От ненависти до любви один шаг

Один момент, одна секунда - и темноволосый юноша с красными, печальными глазами собрался уже улететь от этого места. Он уже прыгнул вниз и собрался развернуть свои крылья, чтобы выполнить своё желание, а заодно и найти самому кареглазую девушку, как вдруг.. - Джек, стой - кричит стражница воды. Секунда - и вот струя воды, пущенная вниз руками шатенки, обматывает разочарованного, бормочущего под нос что - то вроде: " Ну вот, облом. Неужели одному побыть нельзя ? " и возвращает его обратно наверх, но держит его над крышей, а не отпускает его. И ещё одна струя воды связывает его руки, как наручники. Мокро, но приятно. И теперь он молчит, ничего не говорит в адрес шатенки. Его глаза на мгновение встречаются с её синими укоряющими и одновременно умоляющими глазами, но этот сладостный для парня момент заканчивается довольно быстро, когда Ирма обращает свой взор на Нелли и спрашивает её: - А где Вилл ? Ты же не оставила её одну. И она ведь не лишилась сознания, так ? - выдав эти вопросы, шатенка опустила голову вниз, затем вновь подняла её и вопросительно посмотрела на стоящую вверху брюнетку. Её глаза полны надежды, и она искренне надеется на то, что это не так. Что подруга не лишена сознания и что она ждёт их всех где - нибудь неподалёку и что её уже остальные нашли и ждут вместе с ней их всех в отчаянии, тревоге, волнении и страхе, заботясь о девушке и успокаивая её, как могли. Хотя есть и другой вариант, примерно такой: Шегон находит Вилл, она решается ему всё объяснить. И объясняет, нежно коснувшись его лица, и крепко - крепко, держа за руку. И губы тёмного ангела касаются её руки, когда она всё объясняет. Её лицо полно слёз, а он нежно касается её лица, шепча: " Я всё понял. И ты не виновата. Это всё Нерисса, вознамеривавшаяся нас разъединить. Но ничто не сможет разрушить узы, связывающие нас. И.. я люблю тебя, Вилл и всегда любил ", и их губы сливаются в нежном сладком поцелуе, и заканчиваются все мучения и страдания влюблённых. Подумав об этом варианте, сердце стражницы бешено заколотилось, как барабан. Надежда усилилась, и второй вариант казался более действительным, чем первый. И к тому же именно Шегон нашёл Вилл первым, а не кто - то другой. Губы Ирмы расплылись в миленькой, нескрываемой и мечтательной улыбке, а руки всё ещё не опускались, а продолжали держать парня, несмотря на задумчивость девушки. " Хоть бы это было именно так, как я себе сейчас представляла. Хоть бы Вилл сейчас разговаривала с Шегоном. Хоть бы это было именно так. Ведь лучше, чтобы влюблённые воссоединились, и подруга бы всё объяснила ему " - мысленно взмолилась шатенка, подняв одну руку к небу, а второй продолжая держать возмущённого юношу. Но вся надежда обрывается лишь с этим ответом темноволосой над тем, сказать всю правду, солгать или же всё спрятать без следа: - Упс, я совсем о ней забыла. Она уже без сознания канула на крышу небоскрёба после того, как Шегон оставил меня с ней. И тогда я и оставила её одну - одинёшеньку на этой крыше и полетела за помощью, искать вас - объяснив всё это с невинным выражением лица, как у ни в чём неповинной овечки, умолявшей пастухов не стричь её шерстку, девушка тяжело вздохнула и опустила голову вниз. Её руки задрожали, а ноги подкашивались. Как только она произнесла это имя, в груди будто что - то щёлкнуло странным отголоском. Таким совестным, таким напоминающим. _________________________________________________ Видение Нэлл.. И перед её глазами вдруг предстала ужасающая картинка: на твёрдой поверхности крыши капли свежей крови, на середине крыши кровавый круг с изображением тёмной и ужасающей душу пентаграммы. Змеи шипят, но голос Дьюэйна, того, кого она видела четыре недели назад, успокаивает их, говоря: " Не волнуйтесь, скоро будет у нас повелительница зла. Всего сущего страшного зла, и вы будете удовлетворены также, как и я в скором времени также буду. И тогда Шегон не сможет её спасти. Ведь я же его предупреждал. А теперь его возлюбленная будет у меня. Ах, эта сладкая месть. Ведь я же говорил этому идиоту: " Ты не защитишь свою королеву, друг ", а этот глупец всё обходил меня стороной, считал, что я не смогу и близко к ней подкрасться. Что всегда будет рядом. Но.. бреши в душе всегда побеждают даже самых сильных существ. Ведь месть - это блюдо, которое подают холодным, не так ли, Вилл ? " - проговоря это, он наклонился к рыжеволосой девушке, лежащей на этом круге с этой демонической пентаграммой. Она вся бледная, губы чуть посинели, облик стражницы ещё остался, сами губы чуть приоткрыты, а её руки безжизненно касались этого самого круга. Никаких признаков жизни не было, она вся была обездвиженной и холодной. Всё тело было окутано кровью, не подавало даже намёка на то, что она жива. Дыхания не было, пульс был слаб, а сердцебиения вовсе не было слышно. Разглядев раненную стражницу с ног до головы, Дьюэйн ухмыляется в знак торжества и вырывает из запястья руки рыжеволосой браслет с зелёным камнем, также покрытый каплями крови. На его глазах выражается торжество, наслаждение от победы над девушкой в неровном бою с нею, очнувшейся через секунду после потери сознания. Он взмахивает рукой и пальцами проводит по кругу, сняв перчатку, чёрную границу круга. Слышится резкий скрежет, будто ведут по металлу, но когда работа заканчивается, этот скрежет и вовсе прекращается. Мгновение - и все змеи, стоящие возле этого круга, превращаются в пламя и прожигают эту границу, дабы для того, чтобы никто не помешал свершится тому обряду, которое задумал провести один из помощников того Дэвида. - Отлично. Всё идеально. Вы отлично поработали, мои пламенные змейки. Я очень вами доволен.. Теперь можно приступать к совершению обряда - восхитился парень, глаза сверкнули неестественным блеском, зубы оскалились в жутковатой усмешке в наслаждении того, что уже можно приступить к тому, что он решил сделать. Проделав это действие, он изящным прыжком проскальзывает сквозь пламя, сквозь его алые язычки и оказывается на месте. - Итак, приступим - пробормотал про себя Дьюэйн Адэр, едва только его ноги коснулись поверхности крыши - Волос твой для превращения, элементы стихий пяти: воды, огня, земли, воздуха и квинтэссенции - один лишь порыв ветра - и все перечисленные предметы уже были на определённых ячейках кровавого круга: струя воды в чаше, пламя в свечи, земляной росток из цветочного горшка и воздух, находящийся в колбе и белая молния, выпущенная ранее из рук рыжеволосой. Такая ослепительная, завораживающая.. Белая молния, содержащая в себе разрушительную силу, чистую фиолетовую энергию и небывалую мощь, которую Дьюэйн никогда раньше не наблюдал. Но теперь наслаждался.. Ослепительная, завораживающая молния была в его руках.. Такая же, как и она сама: рыжеволосая пленница, которую он любит.. Любил и любит впредь и ныне. Положив эти предметы, наполненные магической силой, он провёл пальцами по первому слоту круга, таким образом заволакивая его. Послышался какой - то щелчок, и тьма окутала его, закрывая на время от посторонних глаз. - Теперь кровь возлюбленного, демона перо - проговаривает будто нараспев после минутной паузы Адэр, и рука, такая холодная, такая ледяная, взметается в воздух, сжимая в своих стиснутых пальцах колбу с кровью Шегона, также добытую во время боя с ним, произошедшего четыре недели назад, когда он вмешался в бой против двух Сьюартов, практически выбивавшихся из сил, но не поверженных, сражавшихся вместе с Шегоном, кровь которого он и добыл, когда ранил его руку. И тогда они трое вырвались победителями. Один взмах, резкий порыв ветра - и второй, последний слот покрыт пятнами крови, и тёмное перо опускается медленно - медленно, тихонько - тихонько, прямо возле Вилл, незаметно пошевелившей рукой в знак того, что она потихоньку приходит в себя после битвы. И опять тоже самое действие со вторым слотом - и опять тьма, вдобавок с противным, неприятным запахом крови тёмного ангела, слившимся с запахом крови Хранительницы Сердца. И опять огонь, багряное пламя. Глаза подозрительно осматриваются, но не находят даже намёков на то, что девушка приходит в себя. Или показалось, или просто притворство, неважно. - Осталась кульминация.. - бормочет себе под нос злодей. Пробормотав себе под нос ещё что - то, изящными жестами рук стягивает перчатки. Проделав это действие, тем же изяществом и одевает свои же перчатки на руки кареглазой бледной девушки. Несколько маневренных движений рук - и ленты перчаток развязываются точно по волшебству и прикрепляются к отдельной третьей линии круга, как надёжные цепи, как надёжные и крепкие кандалы. Хотя, это и было что - то вроде кандалов, что - то вроде цепей. Но неприметных человеческому взору цепей. Неподвижное