Там русский дух, там Русью пахнет.

      Августовское заседание Международной Конфедерации Магов выдалось на редкость беспокойным. По правде говоря, более всего оно напоминало разворошённый пчелиный улей. Здесь и там раздавались громкие ругательства на разных языках и пожелания различных бед ближним своим. Учитывая, что в зале присутствовали и малефики, простыми словами пожелания не были. Причиной ярых споров и пересудов стал Турнир Трёх Волшебников, который должен был стартовать в сентябре. К самому Турниру уже все было подготовлено. Выбрали школу, в которой и должен был проходить Турнир, распечатали многочисленные рекламные брошюрки, готовились к продаже билеты на зрительские трибуны. Журналисты со всего мира заранее бронировали места в специальных ложах. Прошёл согласование и первый, черновой, план заданий для чемпионов. Забрали с витрины Немецкого Музея Магических Традиций Кубок Трёх Волшебников. Но беда пришла откуда не ждали. — Герр Штраус вы никак не можете отозвать свою заявку на участие! — в очередной раз перекричал всех прочих представитель Франции месье Лакроа.       Этот обычно и без того эмоциональный мужчина сегодня и вовсе забыл о сдержанности. Он, как и большинство магов, не покидал своего места за трибуной, но позволил себе подняться на ноги. Его гневный взгляд был направлен на мага, что стоял у председательской трибуны и чьё заявление и вызвало столько беспокойства. Сам маг с истинно немецкой невозмутимостью взирал на учинённый им балаган. — Месье Лакроа, в документах, которые были подписаны нашим министром магии нет никаких санкций за отзыв заявки. Так что Германия в своём праве, — и улыбнулся улыбкой, больше походящей на оскал. — Но вы не можете так поступать! — всплеснул руками француз — Как нам устраивать Турнир Трёх Волшебников без Трёх-школ наставников? — Так найдите другую школу, — столь же невозмутимо ответил немец. — Вы должны быть благодарны за то, что мы уведомили вас своевременно.       В этот момент со своего места председателя поднялся английский представитель Альбус Дамблдор и приковал к себе всеобщее внимание. Стоило также заметить, что председателем МКМ Альбус в своё время стал лишь как меньшее из зол и особой популярностью на международной арене не пользовался. Все же это не Штраус, удержавший своё влияние и после разгрома герра Гриндевальда, не скупой на слова, но не в меру злопамятный Мэсэйоши-доно и не русский Кощеев, главным недостатками которого были национальность и Род. Нет, британец Альбус в качестве председателя устраивал Международную Конфедерацию куда больше этих господ. Но были у него некоторые привычки, которые все больше склоняли почтенных магов к тому чтобы сместить его с должности. Вот и сейчас он обратился к герру Штраусу самым неподобающим образом. — Мальчик мой, поймите, ваше подобное поведение… — Альбус, — раздражённо перебил его немец, — прошу вас, я старше вас почти на три десятилетия. Вы не в Хогвартсе, смею напомнить. А я не ваш ученик.       По залу разнеслись смешки. Штраус и правда был старше Дамблдора, как и многие в зале, но по внешнему виду никто из незнающих этого бы не сказал. Гладко выбритый Аларикус с коротким ёжиком светлых волос выглядел едва ли на тридцать. Альбус же походил на древнего старца-мага из сказок. Многие полагали, что этот образ чародей выбрал осознанно, другие же считали, что его настигло преждевременное, для магов конечно, старение. Силы магической это, впрочем, не отменяло. — Да, конечно, прошу меня извинить, герр Штраус. Однако ваш поступок, поступок Германии, несёт за собой определённые весьма опасные последствия. Традиционно в конкурсе участвовали Великобритания, Франция и Германия и теперь, когда настала пора возродить древние традиции… — Мистер Дамблдор, оставьте риторику, прошу вас. Я всего лишь уведомляю вас о решении Министерства Магии Германии. Я не уполномочен его менять. — И все же, — Альбус сложил руки на животе, пряча ладони в рукавах, — что побудило вас к такому поступку? Ведь возрождение Турнира цель почётная и чемпионов, не смотря на победу или поражения, будут помнить, как первых в наше время.       