Капкан

      

***

Автомобиль несся по пустой трассе с огромной скоростью, рассекая встречный поток бушующего ветра. Первые несколько минут езды на такой непривычной скорости раззадорили девушку, ощутив резкий прилив адреналина, и вместе с тем гормон счастья, — ее сердце бешено застучало. Однако, очень скоро ее реакция сменилась, когда она украдкой взглянула в окно. Сгущающиеся тучи над ними свидетельствовали о скором наступлении дождя. А Харун, кажется, и не собирался сбавлять скорость, и вошел во вкус, впав в ностальгические воспоминания о юношестве. В Америке, он вместе с приятелями — детьми богатейших родителей, часто устраивал такие гонки, из раза в раз безрассудно подвергая опасности свою жизнь. — Харун, — взволнованно обратилась к мужчине девушка, невольно положив руку ему на колено. — С машиной кажется, что — то происходит, я слышу странные звуки. Придя в себя, мужчина тоже, в свою очередь, услышал странный шлепающий звук. Он понизил скорость, и тут же ощутил небольшие, но ощутимые толчки, которые отдавались в руль, превращаясь в гул. Харун остановил машину, и вышел из нее, попав под холодный, весенний дождь. — Проклятие, — гневно произнес мужчина, узрев спустившееся колесо, но, вдруг вспомнил, что в багажнике, на такой внештатный случай, имелась запасная шина, мужчина направился к багажнику. Ярен тоже вышла следом за мужем, и непонимающе взирая, произнесла: — Что произошло? — Ничего страшного, колесо спустилось. Я поменяю его, и мы поедем, — спокойно проговорил Харун, — заприметив как Ярен, съежившись, обнимает себя руками, в тщетной попытке защитится от холода, Харун тут же снял с себя куртку и накрыл ею замерзшую девушку. Ярен, робко улыбнулась, и, задержав свой взгляд на лице мужчины, дрожащим от холода голосом произнесла: — Спасибо. Харун дружелюбно кивнул головой, а затем, все же, взяв из багажника необходимые инструменты для смены колеса, отправился решать проблему, которая настигла их в самый неподходящий момент.       Наконец, они доехали до места. Изрядно промокнув под промозглым дождем, они побрели в дом, захватив с собой покупки Ярен. Харун поставил пакеты в прихожей, и уже собрался выйти, как его в одночасье окликнула Ярен. — Постой. Харун медленно повернулся к ней лицом, и вопрошающе взглянул на жену. И в этот момент, Ярен с полной уверенностью в голосе, произнесла: — На улице дождь, если ты еще немного пробудешь в таком виде, то заболеешь. Останься, сходи в душ, а я за это время высушу твои вещи. — В этом нет необходимости, — помотав головой, ответил ей мужчина. — Есть, — настойчиво продолжала девушка, подступившись к нему поближе, — Да и к тому же, ездить в такую погоду совсем небезопасно, ты как опытный водитель, должен это знать, — заострив лукавый взгляд на мужа, с ноткой легкой иронии, заявила Ярен. Харун снисходительно ухмыльнулся на доводы супруги, но все — таки, вынужденно согласился, поскольку, промок он, действительно, до нитки, за то время пока менял колесо.       

***

Харун прошел в ванную комнату, аккуратно сложив промокшие вещи на стиральной машине. В это время, Ярен переодевшись в домашнюю одежду, решила заварить свежий черный чай для них с Харуном, дабы согреться, после их сегодняшних приключений. Ей повезло — она почти не промокла: в это время на ней было легкое весеннее пальто, а когда Харун одолжил ей свою куртку, то она смогла укрыть ею свою голову от дождя. Ярен поднялась наверх, в ванную, для того, чтобы забрать вещи мужа. Осторожно открыв дверь перед собой, она опешила, увидев через прозрачное стекло душевой кабины обнаженное тело мужа. «Греческий Бог» — промелькнуло непроизвольно у нее в голове, в то время пока ее глаза свободно бродили по нему.       Он стоял к ней спиной, и с усилием намыливал шампунем свою шевелюру, в то время как, щедрые струи воды стремительно стекали по его телу. Ярен, тяжело сглотнула, завороженно всматриваясь, в грациозный силуэт своего супруга. Очнувшись спустя несколько минут от транса, Ярен поспешила забрать вещи, и тихо удалиться из ванной комнаты, пока Харун не заметил ее присутствия здесь. Высушив, спустя непродолжительное время, вещи теплым потоком воздуха, исходящего от фена, Ярен понесла вещи в ванную комнату.       Резко распахнув дверь перед собой, она узрела перед собой полунагого Харуна, вокруг бедер которого было обмотано белоснежное полотенце, а по торсу все еще стекали маленькие капельки воды. Ярен как могла отводила от себя поток греховных мыслей, которые проносились в ее голове при такой картине. Встретившись с его глазами, Ярен, смущенно улыбаясь, неловко произнесла: — Ээм, я, это… Принесла тебе вещи, можешь одеться. Харун, ощутив взволнованность Ярен рядом с собой, усмехнулся уголком рта, а затем произнес: — Спасибо тебе. — Не за что, — искренне ответила девушка, одарив мужа излучающей свет улыбкой, которая тут же отозвалась теплом в сердце Харуна.       

