1
18 марта 2021 г., 13:56
Музе уже жутко надоело сидеть в сторонке и бить баклуши, пока все остальные занимались чем-то важным. Жутко надоело чувствовать себя бесполезной.
Это не было какое-то исковерканное чувство долга как у Блум, или желание показать себя как у Терры. Просто Музе не нравилась беспомощность, когда на школу могли в любой момент напасть. Ей хотелось получить хотя бы видимость контроля, не важно насколько хрупкую видимость. Она нуждалась в этом.
Ей не обязательно было чувствовать сожженных для того, чтобы понять, что они хотят убить её, но если бы она умела сражаться с мечом, то возможно у неё был бы шанс дожить до следующего дня. А не стоять там и впитывать ужас её друзей, не имея ни малейшей возможности спасти их.
Пусть будут прокляты эти правила, традиции, врожденные роли. Она научится защищать себя.
Эта мысль жила с ней уже на протяжении пары месяцев. Но сегодня больше чем когда-либо ей нужно было отвлечься от своих и чужих чувств и эмоций. Её отношения, лучшая и самая нормальная часть её жизни, подошли к концу.
Расстояние между ними набухало и росло, как раковая опухоль, уже несколько недель. Поговори со мной приказала она Сэму вечером, когда терпеть всё это было уже невыносимо. Что же они поговорили.
Оказалось, что когда мир полетел в к черту, отсутствие хаоса было недостаточно. Это душило само по себе; бесит, когда он, казалось, не чувствовал ничего, а она чувствовала всё.
Поэтому она и блуждала сейчас по полям с деревянным мечом. Оказалось, что раз она не могла взорвать сожжённого, то никого особо не волновало, чем она занимается во время тренировок. По крайней мере, пока они не пытались сделать из неё шпиона.
Муза не была настолько глупой, чтобы ходить за барьер, где и более сильная фея не факт что бы выстояла против сожженного. Она засиживалась рядом с небольшим прудом, сразу за выходом из школы, так чтобы блуждающие по коридорам школы учителя не наказали её за нахождение вне комнаты в послеотбойные часы.
К её большому сожалению манекены, на которых практиковались остальные, на ночь убирали в сарай. Она могла бы позаниматься хоть с ними, ещё лучше бы было иметь партнёра для спарринга. Но она не хотела быть осмеянной и не была готова к тому, что кто-то скажет ей пойти поработать над её канналингом. (видимо автор имеет ввиду способности Музы- эмпатию (прим. переводчика))
Но пока пусть всё остаётся как есть, думала она, делая пару выпадов. Может быть она сможет уговорить помочь ей одну из девочек. Аиша спортсменка и значит сможет обучить и её.
Муза размахнулась ещё раз мечом, представляя врага, выбегающего из темноты. Она до сих пор чувствовала себя неправильно с мечом в руке, но нарастающая боль в руках помогала дышать.
Это и была причина, по которой она так любила танцевать. Когда всё вокруг исчезало и оставалась только она и набор движений, в эти моменты она могла заглушить гул эмоций, исходящий от людей, хотя бы на пару минут. Она любила эти моменты тишины.
В любое другое время она бы почувствовала его прежде чем услышала, но сейчас она была через чур погружена в себя, так что даже не поняла, что уже не одна, пока не услышала тихий смех, режущий ночной воздух.
«Что это, блин, вообще, такое?»
Это был Ривен, висевший на перекладине, как какая-то летучая мышь-переросток, готовая в любой момент накинуться на добычу. Капюшон закрывал его лицо, так что он практически сливался с ночью. Если бы она не высматривала его, то вряд ли бы заметила.
Конечно же это был Ривен. С того момента как Скай и Блум официально начали встречаться, он всегда был с ними, появляясь на периферии её жизни с резкими комментариями. Он помирился со Скаем, и Блум неохотно настояла на том, что они все должны дать ему второй шанс.
Муза знала, что это правда, она физически не могла не знать. Его искренность, его сожаление были ощутимы за любыми даже очень резкими его словами.
Тот факт, что она понимала его лучше, чем хотела бы, не делал его приятной компанией. Она направила на него свой меч, мечтая о том, чтобы он был острым.
«Какая тебе разница?» - усмехнулась Муза. «Проваливай. Это тебя не касается.»
Ривен спрыгнул на землю. От него пахло марихуаной, но он не чувствовал себя по-настоящему счастливым и беспечным, как в те моменты, когда он был под кайфом.
«Я хочу насладиться бесплатным шоу»- его взгляд задержался на ней чуть дольше, чему должен был. Как всегда. По коже Музы пробежал озноб.
Осуждение. Вот что он чувствовал. Подчеркнуто с ноткой веселья, и она знала, что он хотел, чтобы она это тоже почувствовала.
Он часто делал это. Сосредотачивался на одной сильной эмоции, когда её внимание было сосредоточено на нём. Как будто он пытался доказать себе, что может держать её подальше от своих секретов. Он не мог, не полностью, но это точно помогало.
Она поняла, что Ривен хочет сказать что-то еще, но она перебила его: «Если ты хочешь сказать, что я дерусь как девчонка…»
«Ты и правда дерешься как девчонка»- отрезал он, наклоняясь вперед, как будто бы смотрел осмелиться ли она разрезать его деревянным мечом, кончик которого упирался ему в подбородок. «Та, которая без понятия что она делает»
Муза слегка опустила меч. Это не был весело, если он не дрожал. «Странно. Я не помню, чтобы спрашивала твоего мнения».
«Так вот почему те здесь одна в ночи? Снова нарушаем комендантский час? Ты боишься, что тебя увидят?»
Муза подняла подбородок. Он нарушал комендантский час так же часто, как и она. И он был на несколько ступенек ближе к исключению из школы, чем она. Иногда она задавалась вопросом не это ли было то, на что он надеялся.
«Я могу задать тебе тот же самый вопрос?»
Ривен усмехнулся: «Ага, только разница в том, что мне наплевать на чужое мнение». Он солгал. Она знала, что он лжёт, по тому, как он попытался смахнуть ощущение дискомфорта. «А тебе нет».
Они оба замолчали. Муза ненавидела то, как он смотрел на неё, как будто он мог видеть сквозь неё. Это была её работа, несмотря на то что иногда она её ненавидела.
Она вымучила из себя улыбку «Прекрасно поговорили, но с меня хватит. Спасибо»
Когда она развернулась, снова рассекая воздух мечом, она представила лицо Ривена перед собой. Его искривлённое веселье ударило ей в спину, и она ударила сильнее.
Чувство не утихало. Она остановилась, расправила плечи и была готова отправить его куда подальше. Возможно, даже вытянуть одну из его плохо скрытых эмоций, которые обычно она обходила из уважения. Это всегда заставляло его уйти, когда все остальные средства не помогали.
Она была удивлена, когда воздух позади неё вдруг нагрелся и что-то задело её ногу. Его нога подтолкнула её, заставляя принять более широкую стойку, чтобы не упасть.
«Если ты хочешь нанести хоть какой-то урон этим мечом, начни с правильной позиции». Его дыхание опалило кожу за ухом.
Она замерла. Ни одной мысли в голове, только странный жар в венах. И прежде чем она смогла нанести удар ему по голове, он исчез.
Муза нанесла удар по воздуху. Ей очень не нравился тот факт, что в этой позиции ей было намного удобнее стоять, теперь ей не казалось, что она вот-вот упадёт.