Герр Штраус поморщился, выслушав эти патетичные вещи. — Что же, тогда я скажу более прямо. После того, что произошло на Чемпионате мира по квиддичу, наше руководство не считает, что министерство Великобритании способно организовать Турнир на должном уровне. В тоже время у вас осталось ещё время для того, чтобы найти другую школу. Кубок создавался в то время, когда частных учеников было больше, чем школ. Он выбирает трёх волшебников, а не три школы. И мы готовы его вам дать. На этом все. Германия не будет принимать участия в Турнире Трёх Волшебников. Ответом немцу было молчание. Большинство магов понимало нежелание Германии отправлять своих лучших юнцов в Великобританию. Особенно, после случившегося. Британцы показали свою неспособность бороться даже со старыми страхами. К тому же, переполох подняли ирландцы, которые должны были быть подконтрольны все тем же англичанам. Да и то, что извинения иностранным болельщикам так и не были принесены, говорило о многом. — Тогда нам, пожалуй, нужно выбрать другую школу, — признал поражение, явно осунувшийся, Дамблдор, — Есть желающие подать заявку?       В ответ тишина. Все же большинству магов нужно было согласие, как директоров своих школ, так и министерств. Несмотря на то, что маги в МКМ были влиятельны, они не могли отвечать за все. Только Альбус был настолько всеобъемлющ. — Мистер Стюард? — обратился он к своему американскому коллеге, — возможно ли что Ильвермони…       Один из потомков основателей американской школы магии, седовласый индеец с выразительным взглядом темных глаз, лишь покачал головой. — Духи против, — ответил он, доставая из складок мантии курительную трубку.       И несмотря на то, что в ответе его не было агрессии, категоричность его была очевидна. Дамблдор поник ещё больше, обводя взглядом немалый зал. Он понимал, что не может просить участвовать школы совсем уж малых стран. Как и не может обратиться к тем же китайцам — их нелюбовь к европейцам пестовалась годами. Но возможно был ещё шанс найти желающих, которые будут на том же уровне подготовки, что Британия и Франция. — Мэсэйоши-доно, быть может Япония окажет нам честь и примет участие в турнире? — обратился он уже к сухощавому строгому японцу. — При всем моем глубоком уважении к вам Альбус, Махоткоро не сможет принять участие в Турнире этого года. Наши студенты полностью сейчас поглощены подготовкой к предстоящему чемпионату по зельям.       На это Альбус тоже ничего не возразил. Хотя выпускники этого года никак не могли быть участниками чемпионата следующего. Он окончательно сник. Приглашать малые школы выходом не было. А из крупных, пожалуй, не осталось никого. — О, ну раз желающих больше нет, мы, пожалуй, будем единственными. Я только что говорил с директором Колдовстворца и с министром магии. Они оба согласны на эту авантюру. Какие бумажки нужно подписать? — бесцеремонно весёлый голос это русского никого в зале не обманул.       Кощеев мог выглядеть, сколь угодно смешно, но силы его это не отменяло. К тому же в его роду испокон веков рождались лишь тёмные маги — некроманты, демонологи, малефики. Говорили, это связано с тем, что они получили благословение от самой Смерти. В любом случае, род их был силен, разветвлён и занимал ключевые посты в управлении Российской Магической Империи. Сам Сергей Кощеев был одним из сыновей министра, его старший брат Андрей руководил школой, а самый старший — Владимир — управлял внешней магической разведкой. Врагов у этого рода не было. Не выживали. Клановость русских, у которых все друг другу так или иначе приходились родней, проявляла себя и здесь.       Альбус постарался скрыть своё смятение и даже толику раздражения. Русские были далеко не лучшим вариантом для участия в Турнире. Если уж в косвенно подчинённом им Дурстранге изучали тёмные искусства, то о самом Колдовстворце и говорить не стоило. В нем изучали практически все, что было запрещено в Европе. Последствия войны с Гриндевальдом. Европейцы видели все ужасы темных искусств и боялись их. У русских все было иначе. Они руководились другим законом, более древним. «Кто к нам с мечом придёт, тот от него и погибнет». Они не боялись отвечать немцам их же средствами. Но там, где немцы клали на алтарь силой, русские ложились добровольно. Это в итоге и сломило ход войны.       Выиграть в Турнире у русских будет тяжело. К тому же они сильно не любили британских магов. И в основном, за вырванную из глотки победу над Геллертом. Единственной причиной, по которой того вообще заключили в тюрьму, а не казнили, была просьба Альбуса, как победителя. За это они не любили уже Альбуса. Да, русские были одним из худших вариантов соперника. Но другого сейчас не было. — Что же, господин Кощеев, весьма рад это слышать. Поздравляю вас и Магическую Российскую Империю с участием в Турнире Трёх Волшебников.