Омега для миллиардера

В глухой тишине, ни свет ни заря, Тэхён уже строит планы на день. Может позволить себе, ведь сегодня воскресенье, а значит он проведёт его со своей семьёй. В делах, Тэхён рассматривает распечатанные фотографии, сортируя их в альбом, не забывая подписывать каждую. Это успокаивает, в своих детях он хочет воспитать эту же черту, чтобы они ценили каждый момент, веселились и не забывали цену за всё прекрасное. Такой он — Тэхён. На улице пекло, но его жара не волнует, он в гостиной под кондиционером, да ещё и одет в рубашку своего мужа. Ему более чем отлично. Напевает что-то под нос, и, закончив с альбомами, начинает ходить по дому, поливая все цветы и растения, как вдруг слышит вопли Чонгука из спальни, он так делает, когда просыпается: тянет руки, разминаясь после долгого сна. Тэхён специально вошёл в спальню, оглянув Чона взглядом. Теперь он задумался насчёт вчерашнего и Чимина. Нужно позвонить ему. — Тэхён, иди сюда, — зазывает сонным голосом вошедшего омегу. Тэхён послушно выполнил просьбу своего альфы, и, отставив стакан воды на стол, подошёл к Чонгуку. Тот повалил его к себе на кровать, закинул одну ногу властно, не отпуская, и сделал вид, будто бы спит. — Чонгук, у меня дела, — ворчит, хотя не против поваляться вот так в объятиях. — У меня тоже, — мило улыбается, касаясь гладких скул парня, всматриваясь влюблённым взглядом в небесные глаза. Тэхён с самого утра в линзах для зрения голубого цвета. — Я всё никак не могу понять, почему ты просто не позвонил мне или Юнги, раз к вам приставали, — вновь бубнит за вчерашнее. Тэхён недовольно выдохнул, повернувшись на спину и всматриваясь в потолок. — Чимин восемь лет занимался тхэквондо, сказал, что не нуждается в помощи, — непринуждённо произносит и слышит в ответ лёгкий смешок Чонгука. — Но там было весело, мы пели и даже, о нет... — вдохнул полные лёгкие, подскочив на кровати. Обернулся к Чонгуку и взволнованным взглядом пробежался по нему. — Я потерял Чиминовый носок с фотографами всех участников! Тем самым ещё больше рассмешил Чонгука. — Носок? — Вновь спрашивает. — У нас больше ничего не было, а Чим был в белых носках. Он убьёт меня... Говорил же брать галстук, а он.. — Ругает в мыслях Чимина и себя. — Надо позвонить ему, — потянулся к телефону на тумбочке рядом, со стороны Чонгука он словно специально зазывает к себе своего альфу этой красивой, лебединой шейкой, молочной кожей, прекрасным запахом и задирающейся всё время рубашкой. Сам откинулся на грудь Чонгука, сделав звонок. — Не берёт... — Слышит глухие гудки в трубке. — Он спит, потом позвонит тебе, — укутывает в одеяле парня, крепко прижимая к себе от греха подальше, надо скрыть эту прекрасную, подтянутую задницу. — Отпусти, надо завтрак готовить, — пытается вырваться, пока Чон целует его щёки, сжимая в своих объятиях, не давая даже глотнуть воздуха. — Твои родители придут на обед? — Сделав последний громкий чмок, спрашивает. — Должны, — краем рукава вытирает все слюни Чонгука. — Эй, что ты делаешь? — Возмутился. — Ты меня облизал, словно собака. — Недавно ты кажется был рад моим слюням, — пошло улыбается, намекая на вчерашний секс. Тэхён невольно залился краской, вспомнив о том, как сам просил его недавно смочить всё слюной, чтобы не тратить время на смазку. — Это другое, — аргументирует, поворачиваясь спиной к Чонгуку, смущаясь. Его талию мигом сжали сильные мужские руки, он усмехнулся, почувствовав тепло своего мужа, крепко сжимающего его. — Надо делать что-то, иначе день пройдёт, — гладит руку Чона на своей талии, хотя скрывать не к чему, он бы с радостью повалялся ещё. — Он и так закончится. Тэхён повернулся лицом к альфе, а тонкие пальцы сжали широкие плечи. — Ты долго собираешься вертеться? — Да, — улыбаясь, произносит тот. Чонгук затянул парня в поцелуй, влажный, ласковый — любовный. Они целовались долго, пока Чонгуку не приспичило в уборную. Тем