Омега для миллиардера

После напряжённой недели Чонгук и вправду вымотался. Тэхён и вовсе перестал общаться, ведь чувствует себя жалким перед ним. Чон и так делает всё для него. Зачем занимать его ещё больше. Пока Тэхён в отключке, Чонгук иногда ездит в компанию, наняв прислугу, чтобы в случае чего подстраховали Тэхёна во время его отсутствия. Всё проходит, как по маслу. С начала течки на счету уже 6 день, а значит, следующий должен быть заключительным. В офисе все на иголках. О личной жизни босса никто не знает, но давно уже у всех возникают подозрения, ведь недавно на безымянном пальце Чонгука начало виднеться обручальное кольцо. Сегодня в компанию должен был приехать Мин для подписания каких-то бумаг. Так что он ожидал его приезда, ведь во время Тэхёновой течки он сконцентрировался на нём, закрывшись в себе. У него было неотложное дело — до того, как Тэхён придёт в себя, нужно было разобраться с Чимином. Чтобы тот вновь не расстраивался из-за него. Чем он и занялся. — Лихён, принеси мне бутылочку виски и финансовую лестницу за прошлую неделю и прошлый месяц, — дал указания Чонгук рядом сидящему бете. Тот, поклонившись, направился к выходу. И пока тот в архиве ищет нужные документы, Чон позвал к себе заведующего его охраной — Ыну. — Здравствуйте, — поклонился тот. — Ыну, мне нужна вся информация об одном омеге. Пак Чимин. В кротчайшие сроки, чтобы всё было на столе. Надеюсь на твою помощь, — поставил перед фактом своего сотрудника тот. Все уже привыкли к такому Чонгуку, а спросить у него что-то не по работе никто не осмелится. Вспомнив о Тэхёне, с недавних пор ставшего овощем, он погрузился в себя. Уже целую неделю он толком и не целовал его, не чувствовал отдачи и вдруг всё так поменялось. Словно его Тэхён в командировке. Если подумать, то он практически не поднимался на ноги целую неделю. Словно в коме. Удивительно, он и правду в зимней спячке. — Вот, держите, — Лихён протянул документы и бутылку дорогого алкоголя со стаканом, присев рядом, чтобы помочь с разборкой документов. — Сколько у тебя детей? — внезапно спросил Чонгук, наливая виски в стаканы. — Двое, оба мальчики, — легко улыбнулся тот, отвлекаясь от работы. — Тяжело справляться? — протянул ему стакан наполненный виски Чонгук. — Есть такое. Но я же пообещал быть и в горе и радости, когда тяжело и легко. Так что... Это моя обязанность, — Лихён сделал глоток, немного скривившись, слишком горько. — Тэхён тоже не любит, когда горько, — широко улыбнулся Чонгук, рассмеявшись с реакции на крепкий виски. — Да... Тэхён, — опустил взгляд Чонгук, перебирая воспоминания о нём, разбираясь в своих чувствах. — Он невероятный. Единственный в своём роде. Такой нежный... Невинный, — легко улыбается Чонгук, на него нахлынули приятные ощущения, которые он испытывает при красноречивом взгляде или касаниях Тэ. Ему не хватает его. — Такая штука любовь. Делает с нами что-то невероятное. Я знаю лишь одно, — делает задержку тот, посмотрев в глаза напротив. — Даже после 15 лет брака она существует и становится лишь крепче и ценнее. — Я рад за тебя, — делает глоток горькой жидкости тот. — Вы поменялись с тех пор, как встретили его, — осторожничает со словами Лихён. — Стали таким уязвимым, добрым и... Счастливым? — Да... Он стал моей слабостью, — тяжело вдохнул альфа. — Хелоу, ёпта, — ворвался в кабинет Юнги. — Наконец, сколько тебя ещё ждать? — развеял атмосферу «по душам» Чонгук. Юнги отбросился на диван, закинув ногу на ногу. А Лихён покинул кабинет, чтобы не мешать двум директорам. — Я таких красоток вчера подцепил. Видел бы – обзавидовался, — подозрительно воодушевлённо продолжил Мин. — Я не тот Чонгук, который тратит время на всякую чушь, — плюхнулся рядом Чонгук, протягивая стакан виски Юнги, тот залпом выпил, даже не сморщившись. Привык к терпкому алкоголю. — А, ну да. Забыл. У тебя же есть «бойфренд», — с нотками сарказма произносит Юнги. — Давно ничего не слышал о нём, вы расстались? — Смешно, — закатил