раз в год

— Почему я должен ждать целый грёбаный год, чтобы просто увидеться? Выпить кофе? Поговорить? Банально сделать «селку»? Это я не говорю уже о чём-то бо́льшем... — Читтапон, ты заебал, я тут не царь, не бог и не священник, спроси у менеджера, — голос в трубке явно раздражён и едва сдерживается, чтобы не послать друга куда подальше. — Да ну тебя... Тэн грустно вздыхает; в сущности, Ёнхо прав, это совсем не его проблемы. Тэн скучает по Тэёну. Глотает обиду на весь мир, закрывается по вечерам в своей комнате, включает все клипы NCT и замирает без движений и без смысла. Невольно вспоминает выматывающие тренировки, обработку хореографии, запись лирики, фотосессии, совместные промо и поездки. Этого всего стало так ничтожно мало за последние пару лет, что уже не то что обидно, а бесит. Где обещанные продолжения BDS? Где все те нарисованные директорами перспективы дальнейшего продвижения их как группы, включая Тэна? Копаться в прошлом и пересматривать немногочисленные фотки со своими счастливыми мордашками вскоре кажется Тэну чем-то глупым и сентиментальным, он выключает свет, отрубает телефон и вырубается сам вплоть до назойливых звуков будильника. Читая фанатские шуточки на тему «Они фоткаются вдвоём лишь раз в год, уву, почему так мило?», Тэн мрачно кривится, отказывается принимать правду, хоть в глубине души понимает, что это так и есть. Их совместные селфи можно пересчитать по пальцам, что уж тут говорить. Тэн даже «по приколу» попросил Сычёна напечатать ему одну фотку, а тот «по приколу» взял и напечатал, однажды утром притащив её к тайцу в комнату. Им даже некогда созваниваться. Местная мобильная связь довольно недешёвая, а видеочаты почему-то отказываются работать в том отеле, где они остановились, так что Тэн ограничивается пятиминутными звонками в дальнем углу их кухни. Каждый раз, слушая размеренные гудки в трубке, он надеется, что ему ответит Тэён. Но всегда это либо Джонни, либо Марк, а просить об аудиенции с хёном он не решается, поэтому все его разговоры получаются скомканными и беглыми. Однако сегодня Тэну физически необходимо было выговориться, и под горячую руку попался лучший друг. — Я не мешаю твоей рефлексии? — тактично кашляет Ёнхо, возвращая Тэна назад из своих мыслей. — Всё-то учуешь, пёсик, — беззлобно ворчит тот в ответ. — Я скучаю. — Ой, ты, Боже мой, — Тэн очень явственно представляет, как Джонни закатил глаза. — Я тоже скучаю, сыночек. — Фу, не паясничай, мамочка, — Тэна слегка передёргивает. — Как там у вас дела, в общем? В трубке слышится какая-то возня и шорох, кто-то что-то шепчет, и Ёнхо возмущается: «А давай сам, не без языка родился!» Сердце Тэна на долю секунды замирает, когда он слышит уставшее, но такое родное: — Привет, Тэн. Как назло, собственный голос подводит его, когда Тэн поспешно выдавливает: — Тэён... Привет. В горле тут же противно першит, хочется прокашляться и выплюнуть накопившиеся слёзы, но тихий смех в трубке действует получше любого лекарства. — Как ты там? — судя по звукам, Тэён отходит от любопытных ушей и запирается в комнате. — Как здоровье? Как промоушен? Ты хорошо кушаешь? — Я скучаю, хён, — невольно вырывается у Тэна, и он тут же прикусывает губу. — Мы тоже скучаем, глупыш, — голос мягкий, приглушённый, ласковый, как будто его обладатель совсем слегка улыбается. — Нет, хён. Я скучаю по тебе. По нам. На пару секунд на том конце повисает тишина, и Тэён вздыхает. — И я. Я тоже скучаю. Тэн проглатывает колючий комок в горле; в глазах неприятно щиплет, а в носу щекочет. — Не вздумай плакать, хорошо? — обеспокоенно, будто почувствовав, просит Тэён. — Совсем скоро мы уже увидимся. Тэн глупо кивает, совсем забыв, что собеседник его не видит, и тут же поспешно добавляет: — Хорошо. Хён... Тэён мягко смеётся в трубку, и Тэну хочется утонуть в этом смехе, как