💎JOI Жемчужина Стамбула💎

На следующее утро Эда проснулась первой и ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где она. Ее лицо уткнулось в широкую спину Серкана, который лежал на боку, отвернувшись от нее. Судя по медленному ритму его дыхания, он все еще крепко спал. За ночь они дважды вставали. Первый раз это случилось, когда Серкан проснулся от жажды и случайно сбил стакан рукой со своего ночного столика. Разбуженная звоном разбитого стекла, Эда настояла, чтобы он остался в постели и пошла на кухню за другим стаканом. Он выпил два стакана воды, чтобы утолить жажду и снова уснул, используя Эду в качестве подушки. Во второй раз Эда разбудила его сама и заставила принять еще одну таблетку, чтобы сбить температуру. После этого он еще некоторое время ворочался, переворачиваясь с боку на бок и наконец в 4.30, в полном изнеможении, уснул. Эда взглянула на часы, на своем телефоне и решила дать ему поспать подольше. Она проверила температуру, с помощью градусника, который лежал на ночном столике и с облегчением заметила, что она упала до 37,4°. Ничто, кроме хорошего душа и дня на сон, не могут помочь. Она встала с кровати и на цыпочках вышла из комнаты, быстро приняла душ, надела одно из своих ярких платьев и пошла готовить завтрак. Она решила приготовить немного каши и поставила вариться ее на плите, а сама нарезала фрукты и аккуратно разложила их на тарелке. Она уже собиралась включить кофеварку, когда почувствовала его присутствие позади себя. "Доброе утро", - сказала она с улыбкой глядя на его босые ноги и растрепанный вид. "Как ты себя чувствуешь?" "Немного лучше, спасибо", - хрипло сказал он, глядя на еду, которую она приготовила. "Ты выглядишь тоже лучше, ты любишь яичницу-болтунью?" - спросила она, открывая холодильник и доставая яйца. Он оперся одной рукой о стойку, чтобы не упасть: "Я не завтракаю". "Сегодня будешь", - недвусмысленно сказала Эда. "Вчера ты почти ничего не ел и тебе нужна еда, что бы прийти в себя. К тому же нельзя принимать лекарства на пустой желудок". Он кашлянул в локоть и пожал плечами: "Яичница - это прекрасно". Эда достала сковородку и начала готовить, но он не двигался. "Тебе что-то нужно?" - спросила она, бросив на него взгляд через плечо. "Э-э, нет", - сказал он. "Можно я сначала быстро приму душ?" "Да, я пока приготовлю завтрак. Но горячей водой не пользуйся, у тебя еще не прошла лихорадка". Он кивнул и пошел на верх. Эда пила кофе и ждала. "Почему он так долго?" - удивилась она, когда он не появился через двадцать минут. Она решительно направилась в спальню. "Серкан?"- крикнула она, полузакрыв глаза. Он все еще был в ванной, но вода не текла. "Ты в порядке?" - снова крикнула она из-за закрытой двери. "Ты уже закончил?" Дверь внезапно распахнулась и из душной комнаты появился Серкан с полотенцем на бедрах. Эда была ошеломлена видом и мужественностью его тела. Она сделала несколько шагов назад и отвела взгляд. "Я просто проверяла, чтобы ты не поскользнулся и не ударился головой", - сказала она. "Я в порядке, спасибо". "Ты будешь завтракать здесь, или спустишься вниз?",- спросила она, наблюдая, как он прошел мимо нее в свою гардеробную. "Я сейчас спущусь, не беспокойся", - ответил он, одеваясь. Она пошла впереди него и начала накрывать на стол. Он прибыл, удобно одетый в спортивные штаны и темно-зеленую футболку, которая делала его глаза еще более зелеными. Он занял свое место и посмотрел на тарелку с овсянкой, стоявшую перед ним. "Тебе не нужно было", - сказал он, прежде чем взять ложку. "Ничего страшного. Ешь и возвращайся в постель. Тебе нужен отдых, чтобы восстановить силы". "Ты куда-то собралась?" - спросил он, глядя на ее платье. "Да, я ухожу из дома, чтобы Элиф не застала нас вместе. Я встретила ее на днях и почувствовала себя немного неловко". "В воскресенье у нее выходной, так что тебе никуда не надо идти", - сказал он ей. "Даже если бы это было не так, она не имеет права комментировать мою личную жизнь". Вот он, мимолетный взгляд старого бесчувственного Серкана! По какой-то причине его ехидное замечание заставило ее улыбнуться. "Что тут смешного?"