𝔇𝔬𝔟𝔯𝔬𝔡𝔢𝔱𝔢𝔩𝔦 𝔰𝔢𝔪𝔦 𝔤𝔯𝔢𝔥𝔬𝔳

⸸ Глава 5 ⸸ Птицы в клетке, грех ликует Думая, что цель близка, Но каждая из канареек Может планы оборвать. Не зная сами, они демонов меняют, Но удастся ль лучу света сквозь брешь души греха пробиться, И как он воспримет помощь, Зависит только от святых. Рейчел Мне снился сон. Я стояла на краю одной из вышек резиденции под покровом ночного неба. Балкон и его стены были вымощены неровной каменной кладкой, собственно как и бортики, отделяющие меня от пропасти внизу. Холодный осенний ветер обдувал лицо, мои карамельно-коричневые волосы, обычная длина которых была четко до локтей, хаотично бились где-то за моей спиной. Я услышала мелодию, наверняка какой-нибудь дорогостоящий музыкальный инструмент, так как невозможно такой шедевр исполнять на обычных предметах музыкального обихода. Но я не могла понять, откуда исходил звук, потоки воздуха постоянно сбивали с ориентира. Моя черная ночная сорочка до пола извивалась и путалась, пытаясь затянуть меня обратно в мою комнату. Но мне не хотелось возвращаться в клетку, наоборот я шагнула навстречу ветру и закинула голову вверх до упора, окинув взглядом звезды. Но кроме них я заметила над собой, сидящий силуэт на крыше. Былое спокойствие и безмятежность испарились по щелчку пальцев. Мне пришлось зажмурить глаза и отшатнуться от луча Луны, что отразилась на поверхности вещи, которая была в руках у существа. – Кто ты? – Шепнула я. Вместо ответа высокий силуэт сменил сидячую позу на стойку. Топот его ног по крыше лишь усилил чувство паники, и адреналин просто захлестнул тело. Не покидало чувство, что я начинаю бредить. Чтобы не попасть снова в какую-нибудь историю, я решила броситься в комнату башни и, как можно скорее, закрыть дверь изнутри. Но при развороте уже врезалась во что-то и непроизвольно вскрикнула. – Да не ори ты, услышат. – Прозвучал знакомый голос, который вряд ли я перепутаю когда-то. Передо мной стоял Юджин Дарвуд в том же сером костюме и с привычным равнодушным выражением лица. Он смотрел на меня сверху вниз недовольным пристальным взглядом. При этом, все еще придерживая меня за локти. – Что ты здесь забыла? – Грубо бросил парень. – Дышу свежим воздухом. – Недоумевая, ответила я. – И именно сюда тебе надо было приволочиться? – Неприязнь чувствовалась в его ауре. Я лишь фыркнула и оттолкнула Юджина, а после развернулась к нему спиной, смотря в ночной мрак. Не покидало ощущение, что он сверлит взглядом мне спину. – Холодно? – Послышался еле уловимый звук от парня. – Нет, меня все устраивает. – Сказала я, при этом, выдала себя движением, обхватив себя за предплечье. – Надень. – Хмыкнул Юджин и накинул свой серый пиджак мне на плечи, оставаясь лишь в лазурной рубашке с длинными рукавами. Моему удивлению не было предела, я даже не была в состоянии повернуть голову в его сторону от шока. С чего такая вежливость к моей персоне? Тем временем он встал на одном уровне со мной и также смотрел в черноту ночи. От его одежды ощущался запах ледяной мяты в сочетании с горьким апельсином и нотой чайного дерева. Я даже закрыла глаза, чтобы запомнить этот момент. Я все не решалась посмотреть в его лицо, но перевела свой взор на предмет в руках парня. – Это скрипка, ягненок. Я играю, когда надо побыть самому. А ты как специально пришла опять изменить мои планы. – Привыкай, если я тебе нужна. – Бросила я ему, опять не удостоив взгляда. – Я разочарую тебя, дорогая, это ты будешь привыкать ко мне, но никак не на оборот. – Он резко развернул меня к себе, потянув своей рукой за мой подбородок так, что мы уже стояли лицом к лицу. – Одиночество спасает тебя от проблем? – Неуверенно изогнула я бровь. – Одиночество спасает от суеты … – Кривая ухмылка растянулась на его идеальном лице. – И ты его разрушила. – Произнес он шепотом на ухо так, что