💎JOI Жемчужина Стамбула💎

"Я думаю, тебе стоит еще немного поработать над этим, Эфе", - сказал Серкан в конце презентации новой осенней коллекции Эфе Акмана. "Мы потратили на это много времени, Серкан", - запротестовал Эфе. "А до официального запуска осталось всего два месяца". "Мы создавали коллекции и за гораздо меньшее время, Эфе. Снова собери свою команду и презентуй мне коллекцию, в которой будет больше блеска и гламура. Если тебе не хватает вдохновения, возьми несколько дней отпуска и отправляйся куда-нибудь, но мы не будем выпускать это на рынок". Эфе Акман недавно был назначен руководителем отдела дизайна. Он был сыном Фарука Акмана и был ровесником Серкана. Они знали друг друга с подросткового возраста, и, несмотря на то, что отец Эфе и дядя Серкана были близкими друзьями, молодые люди никогда не испытывали теплых чувств друг к другу. "Хорошо, как хочешь. Мы поработаем над этим снова", - уступил Эфе. "Спасибо". Серкан проверил время и обнаружил, что было почти 5.30. Он взял свой телефон и ноутбук и позвонил своему секретарю. Она вошла со стопкой газет. "Я позвонила в аэропорт, чтобы немного задержать Ваш рейс, господин Серкан", - сказала она. "Я попросила Элиф подготовить Ваш багаж, и он уже в самолете. Вы уверены, что я Вам больше не нужна?" "В этом нет необходимости, спасибо, Лейла. Позвони моей матери и скажи ей, что меня сейчас нет в городе. Где Мустафа?" "Ждет Вас у двери, сэр". Серкан вышел из офиса и направился в частный аэропорт, где его ждал самолет. Он вылез из внедорожника и повернулся к Мустафе, который уже был готов достать из багажника свой чемодан. "Ты не полетишь, Мустафа", - сказал он ему, надевая солнцезащитные очки. "Мне нужно, чтобы ты остался здесь". "Есть проблема, сэр?" - спросил мужчина. "Нет, но я хочу, чтобы ты лично проследил за защитой моей жены, пока меня нет", - пояснил он низким голосом, чтобы другие телохранители не могли подслушать. "А как насчет Вашей собственной защиты, сэр?" "Со мной все будет в порядке. Я знаю, что ты приставил к ней своих лучших людей, но мне было бы спокойнее знать, что ты рядом, на случай, если эти люди снова попытаются приставать к ней". "Конечно, господин Серкан. Я позабочусь об этом", - заявил Мустафа. "Звони с докладом каждые три часа", - приказал он, подходя к трапу. "Да сэр". "Хорошо", - он сделал паузу, прежде чем подняться на первую ступеньку. "Если с ней что-нибудь случится, Мустафа. Я привлеку тебя к личной ответственности". Мустафа кивнул и наблюдал, как его босс продолжает восхождение, где его ждала стюардесса. Брак Серкана Болата был, без сомнения, самым странным браком, который Мустафа когда-либо видел за всю свою жизнь.

