Встреча в Токио

Куон выманил брата на заброшенный склад горюче-смазочных материалов на окраине Кавасаки. Он разыграл карту «компромата», прислав Кенджи сообщение с зашифрованного номера о том, что у него есть записи его тайных переговоров с китайскими триадами. Жадность и страх Кенджи перевесили осторожность - он приехал один, как и требовал Куон, надеясь выкупить свою шкуру. Но когда Кенджи вошел в тускло освещенный ангар, пахнущий мазутом и старой сталью, он увидел не папку с документами. Он увидел Куона, стоявшего в тени с обрезком арматуры в одной руке и ножом в другой. - Ты пришел, - голос Куона прозвучал как приговор. Кенджи побледнел, его глаза забегали по сторонам. - Куон, подожди... мы же братья... - У меня нет брата, - Куон шагнул в круг света. - Есть только кусок падали от которого я сейчас избавлюсь. Куон не стал медлить. Первый удар арматурой пришелся Кенджи по колену, заставив его с криком рухнуть на бетон. Куон действовал методично, с ледяной жестокостью. Он ломал брата медленно, палец за пальцем, наслаждаясь каждым хрустом и каждым молящим воплем. Он хотел, чтобы Кенджи прочувствовал каждую секунду того страха, который испытала Рина. - Пожалуйста... хватит... - хрипел Кенджи, захлебываясь кровью. Его лицо превратилось в сплошную рану. Куон занес нож над его ладонью, и пригвоздил её к полу, как вдруг... Кенджи, несмотря на боль, слабо ухмыльнулся окровавленным ртом. - Ты... ты такой предсказуемый, Куон. Всегда... всегда идешь до конца. В этот момент тишину ангара разорвал резкий свет прожекторов. Сверху, с металлических лесов, ударили лучи, ослепляя Куона. Скрежет открывающихся ворот заполнил пространство, и внутрь зашли люди клана и сам Акио Ямада. - Отец... - простонал Кенджи, протягивая сломанную руку. - Он... он заманил меня сюда... хотел убить... из-за денег... из-за власти... - Куон, - голос Акио был тихим, но в нем слышался рокот приближающегося шторма. - Я давал тебе шансы. Я закрывал глаза на твою строптивость. Но поднять руку на родную кровь... - Он заслужил это, отец! - крикнул Куон, не опуская ножа. - Мне плевать на твою девку! - взревел Акио. - Ты нарушил закон клана. Ты опозорил моё имя. С этого момента ты - дзёнин. Изгнанник. Несколько человек повалили Куона на пол и заломили ему руки. Как бы силен он не был, против такого количества противников он был бессилен. Удары тяжелыми ботинками посыпались по его телу. Он чувствовал вкус своей крови во рту, и слышал хруст своих костей. Не в силах сопротивляться, он потерял сознание на пыльном бетонном полу. Куон очнулся от резкого запаха аммиака и холода, пробирающего до костей. Его руки были разведены в стороны и скованы тяжелыми цепями, вмонтированными в сырую бетонную стену подвала. Он узнал это место, «нулевое крыло» поместья Ямада - место, куда не заходил солнечный свет и откуда редко выходили живыми. Именно сюда он самостоятельно приводил людей Кайто, чтобы выпытать у них имена всех кротов и предателей. Пытать человека больше двух дней было бесполезно. Обычно от боли и вида переломанных костей торчащих из открытых ран, даже самые крепкие сдавались в первые несколько часов. Поэтому после своеобразного дедлайна, который Куон вывел самостоятельно за годы подобной практики, он заканчивал допрос, благородной пулей в лоб. Но сегодня он был сам на этом месте, и в куда худшем положении. От него не будут требовать информацию, он изгнанник, на нем буду развлекаться, и дедлайна в два дня у него тоже не будет. Куон был готов к такому исходу событий, когда планировал войну против семьи. Но сейчас его мысли одолевали сожаления. План вынашиваемый столько лет, его смысл жизни и единственное, что его заставляло просыпаться все эти годы - месть отцу, его убийство, он не успел закончить, опрометчиво поспешил, и проиграл эту партию. Это был его просчет? Виноват Кенджи или же... Рина? От своих собственных мыслей Куон на мгновение замер. Она стала его новым смыслом, вытеснив своей любовью мечты о мести. Она стала его слабостью, слабостью, которая его привела сюда, в нулевое крыло. И теперь с озлобленным отцом и Кенджи она была в опасности, а возможно уже мертва. Куон жалел, что она не позволила стать ему монстром, жалел о своей любви к ней, но все равно, не мог унять щемящее чувство в груди, когда думал, что ее больше нет в живых. Из-за полученых ран Куон не сразу заметил, что перед ним в полумраке сидел человек на складном стуле. Он медленно точил длинный охотничий нож об оселок. Звук металла о камень в тишине подвала действовал на нервы сильнее, чем крики.