- спросил он, слегка кашлянув. "Да ничего. Кстати, у нас есть проблема. Вчера я ответила на твой звонок, и твоя помощница узнала меня". "Так что же нам делать? Убить ее?" - спросил он, и Эда закатила глаза от его мрачного чувства юмора. "Ну, мы должны что-то предпринять. Она не может продолжать думать, что между нами что-то есть". "Между нами что-то есть. Это называется брак", - возразил он, подняв брови. "Я серьезно. Она, должно быть, думает, что я твоя любовница или что-то в этом роде. Я не хочу, чтобы она говорила это людям. Мне еще работать в этой компании". "Успокойся, она никому ни слова не скажет. Я все улажу", - заверил он ее, надкусывая клубнику. Эда сделала то же самое. "Я сказала ей, что ты слишком болен, чтобы ехать сегодня в Анкару. Она собиралась заставить кого-то поехать вместо тебя". "Ты молодец", - сказал он со вздохом. "Я все еще чувствую себя плохо". Эда машинально подняла руку и коснулась его лба. "Тогда возвращайся в постель. Я уберу со стола". Он кивнул и поднялся. "Спасибо тебе за завтрак". "Не за что", - ответила она, с удовлетворением осознавая, что он все доел. Эда закончила уборку, приготовила кое-что к обеду и посмотрела на часы. Было еще 12.15. Поскольку у нее было достаточно времени, прежде чем идти на работу сегодня вечером, она пошла в свою комнату и вытряхнула содержимое своих чемоданов, снова сложив все вещи и аккуратно поставив их на место. Она достала свои художественные принадлежности и пошла в гостиную. Она села на толстый ковер, разложила карандаши один за другим на кофейном столике и принялась рисовать. Эда всегда хотела сделать карьеру дизайнера, но у жизни были другие планы, и теперь она в основном использовала это, как хобби, как побег, чтобы забыть о своих невзгодах и отказаться от своих мечтаний, только для своих глаз. Следующий час она провела, склонившись над столом, ее волосы закрывали лицо, когда она рисовала красивый летний закат, похожий на тот, который она видела на яхте с Серканом на днях. "Эда?" Внезапная рука на ее плече испугала ее, и она подняла глаза и увидела, что он склонился над ней. "Слушаю? Тебе что-нибудь нужно?" "Нет, спасибо. Что ты делаешь?" - спросил он, глядя поверх ее руки на рисунок. "О, просто рисую, чтоб убить время. Ты голоден?" "Нет, но ты и так уже достаточно много готовила. Давай закажем что-нибудь попозже", - сказал он ей, садясь на диван в том же самом месте, где они сладко спали накануне. "Обед уже в духовке. Просто дай мне знать, когда захочешь поесть". Она встала и пошла на кухню. Она налила в чайник воды, включила его и принялась резать лимон. Тем временем Серкан включил новостной канал и, откинувшись на подушки, стал внимательно наблюдать. Она смешала ломтики лимона со столовой ложкой меда и стаканом кипяченой воды, и переместила все в кувшин, а затем добавила холодную воду, чтобы сделать напиток менее горячим. Она разместила кувшин и два стакана на маленьком подносе и поставила его на кофейный столик. "Вот", - сказала она, протягивая Серкану стакан. "От боли в горле". Несколько секунд он смотрел на нее с непроницаемым выражением. "Он не отравлен", - пошутила Эда, забавляясь его нерешительностью. "В любом случае, убивать тебя нет смысла, я же подписала брачный контракт, помнишь?" Он молча взял стакан, и Эда села рядом с ним на диван, и стала ждать. Он выпил все до дна и вернул ей стакан, который она поставила обратно на поднос. Она уже собиралась налить еще стакан, когда Серкан неожиданно схватил ее за запястье и потянул вниз. Она потеряла равновесие и с тихим криком упала на него. "Что за ...", - начала