💎💎💎💎💎

Каждое утро, когда Эда просыпается, она обещает себе усталой, что вернувшись домой вечером поспит, прежде чем уйти в ночной клуб. Но она никогда этого не делает. Сегодняшнее утро ничем не отличалось. Она была слишком беспокойной, чтобы спать, все еще раздраженная после встречи с Серканом и Селин Атакай, ранее в тот день. Поэтому она откопала свои художественные принадлежности и села за кухонный стол. Она открыла свой портфель, достала чистый лист и начала рисовать первое, что пришло ей в голову: свадебное платье. Это было красивое платье без бретелей, облегающее на талии и ниспадающее на землю струящимся облаком цветочного кружева. Она нарисовала изящную вышивку на его лифе и подоле, и ее карандаш инстинктивно двигался, чтобы нарисовать детали ее собственного улыбающегося лица, ее волос и ее рук, сжимающих элегантный свадебный букет. Эда уставилась на результат влажными глазами. Она больше не была мечтательной девочкой-подростком, но события последних нескольких дней сделали ее ненормально эмоциональной. Если бы все было иначе, она бы вышла замуж в этом платье. Она вздохнула и проверила свой телефон. Пора было уходить в клуб. Она приняла лекарство, надела одежду и накрасилась, готовая провести еще одну ночь в "Паше". Когда она вошла, Волкан уже был за стойкой. Она не видела его с той ночи, когда произошел инцидент, поэтому поприветствовала его широкой улыбкой. "Привет, незнакомка", - ответил он. "Как твоя рука?" "Вообще-то, плечо. Становиться лучше, спасибо". Он огляделся и перегнулся через стойку. "Между прочим, я хотел спросить... У тебя какие-то неприятности? Что эти люди хотели от тебя?" - спросил он, понизив голос. Ее сердце согрелось от его беспокойства. "Все хорошо, Волкан. Это было просто недоразумение". "Действительно ли это так?"- спросил он. "Ты же знаешь, что можешь рассказать мне все, что угодно. Как насчет того, чтобы я пригласил тебя на чашку кофе в эти выходные, и мы могли бы немного поговорить?" "Ты милый, Волкан, но в этом нет необходимости. Я же сказала тебе, что все хорошо". "Тогда мы можем просто потусоваться. Знаешь, мне действительно любопытно посмотреть, как ты выглядишь при дневном свете", - сказал он, склонив голову набок. Она рассмеялась над шуткой. У нее не хватило духу отказать ему, когда он был с ней так мил. Волкан был одним из немногих друзей, которых она завела с тех пор, как начала работать в "Паше", и его теплое отношение всегда вызывало у нее чувство дружбы. "Тогда договорились. Позвони мне в эти выходные". Она спрятала сумочку в шкафчике и сразу же вернулась к работе, перемещаясь между столами, пока тусовщики собирались танцевать всю ночь напролет.

💎💎💎💎💎

Казалось до выходных еще целая вечность. Проснувшись в субботу утром, Эда первым делом подумала о Серкане. Вернулся ли он уже из поездки? Поехала ли Селин Атакай с ним? Она нашла телефон и села, откинувшись на подушки. Она набрала имя Серкана в интернете и пролистала результаты поиска. Последние новости были связаны с компанией и смертью его дяди, но в четвертом результате появилась статья о его жизни как самого завидного холостяка Турции. "Ага, холостяка", - насмешливо фыркнула она. Она рассматривала его фотографии, плотно сжав губы. Его никогда не фотографировали с одной и той же женщиной дважды, и каждая из них была красивее предыдущей. Ходили слухи, что он встречается с самыми красивыми моделями и актрисами, но Эда ничего не могла найти о том, с кем он был в Измире. Она с грохотом бросила телефон на прикроватную тумбочку и пошла готовить себе завтрак. Остаток утра она потратила на то, чтобы побаловать себя, накрасив ногти свежим лаком для ногтей и применяя свой еженедельный уход за кожей. Было около полудня, когда позвонил Волкан. Он только что проснулся после долгой смены в баре и пригласил ее позавтракать с ним. На ней был короткий синий сарафан и сандалии цвета лосося. Она распустила волосы, чтоб они свободно спадали на плечи и перенесла содержимое сумочки в маленький клатч, который едва мог вместить ее телефон и ключи. Она присоединилась к Волкану в одном из самых известных мест для завтрака в Стамбуле, красивом маленьком бистро с