💎JOI Жемчужина Стамбула💎

Осторожно! В Главе присутствует нецензурная брань! Все, что произошло после ареста, показалось Эде сценой из страшного кошмара. Они прибыли в полицейский участок, и ее вместе с другими женщинами бросили в большую камеру, которая была плохо освещена и не имела никакой мебели, кроме встроенной цементной скамьи. Там было еще четыре пьяных женщины и Эда старалась не обращать внимания на их откровенные взгляды, чтобы избежать дальнейших неприятностей. Арестовавших их офицеров нигде не было видно, и только один молодой охранник стоял у двери. "Тихо!" - крикнул он шумно болтающим девушкам, и наступила короткая пауза, за которой последовало несколько искренних смешков. "Что не так с этим?" - спросила одна из задержанных. "Ему нужно отсосать член, верно, милаш?" - сказала другая, вызвав еще одну волну смеха. К своему ужасу, Эда узнала девушку, которая говорила, это была Айлин, официантка из "Паши". Эда сидела на самом краю скамьи, положив руки на колени, чтобы не касаться грязной поверхности камеры. Охранник стоял рядом с ней, и их глаза встретились: его безразличные и ее тревожные, полные слез. "Эй! Извините", - позвала она его, наклоняясь ближе к двери камеры, и он посмотрел на нее. "Вы должны помочь мне, пожалуйста", - сказала она, и слезы потекли по ее щекам. "Меня привезли сюда по ошибке. Я не одна из них", - она указала головой назад, кивая на других девушек. Охранник, которому на вид было чуть больше двадцати, огляделся. "Я не могу тебе помочь, извини". Его извинение казалось искренним, поэтому Эда сложила руки вместе, в мольбе. "Пожалуйста, я умоляю Вас. Просто объясните им, что это недоразумение. Меня пригласили на вечеринку, я понятия не имела..." "Риза!"- раздался резкий голос, и Эда замолчала. Она смотрела, как другой охранник подошел к ним и посмотрел на нее сверху вниз. "Только первая неделя, а ты уже общаешься с проститутками?" "Я не проститутка", - запротестовала Эда, заставив несколько голов посмотреть на нее с презрением. "Они все так говорят", - сказал старший охранник новичку. "Не позволяй им забраться тебе в голову, малыш. Пойдем со мной, детективы хотят бутерброды из соседнего здания". Оба стражника ушли, и Эда с унылым стоном закрыла лицо руками. Она никогда раньше не была в такой ситуации и понятия не имела, что делать и кому звонить. Адвоката у нее не было, да и вряд ли она могла себе его позволить. Мело была в своем родном городе, а Серкан... Нет, только не Серкан! Она не могла позвонить ему. Во-первых, она боялась его гнева, потому что знала, что он будет в ярости из-за ее ареста, а во-вторых, потому что не могла рисковать, раскрывая их истинные отношения. Он был публичной фигурой, и любая связь с подобным скандалом погубила бы его репутацию. Нет, нет! Звонить Серкану не было никакой возможности. Она должна была разобраться в этом сама, подумала она в отчаянии. Что теперь с ней будет? Выслушают ли они ее или отправят в тюрьму, как дешевую шлюху? Другие девушки казались такими расслабленными, как будто они были здесь уже тысячу раз. Взгляд Эды упал на Фифи, которая, прислонившись к стене, жевала жвачку. Она вспомнила, что говорил ей Ясин, и ее захлестнула волна гнева. Она вдруг вскочила на ноги и направилась к брюнетке, схватив ее волосы крепко в кулак. "Ты сука!" - закричала Эда, ее прежнее отчаяние сменилось чистой яростью. "Ты чертова сука. Как ты могла так поступить со мной?" Фифи подняла обе руки, пытаясь высвободить волосы из рук Эды, но молодая женщина крепче вцепилась в нее и, стиснув зубы от ярости, принялась размахивать ими во все стороны. "Отпусти меня!" - крикнула Фифи, морщась от боли. "Не раньше, чем ты мне все расскажешь. Зачем ты позвала меня на эту дурацкую вечеринку? Что тебе было нужно? Я могу отправить тебя в тюрьму за то, что ты сделала, понимаешь?" Остальные девушки внезапно притихли, с интересом наблюдая за происходящей перед ними перепалкой. "Шлепни эту суку, девочка!" - крикнула один из них, и все взвизгнули от возбуждения. Фифи удалось высвободиться и оттолкнуть Эду. Ее браслет зацепился за платье Эды, и она резко потянула его вниз, отчего рукав Эды полностью порвался. Несколько девушек зааплодировали. "Я делала только то, что мне говорили, ничего личного". "Для меня это личное. Я думала, мы друзья". "Пойми, Эда, такие люди, как мы, не заводят друзей", - с горечью сказала Фифи. "Говори за себя. Я совсем не такая, как ты". "Тьфу ты со своей высокой моралью. Думаешь, ты лучше меня? Лучше нас?"- спросила Фифи, ее голос был полон негодования, когда она указала на других девушек. "Если бы этот человек предложил тебе хорошую цену, я уверена, ты была бы более чем счастлива встать перед ним на четвереньки. Может быть, ты уже это сделала..." Эда отвесила ей звонкую пощечину, и вся камера взорвалась радостными криками. "Эй, что здесь происходит?" Эда обернулась и увидела, что двое охранников смотрят сквозь решетку. "Ты! Отойди от нее!" - крикнул он Эде, чья ладонь горела от пощечины, которую она только что дала Фифи. Она медленно вернулась на свое место и села рядом с вонючей пьяной женщиной. "Вот так-то лучше", - сказал охранник и повернулся к своему напарнику-новичку. "Видишь, я же говорил тебе, что они все одинаковые".

