Лента

Хомура снова хватает стрелки часов, вспарывая пальцы и пачкая кровью божественные механизмы, отменяя новую вечеринку в честь очередного Dead End-а. Хлопушки взрываются, осыпая Акэми пёстрыми лентами. Алыми - кишок и огня; чёрно-фиолетовыми - обрывками мрака и отчаяния; жёлтыми - росчерками выстрелов. Очередной финиш-старт, очередной конец в опустошении и одиночестве. Чёрная полоса снова сворачивается в знак бесконечности, превращая всю её жизнь в сплошную череду неудач. Мадока стискивает её запястье, обвивается удавкой красной нити судьбы вокруг шеи и мизинца. Река жизни, из раза в раз разворачиваемая, обвиняет нарушительницу спокойствия звонким смехом Канамэ. У Хомуры звенит в ушах и тело горит. Огонь, перекинувшийся с ведьмы на инквизитора, пожирает её тело, оседая в воспоминаниях очередной насмешкой выблядков-Инкубаторов. Она снова не смогла спасти своё Божество. Сколько бы не цеплялась за тонкие руки и плечи, сколько бы не менялась, набираясь опыта из очередной болезненной ошибки, выжигающей под кожей извечно кровоточащее "Бесполезная". Акэми очищает выстрелами и остывает в трупном окоченении, умирая от невозможности сохранить единственную, внёсшую в её жизнь настоящие краски. Хомура не боится смерти, но до удушья и истерики боится увидеть однажды грязь на белоснежной Богине. Чудовищно то, что грязь - это следы её прикосновений. Однажды Акэми станет одной из ведьм, изжив саму себя в попытках предотвратить неизбежное. Однажды Мадока снова покинет свой маленький хрупкий кокон, расправив крылья и разорвав тонкую плоть. Однажды у Хомуры тоже появятся крылья, и, быть может, тогда она найдёт способ удержать непостоянный, чистый и невинный хрупкий Свет. Акэми давиться слезами, покинувшими её тело через трещины в едва колотящемся сердце. Канамэ вновь прощается, выдыхая красиво-бессмысленные слова, пахнущие болотной гнилью и могильной землёй. Новая смерть и новые планы. Не позволить чему-то случиться, изменить события здесь и там, отредактировать собственное поведение. Не думать о том, что при всех стараниях Мадока всё равно задержится с ней на - едва ли - пару мгновений, почти не согревающих изуродованное нутро. Хомура поправляет алую ленту для волос, оказывая прервать этот цикл.