тот глаза. — Какие документы нужно подписать? - переходит сразу к делу тот. Юнги не спешил переходить к работе. Всё-таки, Чонгук не звонил ему уже целую неделю, если не две. Тэхён полностью отобрал всё внимание его друга. — Ты ведёшь себя как унылое говно. Поссорился с Тэхёном? — отбирает из рук бутылку Юнги. — Нет, просто устал. И я спешу домой, — коротко проговорил парень. — Да успеешь потрахаться со своим Тэхёном. Куда так спешишь? — нахмурив брови, продолжил Юнги, он слишком прямолинеен, но честный. — Юнги, у меня нет настроения, чтобы ссориться с тобой. Закрой рот, — как можно вежливее обратился к хёну уставший Гук. В кабинет постучали, поэтому оба альфы замолкли, обернувшись к входу. Это был Ыну с бумажками в руках. — Здраствуйте, — поклонился к Юнги тот. — Вся информация на Пак Чимина, — Ыну протянул папку, но Юнги выхватил первым, начиная заинтересованно перелистывать страницы. — Да, блять, Юнги, — начал злиться Чонгук, ведь Мин не отпускает его и не даёт работать, что является таким нехарактерным для него. — Зачем он тебе понадобился? - не отрывая взгляда от бумаг, спросил тот. — Кажется, у этого парня проблемы и Тэхён расстраивается из-за него, — сделав глоток оставшейся жидкости в стакане, произносит Гук. — Проблемы? — поднял взгляд он. «Конечно, блять, у него проблемы. Но какого хуя он молчит?» — Ты, блять, глухой? - с сарказмом произнёс Чон. — Я могу порешать это. Доверься мне, — закрывает папку Мин. — Знаю я, как ты порешаешь, только хуже будет. Отдай, — протянул тот руку за папкой. — Хрен там, не отдам. Сказал же — сам порешаю, — сильнее взялся за папку он. — Ну и пошёл нахер. Тогда я пошёл, — Чон начал подниматься с дивана, чтобы наконец уйти с нагнетающей в последнее время работы, но Мин взял того за руку, тем самым задержав. — Стой, подпиши здесь, — взял со стола свою папку Юнги, протянув её Чону. Вытянув ручку из переднего кармана пиджака, Чонгук подписал бумажки, даже не читая содержимое. Ведь доверяет Юнги. — Свободен, Чон Чонгук, — с сарказмом произносит Мин, на что Чон лишь фыркнул. Как только дверь кабинета закрылась, и Юнги остался здесь один, он залпом выпил виски из бутылки и вновь открыл папку с информацией о Чимине и стал вычитывать все строчки. — Джинхён, значит. "Бойфренд", — скрипя зубами, произносит парень. Ему одного имени достаточно, чтобы разозлиться. Юнги, откинув папку, пошёл к выходу, сегодня он заберёт Чимина из того ада, и это не обсуждается. С его согласием или без, тоже не важно. *** — Он спит? — снимает с себя пиджак Чонгук У прихожей стоит женщина лет 55, сложив руки, и обслуживает хозяина дома, забрав пальто и лишнюю одежду. — Недавно просыпался и ходил в уборную. Сейчас не пускает никого в комнату, — бесцветно и чётко произносит, вешая пальто на вешалку. Чонгук тяжело вздыхает, поняв, что под этим подразумевает бета. Тэхёну тяжело во время течки без принятия стабилизаторов. Но Чонгук рядом с ним не может быть, он сам себя держит в узде и не подпускает, в последнее время они даже спят в разных спальнях, что говорить о совместных завтраках или ужина, они у них просто отсутствуют. Чонгук поднимается на верх, расслабляя душный галстук на шее, чем ближе он подходит к спальне тем отчётливо чувствует запах течного Тэхёна, запах стоит сладкий, притягивающий. Он медленно поворачивает ручку спальни и скользит взглядом по большой кровати, на которой лежал Тэхён свернувшись в комочек посередине кровати. По всей видимости ему тяжело сейчас, это понятно по частым обрывающиеся вздохам и сжатой футболке в кулаке. Чонгук даже сомневается в том, стоит ли подходить к нему. Тэхёну хочется секса, а он тоже не железный, что-то подсказывает ему, что он будет не в силах выдержать этой пытке и отдастся ощущениям. И все же видеть его таким больно. Возможно, он в силах смягчить его боль. Чонгук даёт себе обещание сдержаться и подходит ближе к краю кровати. Чонгук медленно опускается на край кровати и зарывается