временем, Тэхён готовил завтрак на кухне, что-то напевая себе под нос. Запах жареных сосикок и барбекю разлетелся по всем уголкам дома, заполняя собой каждую щель. Вдыхая этот запах, Чонгук и добрался к кухне, начав приставать к омеге своими поцелуями или просто касаниями. — Чонгук, ты тактильный маньяк, — ворчит, пока Чон кладёт свой подбородок на плечо возлюбленного, наблюдая со спины за его готовкой. — Немного, — наблюдает. — Тебе не чем заняться? Можешь лук почистить, — указывает ножом на досочку рядом. Хватка на талии вдруг ослабла, а Чон резко отстранился. — Ладно, пойду лучше Юнги позвоню, я буду в кабинете, — направился к дверному проёму важной походкой. — Может, поужинаем с ними? — Обернулся. — Может, — исчез за стеной. Позавтракав, Тэхён съездил в город за продуктами, он хочет приготовить рататуй, да, тот самый с мультика. Он ел его будучи во Франции с Чонгуком, но не готовил, от части хочется удивить Чонгука своими кулинарными способностями, заодно и родителей. Лентяй Чонгук ничем не занимался, ходил по дому, сходил в спортзал, был на улице, играл баскетбол на заднем дворе, работал в кабинете, а затем вернулся, чтобы принять освежающий душ. Первыми звуками в доме, когда он вошёл, было громкое ругательство Тэхёна и громкое швыряние чего-то обо что-то, он пошёл на звук, что увидел? Тэхёна. Он стоял злым на кухне в фартуке с крокодилами и большим карманом, в котором выглядывает перчатка для запекания, на волосах осела белая мука, не понятно откуда взята, кухня мягко говоря — не в лучшем виде. В раковине гора посуды, на полу что-то рассыпано, зато на плите идеальная чистота. — Тэхён, — поправляя волосы, приблизился к своему психопату. — Чёрт побрал бы этот рататуй, не хочу больше готовить, — одним движением руки скинул с себя фартук, и в спешке отправился куда-то, Чонгук ещё раз прошёлся взглядом по кухне, нет, до прихода родителей они вряд ли уберутся тут. Вытянув телефон, начал звонить прислуге, которая отсутствует тут во время выходных, а сам медленно идёт в спальню, а после в ванну. Наблюдая за тем, как Тэхён раздевается, а после заходит в душевую кабину, успел сказать прислуге, чтобы поторопилась убраться в доме за дополнительную плату в два раза больше обычной и, выкинув телефон куда-то в сторону, на ванную тумбочку у раковины, скинул футболку с шортами и вошёл к Тэхёну, которому никак не удавалось расслабиться в душе. — Психопат мой, — обвивает руками тонкую талию своего омеги и чувствует, как тот мигом прислонился к нему, откинувшись на его грудь, и, прикрыв веки, тяжело выдыхает. Теперь он спокоен. — Ты чего так разозлился? Подумаешь, не получилось приготовить, что в этом такого, — ласково убирает локон мокрых волос за ухо Тэхёна, чтобы насладится его внеземной красотой, пока по нему стекают капли горячей воды, что струёй льётся сверху. — Я три раза переделывал рататуй. Первый раз — солёно. Второй — невкусно. А в этот раз всё пригорело, — бубнит, покрываясь мурашками из-за холода взявшегося тут из неоткуда. — Но ты ведь старался, — водит по пояснице ладонью, захватывая его тело в свою власть. — Да, но видимо недостаточно, раз не получилось, — поворачивается к альфе лицом, немного сжимая его крепкие, накаченные плечи, открыв свои глаза, глядя на его красивого. — Я хотел удивить тебя. — Ты удивил бардаком на кухне, — подшучивает, мило улыбаясь в ответ. — Нет же, я хотел, чтобы ты вспомнил наш медовый месяц, — закрыв кран, добавил, а сам потянулся к шампуню и вылил немного себе на руку, зарывшись в мокрых волосах Чонгука, мягко жмякая его густые локоны. Чон улыбается, а после, чтобы развеять ситуацию шуткой, опускает взгляд на обнажённое тело Тэхёна и, оглянув красивые формы, посмотрел в глаза напротив. — Перестань смущать меня, — бубнит Тэхён, не переставая пенить густые волосы альфы. — Ты похож на новорождённого ребёнка, — расплылся в улыбке Чонгук. — И