Избранные Луной

Сегодняшний день начался с того, что Намджун волком утащил Сокджина куда-то в неизвестном ему направлении. Омега лишь мельком успевал запоминать дорогу, хотя он доверяет Намджуну, поэтому верит, что он знает, куда бежит. — Намджун, что всё это значит? — слегка взволнованно интересуется Сокджин, когда они забегают в пещеру, — Я очень надеюсь, что ты не решил меня съесть. Волк лишь обиженно рычит. Как его любимый омега мог подумать о таком ужасном? Спустя некоторое время, Намджун привозит Сокджина к пещерному озеру. Солнечные лучи, сочащиеся сквозь трещины в потолке, многократно отражаются от поверхности озера, наполняя всю комнату приятным голубоватым светом. Капли воды изредка нарушают чарующую тишину, ударяясь об каменный пол. — Озёра, пожалуй, стали символом нашей любви, — Сокджин тихонько смеётся и садится на берег. Намджун садится сзади, заключая омегу в крепких объятиях, и целует его в макушку. Сокджин расслабляется в объятиях любимого и откидывает голову ему на плечо, довольно мурлыча: — С чего вдруг тебе с утра пораньше приспичило в романтики заделаться? Если бы я знал, что у нас будет свидание в таком красивом месте, то я бы хоть бутербродов бы нам приготовил. Намджун, не выпуская Сокджина из объятий, дотягивается до сумки, где была его одежда, и достаёт несколько упакованных бутербродов с мясом. — Специально вчера ночью возился. Вообще у тебя сегодня праздник. — Да? И какой же? — Сокджин начинает медленно жевать бутерброд, подмечая, что Намджун готовит в разы лучше его, даже такие простые бутерброды. — Ровно два месяца прошло с тех пор, как ты сюда попал, — Намджун пересаживается напротив Сокджина и начинает нелепо улыбаться. — Ого, уже целых два месяца. А чего ты так улыбаешься, я испачкался? — Что ты нет, просто через два дня будет голубая луна, она же луна истинных, а потому я бы хотел провести в эту прекрасную ночь церемонию. — Церемонию? Что за церемония? — Сокджин откладывает бутерброд в сторону и наклоняется вперёд к Намджуну, опираясь локтями об колени. — Ну, церемония, — Намджун начинает яро жестикулировать, пытаясь объяснить очередную тонкость этого мира, — альфа и омега становятся мужьями, потом традиционный забег, а потом первая совместная ночь. Стоп, стоп, стоп. Это его Намджун только что замуж позвал? А после церемонии бракосочетания идёт первая брачная ночь… Сокджина немного пугает подобная перспектива. — Ты уверен? Просто у нас такими заявлениями не разбрасываются, — он подгибает колени под себя, поумерив свой положительный настрой. Намджун замечает столь резкое изменение в Сокджине, а потому сразу же подсаживается к нему, прижимая того к себе. Он источает лёгкие феромоны альфы, успокаивая Сокджина. — Прости, если я тебя обидел. Просто у нас с таким не затягивают, ведь зачем тянуть, если знаешь, что это твой человек на всю жизнь? Сокджин несколько минут просто молча сидит и думает. Ведь и правда ничего такого в этом нет, да и день будет очень значимым для Намджуна. — Ладно, — Сокджин слабо улыбается и смотрит Намджуну в глаза, в которых читается искренняя радость в перемешку с любовью. — Отлично, тогда позже подумаем с приготовлением.

***

— Не могу поверить, что мой мальчик сегодня станет мужем. Хосок аккуратно вплетает Сокджину в волосы небольшие голубые цветочки. Сам же Сокджин одет в лёгкую шёлковую рубашку и такие же штаны. По традициям, в этот день и в дальнейшие несколько, что после первой совместной ночи, омега должен ходить в лёгких одеяниях, дабы показать всем, какой у него властный альфа, и что теперь он занят. — Хосок, мы знакомы пару месяцев, — смеётся Сокджин, едва не портя причёску, над которой так трепетно работает Хосок. — Но за это время ты стал для меня хорошим другом, так что я очень польщён тем, что вы решили выбрать меня, как того, кто будет вас сводить под ликом Луны. — Кстати, Намджун мельком говорил что-то про обязательную пробежку, что это? — Забег, — поправляет его Хосок, вплетая последний цветок и отходя подальше, — какой же ты красивый. Так вот. Не всегда церемония является желанной, по разным, но всё же причинам. Омеге даётся время, чтобы убежать, а альфа должен поймать её. Лично я от Юнги не бегал, так, пробежал пару-тройку деревьев и ждал, пока он меня найдёт. Да и вообще глупо убегать от любви.

