Пробуждение звезды

I was listening to the ocean Я прислушивалась к океану, I saw a face in the sand Когда увидела в песке очертания лица. But when I picked it up Но стоило мне его подобрать, Then it vanished away from my hands — down... Как оно рассыпалось, стекая сквозь пальцы — вниз... I had a dream I was seven Мне снилось, что я, снова семилетняя, Climbing my way in a tree Забираясь на дерево, I saw a piece of heaven Увидела частичку рая, Waiting, impatient, for me Нетерпеливо ждущую меня. And I was running far away И я побежала далеко-далеко. Would I run off the world someday? Могла ли я выбежать за пределы мира?

AURORA – Runaway

***

      Бокуто всегда был очень нетерпеливым и энергичным ребенком. Вечно куда-то спешил, торопился, времени на все запланированные дела никогда не хватало. Хотя, все его запланированные дела были не более, чем спонтанными всплесками энергии и резко появляющимися, незбыточными идеями. Потому у маленького Котаро терпения не хватало, также говоря и о всей этой истории с родственными душами, к которой он относился с особым волнением. – Аки-ира-а, ну когда я увижу своего соулмейта хотя бы во сне? А в жизни? Все та-а-ак долго! – вновь завывал малыш Бокуто на ухо своей старшей сестре, что отчаянно пыталась сделать уроки, но слишком упорный мальчик никак не переставал задавать один и тот же вопрос. Почему-то именно сегодня Ко решил, что данную тему непременно стоило поднять и очень хотел получить всевозможные ответы, которые итак знал уже наизусть. – Все мои друзья уже встретили, а почему я – нет? Это ведь несправедливо-о-о... – продолжал младший Бокуто, теперь уже начиная дергать сестру за рукав. Акира, будучи самым старшим ребенком в семье, поимела смелость взять на себя некоторую ответственность за воспитание младших. Потому сейчас девушка просто вздохнула, отложила ручку, усадила неожиданно успокоившегося брата к себе на колени, улыбнулась той самой улыбкой, от которой у Котаро все замирало (настолько он любил эту улыбку сестры). – Ко, послушай, может быть твоя родственная душа еще не доросла до того возраста, когда вы можете встретиться во сне, может, она спит в другое время, может быть, сама судьба думает, что вы не готовы к этому. Но знай, не было ни разу, чтобы люди не встречались. Как во сне, так и в жизни – это обязательно произойдет, – Акира легонько потрепала мальчика по голове. Бокуто завороженно слушал рассказ старшей, внимательно запоминал каждое слово. Когда Акира кончила, брат на секунду задумался, а после лишь тихо рассмеялся. – Хорошо, тогда я готов подождать сколько угодно! Буду ждать, пока он будет готов! Ладно, спасибо, Акира, я пойду покидаю мячик с Теруко, – лучезарная улыбка вновь озарило лицо малыша Бокуто, который тут же спрыгнул с коленей сестры и убежал в другую комнату в сопровождении быстрого топота маленьких пяток. Акира с той же улыбкой проводила брата взглядом, а после снова принялась за уроки. Девушка сама была такой же нетерпеливой в детстве, так же ждала этой ночной встречи, но в данный момент была спокойна: просто знала, что наверняка когда-то увидит свою родственную душу наяву, а пока ей хватало и снов. Сейчас она по-доброму смеялась над братом, что так был схож с ней самой. А тем временем Бокуто каждый вечер просто продолжал ждать. Ровно в девять он надевал свою пижамку с совятами, подбегал к своей маме и целовал ее в щеку, обнимал сестер и на всех порах несся в свою кровать. Ждал все так же волнительно, ждал день за днем, ждал каждую ночь в предвкушении встречи, ждал уже целый длиннющий год. И в одну ночь все ожидания Бокуто наконец окупились. Мальчик очутился в небольшой квартире, где пахло ванильными булочками и книжками, вроде тех сказок, что мама покупала Ко раз в месяц. Слева была лестница на второй этаж, откуда тут же послышался тихий топот, и вот перед Бокуто уже стоял маленький мальчик с чуть кудрявыми темными волосами, в коричневом комбинезоне с ромашкой и зеленой, словно чешуя дракона, вязаной