видом на море, где подают самую изысканную турецкую выпечку. Он встал ей навстречу и быстро поцеловал в щеку. "Доброе утро", - сказала она, кладя сумочку на стол. "Ты пришла", - сказал Волкан. "Как насчет завтрака?" "О, я уже плотно позавтракала сегодня утром, но я не откажусь от пирожного прямо сейчас, и кофе, пожалуйста". Волкан передал заказ и повернулся к ней. "Ты выглядишь отдохнувшей и красивой". "Спасибо, мне немного лучше, плечо все еще болит, но это пройдет". "Почему бы тебе не попросить господина Эмре о нескольких выходных?" - предложил он, потягивая чай. "Ты шутишь? Я уже потеряла большую часть своей зарплаты, когда разбила ту бутылку вина, я не могу позволить себе потерять еще и чаевые". Ее заказ прибыл, и Эда ела с аппетитом, пока они болтали с Волканом. Он смешил ее анекдотами о своих пьяных клиентах, и она не могла не думать, что он делает все возможное, чтобы ей стало легче. Он снова спросил ее о мужчинах, которые стали причиной ее травмы, и она проигнорировала это. Она не хотела вовлекать его в свои проблемы. Метин был слишком опасен и легко мог причинить ему вред. "Ты хороший друг, Волкан. Спасибо", - сказала она ему искренне. "Просто друг?" - спросил он дразнящими глазами. Эда не знала, что сказать. "Волкан, я..." - начала она, но ее отвлекла тень упавшая на них, закрывая солнечный свет. Она подняла голову, и ее глаза расширились от шока. Серкан!!! Он выглядел готовым убить кого-нибудь. "Вставай", - ледяным тоном приказал он. Эда была слишком ошеломлена, чтобы говорить. Волкан встал и отодвинув свой стул, повернулся лицом к Серкану. "Прошу прощения?" "Я не с тобой говорю", - сказал он Волкану, и снова повернулся к Эде. "Я сказал вставай". "Да кем ты себя, черт возьми, возомнил? Эда, ты знаешь этого человека?" - Волкан терял терпение. "Она меня знает, я ее ..." Эда вскочила со своего места. "Мой босс. Он мой босс", - объяснила она другу с извиняющейся улыбкой. Серкан одарил ее таким ледяным взглядом, что она подумала, что сейчас превратится в ледяную статую. "Бери свою сумочку и пошли". "Я никуда с тобой не пойду", - сказала она ему, с вызовом подняв голову. "Не испытывай меня, Эда". Волкан смотрел на перебранку, совершенно не понимая, что происходит. Серкан вытащил несколько банкнот и бросил их на стол. Одной рукой он взял сумочку Эды, а другой схватил ее за руку, и потащил за собой под любопытными взглядами других посетителей. Она повернула голову назад и одними губами прошептала "Прости" Волкану, который стоял у их стола, с поднятыми в недоумении руками. "Что, черт возьми, ты делаешь? Отпусти меня ... Я сказала, отпусти, Серкан", - она перенесла свой вес назад, чтобы замедлить его, и попыталась высвободить его пальцы из своей руки, но он был слишком силен. Он потащил ее к машине, которую она никогда раньше не видела, и открыл пассажирскую дверь. Он без церемоний швырнул ее на сиденье и бросил сумочку ей на колени. Он запер дверь, чтобы она не выскользнула, и обошел машину, чтобы занять свое место за рулем. "Ты собираешься объяснить,что это было?" - крикнула она. "Я завтракала". "Пристегни ремень и замолчи", - громко рявкнул он. "Нет!" - сказала она. "Я не твой щенок, ты не можешь мной командовать и, уж точно, не имеешь права грубо обращаться". "Я имею на это полное право", - крикнул он в ответ. "Я твой гребаный муж". Он наклонился и застегнул ей ремень безопасности, затем завел машину и поехал со скоростью, от которой Эда прижалась в сиденье. "Я не могу поверить в это", - пробормотала она, массируя виски, чтобы успокоить нервы. Он проигнорировал ее и продолжил свой путь сквозь поток машин, крепко сжимая руками руль. Эда почувствовала, как слезы гнева скатились по ее щекам ... Ее никогда так не унижали. Как она могла после этого встретиться с Волканом? Мужчина изо всех сил старался подбодрить ее, а она даже не смогла как следует его отблагодарить. Машина внезапно остановилась, и Эда поняла, что они на пристани. Место использовалось как гавань для роскошных яхт, судя по размерам и дизайну лодок. Серкан обошел машину и открыл ей дверь. "Выходи". Она смотрела прямо перед собой и не обращала на него внимания. "Либо ты выйдешь, либо я перекину тебя через плечо. Так что?"