***

Намджун решил отказаться от большого пиршества и праздника. Церемония вожака, конечно, огромный праздник, но Сокджин захотел, чтобы это было более интимно, а потом Намджун сможет пригласить всех в деревне, если захочет. Юнги, как единственный приглашённый, сидит на земле, наблюдая за разворачивающейся церемонией. — Силой, что дали мне вы, — начинает Хосок, стоя напротив Сокджина и Намджуна, — в славную ночь, озарённую голубой луной, я провожу церемонию, где две истинные души сплетутся воедино. Намджун с тёплой улыбкой и мокрыми глазами смотри на своего омегу, своего Истинного. Сокджин, проникаясь атмосферой, начинает легко улыбаться, пока Хосок проговаривает речь. — Но всё же Луна может и ошибиться, и этим душам никогда не стоит быть вместе, — эта часть речи для них не нужна, но всё же это обязательно, — а потому, омега, тебе даётся шанс убежать и разорвать узы истинности. Хосок проводит Сокджина вперёд, прямо ко входу в лес. — У тебя есть пять минут, чтобы сбежать, но если альфа найдёт тебя, то не миновать тебе сплетения душ. Беги же. Сокджин начинает бежать. Как только он услышал рассказ Хосока, он сразу же решил немного поиграть со своим альфой. Первым делом он начал метаться из стороны в сторону, разнося свой природный запах как можно дальше, чтобы сбить Намджуна с толку. Потратив на это почти половину времени, он устремляется вперёд. Он не знает, куда бежит, но знает, что Намджун его обязательно найдёт. Спустя остаток, как кажется Сокджину, времени, он слышит это. Вой, что пробирает до мурашек, вой, что теплом отзывается в сердце.

***

— Ну что же, альфа, — по истечению времени, Хосок указывает рукой на лес, — пришёл же час побороться за свою любовь. Намджун в тот час же превращается в волка, разрывая праздничное одеяние, и завывает, показывая, что он вышел на охоту. Ловушка Сокджина сработала на ура. Намджун теряется в облаке фиалкового аромата, но всё же выходит на след. Тонкая нить запаха ведёт его к цели. Он мчится, едва касаясь лапами земли, ведь чует, что с каждым шагом он всё ближе.

***

Сокджин на последнем издыхании бежит, дальше. Он чувствует, что Намджун близко, а потому решает прибегнуть к одной грязной, но очень хитрой уловке.

***

Запах кончается. Намджун прибегает к концу этой нити, но Сокджина нигде нет, словно он испарился. Волк обеспокоенно бегает вокруг дерева, поскуливая от обиды. Неужели Сокджин сбежал? Неужели воспользовался какой-то магией и пропал навсегда? Но эти тревожные мысли отгоняет очень странный шум на дереве. Намджун поднимает голову и видит… — Привет, — Сокджин сидит на ветке и машет ему одной рукой, второй держась за ствол дерева, — я подумал, что будет скучно просто взять и побежать к тебе, а потому решил немного разнообразить забег. Намджун радостно виляет хвостом и когтями скребётся об дерево, ему невероятно сильно хочется, чтобы его омега спустился к нему, да поскорее. — Я не могу слезть, я застрял тут, — он нервно смеётся, едва не падая. Не то чтобы высота была огромной, но это не мешает Сокджину не мочь слезть. Намджун превращается в человека и открывает руки, готовясь ловить. — Прыгай, фиалочка, я поймаю. Сокджин с радостным смехом падает в объятия голого Намджуна, что его несомненно смущает, но с другой стороны и возбуждает, ведь оба знают, что последует после этого забега…