💎💎💎💎💎

Серкан смотрел на часы, ожидая возвращения Эды с вечеринки, сидя в своем кабинете наверху. Единственная причина, по которой он попросил Лейлу отменить поздний деловой ужин, заключалась в том, что он мог прийти домой и провести вечер с Эдой в ее единственный свободный вечер на неделе. То, что она решила провести его со своими подружками, наполнило его разочарованием. Это сослужило ему хорошую службу, когда он подумал, что после их, так называемого, вчерашнего перемирия она постепенно начнет приходить в себя. Звонок телефона вывел его из задумчивости, и он поднял трубку. "Алло?" "Господин Серкан?" - неуверенно спросил Мустафа. "У нас проблема". Серкан вскочил на ноги, его глаза уже устремились к двери. "В чем дело?" "Госпожа Эда ..." Мужчина замолчал, и Серкан остановился на пути к выходу. "Говори, ради Бога, Мустафа. Что случилось с Эдой?" "Ее арестовали, сэр". "Что?"- последовал ответ Серкана. "Почему? За что?" Мустафа снова заколебался. "За , ммм... проституцию, сэр. Она была доставлена в третий участок в БейОглу". Слова телохранителя стали для Серкана полным шоком, лишив его дара речи. Проституция. Эда арестована за проституцию. "Ты уверен?" - спросил он, стараясь держать свои нервы под контролем. "К сожалению, да, сэр. Они арестовали всех, кто был на вечеринке, включая госпожу Эду. Я последовал за ними в участок и спросил у кого-то, в чем их обвиняют. Что мне делать, сэр?" "Где этот участок?" - спросил Серкан, сжимая трубку так крепко, что побелели кончики пальцев. "Третий участок в БейОглу, недалеко от здания суда". Серкан закончил разговор и сразу же прокрутил список контактов, чтобы найти номер своего адвоката, его кровь уже кипела в жилах. "Черт побери, Эда", - выругался он, ожидая ответа от собеседника. "Здравствуй, господин Серкан", - последовал ответ после трех гудков. "Господин Реджеп", - сказал он. "Мне нужно, чтобы Вы вытащили кое-кого из тюрьмы, немедленно". "Конечно, сэр", - поспешно ответил мужчина. "Ее зовут Эда Йылдыз. Ее арестовали за проституцию. Ее держат в третьем участке в БейОглу". "Я сейчас же еду, сэр". "Господин Реджеп", - позвал Серкан. "Это очень деликатный вопрос. Не берите никого с собой и будьте предельно осторожны". "Можете на меня рассчитывать, господин Серкан". Серкан схватил ключи от машины и поспешил к двери. "Я пойду один", - сказал он своим телохранителям, которые последовали за ним. "Но, сэр... ", - запротестовал один из них. "Я сказал-один!!!" - крикнул он, спускаясь на лифте в гараж и садясь в свой ламборгини на рекордной скорости. Он выехал из дома и направился в сторону БейОглу с одним словом, которое снова и снова звучало в его голове. Проституция... Он несколько раз ударил кулаком по рулю, когда понял, что это значит. Он был прав с самого начала. Его первоначальные подозрения, что Эда занимается продажей своего тела, оправдались. Он задвинул эту мысль на задворки сознания и несколько недель старался не думать о ней, убеждая себя, что ошибается, что такая красивая женщина, как Эда, не может заниматься проституцией ради денег. Он был обманут ее ложной гордостью и претензиями на независимость, тем, как она так сладко отвечала на его поцелуи. Она полностью одурачила его, и эта мысль только подогрела его гнев. Он подъехал к участку и припарковался позади черного внедорожника. Он вышел из машины и сел на пассажирское сиденье рядом с Мустафой. "Я видел, как господин Реджеп входил в участок пять минут назад", - сказал телохранитель вместо приветствия. "Расскажи мне, что случилось", - коротко попросил Серкан. "Мы подъехали к дому, где проходила вечеринка, и госпожа Эда вошла внутрь. Она сказала, что не задержится больше чем на час. Я остался ждать у входной двери". "Она вошла одна?" - спросил он. "Да, сэр. Она пробыла там минут тридцать, когда из ниоткуда появились полицейские машины. Менее чем за две минуты они провели обыск и арестовали группу людей, находившихся на вечеринке, как мужчин, так и женщин". "И Эда была с ними?" "Да, я видел, как она садилась в один из фургонов. Я отпустил остальных членов ее службы охраны и последовал за фургонами сюда". Серкан никак не отреагировал, но Мустафа видел, что он кипит. Он вышел из машины и направился к участку. Он заметил адвоката, выходящего из одного из кабинетов и направился к нему. "Ну что?" - спросил он. "Господин Серкан, Вам не нужно было сюда спускаться. Если Вас кто-нибудь увидит..." "Начинай говорить", - оборвал его Серкан. "Все в порядке, сэр", - объявил мужчина, довольный собой. "Они выведут ее через минуту". "Они не будут выдвигать обвинения?" "Нет, мне удалось это остановить. Они согласились легко отпустить ее, потому что их больше интересуют наркоторговцы, чем проститутки". "Наркоторговцы?" - растерянно спросил Серкан. "Да, мисс Йылдыз была в одной комнате с одним из главных подозреваемых, но его адвокат добился его освобождения, за отсутствием улик. Так что на самом деле у них нет никаких причин держать ее здесь". Адвокат продолжал говорить, но Серкан слышал только, что Эда находилась в комнате с мужчиной, клиентом, как она, вероятно, назвала его. Она перешла прямо из его рук в руки другого мужчины. Какой же ты идиот, Серкан Болат, яростно подумал он. "Сэр, еще раз. Как Ваш адвокат, я советую Вам покинуть участок. Я позабочусь о ее освобождении". В конце зала появилась Эда в сопровождении молодого охранника. Серкан окинул взглядом ее неряшливый вид, испорченный макияж и большое розовое пятно на платье. Она заметила его, и он почувствовал, как она