кофте. "Вау, – подумал Котаро, – какой он милый". Бо сразу улыбнулся и со всех ног побежал к мальчику, который лишь испуганно отшатнулся на два шага назад. Бокуто остановился перед ним, так же озаряя все вокруг своей яркой улыбкой. – Привет! Меня зовут Бокуто Котаро, и я, кажется, твоя родственная душа. Я так рад нашей встречи! Ты не представляешь, как долго я ее ждал! – затараторил Ко, далеко раскидывая руками в разные стороны и чуть ли не прыгая от счастья. Мальчик все так же испуганно глядел на Котаро, потому весь пыл последнего чуть приупал. Бо протянул ему с улыбкой руку. – Я правда очень тебе рад. Как тебя зовут? – М-меня зовут Акааши Кейджи, – с запинкой ответил мальчик, одной рукой теребя край кофты, а другой пожимая маленькую ладошку Бокуто. Одернув руку обратно и прижав ее к своему животу, Акааши резко встрепенулся и уже более живыми и заискрившимися глазами посмотрел на малыша Котаро. – Х-хочешь почитаем одну к-книжку про п-путешествия? Или могу показать т-тебе свою коллекцию ф-фантиков? Бо засиял. Засиял внутри ярче, чем любая звезда. Он был так счастлив этой встрече, счастлив, что это оказался именно такой милый Кейджи, счастлив всему происходящему. – Покажи фантики! И книжку! Мы все успеем, у нас впереди вся-я-я ночь! – воскликнул Бокуто, схватил Акааши за руку и потащил на второй этаж, откуда последний пришел, интуиция подсказывала, что спешить нужно именно туда. Кейджи сжал ладонь в ответ и побежал вслед за своей родственной душой, отчего Бо просиял с новой силой и готов был взорваться. Всю оставшуюся ночь мальчики говорили обо всем на свете. Акааши любил коллекционировать, рисовать (его рисунки с овечками и кроликами были отдельным видом искусства, по мнению Ко), природу, лягушек и читать. Акааши говорил тихо и неуверенно. Акааши все еще стеснялся Бокуто, цепляясь руками за кофту и находя в этом хоть какое-то успокоение. Акааши был очень красивым и милым. Акааши стоило ждать. Акааши стоил этого длиннющего года. В какой-то момент тело Акааши начало рассеиваться в песочной дымке: его будили. – Эй, мы же встретимся в реальной жизни? – с воодушевляющей надеждой в глазах спросил Котаро. Кейджи мягко улыбнулся. – Д-да, конечно... Н-но мы же все з-забудем?.. – под нос сказал себе Акааши, на что Бокуто лишь снова заулыбался, смотря, как надежда появляется и во взгляде его родственной души. – Я точно ничего не забуду! – ответил он и проснулся. Однако не помнил ничего: ни Акааши, ни фантики, ни книжек. Ни-че-го. В голове было только одно: он наконец-то встретил родственную душу. *** Первым же делом, как только проснулся, младший Бокуто поспешил в спальню своей сестры, которая уже бодрствовала и увлеченно писала что-то в своем блокноте. Мальчик подбежал к ней с ясной улыбкой, и Акира поняла его без слов. – Встретились? – только уточнила она, на что получила утвердительный кивок головы. – Да, но почему же я ничего не помню? – задал вопрос Бо, грустно шмыгая носом. – Верно, и не вспомнишь ничего, пока не встретишь соулмейта в жизни. Таковы особенности нашего мира. Очень романтично, правда? – Правда, но когда же я его встречу? – Не знаю, Ко. Это видано исключительно судьбе, над которой мы, увы, не властны. Я тоже еще не встретила родственную душу, но каждое утро я просыпаюсь счастливая, а это уже много значит, ведь так? Поэтому просто жди, Ко. Сейчас тебе нужно будет ждать в разы дольше, будь к этому готов и никогда не отчаивайся, – проговорила Акира, вновь наблюдая радостные искорки в глазах брата. – Я что-нибудь обязательно придумаю, чтобы мы встретились наяву, а пока, да, буду ждать! Спасибо, Акира! – малыш Бо чмокнул сестру в щеку и убежал так же быстро, как появился в этой спальне. Акира снова просто с улыбкой покачала головой на наивность Котаро, принимаясь обратно за рукописи. Но встретиться наяву никак не удавалось. Ни через месяц, ни через год, ни через пять. Наутро в голове парня всегда была одна пустота, но во сне Бокуто знал о Кейджи все: школа, немногочисленные