тело поднимается, и ленты закрепляются на крыше, как часть обряда, который сейчас проводится. Сейчас, в этот самый злобный час, окружённый тьмой, страхом и холодом. - Перчатки господина и Хранительницы Сердца миров двух кристалл - шепчет, как убеждение, брюнет. Рука вновь взлетает в воздух, и сверкающий кристалл на шее высовывается из шеи рыжеволосой. Ещё несколько взмахов - и на слотах круга озаряется мрачноватая тёмная вспышка. Один дым, маленькие взрывы - и ленты, белые и прекрасные, стали алыми. Алыми, как роза. Алыми, как кровь. Мгновение - и запястья рук связаны красными нитями, появившимся из третьей линии круга. Закрепившись на запястьях, они окончательно помогли удержать девушку в воздухе, и теперь она висит там, удерживаемая этими самыми крепкими, шелковистыми лентами, всё ещё окровавленная, бледная и прекрасная.. - Что за.. Что происходит ? - кричит Вилл, открыв глаза и увидя перед собой ту же самую картину, которую воссоздал враг, которого она не раз видит в лицо и знает очень хорошо. Даже слишком хорошо. - Ого, очнулась. Не ожидал, не ожидал, однако. А то я думал, что сопротивляться ты не можешь. Рано радовался, однако - отозвался язвительный, задумчивый и одновременно удивлённый голос того, из - за которого она в секунду поднимает свои глаза, сморщившись от невыносимой боли, пронзившей её руку. Прямо перед нею, вплотную, стоит источник голоса. Его глаза светятся каким - то неестественным бордовым блеском, от которого та вздрогнула, её лицо приняло оцепеневший вид. Она сейчас смертельно напугана, её охватывает страх, отчаяние, болезненная пустота, от которой сжимается её разбитое сердце. - Дьюэйн.. Ты.. Невозможно.. Как ты посмел вновь увидеть меня ? После стольких лет.. Ты изменился.. - спокойный, с нотками ненависти, хрипловатый голос от потрясения, от увиденного, сердцебиение нормализовалось, дыхание учащённое, губы глотают воздух, а глаза задумчиво смотрят на её бывшего друга, воплотившегося кошмара, будто изучая его, как раскрытую книгу. - Ого, ты догадливая и к тому же умная, Вильгельмина. Не думал, что будет так, что твоя подруга известит тебя о моём присутствии в этом городишке, да и как подробно. Моё имя, моё описание - скептически заметил тот - Неважно. Теперь ты пленница, обряд почти завершён, ради которого я и тебя приковал к этой пентаграмме, преображённой на круге. Ты, мягко говоря, очнулась вовремя к вечеринке - его губы расплываются в кривой усмешке, её и его глаза встречаются упор в упор, рука злодея гладит по лицу и проводит по волосам, отчего стражница нервно дёрнулась. - Обряд.. Какой обряд ? Что ты задумал ? Ради чего я прикована здесь и сейчас ? Что ты собираешься сделать со мной ? - прохрипела через силу Вилл, а брови в недоумении опустились вниз. Она пыталась вырваться из лент, дёргая свои руки, но бесполезно. - Скоро всё узнаешь. Не к чему раскрывать карты противника, все козыри вот так вот сразу - проговаривает Дьюэйн с сарказмом - И Шегону моя месть вот - вот будет неприятной. Хотелось бы посмотреть на его реакцию, когда бы он увидел, как ты ранена без него. Аж до крови на теле, на твоих губах, прикованная лентами. Уж если бы этот идиот и поразитель твоего сердца был бы здесь, то он бы.. погиб.. Хотя я и так, и так собираюсь его убить, и ты ничего с этим не сделаешь - съязвил на полном ходу Адэр, приложив ладонь к губам ошарашенной девушки, но тут же её отдёрнул. - Зачем.. Зачем ты его хочешь убить ? Зачем ты примешиваешь к этому Шегона ? - кричит в ярости девушка, и из её рук вырываются несколько ослепляющих молний. Одно их направление, один их удар - и Дьюэйн отлётывает на метров три, получив не только белые молнии, будто разжигающие его тело, но и вместе с ними и адскую боль, такую, что невозможно описать. - Чёрт.. - ругается вслух тот, схватившись при этом за раненую руку, на которой появилось множество ударов. Её губы расплываются в скрытой злобной улыбке. Опустив голову вниз, руки на мгновение повисают так, будто сил не осталось для дальнейшего сопротивления, а кисти опустились вниз. - Не надо быть такой самоуверенной - вторит в ответ тот, его рука вновь взметывается в воздух и заставляет девушку поднять голову и показать исказившееся от боли поцарапанное бледное лицо, отчего боль на мгновение охватывает шею рыжеволосой, но тут же утихает. - А что ты ещё хочешь, медаль ? - усмехается в