костяшками в его густые волосы, тем самым привлекая внимание Тэхёна. Тот оборачивается с нескрываемой благодарностью во взгляде к нему, он касается кончиками пальцев груди, скользит к плечам и валит его на кровать, стремительно вдыхая возлюбленный аромат шоколада. Чонгук сдерживается, чтобы не сорваться, он видел его глаза, они затуманенные, сквозь пелену не видно того блеска в глазах как прежде. Его Тэхён вдруг стал каким-то чужим. Тэхён седлает бёдра, подаётся вперёд и влажно целует шею, спускаясь дорожкой багровых поцелуев к губам, другая рука решительно растёгивает пуговицы его жилетки, желая освободить Чонгука с лишней ткани. — Тэхён, — напрягается Чонгук, задерживая свои ладони у мягких бёдер. Сдерживаться при податливом Тэхёне, который просит ласки, тяжело. Почти невозможно. Это ведь не кто-то, его омега, родной. — Я скучал, — скулит он, обиженным тоном, плавно развязывая его галстук и откидывая в сторону. Он ему больше не пригодится. — Тебе нельзя, — Чонгук противоречит самому себе, он сам ласкает чувствительное тело, задирая края белой рубашки и пробираясь под неё, тело Тэхёна горит, просит разрядки. — Искуситель, — вдруг усмехается Чонгук, теряя рассудок, когда тот начинает непринужденно ёрзать на нём, на лице заиграла похабная улыбка от того, что Чонгук тоже возбуждён, он чувствует его горячую плоть сквозь натянутую ткань брюк. Тэхён облизывает свои пухлые губы и закусывает нижнюю, взглянув на Чонгука совершенно безумным взглядом. Чонгук на мгновение теряет контроль и поддаётся соблазну. Его руки скользят по гладкому телу, а после плавно заходят назад. Губами он припал к шее, мягко целуя её. Он нуждался в нём как никто другой. Все эти шесть дней, что они провели в разных спальнях Чонгук ни разу не засыпал не подумав о нём, все мысли и тело, он весь целиком и полностью нуждается в Тэхёне. Чонгук уже сам хочет разорвать на нём всю одежду и как следует насадить на свой член, чтобы наконец-то разрядиться. Тэхён с раскрасневшими щеками выглядит прелестно, сквозь чуть приоткрытые губы он издает тихий стон Тэхён срывается на тихое мычание словно обезумевший двигает своими бёдрами на его члене, натянутой неплотной тканью. Тэхён откидывает голову, предоставляя Чонгуку свою шею. И Чонгук пользуется этим подарком оставляя на чистой коже несколько багровых отметин. Чонгук мысленно вспоминает речь доктора, эхом доносится "рекомендую", но не запрещаю. Это работает для него зелёным светофором. К тому же, запах Тэхёна к нему вернулся, значит организм нормализовался. Тэхён не теряет времени на поцелуи и нежность, как обычно, он растёгивает ширинку и приспускает резинку боксёров, освобождая член от тугой ткани. И резким движением насаживается на ствол, срываясь на протяжный стон. Жалобно, с мольбой. Резко. Сразу до упора. Ему дико мало. Нужно больше. Чонгук прижимает к себе за талию, его губы накрывают горячие уста Тэхёна, что так блаженно стонит в поцелуй. Тэхён сам не свой: быстрее двигает бедрами, насаживаясь полностью, чтобы прочувствовать его каждой частицей своих стенок. Он заполняет его и так превосходно ощущается внутри. Чонгук хочет закрыть глаза, но не может. Его внимание полностью приковано к Тэхёну. Он смотрит на него сквозь густые брови томным взглядом, от которого у Чонгука по коже мурашки табуном ходят. То, как он извивается и стонет, возвышаясь над ним, заставляет его неумолимо быстро приблизиться к финишной прямой. Член Чонгука так глубоко в нём. И Тэхёна как молнией ударяет в один момент. Чонгук до боли сжимает тонкую талию явно перегибая, но в глазах видит космос. Он взрывается ярким фейерверком перед его глазами. Тэхён не заставил ждать себя долго. Быстро откидывается на сильную грудь, пытаясь нормализовать своё обрывистое дыхание. Огонь внутри Тэхёна пусть немного, но утихает, он подаётся чужим прикосновениям, Чонгук гладит взмокшие прядки волос, зачёсывая чёлку назад. — Какого чёрта ты делаешь со мной? — хриплым тоном произносит