Серое небо

— Как же так? , — удивленно произнес капитан Леви, устроившись в своей любимой позе со сложенными руками. — Все это., — со слезами говорила Зоэ. — Я не, не хотела, я не знаю! Черт! — Ах, вот как, — спокойно сказал Леви и помедлил, пока девушка отдалась эмоциям. — Ты же понимаешь, что теперь ставки у Эрвина вырастут. — Кто б не понимал, — девушка сидела, взявшись за голову, понимая, что теперь станет с их командующим. — Хотя, знаешь, даже она понимала, — мужчина понимающе кивнул. Эти двое уж точно знали, как Эрвин относился к сестре. Эми была неким сдерживающим кругом для брата, а точнее для его действий. Все, кто знал прошлое Смита, знали и о его намерениях и целях. Она всегда пыталась бы сделать все так, чтобы было как можно меньше жертв, могла пожертвовать собой, чтобы товарищи продолжали жить и действительно исполняла долг ради человечества, оставляя свои мечты о спокойной жизни. Единственная отличительная черта между Эрвином и Эми- умение оставлять свои желания. Это сложно, ведь она оставила свою жизнь, ради другой, но это благородно и стоит таких людей, как Ханджи. Когда-нибудь Эрвин хотя бы попытается оставить свои мечты, чтобы продолжать жить не ради какой-то цели, но трудно говорить о жизни, когда на каждом шагу тебя встречает опасность. Но если нет цели, значит нет и жизни? Да, только если цель не начинает доходить до паранойи, которая скоро может стать совсем заметной. Смиту было наплевать о том, что ему скажут. Как командующему, ему еще не раз придется выслушивать от «недоброжелателей» слова, которые попытаются ударить по его личности, но он не сломится. С каждым погибшим товарищем он становится только безразличнее, но все равно, те, кто еще падут от его решений, будут стоять за его спиной, как напоминание о том, что все было не зря. — Как бы то ни было, она поступила как настоящий разведчик, — произнесла Ханджи, — Хотя, если расставлять приоритеты, уж лучше бы я, чем она. — Ханджи, нет тут приоритетов, там есть только твое решение и ничего больше. Если она спасла тебя, а не себя, значит она знала, на что шла. Я думаю, Эрвин бы тоже согласился, — Леви сказал это с некой злостью. Ему было неприятно осознавать, что именно он будет записывать ее имя в отчетах о погибших. Аккерман легко относился к смерти, ведь если привязываться к каждому товарищу, то от тебя ничего не останется. К Эми он относился с таким же уважением, как и к своему командующему. Это было объяснимо, ведь девушка хорошо показывала себя в бою, никогда не пыталась перечить капитану, но и при всем этом не боялась говорить своего мнения. В этих манерах Леви немного видел себя, когда только согласился на предложение Смита. — Пожалуй, ты прав, — на этих словах командор вошел в кабинет, и все внимание обратилось на тяжело идущую фигуру. Он был серьезен, не показывал ничего на своем лице. Слишком холодно он отнёсся к смерти сестры. Леви понимал, что главнокомандующий уж точно не станет открыто показывать все свои эмоции, а теперь поставит для себя еще одну цель: найти того, кто «поджидал» их. Даже самый несмышленый солдат понял бы, что здесь было нечисто. Когда происходит такая мистическая засада, то начинаешь уже не впадать в панику и не задаваться вопросом: «Кто это сделал?». Думаешь наперед и начинаешь представлять своего врага. Теперь командор по своим принципам мог отправить на смерть любого, лишь бы это узнать, даже подвергая смерти собственную жизнь. Ханджи заранее предупредила Леви, что возьмет на себя первое слово, так как сказала бы что-то более мягкое, чем капитан Леви, который не привык утешать родственников погибших. — Эрвин, мы все попали в глупую ситуацию, — девушка встала перед Смитом. — Тем не менее, Эми показала себя храбро и я говорю это не потому что жива за счет нее, а потому что с самого первого дня, когда она вступила к нам, то я увидела в ней часть тебя — лидера, готового на все ради своих товарищей. Я прошу тебя, не делай глупостей, если это можно так назвать, — Смит догадался бы о какой глупости говорила Зоэ. Все знали его намерения и цели. — Да, — он отвел глаза в сторону. Слишком много он вложил в это «да», судя по опущенному взгляду. Или это было подтверждением на просьбу Ханджи или же ответ на ее слова о сестре. — Я надеюсь, что мы