Страшненький

Джисон, вообще-то, мальчик в себе уверенный, достаточно открытый и общительный, он душа компании и своей яркой улыбкой привлекает к себе много внимания. Джисон буквально светится солнышком на людях - но так же как солнце угасает, стоит ему оказаться одному. Хотя, как одному... С Минхо Джисон знаком, кажется, с пелёнок - Ли было почти три, когда родился младший, и он едва ли не сразу взял на себя обязанность защищать, беречь, учить и... кажется, ради маленького Хана Минхо на многое был способен, их дружба не прерывается уже больше полутора десятка лет, и только Минхо знает о том, как тяжело Джисону улыбаться в лицо людям после их насмешек, а после плакать дома в объятиях хёна из-за чужого "смотрите, да даже его соул посчитал его страшным". Джисон виноват разве в том, какой он? Для него внешность никогда не была критерием, хотя он умел видеть и ценить чужую красоту. Для него Минхо-хён всегда был самым красивым, с этими его глазами-галактиками, мягкими и пушистыми темными волосами и ровным носом, с его пухлыми бледными губами и длинной стройной шеей. Джисон пожалуй с детства влюблен в старшего и отчаянно скрывает это ото всех, в первую очередь от самого Ли, а где-то в душе думает, что отказал бы даже соулмейту ради хёна, потому что соул увидит в нем только большие щеки и чуточку косящие глаза, а Минхо точно увидит в нем его самого, несмотря на "какой-то он мелкий и страшненький, прям фу", размашистыми буквами выведено на внутренней стороне предплечья. Джисону правда жаль, что он такой, и он все чаще прячет взгляд от Минхо, опускает глаза в пол и нервно сглатывает, когда старший своим тихим вкрадчивым голосом "Сон-и, ты ведь помнишь что можешь рассказать мне абсолютно все?" выдыхает. Он боится отчаянно боится, что Ли однажды тоже посчитает его страшным и уйдёт, поэтому Джисон молчит. Когда Минхо остается в доме Хан с ночевкой, они долго лежат в темноте, Лино что-то рассказывает, лёгкое и наверняка весёлое, Джисону бы улыбаться, но он только сверлит взглядом потолок над собой и внезапно прерывает старшего робким "Хён, покажешь мне ее еще раз?". Минхо удивлённо замолкает, приподнимается на постели рядом и оборачивается через плечо - у Хана дыхание перехватывает от того, насколько старший прекрасен сейчас(всегда, вообще-то, но сейчас особенно): с растрепанными волосами, чуть помятым лицом и со следом от подушки на щеке. Минхо моргает медленно и оттягивает ворот широкой футболки, Джисон придвигается ближе и едва ощутимо касается пальцами букв на чужой коже. Выбитое на ключицах "айугууанхм" кажется бессмыслицей, но младший вынужден признать, что сам вряд ли бы смог сказать что-то более связное, увидев впервые вот такое живое божество Ли Минхо. От жалости к самому себе начинают дрожать руки и кончики пальцев, и Хан поспешно отдергивает руку и шепчет тихо "давай спать". Сбитый с толку Минхо кивает и снова ложится рядом, и Джисон еще пару часов лежит, вслушиваясь в чужое размеренное дыхание. По крайней мере, сейчас он может быть рядом и чувствовать тепло Минхо, а после встреч с соулами... Хотя, о плохорошем он подумает после. На следующий вечер мама Ли решает нанести визит семейству Хан. Женщина устраивается рядом со школьной подругой на диване, пьёт чай и громко, на весь дом, шутит. Обе матери обсуждают все подряд, сплетничают о соседях, рассказывают о работе, а после переходят на своих сыновей. Мама Хан приносит альбом, и они со смехом листают страницы. - О, а вот это фото... Мальчики, идите сюда скорее! - Мама Ли манит к себе Минхо с Джисоном, и парни с ворчанием и закатыванием глаз подходят ближе, пока женщина разворачивает к ним альбом. На фото Минхо одет в белые гольфы и короткие шортики, он дует губы и недовольно куксится, оттягивая вниз подол футболки, и старательно отворачивается от колыбельки, в которой лежит крошка-Джисон, младшему от роду пару месяцев, он чуть морщит личико и жмурит глазки-пуговки, явно еще не воспринимая ничего вокруг. Женщины воркуют над фото, когда мама Хан вспоминает: - Ты, Минхо, тогда его страшненьким еще обозвал... Дай-ка вспомню! - Да, так и сказал, какой-то он мелкий и страшненький, прям фу, - цитирует сына мама Ли, явно не замечая ступор Минхо и подступающие слезы в глазах Джисона. Женщины продолжают шутить, не замечая повисшей между парнями тишины, пока Минхо внимательно, пристально смотрит на Хана, а младший судорожно дышит, пытаясь не заплакать при всех. Долго Джисон не выдерживает, срывающимся шёпотом просит прощения и сбегает из гостиной, и Ли тут же идет за ним. Он едва успевает подставить ногу в почти закрытую дверь, протискивается в комнату Джисона следом за младшим и замирает: Хан обнимает себя за плечи, всхлипывает и смотрит испуганно, как никогда раньше на Минхо. - Это был ты... Все время это был ты, - голос парня срывается, он шмыгает носом, - почему... зачем ты так со мной, хён? - Я никогда не считал тебя некрасивым, Джисон, - Минхо делает шаг навстречу и осторожно раскрывает объятия, даёт младшему шанс самому сделать шаг навстречу и утонуть в чужом(родном) тепле, - для меня ты всегда был самым важным, родным, красивым и... любимым. Младший краснеет щеками ярко и осторожно обнимает Ли, на самом деле стараясь хотя бы так спрятать смущение и растерянность. - Я был маленьким ребёнком, который вряд ли мог бы увидеть красоту в младенце так, как видели в нас ее наши матери или близкие, для меня ты был маленьким сморщенным человечком, наверняка, и я никогда даже не вспоминал о тех словах, которые сказал при нашей первой встрече... Теперь я хотя бы знаю, как познакомился со своим соулмейтом, да и моя метка, - Ли сдавленно смеется, крепче обнимая младшего, и очень осторожно касается губами его волос, - вряд ли ты в два месяца мог бы сказать что-то чёткое обо мне? Парни тихо смеются, и Джисон нерешительно поднимает голову, заглядывая в глаза напротив: они будто магнитом тянут к себе, мягко светятся и отражают самого Хана в руках Минхо, и черт, это лучшее что младший видел в своей жизни. - Так я не страшненький? - Едва шепча губами, спрашивает Джисон и с восторгом следит за тем, как Ли качает головой, наклоняясь к нему. И перед тем, как их губы впервые легко соприкасаются, Хан слышит: - Для меня ты был и будешь самым прекрасным существом во всех мирах...