ответ та прямо в лицо, ниточки молний окутывают её повисшие руки, как щит, карие глаза лукаво засветились каким - то необычным блеском, бросающимся в глаза. Момент - и молнии откидывают злодея за границу круга. Секунда - и он падает таки на крышу заброшенного небоскрёба. Пламя смягчает падение, и он моментально встаёт на ноги, стирая со своего лица каплю своей свежей крови. Зрачки его хитрых глаз сходятся на переносице, и он ядовито хохочет, глядя на отчаянно сопротивляющуюся Вилл. - Вот теперь не буду с тобой церемонится. Эх, знал, что до добра не доведёт. Но ты, несмотря на свои старания, являешься пленницей, а сломать ленты довольно трудно.. А жаль.. Ну что ж, другого выхода не осталось - его зубы оскалились в злобной, жуткой ухмылке, а беззащитный, отчаянный сопротивляющийся вид Хранительницы Сердца только прибавляет того наслаждения, того торжества, того превосходства и той гордости от того, что он поборол эту дерзкую девчонку, эту усмехающуюся в лицо рыжую, хотя это и было довольно нелегко, совсем не легко это сделать. Руки слегка подрагивают от предвкушения завершения обряда, но злодей не дремлет. Не забывает о своей цели, о своей намеченной задаче настоящего времени. Подрожав, они сжимаются в кулаки. Два взмаха - и ленты, обвитые возле рыжеволосой, обхватывают ещё сильнее, чем до этого раза. Крики становятся всё яростнее, всё отчаяннее: " Отпусти!! ", " Скажи, что тебе надо ", " Нет, нет.. Шегон.. Не позволю. ", а по мужественному лицу текут слёзы. Сопротивление становится ещё сильнее.. - Выхода нету. Тебе деваться некуда. Остаётся лишь судьбе своей покорится - произнёс тот с бесстрастным выражением лица. А дальше последовала занимательная ария.. - И душа твоя невинна, чиста, непорочна и свободна.. Но ненадолго будет блаженство это. Душа твоя захвачена, бессмысленно сопротивляется рока велению. Да пусть же кровь возлюбленного, перо его и он сам.. Брешью души твоей станет. Да пусть же душа твоя сдаться тьме, озлобленной станет и господину станет покорней. Пусть господину душа твоя принадлежит. И пусть же пять стихий магических Опорой и силой станет. И пусть кровь господина отражать будет твои внутренние раны и защитой твоею станет. И да сердце два, которые ты хранишь и заключённые в тебе. Центром силы, всех стихий объединяющих и опорою твоею станет - с каждой минутой арии этот крики становятся всё ожесточённее и ожесточённее.. - Лишь любовь и подруги Свободою твоей станет.. Лишь от тебя спасут, и заклятье распадётся. И внемли же господину своему, внемли же тому, кому ты служишь теперь.. Внемли.. Внемли.. И за сердце своё разбитое возлюбленному отомсти и убей за то, что больно тебе теперь из - за него.. Голос кареглазой становится всё хрипловат и хрипловат, отчаяннее и отчаяннее, менее и менее слышим, а её рвение вырваться на свободу становится всё более и более призрачным. Через мгновение губы её шевелят: - Да.. Господин.. После этих слов сопротивление ещё более явственней, чем раньше. Ария затянулась, последующие слова звучат с отдалённых голосов, незнакомые обладательнице видения этого, а их шептания и бормотания Дьюэйна становятся какими - то странными, незнакомыми никому, кроме него, языком. То ли латинский. то ли один из незнакомых злых языков, на котором могут лишь говорить только избранные и посланники тьмы. Лишь наследники зла. Пламя вмиг становится красным, и пространство вокруг него становится ощутимым, как щит, в котором была видна отчаянно сопротивляющаяся девушка. Вот адская боль пронзает всё её тело, вызывая страшнейшие судороги в ногах. Костюм стражницы превращается в платье, а обувь и вовсе исчезает, показывая её босые ноги.. Тёмное, алое, как кровь, а энергия становится недоброй. Руки безвольно опускаются вниз, голова яростно выметается туда - сюда, лёгкие словно наполнились какой - то серной жидкостью, сопротивления становится всё меньше и меньше, волосы стали длиннее, тело неестественно выгнулось назад, позволяя энергии просочится внутрь.. Криков больше нет, а руки дёргаются от боли. И само же тело стало лёгким, как пёрышко, и пламя полностью окружило Вилл, а дальше перед глазами Нэлл только темнота, и перед глазами вновь тот же самый вид улицы, на которой она находится прямо здесь и сейчас.. _________________________________________________________________________________________________________________________