друзья, неловкие ситуации, привычки, подмеченные и самим Ко, любимый цвет, животное, город, первую любовь, с кем был первый поцелуй (чертова Хиёри, что могла так нагло поступить), любимого писателя, фильм. У них не было тайн и секретов. И это отсутствие каких-либо стен и границ привело к ожидаемому исходу. Бокуто влюбился. Акааши был прекрасен. Акааши спасал Котаро своими разговорами. Акааши всегда внимательно слушал Котаро, каждое слово. Акааши всегда отвечал. Акааши был умным. Акааши был вкрадчивым и учтивым. Акааши нужен был Котаро. Акааши нужен был Котаро в реальной жизни. Их первый поцелуй произошел совершенно странно, по мнению Бокуто (совершенно не так он его себе представлял). Они были подростками. Время подошло к экзаменам, и даже во сне Кейджи говорил Бо к ним готовиться, иначе не получит ни единой партии в приставку. Что ж, на такие условия Бокуто противопоставить ничего не мог, потому был вынужден сдаться в этой битве. И почему Акааши всегда выигрывал? Нечестно... А сам Котаро готовился. Доготовился до того, что сдал на высший балл. Как только парень очутился во сне, то сразу подбежал к Кейджи и крепко-крепко стиснул в своих руках, крича слова благодарности и что-то еще о своей хорошей оценке. Акааши сначала опешил, но после, тихо смеясь, обнял Котаро в ответ. – Ты настолько рад, Бокуто? – спросил Акааши, а Бо закивал, обнимая сильнее: – Да! Очень рад! Спасибо-спасибо-спасибо, Акааши, все благодаря только тебе! – вторил он. – Я так рад, что готов расцеловать тебя! И Котаро замер. Перестал прыгать, перестал сжимать Кейджи в руках все с новой и новой силой, перестал кричать. Замер, задерживая дыхание. Единственной мыслью в голове встало, что сейчас было бы лучше, восприми Акааши это все шуткой или тем же детским лепетом, что Бо часто разбрасывался. – Что ж, думаю, ты можешь, – наконец произнес Кейджи, Бокуто с шокированным лицом взглянул в глаза парня, отпрянув щекой от плеча. – Правда-правда? – Правда-правда, Бокуто-сан. И Бокуто поцеловал. Слюняво, смазано, невинно, как умел. А Кейджи отвечал трепетно, наверняка в разы умелее, чем Котаро, у которого и так уже сердце готово было выпрыгнуть из груди от счастья. А когда рука Акааши скользнула под футболку Бо, у парня совсем снесло крышу. Слава Богу, отсутствие родительского контроля позволило зайти дальше, чем обычно заходят подростки после первого поцелуя. Однако кто ж знал, что последствием такой бурной ночи, могут быть такие каменные проблемы. И во сне, несмотря на стеснение при следующей встречи, Акааши и Бокуто преминули повторить сей эксперимент вновь. Но исследование затянулось... Потому, перейдя личный порог стеснения, Бокуто все же решил обсудить через какое-то время этот вопрос со старшей сестрой. Акира сначала рассмеялась, когда брат, нагрянувший на нее, как снег летом, на одном дыхании протараторил слова, а после покраснел до кончиков ушей, не зная, куда себя деть. Ко ее веселья явно не разделял, обиженно сложив руки на груди. Старшая Бо лишь потрепала юношу по голове. – Не думаю, что твои развлечения во снах повредят тебе, если на утро, конечно, ты не чувствуешь себя плохо. Развлекайся, все хорошо. Если нужно будет справляться с проблемой утреннего возбуждения, то могу подыскать тебе пару сайтов... – Нет! – перервал ее Котаро, жмуря глаза в нежелании даже смотреть на сестру, когда она такое говорила. – Не нужно! Не продолжай! Я уже услышал все, что было нужно! Спасибо! И убежал. А время продолжало идти. Идти так же медленно, что ждать становилось невыносимо. Минула старшая школа, года колледжа. Бокуто попал в высшую волейбольную лигу, Акааши работал журналистом, но Токио был слишком большим. В одну из ночей Котаро совсем пустился в раздумья о столь долгожданной встрече в реале, совсем не замечая беспокойство родственной души. – Бокуто, ты в порядке? – спросил Кейджи, опускаясь между ног Бо на колени и нежно целуя запястье. Котаро перевел тревожный взгляд на Акааши и обхватил ладонями его