заколебалась, опустив глаза, чтобы избежать его взгляда, когда ее ввели в кабинет и попросили подписать бланк освобождения. Адвокат убедился, что она получила свою сумочку со всеми личными вещами, и поблагодарил детектива. "Теперь Вы свободны, мисс Йылдыз", - сказал он ей и повернулся к Серкану. "Я Вам еще для чего-нибудь нужен, сэр?" "Нет", - сказал Серкан, заложив руки за спину. "Ты можешь идти". Он даже не потрудился поблагодарить его, хотя для адвоката это не имело значения. Его жалованье было достаточно высоким, чтобы утешить его. "Хорошо, господин Серкан. Хорошего вам вечера". Адвокат вышел из участка, оставив его стоять в нескольких футах от Эды. Он посмотрел на нее с презрением, в его глазах вспыхнул едва сдерживаемый гнев и Эда почувствовала, как новая волна слез нахлынула на ее глаза. Она не заслужила такого взгляда! Он пошел, не говоря ни слова, и Эда последовала за ним, стараясь держаться на приличном расстоянии, чтобы никто не подумал, что они идут вместе. Мустафа стоял на другой стороне улицы, облокотившись на внедорожник. Эда была слишком смущена, чтобы смотреть ему в глаза, когда они достигли его уровня. Серкан сел в машину, и телохранитель бросился открывать перед ней пассажирскую дверцу. Она остановилась у машины, не желая садиться рядом с Серканом, когда он был в такой ярости. "Я поеду обратно с Мустафой", - предложила она, глядя на внедорожник. "Садись", - приказал Серкан, заводя мотор. Она рискнула бросить быстрый взгляд на Мустафу, который ободряюще кивнул ей. Она забралась внутрь и пристегнула ремень безопасности, пока Серкан отъезжал, а телохранитель поспешил за водительское сиденье внедорожника, чтобы последовать за ними. Тишина в машине была невыносимой. Эда нервно сжала руки на коленях и уставилась на них, ожидая, что Серкан что-нибудь скажет, но он молчал. "Серкан, я...", - начала она дрожащим голосом. "Ни-единого-слова!" - прошипел он сквозь зубы. "Это не то, на что похоже, я ...", - попыталась объяснить Эда, но его голос, когда он ответил, заставил ее подпрыгнуть на сиденье. "Я сказал ни единого слова!!!" Горло Эды сжал огромный комок, и она посмотрела в окно, чтобы подавить желание заплакать. Серкан был вне себя от ярости, и она подумала, что лучше дать ему немного остыть, пока они едут домой. К несчастью для нее, поездка не заняла так много времени. Серкан подъехал прямо к подземному гаражу и припарковался на пустом месте у лифта. Он снял пиджак и бросил ей на колени. "Прикройся", - коротко сказал он ей, прежде чем выйти и нажать кнопку лифта. Эда надела пиджак и последовала за ним. Они добрались до первого этажа, где расположились двое его людей. "Идите на улицу", - приказал он им. "Никого не впускайте". "Хорошо, господин Серкан", - хором сказали они и поднялись по лестнице, ведущей на улицу. Серкан открыл дверь и вошел внутрь. "Заходи". Эда прошла мимо него в вестибюль и услышала, как он закрыл за ней дверь. Она приготовилась к предстоящей схватке. "Послушай, я могу объяснить", - начала она, снимая с плеч его пиджак, но он вдруг схватил ее за запястье и повел наверх. "Серкан, подожди", - позвала она, но он не слушал. Он прошел мимо их комнат и направился прямо к той, которую Эда никогда раньше не посещала. Это был кабинет, полностью меблированный и выдержанный в черно-серых тонах, как и весь пентхаус. Он отпустил ее посреди комнаты и продолжил идти, чтобы нажать кнопку на большом деревянном столе. Часть стены позади него сдвинулась, открывая полностью черный сейф. Он набрал код доступа и открыл его, и Эда озадаченно наблюдала, как он достал полдюжины стопок чего-то похожего на стодолларовые купюры и бросил их на стол перед ней. "Держи", - сердито сказал он. "Вот, возьмите это". "Серкан", - прошептала она. "Если ты так помешана на деньгах, то все, что тебе нужно было сделать, это попросить, понимаешь?" "Мне не нужны твои деньги", - ответила она, не сдвинувшись с места. "Ах, да? Ты могла бы одурачить меня. Зачем ты распутничаешь, если тебя не интересуют деньги? Ты делаешь это ради забавы?" Его резкость заставила ее нахмуриться. "Ты же не можешь всерьез в это поверить. Я никогда..." "Я верю только тому, что вижу, Эда. Тебя арестовали за проституцию!" - заорал он, с силой ударив кулаком по столу. "Это было недоразумение! Я же говорила, что ходила в этот дом на вечеринку..." "Перестань врать. Ты была одна в спальне с клиентом, когда тебя арестовали, ради Бога". В его взгляде смешались ярость и отвращение. "Ты и это будешь отрицать???" "Нет, это правда, но меня подставили", - горячо возразила она. "Я не знаю этого человека. Я познакомилась с ним только сегодня..." "Разве не так это обычно бывает?" Эда ожила и придвинулась к нему поближе. "Серкан, пожалуйста. Ты должен мне поверить. Я поехала туда на вечеринку. Моя подруга, которая работает в клубе ... Фифи ... она уже несколько недель умоляла меня пойти с ней. Я даже не хотела туда идти. Я сделала это только потому, что она согласилась заменить меня в ту ночь, когда ты заболел. Я понятия не имела, что она сделает что-то подобное, или даже зачем. Она подставила меня, клянусь". Ее голос дрогнул, когда она произнесла последние слова, и она умоляюще посмотрела на Серкана, но он сердито покачал головой. "Нет!" - резко крикнул он, увидев ее слезы. "Не смей плакать. На этот раз я не поддамся, мне надоело, что ты мне лжешь". "Я не лгу, клянусь, это правда", - сказала она между рыданиями. "Я сказал, перестань плакать", - крикнул он, его холодные руки потянулись к ее щекам, чтобы вытереть