в нежном одеяле, и никогда оттуда не возвращаться в реальный мир. Долго им поговорить не удаётся: пронюхав местоположение Тэна, в кухню врывается Лукас и требует поговорить с Тэилем немедленно. Совсем растерявшись, Тэн смазанно прощается с Тэёном и спешит скрыться у себя. Близится время очередного промоушена и релизов их новой группы, но заваленный работой Тэн совсем не следит за временем. Менеджер то и дело подкидывает ему сторонние проекты, будто бы зная, в чём дело, и таким образом отвлекая его всеми возможными способами. А возможно, Ёнхо просто настучал кому-нибудь из стаффа, с него станется. День отлёта наступает как-то внезапно. Вот Тэн заканчивает оттачивать последние движения в зале, наскоро принимает душ, о чём-то шутит с младшими, поедая что-то из холодильника, быстро пакует свой немногочисленный багаж, и вот он уже вместе со всей группой стоит в аэропорту на досмотре. Не может поверить, садясь на своё место в самолёте, уныло смотрит на часы и проваливается в сон, вплоть до конца полёта. Он не ждёт никого из группы как встречающих, тем более, когда аэропорт полон журналистов и фанатов. Но знакомая фигура позади толпы, полностью замотанная в шарф, капюшон и маску поверх очков, заставляет Тэна замереть буквально на секунду, чтобы потом сорваться на бешеный темп и размашисто шагать, отмахиваясь от тычущихся в лицо камер. С трудом преодолев расстояние от кучки людей до топчущегося неподалёку менеджера, Тэн сплавляет ему багаж и почти убегает к ждущему его Тэёну. — Привет, страдалец, — весело говорит он запыхавшемуся Тэну и хватает его в свои объятия. — Кофе будешь? Тэн будет; и кофе, и горячую ладошку в своём кармане, и улыбку под маской, адресованную только ему, и наушники на двоих на тесной скамейке в парке. Тэн будет всё, если это касается Тэёна. — Как твои успехи в танцах? — спрашивает Тэён. — Без меня никак, наверное? — глумливо добавляет он. — Так и есть, — неожиданно серьёзно отвечает Тэн. — Мне не хватает тебя рядом, когда я тренируюсь. Тэён смущённо молчит. В голове вертится всякая чушь по типу «Ты должен, это теперь твоя группа, мы не можем видеться так часто, бла-бла-бла», но он не имеет права так говорить Тэну. Тэну, которому каждое их расставание на долгое время даётся чертовски нелегко, вплоть до истерик и слёз. Тэну, который скучает так сильно, что его чувства слышны через весь мир. Его Тэну, который не заслуживает таких фраз от слова «совсем». Тэён треплет его по голове и шепчет, наклонившись ближе: — Мы потанцуем, ладно? Обещаю, мы вернёмся к этому только вдвоём. Веришь мне? Тэн готов поверить во всё что угодно, если это говорит Тэён, поэтому просто радостно, но как-то устало кивает, сжимая ладошку на своей коленке. Добравшись до общаги, переобнимав всех и вся, оба заваливаются в общую комнату и смотрят что-то по телеку, молча, чувствуя себя вымотанными и истощёнными. Вечером, после наступления темноты, остальные решают закатить гулянку и собираются в ресторан, о чём вскользь упоминают двум застывшим в пространстве. Впрочем, так и не получив внятного ответа, менеджер машет рукой и сгребает всех остальных вместе. — О, а где все? — выныривает из своих мыслей Тэён спустя время. — Как-то подозрительно тихо. — Может, гулять умотали? — чешет затылок Тэн. Будто услышав их, телефон взрывается оглушительной трелью. Поговорив пару минут с кем-то, Тэён докладывает: — Они празднуют. Сказали, ждут нас где-то на окраине в небольшом ресторане... Тэн мысленно обречённо стонет — ему совсем не хочется никуда идти. Его размотало по мягкому футону, а тело разомлело от присутствия рядом Тэёна. — ...