***

Войдя в дом, Намджун сразу же прижимает Сокджина к стене, оттягивая его за волосы, тем самым открыв доступ к желанной шее. Почти всю церемонию и забег он секунды отсчитывал, представлял, как оставит на ней метку, что сходить не будет ещё долго. — Что ты?.. — но вопрос Сокджина тонет в его крике, как только Намджун клыками прокусывает кожу под кадыком, оставляя заветную метку. Намджун отстраняется и с неприкрытой улыбкой смотрит на своё творение, теперь Сокджин только его омега, теперь все это будут знать. Он вновь припадает к шее, слизывая выступившие капельки крови. — Какое-то односторонне удовольствие, тебе не кажется? — шипит Сокджин, вытирая подступившие слёзы. Но в секунду всё словно с ног на голову переворачивается. В нос вбивается слишком яркий, даже немного горький аромат ели. Сокджин чувствует резкий прилив тепла внизу живота, со временем перетекающего в лёгкую и приятную боль. — Ты так сладко пахнешь, — Намджун оставляет на губах скромный дразнящий поцелуй и подхватывает омегу под бёдра, неся его спальню. Сокджин ёрзает на руках, поглаживая Намджуна по груди. Он чувствует что-то мокрое в районе пятой точки. Тут в голове всплывают поучения Хосока про течку и про то, что может её неожиданно вызвать. Хорошо, что этот же Хосок дал ему перед этим отвар от нежелательной беременности. Намджун укладывает Сокджина на кровать, а сам нависает сверху, принимаясь снимать с него столь ненужную в данной ситуации одежду. Сладкий запах фиалок сводит Намджуна с ума, но он сдерживается, ведь знает, что Сокджина нужно подготовить. Он медленно вводит один палец, заглушая не самые приятные чувства поцелуем. Сокджин охотно отвечает на поцелуй, шире расставляя ноги, руками блуждая по спине альфы. — У меня из-за твоей метки началась течка, — голос стал выше, а дыхание более сбитое, — если ты сейчас же что-то не… — но Сокджина вновь затыкают поцелуем, добавляя при это второй палец. — Думаешь, я этого не хочу? — рычит он на ухо, добавляя третий палец, двигая ими на манер ножниц. — Пожалуйста, — едва ли не плача, тянет Сокджин, чувствуя уже далеко не приятную боль в районе паха. Намджун с хлюпом вынимает пальцы и без лишних промедлений входит почти на всю длину. Он заглядывает в затуманенные глаза Сокджина, словно ищет в них одобрение. — Ради Луны, прошу, — на выдохе говорит Сокджин. Намджун начинает медленно двигаться. Внутри так узко и влажно, что он невольно рычит от приятных ощущений. Сокджин начинает тихо постанывает, двигая бёдрами навстречу, желая получить большего, его не устраивают медленные толчки, почти не приносящие ему ярких ощущений, каких бы хотелось. Намджун ускоряет темп, подхватывая Сокджина под бёдра, тем самым меняя угол проникновения. — Джун! — Сокджин едва не давится воздухом, как только Намджун попадает ему по простате. Он начинает дрочить себе в такт с намджуновым, желая быстрее прийти к разрядке. Намджун уже не сдерживается, буквально втрахивая его в кровать, с каждым толчком выбивая всё более и более сладкие и громкие стоны. Комната давно пропиталась их природными запахами, что вместе создают невиданный букет страсти. Сокджин жадно ловит воздух, которого, как ему кажется, предательски не хватает. Он делает несколько движений рукой и с криком кончает, пачкая и руку, и животы в своём семени, сжимая Намджуна в себе. Спустя несколько толчков кончает и Намджун, падая рядом с Сокджином. — Нам нужно в ванную, — Сокджин старается восстановить дыхание. — К чёрту ванную, — рычит он на ухо, целуя омегу в висок, — знал бы ты, как сильно я тебя люблю. — Я тоже люблю тебя, но в ванную всё равно нужно сходить, — Сокджин улыбается и вновь утягивает Намджуна в поцелуй, только в этот раз куда более нежный.