слезы, но грубый жест и его неумолимый тон только заставили ее плакать еще больше. "Серкан, пожалуйста", - взмолилась она. "Ты несправедлив. Я никогда не лгала тебе". "Ты лгала мне обо всем, Эда. Твоя работа, твой несчастный случай, твои отношения с этим Метином, все! Ты, должно быть, смеялась от души надо мной все эти недели, да?" "Это неправда!" "Да, это правда. Мне рассказывали, чем ты зарабатываешь на жизнь, но я отказывался в это верить, как идиот", - с горечью сказал он. "Я проигнорировал все знаки и все же женился на тебе, привел тебя под свою крышу..." Эда моргнула, его слова не имели никакого смысла. "Они тебе сказали? Кто это сделал? Подожди-ка, ты хочешь сказать, что все это время считал меня проституткой, еще до того, как мы поженились?" "Я не знал наверняка. У меня были сомнения и сегодня вечером они только подтвердились", - признался он и прошел мимо нее в гостиную. Он открыл мини-бар и достал бутылку виски, налив себе столь необходимый стакан. "Я не могу поверить тебе, Серкан. Ты действительно верил, что я сплю с кем попало за деньги? Неужели я похожа на такую женщину?" - сердито спросила Эда, следуя за ним. "Ты действительно думаешь, что если бы я зарабатывала легкие деньги, лежа на спине, мне пришлось бы работать день и ночь на двух работах? Или что мне придется заключить с тобой сделку на шестьдесят пять тысяч долларов? Если бы я была проституткой, как ты говоришь, я бы заработала это в мгновение ока..." Он сделал глоток, его темные глаза смотрели в пустоту. "Оставь это, Эда. Я больше не верю ни единому твоему слову". Она глубоко вздохнула. "Серкан, выслушай меня. Я знаю, ты злишься, что меня арестовали, но это просто огромная ошибка..." "Ты с ним спала?"- спросил он в упор. "Твой сегодняшний клиент? Ты с ним спала?" Его слова ранили ее, и это отразилось в ее глазах. "Конечно нет, я же сказала..." "Скажи мне правду", - приказал он ей, его лицо потемнело и стало угрожающим. "Он прикасался к тебе?" - Он закатил глаза к потолку и хмыкнул. "Почему я вообще спрашиваю? Конечно, он трогал. Посмотри, в каком ты состоянии". Она проследила за его взглядом и увидела свое испачканное платье и разорванный рукав. "Конечно, нет. Он пролил на меня свой напиток, чтобы отвести в спальню, но, клянусь Богом, ничего не произошло. Полиция приехала как раз вовремя". Она надеялась, что ее слова убедят его, но его лицо было словно высечено из камня. Она никогда раньше не видела его таким. Он повернулся к ней спиной и посмотрел в большое окно гостиной. Она подождала несколько секунд, надеясь, что он придет в себя. "Ты хоть представляешь, что может случиться, если это просочится в прессу?" - вдруг спросил он, повернувшись и глядя на нее прищуренными глазами. "Что мою жену арестовали за проституцию?" "Я никому ни слова о тебе не сказала", - возразила она. "Я даже не ношу твоей фамилии, так что никто в участке не знает. Это ты пришел в участок и рискнул быть узнанными. Я тебя об этом не просила". "Ты права, я должен был оставить тебя гнить в тюрьме с другими шлюхами", - сказал он с отвращением, и Эда подняла руку и ударила его изо всех сил. "Не смей со мной так разговаривать!" - сказала она ему. Он грубо уронил свой стакан на стойку бара и схватил ее за руки обеими руками, его глаза метали кинжалы. Он смотрел на ее лицо, стиснув зубы, его взгляд задержался на ее дрожащих губах. "Правда ранит, дорогая?" "Не прикасайся ко мне", - с вызовом предупредила его Эда, и он отпустил ее, словно ее прикосновение внезапно обожгло его. "Ты думаешь, я все еще хочу прикасаться к тебе после этого? После того, как Бог знает где ты была?" - спросил он с гримасой. "Ни за что". Она толкнула его в грудь. "Как ты смеешь говорить со мной подобным образом? Я изложила тебе свою версию случившегося, но ты даже не слушаешь меня. Ты волен думать, что хочешь. Я не обязана тебе ничего объяснять". "Да, ты обязана", - крикнул он, его громкий голос напугал ее, но на этот раз она не отпрянула от него. "Ну ладно, вот и все. Хватит с меня попыток вразумить тебя, Серкан. Ты либо веришь в мою версию случившегося, либо нет, мне действительно все равно, но я больше не буду сидеть и слушать, как ты меня оскорбляешь. Ты меня слышишь?!" Бросив на него последний обиженный взгляд она направилась в вестибюль, подняла с пола сумочку и вытерла мокрые щеки тыльной стороной ладони. Затем открыла входную дверь и, не оглядываясь, вышла, громко хлопнув ею. Она не обращала внимания на телохранителей и шла по улице, как робот, обдумывая все, что говорил Серкан. Она была более травмирована его резкими обвинениями, чем ее недолгим пребыванием в полицейском участке. Когда охранник окликнул ее по имени, сказав, что здесь ее адвокат, первой реакцией было облегчение, а затем смутное чувство принадлежности. Она чувствовала, что впервые за несколько месяцев кто-то претендует на нее, что она больше не одна против всего остального мира. Но один взгляд на Серкана, в коридоре, заставил ее осознать свою ошибку. Он действовал из чувства ответственности, чтобы защитить свою репутацию и предотвратить любые скандалы. Его низкое мнение о ней и его жестокое обращение стало дополнительным доказательством того, что она снова может полагаться только на себя. Эда бесцельно бродила по пустынным улицам. Она понятия не имела, куда идет, но не жалела, что выбежала из дома Серкана. Звук работающего двигателя прервал ее мысли, и она медленно повернула голову, готовая бежать. "Госпожа Эда". "Мустафа!" - облегченно вздохнула Эда. "Пожалуйста, садитесь," - попросил