обязательно найдем разгадку на очередную тайну, а сейчас нам лучше оставить тебя одного, как я понял, — произнес капитан, не скрывая сожаления в своих серых глазах, а после, медленно направился к выходу, указывая жестом Ханджи повторить его действия. — Пожалуй, — отмахнулся Смит этим словом, но стук двери перемешал звуки после чего наступила тишина. Разговор сейчас бы не заладился и собеседники это понимали, поэтому они решили отложить «собрание» на потом, когда все прийдут в себя и успокоятся после случившегося. Оставленный наедине с собой Эрвин только и говорил: «Эми, что же ты сделала?». Эми не особо преследовала целей брата, но всегда была его правой рукой. Просто он не мог поверить, что она оставит его так. Сначала он взял на себя вину в смерти отца, а теперь найдет причину, по которой сделает тоже самое со смертью сестры. Он был во многом перед ней виноват. Оставил их обоих без отца, но было ли это так? Может отец сам обрек себя на смерть, зная, что рассказывает секреты подростку, которому обязательно захочется поделиться этим со всем миром. Зная, что у него останется дочь, которая не имела наклонностей к этой самой истине, но была любящей сестрой, готовой отдать все, ради брата, но при этом никогда не скрывала своего желания быть в спокойствии, о котором, после нападения титанов могла лишь мечтать. Об этом Смит тоже думал.

***

Девушка очнулась пока кто-то пристально смотрел на нее, но пока она даже не пыталась понять кто. В глазах все плыло неясной картинкой. Осознавая, что она все еще жива, стало не лучше, но тело совсем не болело и это радовало, но, в то же время, наталкивало на странные мысли. Это даже придало некого позитива, который мгновенно обернулся в панику. -"Что происходит? Я на том свете или все же что-то подсказывает мне, что я жива», — девушка задалась этим вопросом, пока наблюдающий пытался потянуться к ней. Он похож на врача в какой-то степени: круглые очки, белый халат, но борода явно придавала ему возраст. Как-то придя в рассудок, девушка попыталась рывком слететь с кровати, но когда поняла, что одна ее рука прикована к кровати, то оставила эти попытки. Увидев, что потерпевшая посмотрела на свою скованную руки, мужчина сказал: — Это на тот случай, если ты попытаешься сбежать, как ты поняла, — спокойно произнес блондин. Мне не хотелось отвечать ничего в ответ, но я подумала, что единственный способ узнать что-то от него — это спросить. Как логично. Ведь от того, как он пристально наблюдал за моими действиями нужно было куда-то деваться, это начинало раздражать. Он смотрел на меня, как на подопытного зверька, которого загнали в клетку. При всем этом можно было догадаться, что это так. — Где я? , — начала я со столь стереотипного, казалось бы, вопроса. Также мне было очень интересно знать о том, кто же меня переодел, но я думаю, что это лишнее. Главное — знать свое местоположение. — Ты думала, что я вот так вот выдам тебе наше местоположение, — он посмеялся. — Если ты думаешь, что я тебя спас, то ты сильно ошибаешься, — смех начал стихать. Он посмотрел на мое абсолютно ничего не выражающее от стресса лицо, которое я направила в потолок. Возможно, он все-таки взвесил все «за» и «против», решив сказать хоть что-то, наверное, из-за жалости. — С чего бы мне начать, — он почесал затылок. — Мёртвая элдийка, а в данном случае попавшаяся в тех обвалинах — ты, нужна была мне для эксперимента, это так, к сведению- больше он не сказал ничего. В голове не укладывается. Что за эксперимент? Что же он тогда со мной сделал, говоря об этом в прошедшем времени. Так прямо об этом говорит? — Эксперимент? , — озадачила его я, а заодно и себя, все еще не отводя глаз от потолка. — Да, если ты очнулась, значит он сработал удачно, — доверия к нему от этого не прибавилось, а лишь заставило привести себя в еще более непонятное состояние, отчего я вздрогнула, как напуганное дитя. — А кто вы такой? , — решилась я все-таки спросить. — То, что вы пытаетесь нагнать на меня страх, это понятно, — продолжила я, но я действительно боялась, ведь от происходящего начинала болеть голова. — Нет, вовсе нет. Может я и жесток во многом, но я считаю, что лучше болезненная правда, чем я бы загадочно от тебя что-то скрывал, хотя, скажу прямо, что многого тебе не расскажу, — он поставил рядом стул, стоящий неподалёку и присел.