вообще, я первый вошёл сюда, — притягивает чуть ближе, чтобы смыть шампунь с волос. — Хватит умничать, — ладонями опускается к чужой талии, затягивая омегу в нежный и настойчивый поцелуй. Потерявшись в пространстве насовсем, Тэхён обхватил чужую шею руками, сдавшись этим чарам. Только Чонгук собирался подхватить омегу на руки, как вдруг в дверях спальни послышался знакомый голос, никого иного, как Ким Дуён! Тэхён довольно резко среагировал и оторвался первым, быстро повернувшись к открытой двери их ванны. Вот это будет стыд, если родители зайдут сюда. Перекинувшись взглядами с Чонгуком, парень потянулся к халату и накинув его на себя, важной походкой вышел, параллельно завязывая махровый ремень на своей талии, у дверного прохода посмотрел на Чона и дьявольски усмехнулся, заметив его стояк, а сам закрыл двери и вышел, оставив его одного. Чонгук не маленький, пусть сам разбирается. Стоило выйти из комнаты, и он встретился с парой горящих глаз своих родителей. Дуён сразу же стиснула его в своих объятиях, словно они целый год не виделись, а Чанель, чуть охрипший, легонько обнял его, ласково погладив по спине. — Тэхён, ты мокрый, иди высуши волосы, — раскидывается указаниями женщина. — Хорошо, тогда вы пока можете накрыть стол, а я оденусь и приду, — мило улыбается отцу, сидящему в гостиной на мягком диване. Омега поспешил в комнату и залетел в уборную, с душевой кабинки доносятся лишь громко падающие капли воды, закрыв двери на глухо, омега скинул халат одним движением, так что он упал на пол гармошкой и вошёл к Чонгуку в душ, адреналин скачет в крови от мысли, что их могут заметить. Чонгук оборачивается, продолжая бысстыдно мастурбировать себе, но заметив омегу, тут же пыльнул к нему, начав сжимать бёдра и настойчиво целовать, прося продолжения. Этот возбуждённый взгляд Чона и впирающийся в него стояк его альфы полностью одурманивают подсознание Тэхёна. — У нас пять минут, — ненадолго отстранился, как вдруг оказался прижатым к стене. — Мне понадобится меньше, — прошептал обрывистым дыханием на ухо и плавным движением вошёл в Тэхёна, заставив его тихо простонать от нахлынувшего удовольствия. — Тише, — перемещает ладонь к талии парня, гладит и хватается за его член, начиная мастурбировать ему и затыкать рот грязным поцелуем. Чонгук жёстко вбивал парня в стекло до тех пор, пока они вместе не излились. Тогда Тэхён позволил себе шумно выдохнуть, всё ещё отходя от ощущений. А Гуку в удовольствие придерживать хрупкое тело парня, ведь ноги совсем его подводят в этот момент. Получив своё, этот зверь внезапно превращается в нежного зайку, который промассирует под горячими струями каждую мышцу возлюбленного своими сильными руками... *** Окутанный в махровом полотенце после душа, Тэхён сидит на тумбочке в спальне, в ожидании того, как Чонгук высушит его волосы громким феном. Такой обезвоженный и усталый — Чонгуку нравится заботится о нём после всех своих интимных проделок с ним, которые всегда заканчиваются жарким сексом где угодно: в утренней тёплой постели, в машине, душе или кухне. Он хочет его всегда и везде. Наконец закончив со всем, достал из шкафа белую большую футболку, от которых его омега без ума, подошёл поближе и между ног встал, одевая её на Тэхёна, тот ленивыми движениями поднимает руки и просовывает их в футболку. Очаровательный. Чонгук целует его в щеку ласково, стягивая полотенце и перемещается к мочке уха, так же нежно целуя. — Люблю тебя, — горячим дыханием шепчет на ухо, заставляя парня покраснеть, словно впервые слышит эти слова признания от него. Тэхён спрыгнул с тумбочки, поправляя ранее одетые шорты и скользнул взглядом по Чонгуку, который еле ощутимыми касаниями поправляет его кучерявые волосы. Не так давно он был в салоне красоты и придал своим волосам формы. — Врать не хорошо, но я не знаю, как сказать почему я так долго одевался, — мямлит себе под нос, теребя края своей