он. "Я отвезу Вас". "Нет, спасибо", - отказалась она. "Я в порядке". "Уже очень поздно и Вы не можете бродить одна в этом районе", - возразил он, продолжая медленно ехать на ее уровне. "Я готова пойти на этот риск, Мустафа. Я не хочу от него никаких одолжений", - она сделала ударение на последнем слове. "Не волнуйтесь, он меня не посылал", - заверил ее телохранитель. "Я здесь как друг, если Вы позволите". Эда остановилась и с сомнением посмотрела на него. "Он не посылал тебя?" - повторила она. "Нет, мэм", - он нажал на тормоз и вылез из машины, чтобы открыть ей дверцу. "А теперь не могли бы Вы сесть в машину?" Она сдалась и забралась на заднее сиденье. "Куда едем, мэм?" "Не мог бы ты отвезти меня в мой старый дом?" - спросила она, и он кивнул. "Господин Мустафа ...", - начала Эда после короткой паузы. "Я хотела бы прояснить то, что произошло сегодня вечером. Это не... Я не..." "Вам не нужно говорить мне этого, мэм", - прервал он ее ласково и ободряюще. "Вы не из таких". "Серкан, кажется, думает, что я из таких", - грустно заметила Эда. "Он обязательно придет в себя". "Честно говоря, мне все равно, придет ли он в себя или нет", - сказала она, выпрямляя спину. "Но мне не все равно, что думаешь ты, так что спасибо за доверие". "Всегда пожалуйста, мэм". "Может, ты перестанешь меня так называть?" - робко спросила Эда. "Это заставляет меня чувствовать себя старой". Мустафа улыбнулся. "Я не могу этого сделать. Вы жена моего босса". "Да, об этом я тоже хотела бы забыть. Просто Эда - будет лучше". "Не могу, но готов пойти на компромисс. Госпожа Эда, вместо мэм, как насчет этого?" "Этого вполне достаточно". Они подъехали к старому дому Эды, и она поблагодарила его. "У Вас все еще есть ключи от своего старого дома?" - спросил он, когда она уже собиралась спуститься. "О, нет. Я остановлюсь у подруги, она живет двумя этажами ниже". Она пожелала ему спокойной ночи и вошла в здание. Ну и что с того, что оно принадлежит Метину? Сейчас его не было рядом, и он не мог выследить ее до дома Джерен. Она постучала в дверь подруги и стала ждать. Возможно, она спала. Эда нажала на звонок на двери и не получив ответа, позвонила на ее телефон. "Черт побери, Джерен. Где ты?" - прошептала она, когда телефон продолжал звонить без ответа. Эда попробовала еще три раза, прежде чем сдалась. Она открыла сумочку и пересчитала деньги. Две сотни лир. Этого хватило бы как раз на поездку на такси, и одну ночью в том дешевом отеле, куда она отправилась на днях. Она вышла из здания и оглядела улицу в поисках пустого такси. Она скрестила руки на груди и ждала, но черный внедорожник снова материализовался перед ней, и Мустафа многозначительно посмотрел на нее. Она села, не сказав ни слова. "Я так понимаю, Вашей подруги нет дома и Вам теперь негде ночевать?" - спросил он, и Эда покачала головой. "Нет, ее нет, но все в порядке. Не мог бы ты отвезти меня на площадь в Султангази? Рядом есть небольшой отель под названием..." "Я знаю место, о котором Вы говорите", - сказал он и проехал добрых десять минут, прежде чем машина остановилась перед маленьким провинциальным домиком. "О, прости. Я не думаю, что хорошо объяснила", - извиняющимся тоном объяснила Эда, когда оглядела район, в котором они находились. "Султангази находится всего в нескольких кварталах от моего старого дома". "Я знаю", - улыбнулся Мустафа. "Это мой дом, госпожа Эда. Если Вы не возражаете, я думаю, будет лучше, если Вы останетесь с нами сегодня вечером". Эда, казалось, пришла в ужас. "О, нет. Я не могу". Она посмотрела на свою разорванную одежду и покачала головой. "Вы в полном порядке, и мы будем рады принять Вас", - настаивал Мустафа. "Господин Мустафа, у меня действительно нет проблем с тем, чтобы остаться одной. Я к этому привыкла. Пожалуйста, просто отвези меня в тот отель". Он поджал губы и сделал вид, что задумался. "Ладно, подумайте вот о чем. Если Вы поедете в тот отель, то мне придется провести ночь в машине, присматривая за Вами, но если Вы согласитесь остаться здесь, я проведу ночь с комфортом в своей постели, зная, что Вы в безопасности. Что скажете?" "Почему ты проведешь ночь возле отеля?" - спросила Эда. "Чтобы защитить Вас. Приказ господина Серкана",- сказал он ей тихим голосом и продолжил: "Вы лучше других знаете, что если я не выполню его приказ и с Вами что-нибудь случится, он снова переведет меня, возможно, на этот раз в Южную Африку". Доброта Мустафы вызвала у нее слезы на глазах. "Не думаю, что Серкан так уж заботится о моей безопасности". "Он заботится больше, чем Вы думаете. Господин Серкан не шутит, когда речь заходит о безопасности его семьи". Она собиралась возразить, что они с Серканом не совсем родственники, но в последнюю минуту воздержалась. Не было никакой необходимости обременять Мустафу своими глупыми проблемами. Она подождала, пока он закроет машину, и последовала за ним внутрь. Он открыл дверь и впустил ее в небольшой вестибюль, где предложил ей тапочки и наклонился, чтобы снять свои собственные ботинки. Она видела, как он достал пистолет из кобуры, прикрепленной к плечу, и спрятал его в деревянном шкафу у входа. "Добрый вечер", - громко произнес он, направляясь в гостиную, и жестом пригласил Эду следовать за ним. "Асли, мама. У нас гость", - объявил он двум женщинам, которые сидели на диване и смотрели телевизор. Они обе встали навстречу Эде. Первая, мать Мустафы, была пухленькой женщиной, совсем не похожей на своего сына. Ее улыбка на лице и удобная традиционная одежда контрастировали с