Эда, пытаясь подняться, но он обхватил ее обеими руками. Он протянул руку и жадно взял ее губы, не торопясь исследовать их языком. Они оба тяжело дышали, когда он отстранился и с довольной ухмылкой посмотрел на ее распухшие губы. Эда положила руки ему на грудь и выпрямилась. На этот раз он отпустил ее. "Я вижу, ты уже полностью оправился и вернулся к грязной игре", - бросила она ему. "Я хотел поблагодарить тебя", - объяснил он так, словно это была самая естественная вещь на свете. "За то, что заботилась обо мне". "А ты не можешь сказать это своим ртом?" - горячо воскликнула она. "Именно это я и сделал", - невинно ответил он, и Эда топнула ногой. "Только не так. Словами, Серкан, словами. Достаточно просто сказать спасибо". "Я чувствовал, что поцелуй лучше передаст мою благодарность. Не придавай этому большого значения, не то чтобы мы никогда раньше не целовались". "В этом-то и проблема. Ты не можешь прикасаться ко мне, когда захочешь, мы же договорились". "Видишь ли, мне трудно воспринимать тебя всерьез, когда ты целуешь меня в ответ каждый раз", - усмехнулся он, протягивая руку к пульту, чтобы переключить каналы. "Ты не можешь этого отрицать", - добавил он. Эда ошеломленно молчала. Он был совершенно прав. Невозможно было устоять перед поцелуями Серкана. Они завораживали, как заклинатель змей. Они заставляли ее танцевать под их дудку и отдаваться их завораживающему притяжению. "Знаешь что, я даже не буду с тобой спорить", - сдалась она. "Я уеду отсюда в среду, так что нет смысла тратить время впустую". Взгляд Серкана остановился на ее лице. "Ты нашла себе жилье?" - спросил он. Она вернулась и села на ковер. "Да, вчера, но ты был болен, и я не могла тебе тогда сказать". "И где же?" "Это студия в трех кварталах от того места, где я раньше жила". "Тогда это не может быть хорошим местом. Этот район небезопасен", - возразил он. "Нет, там хорошо. Я была там вчера. Студия хорошо обставлена и в здании есть еще и уборщик", - сказала она ему, гордясь своей находкой. "И это твои критерии? Какая-нибудь мебель и уборщик?" - фыркнул он. "Они достаточно хороши для меня", - заметила она, беря карандаш. "По крайней мере, у меня будет место, которое я смогу назвать домом". Серкан сел и смотрел, как она продолжает рисовать. "Знаешь, тебе совсем не обязательно уезжать. Я имею в виду, что ты можешь остаться здесь, пока мы женаты. После развода я куплю тебе собственный дом". "Нет, спасибо. Мне не нужна твоя благотворительность", - отрезала она. "И я не могу остаться здесь по вполне понятным причинам". "Это не будет благотворительностью. Ты же моя жена". "Может, ты перестанешь так говорить? Наш брак-фикция, я вышла за тебя из-за твоих денег, а ты женился на мне, Бог знает по какой безумной причине", - нетерпеливо сказала она ему. "Так что не говори так, будто мы друг другу что-то должны, ладно? Я переезжаю в тот дом, и ты не сможешь меня остановить". Он поджал губы в ответ на ее вспышку. Что заставило его сделать такое предложение? Он не хотел, чтобы Эда была в его доме, если он не мог получить ее тело. Он приговорит себя к шести месяцам сексуальной неудовлетворенности. "Хорошо", - сказал он наконец. "Будь по-твоему". Он одним быстрым движением поднялся и пошел наверх, вернувшись через несколько минут с ноутбуком. Он вернулся на свое место на диване и открыл его, поставив на колени, выключив телевизор он сосредоточил свое внимание на экране ноута. Эда сделала то же самое, рисуя один эскиз за другим, пока они оба молчали. Едва различимый звук ее голоса и движения пальцев Серкана по клавиатуре были единственным, что нарушало тишину в комнате. Через час Эда отложила карандаш и принялась массировать затекшую шею. Она направилась на кухню и начала разогревать им обед. Серкан последовал за ней. "Как насчет того, чтобы поесть в гостиной?" - предположил он. "А где