***

Харун спустился вниз, мимолетно заглядывая в панорамные окна в гостиной, и узрел, что дождь хлестал во много раз сильнее прежнего, еще только набирая обороты. «Только сумасшедший выйдет на улицу в такую погоду», промелькнула у него в голове невольная мысль. Отойдя от окна, Харун присел на обтянутый кожей темно-коричневый диван, удобно располагаясь на нем. В это время Ярен несла из кухни поднос с горячим черным чаем, и сладостями к нему. Харун помог ей разложить на столе чашки, и взяв свою чашку с чаем, торопливо сделал глоток согревающего напитка. Ярен устроилась рядом с супругом на диване, и с большим удовольствием стала неспешно распивать свой чай. — Как тебе живется здесь? — вдруг задал вопрос Харун, прервав долгую, неловкую паузу между ними. — Я неплохо освоилась здесь, и уже привыкла, — ответила тут же девушка, и медленно поставила чашку с чаем на стол, стоящий перед ними. — А ты… Как прежде живешь в особняке, не так ли? — неожиданно поинтересовалась Ярен. — Да, — сухо ответил ей мужчина. — Тогда позволь поинтересоваться: зачем ты проводишь деловые встречи со своим адвокатом в Амасье? — хитровато прищурив глаза, склонив голову на один бок, спросила у него девушка. Харун издал легкий смешок, и отпил еще немного чая, оттопырив мизинец в сторону. А затем, отставив в сторону чашку, иронично ответил супруге, чья нескрываемая ревность, несомненно, ему льстила: — Я очень привязался к этому городу. Мне сложно предположить почему, может, ты ответишь? — Воздух чище, и люди добрее, вероятно поэтому, — легко отшутилась девушка. — Вероятно, — изящно кивнув головой, согласился с ней Харун, а по губам скользнула насмешливая улыбка. — Могу я на правах твоей жены узнать, какие бумаги вы разбирали? — уверенно спросила девушка, едва заметно ухмыляясь. — Можешь, — задорно улыбаясь, ответил ей Харун, а затем, оставив шутки в сторону, со всей серьезностью продолжил, задержав свой сосредоточенный взор на ее лице: — Договор о предоставлении материального содержания. Суд, вероятнее всего и так, вынесет решение о взыскании алиментов, но я решил, что мы и сами сможем договориться. Так как сумма, вынесенная в судебном порядке будет намного ниже той, что предусмотрена в договоре, поэтому я решил… Ярен заострила свой взгляд на его взволнованно бегающих глазах, возмущенно нахмурив брови, девушка на одном дыхании произнесла: — Ты не отказываешься, все еще продолжаешь гнуть свою линию. — Не понимаю, о чем ты говоришь, — равнодушно проговорил мужчина, отпив еще один глоток чая. Ярко — голубые глаза девушки, воинственно сверкнули, и нервно прикусив губу от злости, Ярен раздраженно произнесла: — Достаточно. Я не отмахиваюсь от своих грехов — я виновна! — утвердительно кивнув произнесла девушка, — А что насчет тебя? Может ты женился на мне по большой любви, а не, потому что шпионил по заданию своего друга — брата за моей семьей? Твои намерения насчет меня были не такими уж и радужными, не так ли? Харун тяжело вздохнул, и, встретив ее горящие глаза, спокойным тоном ей ответил: — Все так, однако, между нами никогда не будет стоять знака равно. И знаешь почему? — сделав небольшую паузу, ответил ей Харун, — Я никогда не смог бы тебе навредить. Никогда не сделал бы тебе больно, — проницательно взглянув в глаза супруги, тихо изрек мужчина. «Ну вот, опять — опять он пробуждает во мне чувство вины, снова напоминает мне о моих деяниях… Ты должна поставить точку на