серьезным видом Мустафы. Единственное, что их объединяло - это то, что они оба внушали доверие и выглядели одинаково надежными. Младшая из двух женщин была очень милой. Она была миниатюрной блондинкой с мягкими волосами, которые заканчивались чуть выше плеч, на ней было светло-желтое платье, а на пальце виднелось простое обручальное кольцо. Эда также отметила, что она была беременна. Она была похожа на солдатскую жену. "Это - госпожа Эда", - коротко представился он. "Госпожа Эда - моя мать, Джахида и моя жена - Асли". "Добро пожаловать, дочка",- сказала мать Мустафы, с теплой улыбкой протягивая руку Эде. "С добром пришла. Пожалуйста, простите меня за то, что я навязываюсь вам таким образом". "Не говори так. Гостям Мустафы мы всегда рады". Они не могли не заметить разорванное платье Эды, ее взъерошенный вид и опухшие глаза, но на их лицах не было осуждения. Асли предложила ей сесть и улыбнулась, когда муж наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. "Я скучал по тебе", - прошептал он ей, и Эда едва заметно улыбнулась. Кто знал, что за внушительным ростом и резкими манерами Мустафы, скрывается просто влюбленный человек с мягким сердцем. "Поздравляю", - сказала Эда им обоим, садясь, имея в виду беременность Асли. "Спасибо", - ответила Асли с блеском в глазах. "Это наш первый ребенок". "Ожидаем в следующем месяце", - гордо добавил Мустафа, обнимая жену за плечи. "Благослови его Бог", - сказала Эда. "Вы, должно быть, проголодались. Вам повезло, потому что мама приготовила сегодня свою восхитительную мусаку, она Вам очень понравится", - сказала Асли, подымаясь. "Да ты сядь, Асли. Я пойду разогрею", - предложила пожилая женщина. "Пожалуйста, не утруждайте себя", - воскликнула Эда, поднимая руки. "Уже очень поздно". "Я не позволю, ты должна что-нибудь съесть", - настаивала Джахида, проходя через кухню. "Дорогая, почему бы тебе не провести госпожу Эду в комнату и не принести ей чистую одежду?" - мягко предложил Мустафа. "Конечно", - кивнула Асли. "Госпожа Эда, сюда, пожалуйста". "О, пожалуйста, зовите меня Эда", - сказала Эда, когда они остались одни в маленькой спальне, и Асли протянула ей пижаму и чистое полотенце. "Буду, если ты будешь звать меня Асли", - тепло ответила женщина. Эда была до слез тронута безграничной добротой, проявленной к ней в доме Мустафы. Ее никогда не встречали с такой искренней теплотой, по крайней мере, сколько она себя помнила. "Спасибо". "Ванная здесь, я положила чистую зубную щетку для тебя, но если ты предпочитаешь сначала принять душ, я попрошу маму чуть подождать с ужином". "В этом нет необходимости, спасибо. Я сейчас переоденусь и выйду". Она переоделась в удобную пижаму и начисто вытерла свое лицо, удаляя все следы запачканных тушью слез, которые сигнализировали всем, что она плакала. Она чувствовала себя немного лучше, когда присоединилась к хозяевам дома за обеденным столом, где ее ждали восхитительно пахнущая мусака и большое количество гарниров. Они ели вместе, обмениваясь вежливыми фразами, и категорически отказались, когда Эда предложила потом помочь с посудой. "Иди в комнату и поспи немного, дочка", - сказала ей госпожа Джахида. "У тебя усталый вид. Мы с Мустафой позаботимся обо всем здесь". Асли отвела ее обратно в комнату и вручила свежую наволочку и теплое одеяло. "Я так смущена вашей добротой", - сказала Эда, но женщина покачала головой. "Ничего страшного. Ты можешь приходить в любое время", - она улыбнулась ей, присаживаясь на маленькую кровать. "Мустафа редко приводит домой гостей, так что ты ему, должно быть, нравишься, и мне тоже, если честно". В голосе женщины не было и намека на ревность. "Вы все мне тоже нравитесь", - застенчиво ответила Эда. "И господин Мустафа очень добрый". "Да", - мечтательно согласилась Асли. "Я самая счастливая женщина на земле". "Так ты знаешь, мальчик это или девочка?" - спросила Эда через несколько мгновений. "Вообще-то нет. Мы хотим оставить это как сюрприз", - голос Асли был полон волнения. "Это замечательно. Честно говоря, я бы, наверное, не стала ждать, если бы была на твоем месте", - сказала Эда, слегка закатив глаза. "О, у тебя есть дети?" "Нет, но я планирую иметь по крайней мере троих в будущем", - Эда подняла три пальца. "Я всегда хотела иметь большую семью". "Я очень надеюсь, что ты ее получишь", - сказала молодая женщина, накрывая ее руку своей. Эда выключила свет и скользнула под одеяло. Она отвернулась к стене и тупо уставилась на нее, вновь переживая несчастные события последних нескольких часов. Она крепко вцепилась в простыню, изо всех сил стараясь сдержать слезы. Она отказалась плакать снова. Серкан не заслуживал ее слез, особенно после того, как он смотрел на нее и обращался с ней, закрываясь от ее неоднократных попыток защитить себя. Он так отличался от того мужчины, который так страстно целовал ее всего несколько часов назад. Он отличался от того мужчины, который спал в ее объятиях всего две ночи назад, прижимаясь к ней, как ребенок. Все это исчезло в мгновение ока, и он снова стал Серканом Болатом, холодным, беспринципным человеком, каким она его знала. Она разочарованно вздохнула, чувствуя, как слезы катятся по ее лицу, несмотря на все ее усилия. Она сердито вытерла их и потянулась к шее, чтобы расстегнуть застежку цепочки. Она хотела стереть все следы Серкана из своей жизни, начиная с его дурацкого подарка. Она с легким раздражением положила золотую цепочку на стол рядом с собой и повернулась на спину, решив разорвать все связи с Серканом Болатом навсегда.