здесь тарелки?" Она открыла было рот, чтобы предложить ему сесть, но передумала. Если у него хватило сил поцеловать ее, то хватит энергии и сил на то, чтобы накрыть на стол. Она указала на шкафчик над головой и отошла. Какая ирония - ей пришлось показать ему, где находятся тарелки на кухне в его же собственном доме. Серкан взял две тарелки и направился в гостиную. Он положил их на стол и принялся очищать его от разбросанных бумаг Эды. Он убедился, что она не смотрит, прежде чем пролистать страницы ее портфолио одну за другой. Она, мягко говоря, талантливая художница, подумал он, глядя на чистые линии ее рисунков. Там было несколько закатов, каждый из которых был выполнен с тщательностью и точностью. Там были случайные наброски цветов, платьев и различных ювелирных изделий. Серкан был впечатлен техническим качеством и деталями, которые она вложила в ювелирные изделия, нарисованные крупным планом. Аксессуары, которые она прикрепляла к шеям и ушам безликих моделей, были разных размеров и форм, и он внимательно их рассмотрел. Браслеты и серьги были очень изящны, но он видел, что она явно предпочитает ожерелья. Он пролистал до последней страницы и затаил дыхание. Это был рисунок свадебного платья, прекрасного кружевного платья без бретелек, достойного гламурной голливудской звезды. Но больше всего его внимание привлекло не платье. В отличие от других набросков, которые он только что видел, на этом была изображена сама Эда. В руках у нее был букет цветов и она счастливо улыбалась, как настоящая невеста. Это то самое свадебное платье, которое она собиралась надеть на свою "настоящую свадьбу" с "настоящим мужем"? "Кто тебе разрешил трогать мои вещи?" - раздался у него за спиной ее голос. Он закрыл папку и повернулся, чтобы посмотреть, как она положила жареную картошку на стол и взяла из его рук портфель. "Это личное". "Ты талантлива", - искренне сказал он. "Комплименты тебя не спасут. Не трогай больше мои вещи", - сказала она ему. "Нет, это правда. Зачем ты тратишь свой талант, работая в этом ужасном месте?" "Ты имеешь в виду "Кайя Дизайн"?" - насмешливо спросила она. Он проигнорировал ее выпад. "Нет, я имею в виду ночной клуб. Ты должна показать свой талант всему миру. Я знаю, что ты окончила художественную школу, почему ты не устроилась дизайнером? Что случилось?" - спросил он. "Жизнь случилась. Я не единственный человек, который не смог найти работу по своей специальности. Ничего страшного, просто я двигаюсь дальше". "Но ты не двинулась дальше", - сказал он, указывая на ее альбом. "О, теперь это просто хобби", - пожала она плечами. "Теперь мы можем поесть? Я очень хочу есть". Он насыпал себе щедрую порцию и сел есть, предварительно включив телевизор. Эда заняла свое место в кресле и повернулась лицом к экрану, чтобы посмотреть воскресную викторину, которая шла в эфире. Они вместе убрали со стола, и Серкан настоял на том, чтобы загрузить посудомоечную машину. "Ты весь уик-энд готовила, это самое меньшее, что я могу сделать". "Ладно, если ты уверен, что готов", - сказала она и исчезла наверху. Он закончил уборку и вернулся к своему ноутбуку, то и дело поглядывая на лестницу, ожидая, что Эда вот-вот спустится. Ее телефон зазвонил там, где она оставила его, на кофейном столике. Он поставил ноутбук рядом с собой на диван и наклонился, чтобы проверить номер звонящего. Meтин. Он нахмурился. Неужели это тот самый Метин, который звонил ей в машине на днях? Это был его шанс узнать больше об этом загадочном человеке. Он встал и взял трубку. "Алло?" Последовало короткое молчание, затем мужчина заговорил. "А где Эда? "- спросил он. "А ты кто такой?" - резко спросил Серкан. Ему не понравился голос этого человека. "Это я должен был спросить, кто ты такой, черт возьми. Где Эда? Дай мне поговорить с ней сейчас же", - приказал он, и Серкан сжал трубку. "Нет. Ты