: — В тебя я бы с удовольствием врезался. Сяо Чжань опустил голову на трясущееся плечо Ибо, который сам расхохотался над своей дурацкой шуткой. Сяо Чжань шлепнул Ибо и в очередной раз высказал, какой же он негодяй, но на этот раз не смог сдержать счастливой улыбки. В то утро они так и не погоняли по игрушечному треку, однако Ибо совершенно точно еще не раз пригласит Сяо Чжаня к себе в номер, чтобы поиграть. И если так случится, что они все же не доберутся до машинок, это останется только между ними двумя.