Черный Змей

Адриан лениво падает в кровать, желая утонуть в темноте ночи. Плагг запирается в своих залежах сыра, понимая, что сейчас его хозяину не до разговоров, браслет спрятан среди кубков, неактивированный. Сасс не очень хорошо относится к парню, ему не нравится отношение Агреста к его магии. А Адриан сверлит пустым взглядом подушку, позволяя ненавистным мыслям выползти наружу, словно паукам… Нет, не паукам. Скорее змеи. Да, точно, именно змеи. Парень проводит уже несколько недель, утопая во лжи всем подряд. Он врет, что он в порядке, что он счастлив, что у него есть, о чем только можно пожелать. Он врет Нино, что в кои-то веки стал чувствовать себя обычным парнем. Он врет Алье, что его интерес к Ледибаг угас. Он уверяет всех, что он счастлив, что ему хорошо с Кагами. Она добрая, интересная, понимающая. Особенно последнее, ведь они живут в одинаковых золотых клетках. И он врет Ледибаг, что отпустил свои чувства к ней. Что отныне он хочет ей быть лишь хорошим другом и напарником. Только это не помогает ему. Обманывая всех, он не в силах обмануть себя и свой воспаленный мозг. Ведь обнимая Кагами, он невольно представлял совсем другую девушку перед собой, совсем другие глаза, совсем другие волосы, совсем другой образ. И на каждом патруле он внимательно следит за Ледибаг, пытаясь понять, что же она чувствует сейчас. Ревнует ли она его хоть немного? Скучает по его ухаживаниям? Или наконец счастлива, что избавилась от его надоедливого флирта? Он внимательно следит за ней, проклиная себя за то, что посмел воспользоваться ее доверием. Проклинает за то, что он сделал и стер из ее памяти осознанно. Но почему осознанно стер? У него в любом случае не было выхода. Сердце не согласно с чувством вины. Он просто… Он просто пытался спасти ее от акумы, ничего более. И она сама упомянула, что влюблена в Адриана Агреста. А у него просто сорвало крышу. Браслет был активирован сразу при трансформации, привык перестраховываться. И какая разница, что разрушит акума, если второй шанс вернет все назад во времени, а супер-шанс исцелит все разрушения? Тогда как у него уже не будет другого шанса узнать вкуса ее губ, ее кожи, насладиться теплом ее кожи. В какой-то мере отомстить. Она ведь и не вспомнит, как он ей раскрылся. Как она стонала в его руках, пока он прижимал ее к стене и покрывал поцелуями мягкое лицо и кожу шеи, не скрытое костюмом. Вжиматься в нее болезненным стояком, мечтая сорвать чертов костюм и просто отыметь девушку, сделать ее своей — и ведь она такая отзывчивая в его руках, что может… Может плевать на все правила? Но не зря же он всегда гордился тем, что Ледибаг доверяет ему. И поэтому доведя их обоих до мучительного оргазма, которого казалось слишком мало на тот момент, он откатывает время… Откатывает, сохраняя в памяти образ отзывчивой и податливой Ледибаг. Теперь-то он знает, что она любит Адриана Агреста. И, наверное, поэтому он все еще молчит о своей слабости. Он не хочет, чтобы Ледибаг любила Адриана. Он хочет, чтобы она полюбила его настоящего, его без маски образцовой модели. Поэтому он улыбается Кагами, обнимает ее и даже — о, ужас! — целует. Но губы Кагами холодные и сухие в отличие от губ его Леди, пусть он и не называет ее больше так. Но теперь она принадлежит ему еще больше чем раньше. Потому что хоть она не помнит, хоть он и стер тот временной промежуток. Но, как и фотографии с их поцелуями, тот недолгий ответ Ледибаг на его страсть навсегда останется у него в памяти.