***
- Нет, Хосок, я не вернусь. - Послушай, я знаю, что прошло много времени, и мне очень жаль. - Дело не в том, что я не хочу тебя видеть. На самом деле, я так скучаю по тебе... Нет, это не имеет значения... Юнги зажмурился, прижав мобильный телефон к уху, сжимая пальцами переносицу. Он нажимает "Конец записи" на своём экране и прокручивает все сообщения, которые он пытался доставить - и в которых он с треском проваливается. Его большой палец на мгновение зависает над экраном. Он вздыхает и нажимает "Удалить все", наконец, бросая телефон на диван. Он прижимает ладони к лицу.***
"Ты вернёшься домой на этот раз?" - Эй, Хосок, да. Я возвращаюсь домой. Увидимся в аэропорту, как в старые добрые времена? Щелчок.***
Его телефон звонит три раза, после чего он наконец поднимает трубку. - Я получил твоё сообщение, Хён. Да, увидимся. Как в старые добрые времена, - на несколько секунд воцаряется тишина. Хосок откашливается. - Скучаю по тебе... Юнги уставился на провод от зарядки своего телефона, накрученный вокруг его руки. Молчание, должно быть, было слишком долгим, и он практически видел, как сморщилось лицо Хосока, не смотря на расстояние. Боже, он так далеко... - Скоро увидимся, Хён. В ответ Юнги издает ворчливый звук. Линия замолкает, гудки всё ещё звучат громко и ясно в ушах парня даже после того, как он кладёт трубку. Он смотрит в окно, на горизонт, на сияние звёзд, заглушенное бессонными огнями города.***
Аэропорт Инчхон - это суета жизни - чёткие белые линии на фоне ярко-голубого неба, под которыми тела проходят мимо друг друга размытым пятном. Все спешат куда-то попасть, уехать или побыть немного, прежде чем вернуться домой; временное хранилище людей, несущих в своём багаже надежды, места, воспоминания, сердечные боли и обещания. Юнги быстро выходит в зону прибытия, останавливаясь прямо за металлическими воротами. Неудивительно, что Хосок уже ждёт его там. Картонная табличка с надписью "Мин Юнги" на ней и рисунком с кошками и цветами, зажатыми между длинными пальцами. Глаза Хосока загораются, как только он замечает молодого человека. Юнги улыбается, маленький и встревоженный, и подходит к Хосоку, его чемодан кажется тяжелее, чем вчера. Стук его ботинок по чистому белому полу отдается эхом с каждым шагом, громким и ясным, несмотря на шум людей вокруг. Он останавливается в футе от Хосока, чья улыбка становится только шире. Сердце Юнги выпрыгивает из груди. - Привет, Юнги-Хён. Прошло много времени с тех пор, как он слышал этот голос, с тех пор, как он видел Хосока. Юнги думает, что по его лбу, вокруг глаз поползли маленькие морщинки, которых раньше не было. Тяжесть всех прожитых лет внезапно обрушивается на его плечи. Ладони вспотели, колени подкашивались. Хосок, должно быть, каким-то образом заметил этот внутренний хаос, разворачивающийся на лице Юнги - он всегда был настроен на него несмотря на то, что Юнги пытался сохранить бесстрастное выражение, поэтому он кладет вывеску на матово-черный чемодан парня и крепко держит его за плечи. Кожа Юна покалывает там, где Хосок прикасается к нему, несмотря на слои джинсовой ткани и хлопка. Юнги думает, что юноша собирается обнять его, но тот только скользит руками по его шее, его пальцы лежат на месте чуть ниже уха. Страх пронзает сердце парня, потому что Чон может почувствовать пульс там, в сонной артерии, кровь, беспорядочно бьющуюся о кожу, и это выдаст все те ночи неотвеченных телефонных звонков, невидимых сообщений и разговоров, отличных своей подавляющей тишиной... Если Хосок и чувствует его сердцебиение, понимает, что оно пытается сказать, то не показывает этого. Юнги тянется к юноше слегка дрожащими пальцами, его рука находит путь к изгибу шеи Чона, где она встречается с его плечом. Она теплая, и Юн чувствует ледяное онемение собственных пальцев. - Сок... - это всё, что говорит Юнги. Этого достаточно. - Добро пожаловать домой, Юнги, - шепчет Хосок, и парень беспомощно улыбается. Что-то, что тянуло его за грудь, наконец-то распутывается. Хосок заключает его в объятия. От него пахнет мылом и кондиционером для белья, аккуратным и мягким. - Спасибо. Хорошо быть дома, - молодой человек понимает, что он говорит серьёзно. В горле у него встает комок. - Ты скучал по мне? - спрашивает Хосок. Юнги очень рад, что сейчас не видит его лица. Несколько мгновений Юнги молчит. Они остаются вот так, вплетённые, в середине зоны прибытия, с людьми, проходящими мимо, идущими куда-то, возвращающимися назад; скала посреди текущей реки. Наконец, Юнги встает на цыпочки, наклоняет лицо так, чтобы его рот оказался рядом с ухом Хосока, и прижимает его голову к себе, чтобы он мог прошептать слова, предназначенные только для Хосока - всё то, что он не мог сказать, всё то, что он не позволил бы никому другому: - Да, я скучал по тебе, Сок... _Не стесняйтесь ставить лайки и писать отзывы, если вам понравилась работа или вы хотя бы дочитали ее до конца, они мотивируют ❤️ А еще подписывайтесь, чтобы не потерять еще больше хороших работ)