- Зик. Я не стала ему представляться, уж так сильно мне не хотелось этого делать. Он на это все равно никак не отреагировал. Точно, что я совсем ничего не понимала, а он просто решил не открывать свой рот, чтобы ничего лишнего не сболтнуть, наверняка. После моей минуты осознания, иначе молчания, нужно было все-таки решиться спросить все в открытую. — Зик, так что все это означает? , — надеялась я на ответ, даже не обратив внимания на его представление, ведь мне нужно было понять, что со мной стало и какого черта. — Вместо словесного ответа, я лучше тебе покажу, может поймёшь немного, ведь про титанов что-то же знаешь, — не обращая внимание на мое недоумевающее выражение лица, он тут же принялся рыскать по карманам своего белого халата. Он достал из своего кармана нож, и мне стало по-настоящему страшно от его дальнейших действий. Хотя, после пережитой смерти все кажется каким-то странным и непонятным, а особенно, если в голове пока ничего совсем не сходится. Единственное в чем я уверена, так это в том, что этот нож он будет демонстрировать именно на мне, и я не ошиблась. — Только не бойся, — попытался он меня успокоить, но я уже была готова ко всему, поэтому даже не дернулась. Псих какой-то. Сначала молчит, а потом успокаивает, поднося нож. Он схватил мою свободную левую руку и быстрым движением сделал порез вдоль предплечья, отчего начала литься кровь. Мгновенно боль разнеслась по всему телу, но в следующий момент я впала в настоящий шок. — Я регенирирую? , — точно отметила я, после чего обратила на себя весьма одобряющую ухмылку. — " Прямо как титан?» — А ты не такая уж и глупая, раз знаешь, — он все еще держал меня за руку, от которой исходил пар и сам чему-то довольно дивился. Я задала себе вопрос, на который у меня был возможный ответ. Что если люди могут становиться титанами? Или же. Слишком резкая теория, но она вполне очевидная. Вот она еще одна истина, о которой хотел бы узнать мой братец, а заодно и я.

***

— Так ты -титан? Это же невозможно, ты была мертва, — спросил Эрвин, резко обернувшись на сестру. — Да, была мертва, — беззаботно ответила я на его утверждение. — Этот опыт… — усмехнулась я. — Я знала, с самого начала знала, что все пойдет не в мою сторону, — я истерически уставилась в окно, накрывая голову руками. — Эми, посмотри на меня, — он подошел к ней и присел, обхватив ее лицо своими ладонями. — Что он с тобой сделал? , — желание узнать сложившуюся судьбу сестры взяло вверх. — Я сама пока не знаю, так что… — я вызвала в нем еще больше вопросов, чем ожидалось. — Этот ублюдок 4 года держал меня взаперти, брал мою кровь, пока, я сама не знаю для чего, ведь он ничего мне не говорил. В конечном счете, когда мое донорство прекратилось, то он сказал, что мы возвращаемся на родину. Я подумала, что все-таки узнаю у него где нахожусь, но перед тем, как мне что-то вкололи при моем сонном состоянии, то поняла, что все мое путешествие обратно было под действием сильного снотворного. — Опыт? Это очень интересно, — командующий задумался. — Ранее ты сказала, что была в Каранесе. И как же он смог переправить вас с такого, вероятно большого расстояния, через стену Марию до Каранеса, да еще и в одиночку, тем более, что у Каранеса есть смотрители? — Мне кажется, что он и сам титан, — выдвинула я. — Я все думала, что у него за шрамы возле глаз, а после твоего рассказа об Эрене и обо всем остальном, — девушка взялась за голову и прошипела. — Я поняла, — Эми видела, что у Зика возле глаз были шрамы, которые он даже не скрывал. — В общем, за все это время, я ничего не могла сделать или узнать. Меня держали взаперти и кроме Зика для сбора крови меня никто не посещал, при всем этом он ничего мне не рассказывал, я повторюсь— руки девушка сложила перед собой. Здесь она решила спросить о том, верит ли ей всё-таки брат, хотя, ответ очевиден. Эрвин никогда бы не сомневался со слов, касающихся чего-то нового и похожего на правду. Все равно, какая-то мелочь или зацепка является ключиком к раскрытию той тайны, которую не знает ни Эрвин, ни Эми. Выжившая рассказала Эрвину и том, что когда Зик все-таки доверился ей и подумал, что подопытная не сбежит, то очень ошибся. Его главное упущение- открытые окна.