💎💎💎💎💎

Серкан не отходил от бара с тех пор, как Эда ушла, три часа назад. Он посмотрел на часы и отметил, что уже поздно. Он понятия не имел, где она, и каждый раз, когда ему хотелось поднять трубку, чтобы спросить, он проклинал себя и вместо этого наливал себе еще выпить. Он не хотел знать, где она! Ему было все равно! Она была для него никем, всего лишь лживой, манипулятивной сукой, которая не заслуживала того, чтобы о ней думали. Он закрыл глаза и тут же представил себе, как Эда прикасается к другому мужчине, ублажает его своим ртом, своим телом, и он прижал кулак ко лбу, пытаясь прогнать мучительные сцены из своего мозга. Она медленно превращала его в отца. Глупый Альптекин Болат, который позволил "охотницам за богатством" завладеть его семьей и его богатством, который не позвонил и не появился на похоронах собственного сына, так как присутствовал на торжественном мероприятии с какой-то супермоделью, вдвое моложе его. Эда делала с ним то же самое. Она лгала ему, притворялась доброй и независимой, чтобы лучше контролировать его. Если бы ее не арестовали сегодня вечером, он, возможно, никогда бы не узнал правду о ней. Он был готов осыпать ее подарками, в мгновение ока положить весь мир к ее ногам за один только поцелуй ее сладких губ. "Чертов идиот", - фыркнул он, наполовину пьяный. Рядом зазвонил телефон, и он открыл текстовое сообщение, только что полученное от Мустафы. "Она в безопасности", - просто написал он. Где в безопасности? С кем? Он хотел было спросить, но остановился, будучи слишком гордым. Он ждал, что Мустафа сам пришлет ему более подробную информацию, но тот этого не сделал. Серкан поднялся с барного стула и потащился наверх. Он проигнорировал ее закрытую дверь спальни и вошел внутрь, упав лицом вниз на кровать. Его тело было слишком тяжелым от алкоголя, поэтому он не потрудился раздеться и плотно закрыл глаза. Он заснул в считанные минуты, мучимый сценами Эды с другим мужчиной, мужчиной, которым был не он.

💎💎💎💎💎

На следующий день Эда проснулась раньше обычного. Первым ее желанием было позвонить Джерен и попросить взять с собой на работу запасную форму и лишние деньги. Она застелила кровать и быстро приняла душ, после чего вышла из комнаты. Восхитительный запах выпечки и свежеиспеченного хлеба наполнил ее ноздри, как только она вошла в кухню. "Доброе утро, госпожа Джахида", - сказала она матери Мустафы, которая помешивала в кастрюле Менемен. "Доброе утро, дочка", - ответила женщина за ее спиной. "Присаживайся. Ты как раз вовремя - к завтраку". "Могу я Вам чем-нибудь помочь? Пожалуйста!!! Я завариваю действительно скверный чай". "Об этом уже позаботились, дорогая". Мустафа и Асли появились одновременно. "Доброе утро". "Доброе утро, Эда", - сказала Асли. "Я положила тебе на кровать кое-какую одежду, ничего особенного, но думаю, она тебе подойдет". "Спасибо, я как раз хотела попросить тебя одолжить мне что-нибудь". Она переоделась в джинсы и свободную блузку, которые оставила ей Асли, спрятала золотую цепочку в сумочку и сложила испорченное платье в маленький бумажный пакет, предоставленный молодой женщиной. После завтрака она поблагодарила хозяев и обняла Асли. Она помахала ребенку в животе и забралась в ожидавший ее внедорожник вместе с Мустафой. "Отвезти Вас домой, госпожа Эда?" - спросил он после первого же поворота. Было странно, что он назвал дом Серкана ее домом. "Нет, спасибо. Я туда больше не вернусь. Ты бы мог просто высадить меня возле "Kaйя Дизайн". "Конечно". "Спасибо. Кстати, сегодня вечером я уйду с работы в ночном клубе и перееду в свой новый дом. Так что тебе больше не нужно возить меня". "Не надо торопиться, госпожа Эда. Вы можете оставаться в нашем доме столько, сколько Вам нужно", - сказал Мустафа, улыбаясь из-за усов. "Спасибо, твоя семья была очень добра ко мне, но в этом нет необходимости. Я договорилась со своим новым хозяином переехать в новый дом сегодня. Я только попрошу об одном последнем одолжении", - добавила она. "Не мог бы ты забрать мои вещи из дома Серкана? Я пришлю тебе новый адрес". Мустафа не сказал ей, что уже знает его, вместо этого он кивнул. "Сегодня у Вас будет все, госпожа Эда". Он высадил ее перед зданием "Кайя Дизайн", убедился, что все ее охранники на месте, и направился в пентхаус. Он поднялся наверх и легонько постучал в парадную дверь, прежде чем войти. Серкан читал газету, рядом с ним стояла чашка кофе. "Доброе утро, сэр", - сказал Мустафа, стоя у обеденного стола. "Доброе утро". "Госпожа Эда на работе, сэр. Со вчерашнего дня никаких происшествий". Серкан коротко хмыкнул в ответ. "Сегодня вечером мне нужно будет доставить ее вещи на новое место. Она переезжает туда сегодня". Серкан не мог удержаться от вопросов, которые жгли его губы: "Где она провела прошлую ночь?" Мустафа сделал паузу: "Э-э, в моем дома, сэр". Серкан поднял голову: "В твоем доме? Почему?" "Она хотела поехать в отель, но я сомневаюсь, что у нее были с собой деньги... Я... я подумал, что ей будет безопаснее в моем доме с моей семьей, при всем моем уважении, сэр". "Почему она не могла пойти к родственникам или еще куда-нибудь", - сухо заметил Серкан. "Не думаю, что у госпожи Эды осталась семья, сэр. Есть ее подруга- блондинка, которая работает в приемной, она сначала пыталась ее найти, но ее не было дома". "Почему ты не привез ее сюда?" "Она сказала, что больше не хочет сюда возвращаться". Почему это звучало так, будто Мустафа был на стороне Эды? "Хорошо, теперь ты можешь идти". "Да, сэр. Я попрошу Элиф упаковать ее вещи сегодня, после того как Вы уйдете на работу". "Угу", - сказал Серкан, делая вид, что снова отвлекся на газету. Он зашел в комнату Эды и посмотрел на ее неубранную постель, пурпурную ночную рубашку, небрежно брошенную на кожаную скамью, и открытые чемоданы. Ее аромат наполнил комнату, и Серкан представил ее перед зеркалом в ванной, делающей макияж, как она делала каждый вечер перед уходом на работу. Работа.. Это слово напомнило ему обо всем, что произошло вчера, и он сердито направился к тумбочке. Он нашел ее бумажник с кредитной карточкой и наличными, сунул его в карман и поспешил на работу. Лейла не удивилась, когда позже в тот же день он попросил ее доставить бумажник Эде. Она взяла бумажник и своим нейтральным тоном заверила, что отдаст его. Он с головой ушел в работу, переходя от одной деловой встречи к другой. Он отклонил приглашение Энгина поужинать вместе и приказал принести салат в его кабинет ближе к вечеру. Он отправил усталую Лейлу домой в 7 вечера, а сам остался еще на два часа. По истечению этого времени, схватил пиджак и направился домой... Было тихо и темно. Эды, конечно, там не было, и он сказал себе, что даже если вчерашнего не случилось бы, она все равно бы ушла в свой новый дом, как и планировала. Он зашел в ее комнату и увидел безукоризненную чистоту. Ее чемоданов там уже не было. Он заглянул в ванную и обнаружил, что там тоже ничего нет. Ее косметики, аксессуаров и даже бутылочек с шампунем нигде не было видно. Как будто она никогда не оставалась там. Он поджал губы и выключил свет, осторожно закрыв за собой дверь. Все к лучшему, подумал он, поджав губы и направляясь в свой кабинет, чтобы отвлечься на работу.