футболки. — В таком случае используем ложь во имя спасения? — Легко улыбается, вновь целуя свою драгоценность, которым никак не налюбуется, он никогда не бывает одинаковым, повседневным, обычным. — В любом случае, мы супруги, — сжимая ладонь парня, произносит, а после, подняв его руку, ласково целует мягкими губами. Подобные поцелуи и слова, всё смущает Тэхёна. Даже не смотря на тот промежуток времени пока они вместе. — Пойдём уже, — тянет альфу за руку к выходу. Такое ощущение дрожи по телу исходит от обоих, немного тяжести в груди и куча порхающих бабочек в животе. Встречаясь с взглядами, омега опускает красноречивый взгляд в пол, смущённо улыбаясь. Что в очередной раз заметили родители, наблюдавшие за поведением обоих в течении обеда. Несомненно, они рады, но любопытство выступает вперёд. — Долго вы будете вот так молчать? Вроде бы уже почти два года вместе и женаты, а ведёте себя как влюбленные подростки, может, хотите что-то озвучить? — Интересуется Дуён и демонстративно опускает взгляд на тонкий животик своего сына, играя бровями и намекая на ребёнка. — Нет-нет, мам! — Закричал в ответ, вскинув бровями. — А может, всё-таки да? — Подшучивает Чонгук, а Тэхён ещё больше злиться из-за этого. Теперь точно никакого секса, кто знает, сделает ли он то, что говорит. — Очень смешно, правда, — разозлившись вновь, показывает свой скверный характер своему мужу и быстро уходит в их совместную спальню, закрываясь наглухо. Посмеявшись, старшая Ким выдохнула, обернувшись к Гуку. — Ладно, нам уже пора, — поднимается со стола вместе с Чанёлем, который почти всё время молчит из-за того, что заболел и охрип. Но это не повод пропускать семейный обед, который пришёлся в традицию в их семье. — Можешь утешить того ребёнка, — кивнула в сторону спальни. Молодой альфа, поклонившись, проводил родителей до порога, и вернулся на кухню, чтобы выпить воды. В голове пролетела мысль о том, как подбодрить омегу. Конечно, Тэхён не готов к детям и любое упоминание о них его нервирует, Чонгук понимает, но если вдруг случится так, что он забеременеет — им точно удастся воспитать. Да, будет тяжело, но это не значит, что невозможно. Дверная ручка с лёгкостью повернулась, и, открыв дверь, Чонгуку бросился в глаза лежащий на кровати омега, укутанный в одеяле с включённым кондиционером — вот же эстетик. — Тэ, — подходит ближе к омеге и садится на край кровати. Тянет по чужой пояснице тёплой рукой, поднимаясь к самым кудрявым волосам и с лёгкостью зарывается в них полностью. — Я не окончил университет, даже работать не начал, какие дети, Чонгук? Я сам ещё ребёнок, — бубнит в подушку приглушённым тоном, словно вот-вот заплачет из-за такой ерунды. Принимающий слишком близко к сердцу Тэхён вошёл в привычку Чонгуку, он не удивляется этим слезам из-за малейших пустяков, будь то смерть собачки в начале сериала или пустой разговор о детях. Тэхён немного плакса и это полностью устраивает Чонгука. — У нас не будет детей, пока ты не будешь готов и пока не попросишь этого сам, да и к тому же, — набрал воздуха, для своего длительного рассказа. — Забеременеть ты можешь только во время течки, а в такие периоды мы толком и не занимаемся любовью, а если занимается, то с наличием презиков, не загоняйся из-за этого, Тэхён. — Ковыряется в волосах парня. — Всё равно, ты должен был сказать что-то, чтобы поддержать меня, а не накалять ситуацию. — Ворчит. — В следующий раз так и сделаю, — произносит с лёгкой улыбкой и замолкает на минуты три. — Может, наконец обнимите меня, Чон Тэхён? — Угу, — повернулся, приняв сидячее положение и руками обвивает чужую талию, сливая их в очередном чутком поцелуе. Отстранившись, оба повалились на кровать, несмотря на то, что за окном ещё светло и ужасно жарко — хочется спать, просыпаться каждый день в семь или пять утра — выматывает, выходные — единственное спасение в такие трудные дни. Продолжение следует~