Золото - сердце осени

Себастьян все это время стоял возле двери кабинета господина, прислонившись к стене. Хитрая ухмылка не сходила с его лица. Дворецкий слушал рассказ Габриэля, сопоставляя сказанное с уже известными Сайтберни фактами: призраки душ во время переселения в тело были обрамлены аурами стихий, вещь вместила в себя больше одной души, причем, не испортив вкус ни одной, ни второй. Сам собой в голове демона появился вопрос. - Как же так получилось, что миледи и мой господин умерли почти одновременно? Воля случая? Судьба? Я больше поверю в нетерпеливость Габриэля, - улыбаясь, подметил Себастьян. Неожиданно из кабинета раздался шум, а сияние печати на руке начало пробиваться сквозь перчатку. - Вы зовете меня, хозяин? – сузив глаза и коварно ухмыльнувшись, дворецкий открыл дверь кабинета. *** Глаз графа Фантомхайва выкрасился в цвет сапфира. Совладав с телом, Сиэль ехидно улыбнулся, встав с кресла и перегнувшись через стол. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от лица Габриэля. - Как мне поглотить душу ангела, отец? – прошептал мальчик в самые губы Сайкё, сделав акцент на последнем слове и произнеся его с особым сарказмом. - Смирился с тем фактом, что я твой отец? Удивительно, я думал, что ты постараешься меня убить, - демон рассмеялся, немного отстраняясь от сына. - Я просто не обращаю внимания на ложь подобного рода, - Фантомхайв улыбнулся. Но это была не улыбка ребенка, а скорее оскал голодного хищника. - Думаешь, что я вру тебе? – Габриэль поднялся со стула, схватив графа за грудки камзола. Держа ребенка на весу на вытянутых руках, Сайкё даже прослезился от смеха – настолько комично выглядел рассвирепевший граф, пытавшийся выбраться из железной хватки сильных рук. - Я докажу тебе, - глаза демона загорелись алым пламенем, а рубашку разорвали выросшие из спины огромные черные крылья. Он за долю секунды образовал в руке огненный шар и бросил им в мальчишку. «Себастьян» - мысленно позвал дворецкого контрактор, зажмурившись и ожидая удара дьявольской силы. Резкий стук двери, легкое колыхание ветра. Сиэль открыл глаза. Перед ним стоял Себастьян, спиной повернувшийся к Габриэлю. Он принял на себя весь удар. - Мой господин, из-за вас мне пришлось повернуться к почтенному гостю спиной. Как неучтиво с моей стороны, - в глазах Сайтберни поблескивали алые огоньки, а в руке появился меч, сверкающий белым пламенем. Развернувшись на 180 градусов, Сайтберни поклонился гостю, принося свои извинения. Фантомхайв увидел спину своего дворецкого: огромная зияющая рана, из которой хлестала кровь, заливая паркетный пол кабинета. Местами поврежденная кожа была обуглившейся, а кость нижнего ребра виднелась среди разорванных спинных мышц демона. Но граф был не из робкого десятка, поэтому даже виду не подал, что его до смерти напугала эта картина. - Отойди, - властным тоном заявил Сиэль. - Но господин сам меня позвал, не так ли? – Себастьян лишь повернул голову в сторону своего хозяина. Ехидная улыбка не сходила с его лица. Мальчик растерялся – он сам не отдавал себе отчет в том, что мысленно позвал дворецкого. - Это приказ, - прошипел он. - Как вам будет угодно, мой господин, - демон повернулся к своему контрактору, приложив руку к груди и поклонившись. Меч тут же испарился из его руки, а глаза окрасились в бордовый цвет. - Доказывай, мне будет любопытно на это посмотреть, - выпалил Сиэль, смотря на Габриэля. Тот лишь молча поманил мальчишку пальцем к себе. Неожиданно для самого графа, его тело оторвалось от земли и через долю секунды оказалось в нескольких сантиметрах от Сайкё. Укусив палец до крови, демон провел им по шее Фантомхайва вдоль сонной артерии. Из этого места хлынула кровь, заливая пол и смешиваясь с кровью, недавно потерянной его дворецким. Но при этом Фантомхайв не терял сознание, а лишь глядел сквозь проступившие слезы на Себастьяна, который наблюдал на этой ужасающей картиной, будто завороженный. Осторожно опустив сына на пол, Габриэль встал, поправив остатки рубашки. Его крылья с треском, похожим на ломание костей, исчезли, врастая обратно в спину. Себастьян молча подошел к умирающему графу. Присев рядом и положив голову мальчика себе на колени, он наклонился к самым губам своего контрактора и, улыбнувшись, прошептал: - Мой господин, неужели и вправду умирать собираетесь?