Это был Дзиро, по прозвищу «Мясник из Роппонги». Дзиро был начальником внутренней безопасности Акио, но его ненависть к Куону была личной, глубокой и старой. Десять лет назад, когда Куон только начинал свой путь в клане, он сдал Дзиро полиции во время крупной сделки в порту. Тогда Куон сделал это, чтобы очистить клан от «неуправляемых элементов», которые привлекали лишнее внимание властей. Дзиро отсидел восемь лет в одиночной камере, потерял глаз в тюремной драке и лишился семьи, пока был за решеткой. Акио вернул его в клан только из-за его звериной преданности. - Очнулся, принц? - Дзиро поднял голову. Его единственный глаз хищно блеснул в свете тусклой лампы. Половину его лица пересекал рваный шрам, оставленный Куоном в ту роковую ночь задержания. - Дзиро... - прохрипел Куон. Горло саднило от жажды. - Отец доверил тебе мусор выносить, а ты всё еще играешь в палача? Дзиро резко встал и ударил Куона под дых. Куон согнулся, насколько позволяли цепи, судорожно глотая воздух. - Твой отец отдал тебя мне, - прошептал Дзиро ему в ухо. - Он сказал, что ты больше не Ямада. Ты - мясо. И я собираюсь отрезать от этого мяса по кусочку за каждый год, что я провел в камере из-за тебя. Знаешь, что самое смешное? - Дзиро поднес нож к глазу Куона. - Кенджи обещал мне твою голову, когда я закончу. Но я думаю... я оставлю тебя живым. Ослепшим, немым калекой. Чтобы ты слышал, как твой брат дерет твою девку. И так, с чего бы начать, - хищно облизнулся он, - пожалуй с разминки, - он ударил Куона еше раз в поддых, затем последовала целая серия ударок по ребрам, спине лицу и рукам. Куон не считал их количество. Он стиснул зубы, сосредотачиваясь на боли, чтобы не терять сознание. - Знаешь, чему меня научили в этом клане, когда ты еще пешком под стол ходил? Что ожеги самые болезненные раны, которые очень долго заживают. Твоя кожа плавится на твоем же собственном мясе, и эти вулдыри можно потом раскраивать бесконечно, не давая заживать им месяцами. Дзиро отвернулся, чтобы достать газовую горелку и начал накалять на ней нож, - красивые татуировки. Они тебе больше не по статусу, - нож медленно начал обжигать кожу Куона на спине. Он стиснул зубы, сдерживая крик, ему ничего не оставалось, только терпеть. Куон заметил, что Дзиро, упиваясь своей властью, был небрежен. Он отворачивался чтобы накалить нож, еще и еще, а потом подошел слишком близко к Куону. В стене, к которой был прикован Куон, проходила старая труба отопления. За часы пыток Куон незаметно для стража расшатывал одно из звеньев цепи, используя рычаг собственного тела, когда Дзиро отворачивался. - Эй, Дзиро... - выдохнул Куон. - Ты так и не научился главному в тюрьме. - Чему же? - Дзиро прищурился, занося нож. - Никогда не подходи к раненому зверю, пока не убедился, что у него сломан хребет. В этот момент Куон с диким криком рванулся вперед всем весом. Старое крепление, подточенное коррозией и усилиями Куона, вылетело из бетона с куском штукатурки. Куон, не обращая внимания на вывихнутое плечо, обмотал цепь вокруг шеи Дзиро. Началась глухая, яростная борьба. Дзиро пытался воткнуть нож в бок Куона, но тот, ослепленный яростью, не чувствовал боли. Он затягивал цепь всё туже, глядя в единственный глаз своего мучителя. - Это... за восемь лет... - прохрипел Дзиро, синея. Раздался хруст шейных позвонков. Дзиро обмяк. Куон упал на колени рядом с трупом, жадно хватая ртом воздух. Но зачем он пытается выжить? Зачем пытается сбежать? Даже если Рина выжила, то счастливого будущего у них не будет. До отца он больше не сможет дотянуться. Видимо, инстинкты выживания у него были развиты сильнее всего. У него не было времени на отдых. Он вытащил ключи из кармана Мясника, освободил вторую руку и забрал его нож и пистолет. Выход из нулевого крыла был заблокирован, но Куон знал поместье как свои пять пальцев. Он пробрался через вентиляционную шахту в прачечную. Весь дом был на ушах - он слышал крики охраны и лай собак во дворе. На выходе из его перехватила Айяно. Она стояла в дверях, скрестив руки на груди. Куон наставил на неё пистолет. - Уйди с дороги, Айяно. Я не хочу тебя убивать. Она посмотрела на его окровавленную одежду, на безумный взгляд, - Ты сумасшедший, Куон. Тебя пристрелят на газоне. - Значит, таков мой путь, - он двинулся на неё. Айяно внезапно протянула ему ключ-карту от черного входа в гараж. - Там стоит мой «Лексус». Ключи в зажигании. Охрана на западных воротах - мои люди, они тебя пропустят. Уходи. И если ты когда-нибудь вернешься... сделай так, чтобы я об этом не пожалела. Куон не стал спрашивать «почему». Он выскочил в гараж, завел машину и на полной скорости протаранил ворота, которые едва успели начать открываться. Вслед ему ударили очереди из автоматов, разбивая заднее стекло, но он уже летел по подъездной аллее. Через десять минут он встретился с Юкитеру и Такаши в условленном месте под мостом. - Куон! - Юкитеру подхватил его, когда Куон буквально выпал из машины. - Боже, что они с тобой сделали... - Все в порядке, жить буду, возможно не долго. Что с Кенджи? Скажи она жива? Юкитеру замялся в сомнениях, рассказывать ли своему безбашенному боссу правду