этой теме сегодня, Ярен». — размышляла девушка. Она долго молчаливо смотрела в его глаза, а затем, ответила ему: — У меня никогда не было намерения навредить тебе, но у тебя в голове своя теория, и ты не собираешься слушать меня, не так — ли? — Я не собираюсь обсуждать то, что было. В конце концов, в этом больше нет смысла, — уверенно произнес Харун, а затем, увернув взгляд в окно по правую сторону от него, поднялся с дивана, собираясь покинуть дом, однако его тут же задержала Ярен, цепко схватив его за руку.  — Ты не уйдешь, пока мы не поговорим, — сурово произнесла девушка, зорко вглядываясь в его лицо. Он мельком бросил взгляд на ее руку, а затем непонимающе посмотрел на нее. — Ты не можешь каждый раз молча исчезать, не давая мне объясниться, — нервно произнесла девушка, не сводя глаз с супруга. Харун, покоряясь ее воле, осторожно присел, и повернулся лицом к жене, давая ей понять, что он весь во внимании. Ярен, взволнованно опустила глаза вниз, собираясь мыслями, а затем тихо произнесла: — В тот вечер, когда мы только переехали в этот проклятый особняк, и тебя забрала полиция, мы с Гёнуль сильно повздорили, она унизила меня, и в тот момент я поклялась, что она мне за это непременно ответит, — горько усмехнулась девушка, вспоминая о том дне. — Особняк, о котором я некогда грезила — стал петлей на моей шее, моим уродливым пороком. Я попала в свой собственный капкан. Капкан гнева и уязвленного эго, — совершенно откровенно заявила девушка.       Харун, тем временем, с невозмутимым лицом, молчаливо наблюдал за ее резко сменяющейся мимикой, и внимательно слушал ее откровенную тираду, стараясь не перебивать девушку. — Но это все никак не было связано с тобой, Харун, — подняв глаза чистосердечно заявила девушка, встречая его понимающий взгляд, после недолгой паузы, девушка продолжила:  — Ты был единственным, кто всегда держал меня за руку крепко, и ни при каких обстоятельствах, не отвергая, всегда вот так смотрел в мои глаза, — стоящий в горле ком, заставил дрожать голос девушки. Ярен подсела ближе к супругу, и осторожно взяла его за руку. Харун сначала опустил взгляд на их сплетенные руки, а затем поднял глаза на Ярен, вглядываясь с нескрываемой нежностью в каждую черточку на ее лице. — И я потеряла тебя в одну секунду, думала, что никогда больше не увижу, — сдавленно прошептала девушка, окунаясь в свои мучительные воспоминания. Мужчина отвел лицо в сторону, и, убрав руку от нее, глухо произнес: — Как ты могла оставить меня одного в том состоянии? — Я была не в себе, меня хватило лишь на то, чтобы набрать родителям. Я умоляла, их не оставлять тебя, но никто меня не послушал. Никто, — не сдерживая поток горячих слез, тихо промолвила девушка.       Сердце мужчины болезненно сжалось глядя на Ярен, он подсел ближе к девушке, и большим пальцем бережно смахнул слезинки с ее щек. Ярен задержала на его лице свой зачарованный взгляд, а затем взяла ту руку, которой он вытирал ее слезы, и поднесла к своим губам, нежно прикасаясь к его ладони. Они долго не отрывали друг от друга глаз, словно молчаливо заключая договор о мире. Бежать было некуда, поскольку все дороги настойчиво вели его к ней, и Харун, вдруг окончательно понял, что бессилен перед своим глупым сердцем, наивно продолжающим биться ради его непокорной жены. Собственноручно подписываясь в своем поражении, он лишь с нежностью прильнул к ее губам, бережно припадая к истоку своей любви.