***

Заходящее за стены солнце, пробиралось в обычную комнату на первом этаже, оставляя свои следы на деревянном столе. На полу сидела девушка, которая проснулась в столь позднее время. — Неужели, свет, — с облягчение пробормотала я, почти хриплым голосом. Тело обмякло, как-будто я целые сутки была в отключке. Наверное, так и есть. Знакомые однотипные домики были видны из окна, в которое пробивались остатки солнца. Наслаждаясь столь приятной картиной, я даже на секунду забыла о Зике, который почему-то оставил меня одну в комнате. А хотя, что тут думать, это же не впервые. Я на секунду закрыла глаза, но услышала приближающиеся шаги. — Доброе утро, как спалось? , — с юмором спросил Зик. — Если бы не ты, было бы намного лучше, — произнесла с нескрываемым пренебрежением я — Да ладно тебе. За 4 года я думал, что мы подружились. — Подружились. Хм, ты имеешь в виду, что дружба- это заключение? — Нет, думаю, что просто ты ко мне привыкла, а я к тебе, — он был также увлечен зрелищем заката, как и я. — Зик, да ты даже имени моего не знаешь. Что уж говорить о доверии и всем прочем. — Я доверяю тебе. Скоро ты все поймешь, — опять он начал молчать и ничего не говорить, но я уже привыкла немного. — Ладно, из-за доверия не связал? , — я демонстративно подняла руки вверх. — Да, это была моя инициатива. Даже если и сбежишь, я все равно тебя найду. — Ух ты, мне плевать. — Тебе лучше отдохнуть. Кстати, мы в Каранесе. — Спасибо, это самая лучшая информация от тебя за последние несколько лет. — Знаешь, я думал, что когда ты очнешься, то должна была как-то навалять мне, разве нет? За столько времени даже не попыталась предпринять попыток побега, — он посмотрел на меня. — Не хочу марать руки. Они того не стоят, — я заметила, что Зик, как и я, слишком спокоен. — Приму к сведению, — как-то коротко сказал он. Зачем мы здесь? Это первое. Пока диалог все же продолжался, то я спросила про это, но как обычно получила ответ, который ничего мне не давал. Почему я еще так спокойна? Почему и правда не врезала ему за сокрытие информации? Сейчас моей главное целью было как-то найти Эрвина, а это значит, что нужно скорее бежать отсюда. До вечера я просидела в комнате и как-то воодушевилась. Мне скорее хотелось вернуться к нормальной жизни. Когда солнце всемже ушло, то я начала приводить свой самый простой план в действительность. Зик сказал, что найдет меня, если я сбегу. Тем не менее, я буду его ждать, потому что ненависть потихоньку давала о себе знать. Я не знала, когда Зик решит войти в комнату, но это его ошибка — оставить меня одну, да еще и не связать. Обдумывая это, я аккуратно открыла окно и бежала, что есть мочи, не оглядываясь назад. 