Чонгук и водит ладонью по хрупкой спине, зарываясь в густых волосах. — My boo~ — засыпает тот, впадая в царство самого Морфея. — «My Boo»? — переспросил Чонгук, чтобы выяснить, что за загадочное «Му Воо». Тэхён что-то неразборчиво промямлил себе по нос, уткнувшись носом в шею Чонгука, засопев. — Серьёзно? Уснул после всего, что произошло? — Чонгук положил парня рядом, укрыв одеялом. «Чёртов проказник» — бродит в мыслях Чонгук, закрывая ширинку штанов. Он сразу же отключился, как только получил желаемое, и как это называется? *** И в правду, чего желает течный омега? Этот вопрос задаёт себе Чонгук снова и снова, наблюдая за вошедшим омегой в ванную, а тот нарочно подставляет свое тело хищному взгляду и смотрит за реакцией. Он неторопливо стягивает с себя одежду и задержавшись у бортика и аккуратно погрузился в горячую воду. Однако прерывать нависшее над ними молчание не спешил: окунулся с головой и вынырнул с довольным вздохом, зачёсывая мокрые волосы назад. Чонгук невольно облизалывает пересохшие губы, ловит себя на этом откровенно голодном жесте и мысленно отвешивает себе же пинок, а Тэхён подбирается всё ближе. Тэхёну точно не почудилось: восторг в глазах Чонгука был легко читаем. — Тэхён, нельзя, — рычит Чонгук, откидывая медленно опускающиеся к его торсу ладони Тэхёна. — Можно, — урчит он и мгновенно сокращает между ними расстояние, впиваясь в губы настойчивым поцелуем. Чонгук не спеша зарывается костяшками в потемневшие от воды волосы Тэхёна, охотно приоткрыв рот и впустив настойчивый язык. Тэхён в его руках такой горячий, настойчивый. Совсем не такой каким он привык видеть его. Может, температура воды была слишком высокой, а может, поцелуй длился слишком долго, но у них обоих закружилась голова. Тэхён не спеша перебрался на чужие бёдра, окольцовывая широкие плечи в своих крепких объятиях Чонгук давит дьявольскую ухмылку, когда тот скользит ладонями ниже, желая ощутить жар его тела. Чонгук успевает задержать его руки у живота, за что кусает нижнюю губу, вынуждая Тэхёна тихо проскулить в поцелуй от неприятных ощущений. Тэхён не теряет попытки вырвать руки с чужой хватки, на что Чонгук реагирует резко, заломив их за спиной, чему Тэхён не рад, перестает брыкаться, чтобы не причинить себе боли и смотрит большими карими глазами на него, умоляюще. Это ведь то вы чём он нуждается. — Хватит Тэхён. Не доводи себя до плачевного состояния, нужно передохнуть, — Чонгук перемещает одну руку к нему на гладкую скулу и обводит контур розовых губ большим пальцем, всматриваясь в глубокий взгляд. — Эй, — обиженно ворчит, отведя взгляд в сторону. В голосе присутствует та покорность и нежность, которая буквально описывает повседневного Тэхёна, он наконец-то приходит в чувства? — Не эйкай мне, только что спал, а услышав, что я в ванной, тут же прибежал ко мне, — ругается Чонгук, оглядывая падающие локоны волос ему на лицо. Он отпускает его ладони со своей хватки и убирает прядь за ухо, обвивая руки вокруг талии. Тэхён слабо приподнимает уголки губ, взгляд не поднимается, но тело заметно расслабляется в горячей ванной, обмякая. Тэхён покрывается румянцем на щеках и пересаживается с колен Чонгука на место рядом, откидываясь на бортик ванной. Всё из-за реакции его организма на душную ванну — давление наверное упало. Соответственно, его мгновенно начало клонить в сон. Чонгук времени не теряет, пользуется этим слабым состоянием притихшего Тэхёна и помогает ему принять ванну, проводя пенящийся мочалкой по гладкой коже, ощущая как тот покрывается мурашками из-за приятных ощущений. Тэхён лишь вздыхает время от времени, приоткрыв губы. Блестящие пухлые губы то и дело отвлекают, притягивая внимание и Чонгук кидает на них короткие взгляды, не в силах удержатся. Чонгук заканчивает намыливать его тело, аккуратно смывая с него пену. Ухаживать за Тэхёном таким способом одно наслаждение. Наблюдать за его вздохами и чувствовать как тот ровно дышит отдаваясь ему сполна