можешь говорить только со мной. Кто ты и что тебе нужно?" "Эта маленькая сучка, знает чего я хочу", - прошипел мужчина. "Пускай она позвонит мне, иначе я ее найду, где бы она не была..." Серкан пришел в ярость. "Ты, гребаный ублюдок", - яростно бросил он ему. "Если ты только подумаешь, чтобы прикоснуться к моей..." Телефон внезапно выхватили от его уха, и он обернулся, чтобы увидеть, как обезумевшая Эда пытается закончить разговор. "КАКОГО ХРЕНА ТЫ ДЕЛАЕШЬ?" - она закричала на него. "Ты что, с ума сошел?!!" Серкан уставился на нее, ошеломленный ее агрессивной реакцией. "Кто этот человек? И почему он тебе угрожает?" - яростно потребовал он. "Это не твое собачье дело. Ты выходишь за рамки дозволенного", - сказала она ему со слезами ярости, бегущими по ее лицу. Она развернулась и побежала в свою комнату, но Серкан догнал ее и остановил, положив руку ей на плечо. "Нет, на этот раз ты никуда не убежишь. Это закончится прямо здесь, прямо сейчас", - яростно заявил он. "Скажи мне, кто этот Метин и чего он хочет от тебя, или, Клянусь Богом, Эда, я не буду отвечать за свои действия". Она отрицательно покачала головой. "Нет!" "Да!" - крикнул он в ответ, взяв ее за плечи и повернув лицом к себе. "Скажи мне! Это он обидел тебя в тот вечер в клубе? Это он ранил твою соседку по комнате?" Она прижала руку ко рту и продолжала качать головой. "Да, это он. Не лги мне. Я знаю, что твоя травма плеча не была случайной. Почему ты пытаешься защитить его?" Эта мысль внезапно пришла ему в голову: "Он что твой родственник, он оскорблял тебя?" "Нет" - всхлипывая, возразила она. "Тогда кто же он? Почему ты так его боишься? Это как-то связано с твоей работой в ночном клубе?" - спросил он, глядя ей прямо в глаза. "Он опасен", - прошептала она, ее глаза округлились от страха. "Он ранил Мело". "Хорошо, тогда просто скажи мне, кто он и где я могу его найти. Я не позволю ему причинить тебе боль". "Я не могу ..." "Да, ты можешь", - настаивал он. "Нет, я не могу", - истерически завопила она. "Я же сказала, что не могу! Оставь меня в покое и не вмешивайся, Серкан. Хоть раз, только один раз, не вмешивайся, или я уйду из этого дома прямо сейчас, и ты никогда больше не увидишь моего лица..." Она с силой оттолкнула его и побежала в свою спальню, громко хлопнув дверью. Серкан стоял безмолвно, удивленный интенсивностью ее реакции. Он хотел было последовать за ней наверх, чтобы продолжить разговор, но передумал. Они оба были слишком взволнованы и в конечном итоге только еще больше поругаются. Он сердито провел рукой по волосам и нервно зашагал по комнате. Он чувствовал, что она почти сдалась, но что-то удерживало ее от того, чтобы рассказать про этого Метина. Его руки сжались в кулаки, когда он вспомнил, как этот человек угрожал найти ее. Если он осмелится причинить ей боль, если он вообще осмелится прикоснуться к ней, тогда ... Серкан даже представить себе не мог, как он отреагирует. Он направился к мини-бару и налил себе щедрую порцию самого крепкого виски. Он слышал душераздирающие рыдания Эды, доносившиеся из ее комнаты. Он терпеть не мог, когда она плакала. Это заставляло его чувствовать себя беспомощным и полностью недееспособным. Недееспособность! Самое ужасное чувство в мире. Именно это он чувствовал, когда его брата убили из-за него, много лет назад. Сегодня он снова почувствовал это, в этот самый момент зная, что жизнь Эды может быть в опасности, и он понятия не имел, как предотвратить это. Он пообещал себе, что никогда больше не станет жертвой этого чувства, но его брак с Эдой, даже если он был фальшивым, означал, что он чувствовал ответственность за нее и он был уязвим из-за нее. Он ненавидел своего дядю за то, что тот заставил его жениться и поставил его в такое положение. Он одним глотком осушил свой стакан и разбил его о стену. Пошел ты, Ихсан Кайя!

Конец 19 главы.