***

— Ты хочешь сказать, что просто вылезла ночью из окна? , — я посмеялась на этом моменте. — Да, и хорошо, что в доме в котором мы находились никого не было, еще и на первом этаже, — я посмотрела на брата. — Я убежала от него и уже почувствовала себя более безопасно, — кому я вру, мне было не спокойно. — Я могу ему сказать спасибо лишь за то, что мои личные границы не нарушали, -очередные воспоминания потормошили голову. Когда моя рука полностью зажила, то мужчина вышел, и я стала внимательно разглядывать помещение. Темное место, окон тоже не находилось. Даже неясно, откуда исходило освещение, пока я не заметила какие-то вставки. Свет давал отблеск по металлической двери. Ах, точно, чтобы я не сбежала. Скорее всего, изнутри замок. Рядом была небольшая ванная комната. Ничего, кроме столика рядом с кроватью и небольшой ванной комнаты, цепь, все еще находящаяся на моей руке. Каждый день сидишь себе на цепи, как собака, которая понимает, что ей ничего не сделать. Как же нагло мне приходилось врать этому идиоту на протяжении всего времени. Каждый раз, когда он приносил мне одежду или еду, мне было неприятно смотреть ему в глаза. Он тоже доверием ко мне не отличался, но пытался сгладить ситуацию. Слишком смешно. Сделал из меня непонятно кого и думает, что я просто с эти смирюсь. Как бы не так. А может? Нет. Первый раз он взял кровь, когда я спала. Я взяла это на заметку. Кровь ему нужна была для анализа, возможно. Или для чего-то еще, но сведений у меня о себе слишком мало, а иначе практически никаких. Иногда я задумывалась о том, как можно сбежать. Но потом понимая, что нахожусь в безвыходной ситуации, просто оставила эти жалкие мысли и попытки. Было неприятно осознавать, что тебя используют как подопытную крысу, ничего не рассказывают. Каждый день тебе просто ничего не остается, кроме как глядеть в потолок и высчитывать остатки своих дней. Смерть была бы лучшим выходом. Это не жизнь, а тюрьма. Мысли лезут в голову, не давая спать. Кто я такая? Спрашивать у «спасителя» не имело смысла, так как он дал это понять. — Думаю, что ты поступила правильно, но почему не обратилась к полиции, намекнула бы, что твоя фамилия Смит, — сам не верил своим словам командующий. — Я, конечно, попыталась это сделать, но не имея никаких связей меня никто даже слушать не стал. Единственное, что мне удалось- это попасть в кадетский корпус под другим именем. Мне буквально за день удалось все это сделать. В западном отделении такой беззаботный инструктор, — я усмехнулась. — Повелся на то, что я на последнем году обучения и что меня перевели сюда. Я даже подумать не могла, что мне так повезет. А теперь, я здесь. — Тебе подвернулась удача, что ж, — он одобряюще ответил. — Правда, я вижу, что тебе не очень приятно все это вспоминать. Завтра поговорим с Ханджи и Леви. Думаю, мы разберемся с твоей сущностью. А пока, тебе нужно отдохнуть. Тем более, что я еще не полностью посвятил тебя во все происходящее. Кстати, могу ли я рассчитывать на доверие от тебя не только к Леви и Ханджи? — Ладно, уговорил… — Эми понимала, что непонятно кому, конечно, рассказывать ничего не станут, поэтому и согласилась увеличить круг доверенных лиц. — Из твоих рассказов я поняла, что время совсем неспокойное. Еще и я со своей новой «сущностью». Все так резко, — обхватив свои руки, произнесла девушка — Мы обязательно найдем решение и ответы. Сейчас не лучшее время, для того чтобы скрывать что-то. Побереги свою голову на завтра. — Если не хочешь обсудить все сегодня, то ладно. Я не против, — Эми почувствовала какую-то уверенность, поговорив за долгие годы с кем-то нормальным. Пока девушка это говорила, Смит подошёл к своему столу и открыл заметную полку. Оттуда показался тот самый рисунок, о котором Эми поняла, только увидев бумажку. — Та все это время его хранил? , — спростла девушка на одном дыхании. — Как видишь Девушка медленно подошла к брату, чтобы взглянуть на него. Два аккуратно нарисованных человечка показались на небольшом холмике и крепко держались за руки. Какая мелочь, но сколько хорошего она внесла в разговор, давая лишь приятные воспоминания. — Я помню, как ты это нарисовала. — Да, приятно вспомнить после всего, — Эми слегка зевнула. Эрвину важнее было узнать о произошедшем, но он увидел, что девушка истощена этим рассказом. Можно было догадаться, что картинки иногда пролетали перед глазами, напоминая о самом ужасном. — Эми, прости меня, — было последним, что сказал Смит, когда девушка уже собиралась закрыть дверь, но остановилась немного, чтобы расслышать эту фразу и даже неясно, зачем