- спросил он, уперев руки в бока. "Я не боюсь тебя", - сказала она, прищурившись. "Хорошо, тогда ты сама напросилась". Он начал наклоняться, и Эда потеряла храбрость. "Ладно, ладно. Я выхожу". Несмотря на небольшую победу, Серкан не выказал никакого удовлетворения. Он все еще выглядел таким же разъяренным, как и тогда, когда она впервые увидела его в ресторане. Она захлопнула дверь, и он снова взял ее за руку. "Не прикасайся ко мне. Я могу ходить", - бросила она ему, но он продолжал игнорировать ее. Он проводил ее до причала и помог сесть на первую яхту, стоявшую там на якоре. Эда мельком увидела ее название: "Жемчужина Стамбула". Она была уверена, что раньше слышала это название. Серкан обменялся несколькими словами с парой мужчин, прежде чем присоединиться к ней на яхте. Неужели они действительно собираются отплыть? Одни? "Куда мы идем?" - спросила она его. "Двигайся", - приказал он, одной рукой подталкивая ее сделать несколько шагов, ведущих к носу яхты. Она стояла посреди террасы на палубе, пока Серкан пошел к командной рубке. Он вывел яхту из дока и медленно направил ее к горизонту. Эда смотрела на него прищурясь, когда он установил крейсерскую скорость и вернулся к ней. Эда отступила на шаг и огляделась. Их окружала голубая вода. Спасения не было. "Ты наконец собираешься объясниться?" - спросила она, оборонительно скрестив руки. "Ты спишь с ним?" - спросил он, и она была ошеломлена этим вопросом. "С кем?" "С тем любовником, с которым ты завтракала". "Волканом? Это не твое дело". Он стиснул зубы. "Да или нет?" "Ты лезешь в мою личную жизнь. Это противоречит нашему соглашению". "Ответь мне, Эда ..." - предупредил он. "Ты спишь с ним?" Его пальцы снова впились в ее руку, и она сдалась. "Нет!" Он с подозрением вглядывался в ее лицо. "Я сказала нет, теперь ты можешь отпустить". Он так и сделал, и она подошла к рулю, ветер трепал ей волосы на лице. "Ты больше не увидишь его". "Кто сказал?"- спросила Эда. "Я сказал", - свирепо ответил он. Эда рассмеялась, и он выглядел так, будто хотел ее задушить. "Забавно, но ты не можешь диктовать, что мне можно, а что нельзя. Я не твоя игрушка, и я требую извинений за то, как ты вытащил меня из ресторана. Ты унизил меня там". "Ты сама навлекла это на себя, Эда. Если бы ты просто тихонько осталась дома…" - сказал он, почти извиняющимся тоном. Он присоединился к ней у руля и убрал волосы с ее лица, заправляя их за ухо. От его прикосновения у нее перехватило дыхание, пока она не разобралась в его словах. "Если бы я осталась дома? Подожди, как ты вообще узнал, где я? Ты случайно не шпионишь за мной?" - спросила она, в ужасе прижимая руку ко рту. Серкан приобрел странный оттенок красного. "Клянусь Богом, Серкан. Если твои люди преследуют меня ..." "Они этого не делали, это просто совпадение", - горячо отрицал он,и она посмотрела на него из-под полуприкрытых век. Казалось, она поверила ему, потому что вздохнула и отвернулась от него. Его взгляд упал на ее руку, и он заметил красный синяк на ее левой руке. Он осторожно поднес к ней палец. "Неужели это сделал я?" - прошептал он, с внезапно поникшим лицом. Эда посмотрела вниз, только сейчас осознав, что его сильная хватка оставила красный след на ее руке. Он не дал ей времени, чтобы подтвердить. "Извини, я не осознавал", - прошептал он, нежно прижимая ее к себе и поглаживая ее волосы с нежностью, которая полностью противоречила его прежней ярости. Эда была озадачена внезапной переменой. Он увлёк ее с собой, чтобы сесть на белые подушки террасы, и его губы покрыли поцелуями ее руку, где его пальцы оставили свой след. Эде хотелось плакать от его мучительного взгляда. "Ты не причинил мне вреда. На моей коже легко остаются следы", - она ​​пыталась успокоить его. Его пальцы медленно поглаживали ее спину, и она чувствовала, как каждая клеточка ее тела пробуждается от этого прикосновения. Она не могла сопротивляться сильному притяжению его зеленых глаз. Она села к нему на колени и обняла его за шею. Она едва заметила удивление на его лице, прежде чем наклонила голову и поцеловала его изо всех сил.

Конец 11 главы.