Призрачные нити

      На улице было немноголюдно, что удивительно. Сегодня ведь суббота, и Дима ожидал увидеть если уж не молодых перспективных студентов, решивших выйти подышать воздухом, то хотя бы парочку людей в преклонном возрасте, что вышли из-за нечего делать, проклинающих всё на чём только свет стоит. Но на улицах действительно не было никого, разве что машины изредка проезжали.       Возможно это можно обосновать маленьким и в целом не очень населённым районом, в котором находилась его общага, а возможно все всё ещё спят, несмотря на то, что уже полдень.       Было тепло. Солнце, к неприятному удивлению, было очень ярким и тёплым. даже слишком ярким для конца сентября. И Дима искренне жалел, что вместо футболки под ветровку натянул свитер, и теперь вынужден париться под обжигающими лучами палящего светила.       И, подметил Дима в своих же мыслях, у него сегодня всё к удивлению и на удивление. И это его также удивило.       Побрацкий перевёл взгляд в сторону.       Олежа следовал рядом. ведь, во-первых, выбора у него не было, а во-вторых он и против так-то не был. Наоборот даже.       Плавно, если можно так выразится, плывя по воздуху, он обдумывал вслух список предстоящих покупок и план уборки:       -Ну в общем, когда мы протрём пыль с полок, мы должны будем… Призрак не договорил, ведь был перебит бухтением со стороны своего молчаливого собеседника:       -…заткнуться уже наконец и пойти отдыхать. Душнову же пришлось только раздражённо отвести взгляд в сторону и, после секундной заминки, снова продолжить продумывать уборку.       -Нет, нам нужно будет занести в стирку постельное бельё, а затем… В общем так они и дошли до магазина — Олежа всё также вещал о наведении порядка и периодически прерывался из-за замечаний своего друга.       В магазине, казалось, было также безлюдно — одна только кассирша со скучающим видом сидела, подпирая ладонью подбородок, естественно, за кассой. Ну и возможно кто-то в задней части магазина что-то себе выбирает.       само помещение, отданное под магазин быта, было весьма просторным. Полок для товаров было много, в каждом разделе примерно по четыре. Расставлены они были в каком-то хаотичном порядке, будто обустраивали тут всё в нетрезвом состоянии. Но, несмотря на всю беспорядочность, найти всё то, что просил у Дмитрия Олежа не доставило труда. Те самые тряпки находились в конце магазина, в углу.       Дима принялся выбирать. Тут цена слишком дорога, тут тоже… да что тут за наценки такие?! Ох, придётся покопаться здесь, чтобы найти что-то стоящее по нормальной, для бедного студента, цене.       Олежа же тем временем, оставив Диму наедине с ценниками, принял решение пролететься по остальному магазину и осмотреться, вдруг ещё что-нибудь нужное заприметит.       Потолок здесь был высоким, так что пролететь над большим обилием полок, ничего не задев, не составило большого труда. Так-с, тут дорогущие кастрюли, тарелки с цветочками, посредственный чайный сервиз… о, сковородки!       Недавно, когда они с Димой жарили яичницу на кухне, а потом отошли в свою комнату за кружкой студенту, ведь ранее они её забыли взять, по приходу обнаружили что и яичница, и сковородка, на которой та была сделана, пропали! За три минуты их отсутствия их успели обокрасть! Вора так и не вычислили, и сковородку так и не вернули, так что жарить еду им сейчас не на чем.       Не мешало бы купить новую кухонную утварь, но Олежа уже предугадывает недовольное лицо Димы и его слова «и так все деньги потратил, ещё и сковородки покупай ему! хоть иди и кредит бери, ей богу», так что и предлагать пока не станет.       Пролетев в противоположный угол от своего сожителя, он обнаружил, что здесь был раздел для домашних животных. Миски для корма, лотки, наполнители для лотков, игрушки…       Вдруг призрак уловил краем глаза какое-то движение. Чуть повернув голову, Душнов увидел того, кого увидеть здесь ожидал меньше всего.       Антон.       Что он тут делает?       Олежа моментально потерял весь свой запал. Он замер, смотря на своего давнего друга.       Призрак осматривал того сверху вниз. А потом остановился взглядом на когда-то так любимых глазах.       Потухших янтарных глазах, что не выражали сейчас ничего. Взгляд их был устремлён на тёмно-бирюзового цвета миску, с маленьким изображением кошачьей лапки, так что та, очевидно, была для котов.       Раньше, мимолётно вспоминает Олежа, глаза Звёздочкина отливали золотом. А сейчас эти самые глаза отливают только бесконечной усталостью.       Антон выбирает миску для кота? Олежа при жизни хотел завести какого-нибудь котёночка, и иногда говорил и сим желании Антону, а тот только причитал на занятость и обещал по окончанию института переселится в дом и там уже подумать о домашнем животном. А пока рано.       А сейчас уже слишком поздно.       Олегсей фантомно чувствует, как запястья обвиваются тонкими старыми нитями, что истончились кажется, настолько, что только потяни — рассыпятся. Но ощущение обманчивы, а нити крепки.       С каждой секундой нитей всё больше. с каждой нитью здраво мыслить становится всё тяжелее.       Эти нити — воспоминания жизни.       Они с Антоном были семьёй. И любили друг друга до гроба.       Ха, смешно.

Олежа хотел бы сказать, что и после гроба тоже.