дыхание обжигало щеку. Я подскочила от громкого хлопка дверью. Дарий как всегда само очарование. Он сообщил, что через час я должна быть в кабинете и подготовиться к сеансу живописи. Как будто я могла такое забыть. Дженнифер Во второй половине дня служанка приготовила мне сумку с вещами, в которую она не забыла вложить подаренные мне ранее карты от Эйдена. Вместо привычной одежды, слуги вновь одели меня в платье, в чем я совершенно не узнавала себя старую. До сих пор не могу поверить, что действительно ношу его. На этот раз на мне было платье-пальто, длинною ниже колена. Оно состояло из черного бархата, прямого кроя и шло в комплекте с дамской шляпой такого же цвета. Плюс на талии у меня закрепили пояс, подчеркивающий худую фигуру. Короткие сапожки на небольшой возвышенности отдавали четкий ритм по мраморному полу первого этажа резиденции. Работницы Дария из резиденции поколдовали над моим образом так, что запутанные каштановые волосы приобрели ровную форму, здоровый вид и стали блестеть. На лицо нанесли легкий повседневный макияж. Боже, они пытались сделать из меня леди. От этой мысли, мои глаза закатились на триста шестьдесят градусов, тем самым сделав сальто. Дойдя до выхода, я остановилась на пороге и обернулась на лестницу, надеясь увидеть Рейчел, но видимо Дарий забил ей весь мозг по поводу необходимых материалов на счет эскиза портрета …. Я вздохнула и мысленно пожелала ей удачи, шагая за пределы резиденции к мостовой, предназначенной для экипажного транспорта. Подходя ближе к стальной карете, я старалась сохранять спокойное лицо, холодный взгляд и светлый разум. Эйден стоял и что-то объяснял кучеру, может даже и угрожал, кто его знает. Подойдя к карете вплотную, паренек лет шестнадцати поспешил мне открыть дверь. – Спасибо, но не стоило, я сама могла бы. – Поразилась я отношению к себе, так как никто еще не ухаживал за мной подобным образом. – Это мои обязанности, леди, прошу, садитесь. – Изумился парень, но потом улыбнулся мне самой искренней мальчишеской улыбкой. – Спасибо. Можешь меня называть просто Дженнифер. – Сказала я, чтобы обстановка для меня стала комфортнее, так как он чем-то походил на моего родного брата Габриэля. – Но … – Парнишка перевел настороженный взгляд на Эйдена, дабы убедиться в его одобрении, а тот лишь махнул рукой со скучающим видом. – Меня зовут Оливер. – Снова невинный изгиб губ худого, конопатого паренька отразился на лице. В сторону Эйдена я лишь бросила свой лучший оскал из запасов Дженнифер Сеинт, что явно не давало ему расслабиться, обожаю свою непредсказуемость. Осмотреть карету получилось бегло, но я запомнила, что у нас четко один кучер, одна лошадь и один неадекватный труп в лице Эйдена Вайлда. Такая себе компания, и если честно кучер с лошадью не причем. – Посторонись, несчастный. – Бросила я Вайлду и скрылась в глубине кареты. –Какого лешего ты называешь меня несчастным? – Гаркнул Эйден и нервно сел в карету следом. Первый час в карете прошел в гробовом молчании, было слышно только, как колеса экипажа бились об дорожный грунт, то набирая, то сбавляя скорость. Я сидела спиной к кучеру изнутри, а Эйден напротив меня, облокотившись на подоконник небольшого зашторенного окна. Пространство кареты заливал тусклый свет от светильника над моей головой, так что я, последовав примеру парня напротив, прикрыла глаза в надежде задремать. Но не тут-то было. – Меня бесит, когда я повторяю вопрос дважды. – Нарушил тишину парень. – Ты целый час ждал, когда я соизволю ответить? – Мои глаза открылись, а лицо вытянулось. Зрелище было завораживающим и жутким. В тускло освещенной коморке экипажа едва можно было развидеть носки обуви, так что из позы мужчины я могла лишь лицезреть, как одна нога была закинута на другую. Но его светящиеся янтарные глаза просто пробирали