щеки. – Я не... – Поделись, чего ты хочешь? – Чего я хочу? Хочу встретиться с тобой не во сне. Хочу обнимать тебя там. Хочу целовать тебя там. Хочу гулять с тобой по парку. Хочу сходить с тобой в твою любимую библиотеку. Хочу угостить тебя своим любимым барбекю. Хочу встретить с тобой рассвет. Хочу отправиться с тобой в путешествие. Хочу тебя всегда помнить, – произнес Бокуто, поглаживая большим пальцем фарфоровую кожу и смотря, как теплая улыбка появилась на лице Акааши. – Это непременно случится. Токио большой, но все равно очень тесный... – У меня чувство, что если тебя завтра не встречу, то умру от тоски и одиночества... – А меня оставишь в этом сером без тебя мире совсем одного? – Акааши, я так сильно люблю тебя, ты не представляешь, как сильно, – протянул к себе парня Котаро, не имея никакого желания отпускать его. – Представляю, ведь люблю тебя так же сильно, Бокуто... *** Вернувшись с летних игр, Бокуто снова остался один. Шакалы взяли перерыв для тренировок, Акира уехала в долгожданный медовый месяц, другая сестра, Теруко, занялась переездом... Жизнь вокруг кипела, а Котаро никак найти себе место в этой варке. Словно ему чего-то и не хватало. Однако он не собирался искать себе кого-то, у Бо уже был его соулмейт, которого он определенно любил, поэтому оставалось только дождаться встречи. Проведя целый день за поиском занятия, парень совершенно не обнаружил под вечер никакой усталости, так что и уснуть ему сегодня не удалось, а следовательно и встречу с родственной душой приходилось пропускать. Ночь начала подходить к своему концу, и Бокуто, поддавшись резко возникшему желанию, решил добежать до любимой скамейке в парке, дабы наблюдать рассвет. Всегда яркий и красочный восход солнца будоражил всю внутреннюю Котаро, пробирая каждую частичку. Плюхнувшись на деревянную гладь, Котаро снова принялся ждать. Ждать долго и волнительно, ждать минута за минутой, секунда за секундой. – Вам нравятся рассветы? – раздался голос рядом. Видимо, кто-то тоже пришел смотреть на восходящее солнце, которое вот только пустило свои лучи на верхушки деревьев, потому Котаро не посмотрел на человека рядом, боясь пропустить все. Он должен был вкусить все краски сегодняшнего утра. – Да. Думаю, что это невероятно. Пробуждение звезды всегда казалось мне романтичным и сказочным, – честно отвечал Бо. Солнце пробилось сквозь ветви, попадая на лицо, и Котаро с довольной улыбкой прикрыл глаза. На душе было так спокойно... – А почему вы здесь один? – голос у человека был очень приятным. Все слова, которые он произносил, будто меняли свой смысл или рождались заново. – Потому что жду, когда встречу человека, которого абсолютно точно очень люблю... Но ждать... – ...уже слишком невыносимо, – договорил человек. Бокуто разожмурил глаза, переводя взгляд на незнакомца и тут же вздрагивая. Сердце пропустило лишний удар. Человек зачарованно глядел на рассвет с до боли знакомой улыбкой. Руки его теребили бежевый кардиган – нервничал, видимо. Котаро отвернулся обратно к звезде. – Акааши, так нечестно... – обиженно пробубнил Бо, слыша тихий смешок. – Вообще-то, это мое тайное место и здесь должно было быть наше первое свидание, – деловито произнес он. – Очень даже честно, Бокуто-сан, – отвечал Акааши, говоря совершенно обычное имя совсем по-другому. По-другому греюще и роднее. – Это и мое тайное место тоже. Потому и я хотел тебя сюда привести. Значит, я тоже могу считать это нечестным. – Так просто звезды сошлись, что мы тут встретимся... – Сама судьба... – В парке, на рассвете... – Около моей любимой библиотеки... – Около моего любимого кафе с барбекю. Глаза их встретились, наливаясь слезами. Улыбки, такие нежные и любимые. Бокуто несмело протянул руку, Акааши протянул свою, скрепляя их ладони и сжимая пальцы. Прикосновение, такое теплое. И самое первое не во сне. – Я так понимаю, ты все-таки не умрешь от тоски и не оставишь меня в этом сером мире? – Я тебя больше никогда не оставлю, слышишь, и ни за что не забуду...