сплошное удовольствие. — Спать охота, — сонно бубнит Тэхён, поджав к себе ноги и положив на коленки голову. Сердце пропускает пару ударов от его красоты, Чонгук будто бы влюбляется в него заново не в силах сдержать притяжение к нему. Чонгук запускает пальцы в густые волосы и осторожно перебирает прядки волос. Теперь, напенив шампунем его волосы, он выглядит, как маленький ребёнок не способный делать это самостоятельно. — Это «спа всё включено»? — вдруг расстягивается в широкой улыбке Тэхён, позволяя Чонгуку смыть с себя пену. — Да, специально для моего бейбика, — усмехается он кроличьей улыбкой, притягивая того за талию к себе ближе, чтобы заключить в объятиях. *** — Адрес? — не церемонясь обрывает речь мужчины в динамике телефона, задерживая телефон у уха, тем времени давит на педаль газа всеми силами срываясь на бешеную скорость. Было достаточно узнать адрес дома Джонхёна. Одного упоминания этого ублюдка достаточно чтобы взорваться от гнева, чтобы заставить небо полыхать алым. Все его тело напряжено, на предплечьях с закатанными до локтей рукавами явно выделяются вздувшиеся вены, а челюсть стиснута до зубного скрежета, Юнги с силой сжимает телефон и отбрасывает его в сторону, резко разворачивая машину в другую сторону. Внутри Юнги разрастается новая ветвь ядовитой злости — отрицание чиминовой боли, которую он так ярко и отчетливо чувствует, перенимая на себя. Он этому сопротивляется, бесится, рвет и мечет внутри, затыкает уши, только бы не слышать крики и рыдания Чимина приходящие к нему ночью, только бы не знать причину, по которой это происходит. Это пробуждает то, что должно было сдохнуть уже давно, сгнив под слоем черного пепла. Это убивает Юнги. Юнги быстро доезжает в нужный моачный район, быстро выходит с квартиры и решительно поднимается по ступенькам в подъезде эхом доносится шум треснувшего стекла под подошвой Юнги, приходится закрывать нос ладонью, столбы не умереть от ужасного запаха, который с силой пробивается в лёгкие и выворачивает. По дороге ко второму этажу его ждало куча мусора в котором он сам потерялся, ища нужную квартиру. Чуть приоткрытая дверь даёт взор на тёмную прихожую с ободранными обоями. Увидев табличке рядом «4», Юнги без раздумий вырывается в дом. Здесь подозрительно тихо, ни звука. Юнги окидывает быстрым взглядом квартиру — она будто бы пережила вторую мировую, ни окон ни дверей нормальных, вокруг осевшая с годами пыль и пустые комнаты. Юнги проходит в кухню (судя по плите), осматривает коротким взглядом лежащие зелёные пакеты наполненные травой и шприцы с жёлтой жидкостью внутри. Много думать не приходится, и так все ясно. Обернувшись к дверному проходу Юнги обнаружил стоящего мужчину, наблюдавшего за ним все время. Тот не спеша закуривает сигарету, Юнги замечает его мокрую толстовку но не придает этому особое значение, суровый взгляд направлен на ехидную ухмылку. Его лицо хочется превратить в фарш; его хочется медленно убивать и топить в собственной лужи крови. Таких людей как этот мудак хочется убивать, однажды он видел как такие губят не в чем не винных людей, детей, таких как Чонгук. Сейчас это происходит с Чимином. С ещё одним родным ему к его душе человеку. Юнги быстро сокращает между ними расстояние и пользуясь не трезвым видом высокого мужчины валит его на пол и не щадя собственные кулаки бьёт по лицу без остановки, превращая его морду на что-то похожее с куском дерьма, которым он и является. Выдохся. Юнги вспоминает о том как это было с Чонгуком. Быстро задирает рукава его толстовки, чтобы рассмотреть принадлежность Джинхёна к группировке наркоманов. У всех бандитов должны быть такие, они ведь часть уёбского клана. На запястье черный квадрат с множеством порезов, больше похожих на ветки деревья. Не было сомнений в том, что он состоит в какой-то группировке. Теперь нужно быть внимательнее, он ступил на территорию оставленную без присмотра ментов. Поднявшись на ноги Юнги быстро отряхивает себя от