до костей, от чего было не по себе. – Да. – Глухим голосом бросил собеседник. – Ты делаешь успехи. – Спокойно поправила я платье, стряхивая несуществующую пыль. – Твою оценку моих действий я не спрашивал. Ответь на вопрос. – Требовательно прищурил глаза он. – Тогда сперва ты ответишь на мой. – Ехидная ухмылка, предчувствовавшая маленькую победу, вылезла на лице. – Валяй. – Быстро согласился Эйден. – Что у тебя за знак на шее? – Наклонилась я вперед, отчаянно пытаясь его разглядеть во тьме, как будто это было возможно. – Это татуировка, там изображен хищник. – Поменял положение ног тот. – Вот оно что … – Помедлила я, пытаясь выполнить свою часть уговора, но не успела. Наша карета резко накренилась на бок, пронзительный крик кучера и ржание коня заставили мой пульс участиться до звона в голове и ушах. Колеса по левой стороне как будто исчезли, и их в помине не было. Днище экипажа стало противно скрипеть и трястись, выглянув в окно, мы как раз проезжали горный серпантин. Я с паникой и мольбой повернулась в сторону Эйдена. Он принял, довольно, необычную кошачью позу, видимо из-за роста, и его глаза светились ярко алым цвета. От увиденного, я застыла на месте, а воздух перестал поступать в легкие, как бы ни провоцировать даже таким едва уловимым шумом Эйдена по причине, что тот выглядел угрожающе как никогда. Все было как в замедленном темпе. – Эйден, твои глаза … – Мое выражение лица явно не способствовало, чтобы успокоить его. – Заткнись и не мешайся! – Нечеловеческим голосом, почти рыча, сказал парень. Он скинул пиджак с плеч и закатал рукава, а после резко вытянул руку перед собой. Вены Эйдена засветились желтым светом, освещая пространство почти разрушенного экипажа. Карету по-прежнему трясло, мне едва хватало сил, чтобы вцепиться в сиденье и не вылететь в окно. Как только свет окинул лицо Вайлда, я заметила, что оно искажается от боли, а пот выступает на висках. Когда светящиеся нити на кисте перестали мигать, то он резко приложил руку к полу, как раз, перед тем как дно кареты оборвалось бы окончательно. Резкий импульс и ударная волна, одним его движением остановила карету, так что я отлетела от Эйдена и со всей силой ударилась головой об стену транспорта, точнее то, что от него осталось. И я, наверно, отключилась … В голове стоял гул, все звенело в ушах. Отстраненно слышались душераздирающие крики с просьбами о помощи и звериный крик. Я лежала у погнувшейся железки, которую вряд ли когда еще используют в виде транспорта. Так, я попыталась встать, но каждое движение отзывалось болью в затылке, поэтому я ползла к краю железной глыбы, бывшей когда-то каретой, чтобы понять источник звуков. Я пожалела, что вообще очнулась сейчас. Как только я завернула за угол, то увидела в неестественно лежавшей позе Оливера с открытым красным ртом и расширенными мертвыми глазами, которые были еще полны ужаса. Я перестала чувствовать боль в своем теле, голова же стала ватной и тяжелой. Я села на колени и начала трясти молодого парнишку, которого я узнала лишь несколько часов назад. «Нет-нет-нет, очнись, вставай!». Эти слова я повторяла как молитву про себя, слезы начали душить и застилать обзор зрения. В нем я видела отголоски брата, который примерно в этом же возрасте и покинул дом бабушки. В этом парнишке отразился мой главный страх, что брат мог так же закончить свою жизнь уже давно. Мозг отказывался признавать, что в мгновение ока мальчика не по своей вине лишился жизни, вокруг было много крови, как будто прошел алый дождь. Я наклонилась к шестнадцатилетнему Оливеру, уперлась ему в грудь, которая больше никогда не будет вздыматься, и прошептала: «Я буду тебя помнить, Оливер». Голос предательски надломился, и поток рыданий обрушился на окровавленную рубашку Оливера. Я закрыла ему глаза, и стерла кровь с его