но я сказал, что ты сильно устал, а я неважно себя чувствую, так что... Не дав ему договорить, Тэн тянет хёна на себя и роняет обоих на подушки, счастливо улыбается и чуть ли не улюлюкает от умиления. — Хён, какой ты милый! Я тебя обожаю!.. Последняя фраза звучит как-то двусмысленно для Тэёна, он сконфуженно кашляет в сторону и стремительно краснеет. Это смущает даже больше, чем нависший над ним Тэн. Конечно, их отношения давно нельзя было называть просто дружескими или чем-то вроде того. В том, как они взаимодействовали, танцевали вдвоём, касались друг друга, да даже просто разговаривали, было больше интимного, чем дозволено. Их дебют как дуэт помог Тэёну окончательно убедиться, что всё не так просто в его отношении к Тэну, а Тэн, кажется, всегда был уверен в своих чувствах к хёну. Особенно ярко и остро он ощущает это при вынужденной разлуке, получая будто удар под дых в совокупности с пинком под зад. — Как будто кусочек сердца отщипывают, — не к месту вставляет Тэён. Тэн не удивляется, а лишь кивает и добавляет: — Точно. Поэтому здесь, дома, я чувствую себя цельным. Рядом с моим потрясающим хёном... — Если будешь так продолжать — поцелую, — неожиданно для самого себя дерзко выпаливает Тэён и испуганно смотрит на тайца. Тэн удивлённо пялится в пустоту над головой хёна, и на момент осознания в его глазах мелькает хитрый огонёк. — Коснись, подразни, почувствуй меня, — по-английски шепчет он, прикрыв глаза и наклоняясь ниже. — Что-то есть в твоих словах... «Что? Песня?» — не к месту возникает мысль в опустевшей голове Тэёна. Он заворожённо наблюдает за тем, как медленно к нему наклоняется Тэн, вдыхает лёгкий парфюм, вглядывается в лицо напротив, пытаясь угадать намерения. — Мне нравится то, как ты хочешь... поговорить, — тянет нараспев Тэн, замирает буквально в миллиметрах от лица Тэёна и вопросительно смотрит на него. Жёстко, будто обрубив всё, Тэён буквально впечатывается губами в Тэна, словно боясь, что тот передумает и сбежит куда подальше. Однако Тэн с жадностью, неумело, но отвечает на поцелуй, облизывает нижнюю губу Тэёна, пальцами забирается под футболку и слегка царапает живот, проглотив тихий стон. Сам не сдерживается от вздоха, когда Тэён собственнически хватает его за волосы, запрокидывает голову назад и целует нежную кожу на шее. Из-за чужого колена между ног становится неудобно, и Тэн перекатывается на футон рядом, потянув за собой Тэёна. Тот, словно обезумев на мгновение, нависает над ним, складывает его руки над головой и задирает майку. Пару секунд любуется телом Тэна и восхищённо выдаёт: — Ты очень... красивый. — Да? — спрашивает Тэн, прикрывает глаза и, облизнувшись, выдыхает: — Это всё твоё. — Вот так просто? — издевательски тянет Тэён. — Без «Ты мне нравишься, хён, давай встречаться»? — Ты мне нравишься, хён, — почти зло выпаливает Тэн в ответ. — И я не буду с тобой встречаться, пока ты меня не поцелуешь. Тэён удивлённо открывает рот, ослабляет хватку на руках Тэна, и тот, воспользовавшись моментом, целует его с такой силой, что почти прокусывает себе губу. Тэён несдержанно мычит что-то в поцелуй, но вырываться не пытается, постепенно наклоняясь всё ниже и ближе, до тех пор, пока не соприкасается с грудью Тэна. — Нет, серьёзно?.. — переспрашивает он, отстранившись. — Я... правда, нравлюсь тебе? Тэн с укоризной смотрит на хёна, и его прорывает на хихиканье. — А что, незаметно? — прикрыв рот, он смеётся во весь голос. — Хён!.. Глядя на трясущегося от смеха тайца, Тэён и сам начинает несмело улыбаться, параллельно любуясь такими родными и прекрасными чертами лица. — Уф, насмешил!.. — почувствовав этот внимательный взгляд, Тэн вдруг смущается и откидывается на подушки. Рядом осторожно опускается и Тэён, нащупывает тёплую ладошку Тэна и переплетает их пальцы. Внутри становится очень спокойно, тепло и расслабленно; Тэн улыбается этому смущению на двоих, неосознанно массируя большой палец Тэёна своим. Он уверен, что теперь это проклятое «раз в год» станет желанным «триста шестьдесят пять дней в году».