I love my..., because...

      — Ёбаная дисстанционка! — крикнул в микрофон Томми. Его собеседник вздрогнул и закрыв вкладку MT*, открыл дискорд. Таббо смотрел на младшего, из уст которого так и вырывались нецензурные слова.       — Томми, прошу, тише. Будет неприятно, если учитель услышит это, — Туббо не совсем понимал, как блондин смог уговорить его на этот звонок. У старшего сейчас проходят уроки, так что он не мог поиграть в майн или поговорить с Иннитом, но, видимо, тот считал иначе.       Томми всегда имел привычку просыпаться рано утром, высыпаясь за какие-то 4 часа. Впрочем, можно было бы оправдать удивление любителя пчелок. У него проходят уроки в 8 часов утра, а этот чудик просыпается в это время без надобности. У Томми вторая смена, в то время как у Таббо первая. Наша соня отдала бы все за шанс поспать до обеда, но не тут-то было. Шанс достался младшему, который не ценил это. Даже обидно как-то.       — Ой, да ладно тебе, Таббо, — Иннит поправил наушники на ушах для удобства, — Не трать время на этого идиота.       — Томми, этот идиот — мой учитель, — Смит закатил глаза. Он бы хотел спокойно зайти в любимую игру и скоротать время, но у него были занятия. Причем, сегодня их было немало. Будет сидеть, как минимум, до двух. А в четыре у него уроки французского.       — Тоби Смит, — только услышав это, Туббо чуть не упал со стула. Смит засунул наушник в ухо и приблизил динамик ко рту.       — Да-да. Я думаю, Людовик был неплохим правителем, — Тоби что-то там говорил, но Томми не шибко интересовало. Блондин пытался построить себе дом, надеясь, что его не взорвет Скеппи или Дрим.       Вообще, Иннита не интересовало, что именно говорит Таббо. Ключевое слово: именно. Парень прибавил звук, чтобы слышать этот голос погромче.       Это милое заикание время от времени, этот неловкий смешок. Все это заставляло сердце Томми трепетать. Иннит улыбался при каждом упоминании близкого друга. С Таббо у него ассоциировались самые лучшие моменты его жизни. Томас любил Смита, как Вилла, хотя все-таки больше. Вилбур был ему что-то вроде отца, а Таббо брата. Туббо как никто другой понимал Иннита, хоть они и были полными противоположностями. Один — вспыльчивый блондин, другой — нежный брюнет.       Старший ответив, замолчал и отключил микрофон. Тот снова зашел в дискорд и вернулся к их ламповой обстановке.       Томми мягко позвали по имени, и он слегка дернулся. Он никогда не думал, что его имя будет звучать так красиво. Я люблю свое имя, потому что оно срывается с твоих губ.       — Таббо, если ты будешь говорить мое имя чаще, то я полюблю его больше, чем свой ник, — Томми заулыбался, наблюдая, как Таббо метается глазами по монитору. Туббо не знает, что ответить, он молчит и пытается подобрать слова. На щеках появляется слабый румянец, почувствовав который, Тоби спешит прикрыть щеки длинным рукавом худи. Иннит тихо смеется над этим. Более низкий парень был слишком милым для него.       — Томми, это несмешно, — Смит дуется и закатывает глаза. Парень демонстративно поворачивается в сторону и закидывает одну ногу на другую. — И зачем я вообще согласился на этот звонок?       — Ты любишь меня, — Срывается с губ блондина, прежде чем он понимает, что сказал. Господи, что. Господи, что?!       — Т-Томми, — Брюнет садится нормально, уже как обычный человек, а не как обиженка. Таббо смотрит в голубые глаза Иннита и утопает в них. Этот цвет глаз, ярко голубой, напоминает ему море, в котором они вместе с Томми и купались. Время на том море они провели отлично, — Я... Господи. Смит предпочитает молчать, пока Томми переваривает информацию. Я люблю свои глаза, потому что благодаря ним я вижу тебя.       — Таббо, какой у тебя там урок идет? — Блондин хоть и влюблен в этого придурка, но он все-таки его друг. Он заботится о том, чтобы брюнету было комфортно, а по лицу старшего этого не скажешь.       — А-а, — Туббо молчит длительное время. Парень пытается привести в мысли в порядок, и со временем у него получается. Парень с сапфировыми глазами тянется к кружке с чаем и отпивает немного. Темного оттенка глаза наконец стали излучать спокойствие, и это радовало Иннита. — Всемирная история, Том.       — О-о, — Томас почесал затылок. У него было все туго с этим предметом. Просто Том считал бессмысленным зубрить все эти "ненужные" даты. «Их же так много, запомнить их всех невозможно. Особенно с моей памятью» — так отзывался сам Иннит. Что-ж, память у него не такая, как у Ранбу, но он далеко не ушел, — Дерьмо урок. Томми не был бы Томми, если бы не оскорбил какую-либо вещь. Таббо тихо хихикает, и это заставляет сердце Иннита делать кульбиты. Я люблю свои уши, потому что, если бы не они, я бы не слышал твой смех.       — Ты слишком драматизируешь, Томми, — Туббо лучезарно улыбается Инниту, открывая упаковку рядом лежащего шоколада. Парень аккуратно открывает её, после чего с отламывает плитки лакомства.       — Хэй, Таббс, — Обращается Томми, — Приятного аппетита.       — Спасибо.       — Слушай, как насчет встречи? — Томми закатил глаза и усмехнулся. Он знал, какой старший осторожный и послушный гражданин, но ведь для любимого друга он сделает исключение?       — Боги, Том! — Брюнет фыркает. Сколько бы он не говорил тому о важности сохранения дистанции, Инниту было как об стенку горох. Это тоже самое, что разговаривать со стеной. Впрочем, от стены блондин мало чем отличался. Такая же шпала, которая на целую голову выше Туббо.       — Да ладно тебе, мы давно не виделись, чел. Плюс, мы живем в одной стране, не как Дрим и Вилл.       — Ох, эти двое отдельная тема.       — Я знаю, но тебе что, жалко что ли?       — Господи, ладно, ты же не отстанешь! Упрямый баран. Мне нравятся мои пальцы, потому что я могу прикасаться к тебе.       — Жду не дождусь! Двадцать пятого, может? — Томми перевел взгляд на календарь. Календарь был особенным. На каждый месяц приходилась новая эстетика Таббо, и о, Господи! Какой же он милый.       — Давай, у меня неделя свободная. Не учитывая эти контрольные, — Таббс закинул голову на спинку стула, смотря в потолок. Томми застывает взглядом на видной части шеи старшего. Младший сглатывает и переводит взгляд куда-то в сторону.       Можно было сказать, что Смит устал от всех экзаменов, так что отдых бы ему не помешал.       — Вот и славно, а то небось, на улицу не выходишь. Позеленеешь весь, как Дрим.       — До Дрима мне далеко, — улыбнулся брюнет.       Томми улыбается в ответ, не в состоянии противостоять очаровательной улыбке этой милашки. Я обожаю свои губы, потому что ими я могу поцеловать тебя.