впитывающей крови на кофте, он быстрыми шагами переодолевает путь к ближайшей спальне в надежде найти там Чимина, на заправленой кровати лежит его телефон, он помнит этот голубой чехол. Он точно принадлежит Чимину. На белой постели следы крови, высохшие следы спермы, запах стоит невероятный, сквозь резкий запах муската просачивается совсем тусклый чиминовой, до боли ощутимый, он называет все внутрености. Юнги хотел бы, чтобы все это оказалось ложью, даже если бы им было не суждено встретится. Сквозь приоткрытую дверь доносится шум падающих на плиту воды. Юнги поварачивается туда и быстро заходит. Юнги замирает в шоке, отодвинув боль в руке на второй план. Какое это имеет значение, если на первом плане другая боль, более сильная, почти невыносимая. И она в груди сконцентрирована, оттуда растекается по всему телу и медленно отравляет всё тело. Перед глазами Чимин, лежащий в полной ванне воды, не шевелится, ни двигается. Он подбегает ему чуть ли не падает на мокром полу и аккуратно поднимает его лёгкое тело, оглядывая бледное лицо и чуть приоткрытые обкусаные губы. Он ледяной, вода тоже была холодной. Однако, почему-то в мыслях проносится мысль, что в его руках уже бездыханное тело. Юнги одной рукой убирает грязные простыни с кровати и кладёт его на них, проверяя пульс. Собственно сердце стучит бешено, готовясь вырваться с груди. Однако он чувствует. Его сердце пусть слабо, но стучит. Он в спешке стягивает с него мокрую футболку, одевает быстро свою черную толстовку, чтобы хоть как-то согреть. В машине точно лежал плед, в машине ещё включит обогреватель и все будет в порядке. Он быстро подхватывает его на руки и направляется на выход. Нет времени на разборки. Сначала состояние Чимина — потом Джинхён. При виде Чимина сердце пронзает болью. Боль всегда идёт рядом с любовью. Невозможно любить и не делить с любимым его проблемы, его страхи и его боль. Спустившись по ступенькам Юнги останавливается у своей машины, видит, как пушистые ресницы содрагаются, а брови сводятся вместе. Чимин приходит в себя. Это не может не радовать. Юнги осторожно садит его на переднее пассажирское сиденье, стягивает с него шорты, чему Чимин даже не противиться, времени разглядывать его нет, Он быстро обволакивает его в плед и закрывает двери, обходя машину с другой стороны. — Минуту, — Юнги поварачивает ключ, включает рёв мотора своего бмв и парой движений включает обогреватель, направив его на Чимина. У него нет сил даже на то чтобы глаза открыть. Губы отдают синим оттенком, но бледная кожа уже начинает обретать живой цвет. Следующий их путь не дом, — больница. *** — Тэхён, — осторожничает в постели Чонгук с самого утра. На что Тэхён фыркает, повернувшись спиной к нему. — Кажется, у тебя прошла течка, ты даже не набрасываешься на меня, — усмехается Чонгук, на что Тэхён проворчал что-то себе под нос. — Я приготовлю завтрак, — поцеловав того в поясницу, Чонгук отстранился, направившись в кухню. Ничего не случится, если он приедет на работу позже положенного. Немного повалявшись в кровати, Тэхён поднялся на ноги и первое, что обнаружил: он голый, при течке он совсем ничего не помнит, но помнит то, как Чонгук забрал его вчера из ванны, не больше. Это словно долгий сон. Тэхён рывком накинул на себя белую рубашку на несколько размеров больше его самого и, надев боксёры, направился в кухню. Он чувствует себя супер активным и даже не сонным. Чонгук в одних шортах что-то колдует на плите, а Тэ как обычно подкрался со спины, обхватил талию Чонгука и прижался к нему. — Уже проснулся? — повернулся к нему Чонгук, поцеловав в щеку. — Как ты? — Никак, мне нужно выпустить куда-то всю свою энергию, а ещё хочу съесть что-то, не знаю пока, что именно. Но... — бубнит парень, оглядываясь, а после открыл холодильник, рассматривая его содержимое словно в музее. — Может, мне приготовить суп из водорослей? Давно не готовил его, и мама не звонит... — сам с собой разговаривает парень. — Она звонила