уст. Совсем недавно он очаровательно мне улыбался, а теперь лежит холодный и обездвиженный на земле. Мне он напоминал брата в детстве, поэтому я захотела с ним подружиться по приезде в графство Рейдж … Поодаль лежал труп серого коня, хотя цвет блестящего серебра его шерсти давно заполнил темно-алый цвет. Присмотревшись, коня явно разорвало на две части, так как задних конечностей я не наблюдала. Комок боли и тошноты подступил к горлу, отчего я закрыла руками лицо. Успокоившись немного, я встала, опершись на бесформенную железку, и описала в итоге вокруг кареты букву «г». Будто в бреду я вытирала предательские слезы, пыталась отыскать сторону, откуда несутся крики. Наконец, в поле зрения попала группа одетых в лохмотьях людей и Эйден, который … ломал шею, череп, ребра, позвоночники им. Он выглядел, как чудовище. Я была не в силах от шока даже окликнуть его, так как это был не тот Эйден, что был в лесу и резиденции. Этот парень был явно за гранью своего сознания. Его неконтролируемые действия выглядели как безумные, маска скрывала явную наслаждаемую улыбку, когда тот вымещает свою ярость на смертных. А глаза … они были точно звериные, требующие крови, собственно, цвета которого они и были. Когда оно повернулось по-звериному в мою сторону, ноги подкосились. Два красных зрачка просто обездвижили меня, но смотря на меня, парень параллельно вырвал сердце одного из мужчин, как будто он занимался обыденным делом. Вся рубашка Эйдена была цвета алого и порвана на груди, руках. Он бросил обездвиженное тело мужчины и зашагал в мою сторону, но последняя троица людей все еще в ужасе не могла пошевелиться. Спокойно идя ко мне, Эйден вытянул руку с светящимися венами в сторону и опустил голову вниз. Одним щелчком все три тела людей замертво упали на землю, как будто никогда и не двигались вовсе. Я понимала, что от него не скрыться, он по желанию убьет меня как всех этих людей и Оливера. Вспомнив улыбающегося мальчика с веснушками и глазами, напоминающего брата, я подумала, если и умирать, то хотя бы сказав то, что хочу напоследок. Я стала двигаться ему навстречу, но из-за ударов, стресса и шока я шаталась и хромала. На расстоянии пяти метров я остановилась и вздернула подбородок, чтобы четко смотреть в два красных круга вместо глаз парня. Его лицо было словно исхудавшим, вытянутым и запачканное кровяными брызгами. От былой красоты черт лица, янтарных очей, харизмы и манящей ауры не осталось ничего кроме безумных светящихся алым глаз и пустоты внутри его души. Было уже не страшно. Теперь я поняла природу его силы, я поняла его проклятье дара, одновременно сочувствуя ему и презирая. Я знала, как с этим существом внутри него бороться, но не знала, получиться ли. Все же решила рискнуть, хуже точно не будет. – Ты несчастный, потому что жесток и чёрств … – Начала я, пока он уже успел подойти ко мне вплотную. Он издал что-то вроде рычания, и снял маску с лица. Неизвестный мне такой Эйден высокомерно смотрел сверху вниз, как бы гадая, как лучше отправить меня на тот свет. Но лучше бы той книженции содержать в себе правду. Не рассказав мне Рейчел содержания, я бы сейчас точно поступила бы иначе, зная себя. – А все из-за того, и лишь из-за того, что люди изуродовали тебя изнутри. – Я протянула рукав своего уже порванного платья, что тоже напоминали лохмотья, и стерла пятно крови с его щеки, борясь со своим характером – не заехать ему по морде. Но его реакция на мои слова меня поразила. Глаза Эйдена расширились до максимума, и былая краснота зрачков сменилась привычным янтарным теплом огненного пламя. Его челюсть сжалась и из одного глаза, под которым я вытерла пятно, потекла тонкая прозрачная струя. Значит где-то там внутри, есть что-то человеческое, и это безумие можно преодолеть. Значит, он не безнадежен, как считает.