он ее сказал. Эми отправилась в спальню Эрвина, ведь ей и правда нужно было отдохнуть. Сам же он перед этим уговорил ее не вредничать, сказав, что в кабинете ему будет достаточно уютно. Перед тем как уснуть, все же, некоторые мысли не давали покоя. За ее отсутствие много чего произошло. Эрвин рассказал обо всем. Нашлись некоторые состыковки. Например, эти два титана, что проломили стену Марию. Была еще сообщница, но она охраняется в подземелье. Подростки из 104-го, один из них Эрен Йегер, что считается спасителем. Его с какой-то бедной девушкой, что сейчас является королевой, похищали из-за силы титана, которая может перейти к тому, кто его съест. Свержение фальшивого короля, откуда девушка узнала еще будучи в кадетском. Битва за Трост через год, после смерти Эми. Все сумбурно, но она как-то уложила некоторую информацию у себя в голове. Перед этим он сказал, что всем из Разведкорпуса можно верить, про правительство можно сказать тоже самое. Лучше оставить секрет Эми тайным для правительства, пока окончательно не станет ясна природа титанов. Все ответы находятся в самом небезопасном месте — Шиганшине. Месте, с которым связана семья Йегеров. Месте, которое должно раскрыть гипотезу отца Эрвина и Эми, а заодно и помочь всему человечеству найти правду, ответить на вопросы, касающиеся внешнего мира. Следующий день Утром, надеясь набраться сил перед разговором с командирами- друзьями, девушка решила выйти на улицу. Вообще, она пообещала Эрвину не покидать комнату рано, но все сложилось иначе. Чтобы это сделать, нужно было как-то пробраться в столовую, через которую пролегал вход. Дойдя до лестницы, девушка услышала весьма знакомый голос, вокруг которого было намечено небольшое собрание, как можно было увидеть. Некоторые все же ходили по столовой, или же просто сидели, наслаждаясь завтраком. — Я же говорю, что будет опасно посылать новобранцев с нами. — Ты думаешь я этого хочу? Или капитан Леви? , — недовольно сказала Ханджи. — Ладно, за Аккермана я не буду ничего говорить, ему плевать, — она поднимала руки вверх. — Жан, сейчас нам не хватает людей. — А чем мы не справимся? , — в глазах парня была какая-то самоуверенность — Это не мой план, ты же знаешь, — по слогам говорила девушка. — Может они еще передумают, два месяца до этого события, а может и больше. — Просто кто-то свыше не хочет жертвовать своей шкурой, — ссылаясь на кто-то, он, конечно же имел в виду Смита. — Вот и все, — он скрестил руки, говоря об этом с сожалением, так как слегка погорячился. — Знаете, — она обратилась ко всем. — Была одна девушка, благодаря которой я еще жива. Я не буду вдаваться в подробности, но она тоже была командиром отряда, как и я. Она отдала свою жизнь за мою, — утвердительно говорила Зоэ, всматриваясь в лица слушателей. — Поэтому не стоит говорить про всех так, многие командиры пойдут на все ради своих товарищей, вам ли это не знать, Кирштайн, — весь разговор происходил тихо, так как вообще обсуждать такое не очень-то и хотелось. Девушка осторожно ждала, вдруг Ханжди уйдет по счастливому случаю. И это случилось. Ученая направилась через другой выход с одним из солдат. Другая проблема- офицер, которого Эми уже точно в лицо знала, а он её. Но через такую толпу мало кого разглядишь, поэтому шансы остаться незамеченной есть. Осторожно пробираясь к выходу, девушка почти дошла до выхода, но, увидев перед собой это слегка самодовольное лицо уже поняла, что нарвется на какие-то претензии. — Что ты тут делаешь? , — на удивление спокойно спросил парень, отводя Смит в сторону. — Я была у командующего по личным вопросам, — строго произнесла Эми. — По личным значит. А вчера вечером, я что-то не видел чтобы ты покидала здание, — он как-то странно посмотрел. — Другой вход, — ответила я. — Вчера я вышла оттуда. — Ладно, проверим, — все еще он ждал реакцию девушки. — Скоро попадешь в какой-то из наших отрядов. Уж лучше тебе так не играться впредь, как ты это делала вчера, если ты слышала про Аккермана, то с ним такого не пройдет, — парень сам немного не верил в свои слова, потому как просто решил немного спугнуть. -"Знал бы он, что я знакома с ними еще до него и наши отношения куда лучше, чем с этим…». — Ладно, я приму это к сведению, — спокойным тоном ответила Эми. -"И кто же она такая? Слишком строгая и спокойная для новобранца. Надо будет узнать у командующего на собрании в полдень, раз у них была эта личная встреча». Тут я подметила, что на протяжении всего нашего тихого разговора он держал меня за локоть своими руками, но так мягко, что я даже не почувствовала, пока не заметила.