Ведь так хочет Кли!

      Чжун Ли вез тележку в магазине и выбирал молоко. Хуа сегодня был необычно тих и задумчив. Не то, чтобы он всегда был полон энергии, как та же Кли Рангвиндир, но все же обычно он более разговорчив. А сейчас смотрит на полки в магазине задумчиво, будто что-то ищет. И вот это нет-нет да заставляет напрягаться в поискать подвоха.       - Папа, а можешь купить мне братика? - подвох не заставляет себя ждать, но даже то, что его ждали, не отменяет того, факта, что вопрос был неожиданным. Чжун Ли не выронил банку с кокосовым молоком, которую держал, просто потому что до этого достаточно натренировался на оригинале Хуа, на его отце, который тоже любил задавать такие неожиданные и обескураживающие вопросы.       - Нет, - твердо сказал Чжун Ли, продолжая толкать тележку в сторону касс.       - Но почему? Я обещаю быть хорошим старшим братиком, - продолжал канючить Хуа.       - Все равно нет, - ответил Чжун Ли, доставая кошелек. Что ж, с рождением Хуа, он отучился от отвратительной, по мнению Аякса, привычки забывать его, но от привычки не брать с собой наличку так и не избавился. По крайней мере, Чайлд стал класть ему свои карточки, так что теперь неловких ситуаций стало меньше.       - Ну купи, купи, купи, - Хуа не прекращал просить Чжун Ли и после выхода из магазина и по пути домой. В лифте он устроил целую истерику, из-за чего ему пришлось извиняться перед соседкой.       - Он сегодня не управляем, - уточнил Чжун Ли.       - Хо-хо, если капризничает, то, значит, он растет, - добродушно посмеялась соседка. Чжун Ли лишь вздохнул, прося себя набраться терпением.       Хуа пошел в своего отца не только внешностью, но и характером. Возможно, по мере взросления он станет чуть более спокойным и уравновешенным, но пока Чжун Ли приходиться смирятся, что у него есть муж и его маленькая копия. Не то чтобы он был недоволен. Хуа он любил всем сердцем, его появление было желанным и долгожданным, он также очень сильно любил своего мужа. Если бы Чжун Ли снова дали сделать выбор, он бы без раздумий выбрал Чайльда вновь. Но видят Архонты, его муж и сын временами были такими задницами, что взгляд Чжун Ли невольно снова искал пистолет.       - Папа, почему ты не можешь купить мне братика? – Хуа продолжал ныть.       - Потому что у меня нет денег, - голос от безысходности звучал твердо.       - Но отец говорит, что он богат, - недоуменно сказал сын.       - Ну, вот у него и проси, - видимо Чжун Ли все же не сдержался, и в его взгляде мелькнуло что-то из прошлого, раз Хуа вздрогнул и поспешил оставить своего папу в покое. Тот лишь вздохнул и поспешил взять себя в руки, не хватало ему еще и на детях срываться.       До самого вечера сын был тише воды, ниже травы. Что позволило Чжун Ли спокойно сделать уборку, приготовить ужин и даже немного поработать. Время от времени он заглядывал к сыну, чтобы проверить, что квартире ничего не угрожает. Тишина со стороны детей может быть опасна.       - Я дома, - бодрый голос Чайлда разнеся по квартире. Чжун Ли хотел выйти к мужу, но сын его опередил. Со слезами на глазах он выбежал к Чайлду в прихожую.       - Ты чего ревешь? – Тарталья был в смятении.       - Отец, почему у папы так мало денег? – огорошил его Хуа.       - А?       - Ты что его совсем не любишь? – с каждым новым вопросом Тарталья все больше терял смысл происходящего.       - Чего?       - Папа сказал, что не может купить мне братика, потому что у него нет денег, - пояснил Хуа, для Тартальи все стало еще более запутанным. – А братика как-нибудь можно получить бесплатно?       - Эм, - к опушавшему и окончательно потерявшемуся Тарталье вышел Чжун Ли. Чайлд смотрел на мужа с надеждой, что тот хоть что-то прояснит.       - Помоги мне, я не вывожу, - тихо шепнул ему Чжун Ли после привественых обнимашек и полагающемуся по возвращении поцелую, сунул в руки ждущему ответы на свои вопросы сына и скрылся в кабинете. Тарталья остался стоять с сыном, который сверлил его настойчивым взглядом и ждал ответы на вопросы.       - Итак, почему ты так внезапно захотел братика? – Чайлд решил начать с основной причины.       - Я давно хотел братика, - Хуа прижимал к себе Короля осминогов, которого ему купил Чжун Ли и которого он же так и не смог незаметно для сына выбросить, а лучше сжечь. Тот не спешит расставаться с любимой игрушкой. – Просто я не знал, как получить братика.       - А теперь ты узнал, как его можно получить. Верно?       - Ага, Кли сказала, что когда она чего хочет, то просто идет к своему папе, и тот ей это покупает. Поэтому я тоже подошел к папе и попросил купить мне братика, но он сказал, что у него нет денег, чтобы купить братика, и обратиться к тебе, ведь ты такой богатый. Ты же купишь мне братика? Я буду самым хорошим старшим братиком! Обещаю! Мне совсем не с кем играть!       - Вот как, - Чайлд прищурился и в его голове созрел план. – Понимаешь, дорогой, братика нельзя купить…       - Нельзя! – Хуа уже собирался вновь расплакаться от такой несправедливости.       - Нельзя, но мы с твоим папой можем его сделать! – Чайлд гордо задрал нос, целиком и полностью довольный собой.       - Сделать? – сынишка явно не понимал, как это так сделать братика, да еще и с папой. – А как?       - Э-э-э, - в плане Тартальи оказались недочеты, - Мы расскажем тебе об этом, когда ты станешь взрослым.       - Расскажете и покажите?       - Ха-ха, ну уж нет! Показывать мы тебе ничего не будем, просто расскажем, а что там дальше ты поймешь сам. Если мы все тебе сами покажем, то так же будет неинтересно, правда же?       «А еще твой папа мне, в таком случае, оторвет все самое нужное,» - подумал Чайлд, оглядываясь на дверь кабинета.       - Хорошо! – Хуа чмокнул отца в щеку, спрыгнул с дивана и убежал к себе в детскую.       Чайлд вздохнул с облегчением и растекся по дивану. Братик, да? В принципе, у него уже возникали мысли на тему того, чтобы завести второго ребенка, но Тарталья хороший муж, он сначала спросит мнение у своего супруга, а потом уже будет действовать.       - Вы закончили? – упомянутый супруг вышел из кабинета и сел на диван рядом.       - Ага. С чего это он вдруг так о брате стал активно просить? – Тарталья обнял мужа и с огромным удовольствием зарылся носом ему в шею. Чжун Ли стал массировать его затылок.       - Понятия не имею.       - А ты что скажешь? – не видел, но прекрасно знал, что муж выгнул бровь в вопросе. – Ну, насчет братика? Я не против.       - Нужно подумать, Чальд, - Чжун ли выбрался из объятий, к большому неудовольствию Тартальи, и сжал пальцами подборок, как часто это делал в периоды сильной задумчивости. – Нам нужно будет пересчитать бюджет в таком случае.       - Ой, да брось, милый! Ты же знаешь, что мои счета в банке полны моры. Мы можем не работать и, даже в таком случае, у нас все равно будет мора и на свадьбу Хуа, и на его же наследство.       -Дети, Аякс, это не то, что можно заводить, потому что ты так захотел, - серьезно начал Чжун Ли. – Или ты забыл, с какими проблемами мы столкнулись, когда решились родить Хуа? Я не говорю, что я против того, чтобы заводить второго ребенка. Я говорю, что мы должны понять сможем ли дать ему и Хуа дать все необходимое. Если бы вопрос стоял только в финансовом плане, я бы так не заморачивался. Но помимо этого мы должны выделить ему жилую площадь и обеспечить собственным вниманием. При этом Хуа тоже не должен лишаться нашего внимания.       Объективно говоря, здесь Чжун Ли был прав. Если бы не его рассудительность, то бегал бы Чайлд сейчас с горящей жопой от нотариуса к риэлтору, а от того к продавцу квартиры, а потом еще и по разным строительным и мебельным компаниям, потому что вот эта квартира перед тем, как стать их уютным гнездышком, была бетонной коробкой. Даже без ребенка все это был тот еще геморрой, а будь у них на руках еще и младенец…       - Ладно, хорошо, - Чайлд решил сдаться. – Мы пересчитаем наш бюджет, время и жилплощадь, а потом еще раз поговорим на эту тему. Вы ужинали?       - Нет, ждали тебя, - Чжун Ли кивнул довольный результатом и встал, чтобы начать накрывать на стол. Чайлд поспешил за ним на кухню, где, рассказывая о работе и о том, как Екатерина заставила его разгребать горы отчетов и накладных, помогал накрывать на стол. Ужин прошел в дружной семейной обстановке. Правда, пришлось просить Хуа оставить Короля осьминогов в комнате, иначе ужин грозился так и не войти в Чжун Ли. За ужином Хуа рассказывал как обстоят дела в садике.       - И так Ци Ци отправилась к Кли с ночевкой, - поведал мальчик. – Кли была так счастлива. Она все время твердила, что они с Ци Ци станут сестрами. А как они могут стать сестрами, если у них совсем разные родители?       - Они станут сводными сестрами, - пояснил Чжун Ли, отпивая чай. – Сестрами не по кровному родству. Точно так же как ты и Сяо приходитесь друг другу братьями.       - Братик Сяо сегодня был в садике. Он приходил за учителем, да?       - Именно.       - Раньше за учителем приходил другой человек. Он был со светлыми волосами.       - Это был Альбедо, он тоже муж твоего учителя.       - А так можно? Чтобы было два мужа?       - Можно, если люди любят друг друга и если все согласны на такие отношения, то ничто им это не мешает им состоять в них.       - У-у-у-у, здорово, наверное, учителю. У него есть сразу два любящих его человека.       - Эй, - возмутился Чайлд, - вообще-то у тебя тоже есть два любящих тебя человека! Мы с твоим папой тебя очень любим!       - Не верю! – Хуа показал язык родителям и с громким смехом убежал из кухни.       - А ну стой, маленький паршивец! – Чайлд тоже сорвался с места и побежал вслед за сыном. – Не верит он. Щас, как догоню! Как поймаю! Как покажу, как сильно я тебя люблю! Сразу мне поверишь!       Из зала стало доноситься громкое детское визжание и хохот разыгравшегося Чайлда. Чжун Ли мягко улыбался, слушая эти крики, радовался тому, что настоял на звуконепроницаемых стенах и полах. Ну, и не столько из-за этого, сколько из-за того, что Аякс не любил быть тихим по ночам. С последней помытой тарелкой, из зала раздался совсем уж громкий визг. Так что Чжун Ли поспешил в зал, остановить своих мальчиков, пока те не разнесли ни в чем неповинную комнату.       Картина, представшая перед глазами Чжун Ли, заставила его мягко улыбнуться, а по душе разлиться мягкому теплу. Чайлд положил их сына на диван и щекотал его, а так же дул в живот. Из-за этих действий Хуа громко визжал от смеха и был весь красный. И хоть эта картина была теплой, уютной и греющей душу, но Чжун Ли поспешил разнять мужа и сына. Он вырвал Хуа из хватки Чайда, прижал к себе, а сам сел между ног Тартальи, такого же красного, как и сын, и облокатился на его грудь.       В зале повисла легкая и приятная тишина, разбавляемая только тяжелым дыханием Чайлда и Хуа. Поглаживая сына по его непослушным рыжим прядям, сам Чжун Ли млел от легких поцелуев в макушку от мужа. Вскоре маленький непоседа завозился и поднял свои голубые глаза на родителей.       - Теперь-то веришь, что мы тебя любим? – с улыбкой спросил Чайлд, на что получил кивок в ответ.       - Устал? – на вопрос своего папы Хуа только кивнул. От долгого бега и громкого крика в горле пересохло и теперь першило. – Хочешь пить?       Теперь Хуа только сильнее закивал, но слезать с теплых рук папы не спешил, лишь крепче обнял того за шею. Тихо фыркнув ему в макушку, он поднялся с сыном на руках и ушел на кухню, где провернул настоящих акробатический трюк, наполнив стакан с водой, напоив им сына и все это не отпуская его с рук. Не сравниться с тем, как он порой прыгал, когда Хуа был младше и только научился ползать. А маленькую игровую зону для него, они тогда еще не купили, так что малыш познавал их квартиру. И когда он видел цель, то не видел никаких препятствий, совсем как его отец. После двух раз, когда малыш врезался в столик и тумбочку, опрокидывая все, что там стояло, убрать все хрупкие предметы.       Когда малыш напился, Чжун Ли опустил его на пол, и тот, чмокнув его в щечку, убежал в свою комнату. Налив стакан воды уже для Чайлда, Чжун Ли пошел в зал, где застал задремавшего на диване мужа. Покачав головой, он поставил стакан на кофейный столик и наклонился, чтобы поцеловать супруга. Обозначенный супруг хитро улыбнулся, подался вперед в поцелуе и опрокинул мужа на себя, положив одну руку затылок, а другую удобно устроил на пояснице.       - Чайлд, нет, - запротестовал Чжун Ли, приподнимаясь и смотря на дверной проем, в котором в любую минут мог появиться сын.       - Чайлд, да, - запротестовал муж, целуя под подбородком, одной рукой расстегивая домашнюю рубашку супруга, а другой выводя круги на пояснице.       - Не здесь, Аякс, - сдался Чжун Ли, когда Тарталья стал дразнится, проводя зубами по коже ключиц.       - Хе-хе, тогда я в душ первым, - довольный Чайлд напоследок глубоко поцеловал мужа и ускакал в ванную. Провожаемый еще только разгорающимся взглядом своего супруга, на что Тарталья только ярко и многообещающе улыбнулся. Чжун Ли всегда такой. Кажется спокойным и рассудительным, а стоит чуть-чуть постараться, как по его венам потечет огонь. Словно он дремлющий до поры до времени вулкан. И это было потрясающе. Вытирая мокрые волосы и закрывая дверь в их с Чайлдом комнату, Чжун Ли заметил стоящего в коридоре и одетого в пижаму Хуа.       - Папа, мне уже ложиться спать? – тот посмотрел на него честными глазами.       - Ты чего так рано? Обычно же допоздна сидишь? – ни он, ни Тарталья не гнали своего сына спать рано, поскольку у того не наблюдались проблемы с нехваткой сна или с ранними подъемами в садик. Так что подобное было, действительно, неожиданно.       - Ну, чтобы не мешать вам с отцом, - замялся сын.       -Не мешать нам что?       - Не мешать, вам делать мне братика.       - Что тебе там наговорил твой отец? – после долгой паузы спросил Чжун Ли, тихо зверея. Не стоило все-таки перекладывать на Чайлада эту щекотливую тему.       - Что братика нельзя купить, но он с тобой может мне его сделать. Правда, он не рассказал мне, как вы будете делать братика, но обещал, что сделает это, когда я стану старше, - легко сдал своего отца Хуа. Чжун Ли лишь сощурил глаза и отправил сына в его комнату, сказав, что если он хочет спать, то пусть ложиться, а если нет, то может спокойно и дальше играть. Малыш улыбнулся. Пожелал спокойной ночи и побежал к себе. Как только дверь в его комнате закрылась, Чжун Ли зашел в их спальню. Чайлд вышел из душа, но решил сразу набрать графин воды. После секса ему обычно очень сильно хочется пить, и так же сильно не хочется двигаться, так что об этом лучше позаботиться сейчас. Что ж и Чжун Ли это на руку. Он отложил полотенце, снял штаны и белье и расстегнул рубашку до половины, а после сел на кровать, закинув нога на ногу.       Чайлд не заставил себя ждать. Увидев такого Чжун Ли, расхристанного, распаленного и манящего, он невольно застыл и облизнулся на голые ноги, открытые ключицы и кокетливо выглядывающий из-под рубашки сосок. Чайлд заворожено, не отрывая взгляда от гипнотизирующих золотых глаз, поставил кувшин с водой и стакан на прикроватную тумбочку и двинулся к мужу. Едва он коснулся его голой коленки, как оказался повален на кровать, а Чжун Ли сел на его бедра.       - Так что ты там рассказал нашему сыну про делать младшего братика с папой? – Начал невинно Чжун Ли, забираясь рукой под майку Чайлда и покачиваясь на его бедрах.       - Ох, - только и смог выдохнуть Тарталья.       - Я все еще жду ответ, Аякс, - вторая рука супруга игриво скользила вдоль пояса штанов, иногда пальцами, забираясь под него.       - Ах, ну только то, что не смогу купить ему братика, не потому что денег нет, а потому что… Ах! – пальцы легко сжали сосок, посылая по телу разряд наслаждения. – М-м-м! Ах!       - Потому что? – соблазнительный шепот на ушко Чайлда окончательно выбывал все мысли из его головы, а игривый укус за мочку и сжавшая его член через ткань рука никак только усиливали эффект.       - Потому что братика нужно ни купить, а сделать вдвоем с его папой. Мгх! – пальце крепче обхватили сосок и прокрутили его, а сам Чжун Ли слез с бедер Чайлда и сел между ними.       - Что ж давай тогда будем делать братика, Аякс, - потемневший взгляд, и руки на его прессе и бедре, последняя настойчиво давила в бок, чтобы Тарталья развел ноги шире, и предвкушающая улыбка, ясно дали Чайлду понять, что делать братика они будут с чувством, с толком, с расстановкой.       «Твою ж мать!» - Это была последняя мысль Чайлда перед тем, как его утянули глубокий и горячий поцелуй, а потом ему было не до мыслей.