почти каждый вечер, спрашивала о твоим состоянии и по мелочам, — откликнулся Чонгук, переворачивая пухлые панкейки на сковороде. Тэхён медленно подошёл и вновь обнял парня со спины, целуя куда-то в шею. Он хочет сказать ему столько слов благодарности, но не знает как и с чего стоит начать. — Нужно поехать в больницу, Тэхён, чтобы тебя осмотрели. — Угу, — пробубнил парень. — И насчёт универа, твои экзамены перенесли на месяц, у тебя почти три недели на подготовку, — продолжает зачитывать новости за неделю Чонгук. — Угу... — всё также бубнит парень, наблюдая за тем, как Чонгук жарит уже следующую порцию, и как у него получается сделать их настолько пухлыми..? — А ещё... — Чон не успел договорить ведь его перебили. — Поцелуй меня, — резко пролепетал Тэхён. Чон обернулся к нему и с улыбкой до ушей наклонился, затягивая во влажный поцелуй. Пока Тэхён скрепляет руки на его плечах и просится на руки, словно ребёнок, закидывая ногу. Он подхватил его на руки, а тот, обхватив его талию ногами, углублял поцелуй, не позволяя Чонгуку заниматься готовкой. Он отцепился от него, когда Чонгук посадил его на кухонную тумбочку, рядом с собой, и, усмехнувшись от невинного лица своего парня, направился к холодильнику, чтобы достать баночку отборного мёда. Тэхён молча ест панкейки, макая в мёд, и чувствует на себе пристальный взгляд Чонгука. — Мне мало поцелуев, губы даже не болят, как обычно, — жалуется парень, облизывая с губ сладкий мёд. Чонгук на такую просьбу среагировал с брутальной усмешкой и пыльнул к нему, затягивая в очередной поцелуй. — Я рад, что ты наконец вернулся ко мне, — отстранился парень, обволакивая его в свои объятия. — У тебя горит... — пробубнил на ухо парень. — Романтик, — рякнул Чонгук, отстранившись от Тэхёна. Омега не обратил на эти слова особого внимания и тут же приступил планировать дела на этот день. — Хочу поехать с тобой, а потом прогуляться где-то... — Сначала больница, и тебе нельзя перегружаться, — заявил альфа, наливая воду в кружки с чаем. — Тогда я пойду одеваться, — Тэхён выпрыгнул с тумбочки и быстрой походкой направился в гардеробную, перед ним был большой выбор одежды, у него в планах выбрать одежду по погоде, сегодня жарко, соответственно открытая одежда. Он заморочился с выбором, его образ состоял из фатиновой блузы белого цвета, и белого тонкого жилета, что так чудесно выглядит на нём, парень дополнил аутфит соломенной шляпой с двумя золотыми цепочками в стиле канотье белого цвета из новой летней коллекции известного дизайнера Руслана Багинского и очками от Chanel. Аксессуары добавили шику всему образу, но именно харизматичное лицо Тэхёна заставит людей пропустить сердечный удар, а Тэхён рад, что способен примерить на себя любой образ. — Тэхён? — у Чона, стоящего в дверном проёме отвисла челюсть, впервые Тэхён пользуется косметикой, да ещё и одет так безупречно! — Что? — Тэхён обернулся к Гуку, прикусив губу. У него хорошее настроение, но возможно с образом он переборщил? — Ты просто шикарно выглядишь! — С восторгом проговорил Чонгук, приблизившись. — То есть, раньше я выглядел не шикарно? — усмехается омега, наклонившись к зеркалу, чтобы взять гигиеничную помаду. — Я наверное переборщил, так что лучше переоденусь... — Не смей портить эту красоту, — Чонгук встал у зеркала, рассматривая отображающийся образ Тэхёна в нём. — У тебя идеальный вкус, многие дизайнеры могли бы позавидовать тому, как ты составил свой образ, без особого труда. — Перестань... — закатил глаза парень, скрывая улыбку. Он смущён подобными словами. — Самый красивый... — прижимается Чонгук, обхватив его талию руками. — Сегодня в компании все узнают, что у меня появился ты, а в скором мы устроим событие, в честь которого мы объявим о помолвке. Разве это не чудесно? — Я хочу поцеловать тебя, — Ким обернулся к парню, заключив руки на широкой спине и, усмехнувшись, закрыл глаза, одаряя Чонгука нежным и долгим поцелуем. — Люблю тебя. Продолжение следует~