💎💎💎💎💎

Переезд в ее новую квартиру прошел гладко и довольно быстро. Эта студия была больше, чем та, которую она занимала с Мело раньше, и арендная плата тоже была немного дороже, но у нее не было другого выбора, и Мело не возражала против увеличения арендной платы. Она должна была вернуться домой через две недели, и Эда не могла дождаться возвращения подруги. Мустафа принес ей вещи, как и обещал, и после того, как он отнес их наверх и она поблагодарила его, Эда отправилась за покупками. На обратном пути она попросила дворника сменить газовый баллон, и он пообещал, что скоро принесет наверх. В новом доме был холодильник, стиральная машина и духовка, но не было телевизора, что было очень плохо, потому что Эда обычно включала его и оставляла включенным на заднем плане, чтобы чувствовать себя менее одинокой. Она как раз закончила убирать продукты и мыть полы, когда зазвонил телефон. Это был Волкан. "Эда?"- спросил он, когда она взяла трубку. "Слушаю Волкан". "Ты в порядке? Я слышал, что случилось". Она была не совсем уверена, как реагировать на это. "Как ты можешь спрашивать меня об этом? Я думала, ты мой друг, Волкан. Почему ты никогда не рассказывал, что происходит в клубе?" "Потому что я не знал!" - ответил он. "Да, правда? И ты ждешь, что я в это поверю?" "Клянусь, я понятия не имел. Ребята просто рассказали мне все... послушай, мы не можем говорить об этом по телефону. Где ты сейчас?" "Я не хочу говорить об этом, особенно с тобой", - агрессивно сказала Эда. "Ну же, Эда. Я так же потрясен и зол, как и ты. Я тоже только что уволился с работы". Эда колебалась. "Ты это сделал?" "Да, черт возьми, я так и сделал. Ты думаешь, я все еще могу работать в этом месте после всего? Ну же, скажи мне, где ты, или мы можем пойти куда-нибудь выпить, что ты предпочитаешь?" "Нет, никаких напитков. Приезжай, я напишу тебе адрес". Он был там меньше чем через двадцать минут. Эда открыла дверь и сделала шаг в сторону, чтобы впустить его. "Милое местечко". "Спасибо", - ответила она, закрывая дверь. "С тобой ведь ничего не случилось?" - спросил он, усаживаясь на диван. "Ты имеешь в виду, кроме того, что меня чуть не изнасиловали и обвинили в том, что я проститутка?" - насмешливо спросила она. Она села рядом с ним на диван, поджав под себя одну ногу. "Я просто не могу в это поверить, кажется, мы с тобой узнали об этом последними. Мехмет сказал, что в этом были замешаны все девушки, кроме тебя и Зейнеп. Ее ведь не было с тобой прошлой ночью, не так ли?" "Нет, ее не было", - отрицательно покачала головой Эда. "И что же ты теперь собираешься делать?" "Ничего, я туда больше не вернусь, это уж точно, даже за деньгами". "Очевидно, за всем этим стоит господин Эмре. Мехмет сказал мне, что он лично нанимает всех девушек. Клиенты приходят в клуб, осматриваются и говорят ему, какую девушку они хотят на ночь". "Это безумие!" "Тебе повезло спастись", - заметил Волкан. "Да, наверное. Хочешь чего-нибудь выпить?" Эда встала и пошла в маленькую кухню. Она достала два безалкогольных напитка и взяла поднос. Одновременно раздался звонок в дверь, и Эда закричала через всю кухню: "Не мог бы ты открыть, пожалуйста? Это дворник с газовым баллоном". Она поставила два бокала на поднос и направилась обратно в гостиную в тот самый момент, когда Волкан открывал дверь. Она застыла, увидев мрачную фигуру Серкана, стоящего за ним. Его угрожающий взгляд переместился с нее на Волкана. Молодой человек, казалось, узнал его по их не слишком приятной встрече, две недели назад. "Мы просто разговаривали, парень", - сказал Волкан, поднимая обе руки перед собой. Эда поставила поднос на маленький столик рядом с диваном и с вызовом подняла голову. "Мы не обязаны объясняться, Волкан. Этот человек..." Прежде чем она успела закончить, кулак Серкана врезался в челюсть Волкана, и бедняга от силы удара упал на пол. "Серкан, нет!" - закричала Эда, с ужасом наблюдая, как Волкан схватился за щеку и застонал от боли. "Какого черта ты делаешь?" - крикнула она Серкану, опускаясь на колени рядом с Волакном и изучая его лицо. "О Боже, мне так жаль, он сломан?" Если бы взгляды могли убивать... Серкан бросил на них мрачный взгляд и, не произнеся ни слова, развернулся и вышел, его лицо было еще более замкнутым и неприступным, чем когда он вошел.

Конец 21 главы.