Красная лента

Ван Ибо Нет, ну, сколько можно, этот чёртов Сяо Чжань, просто не может спокойно провести день съёмок и не с кем не заигрывать. Это уже стало так раздражать. Сегодня с Вэнь Цин, устроил, глядели, вчера со своей «шицзе» устроил пляски на балконе и все с таким невинным лицом, как будто ничего в этом страшного нет. Когда я, сидя на крыше его, кричал, чтобы он обернулся, подарив мне свою улыбку, он сделал вид, что не слышит меня. От этого так больно. У меня накопилось, весь каст к нему лез, а я оставался один. Я стоял и как дурак косился на него, а мне хотелось другого. От досады я устал, я психанул, и убежал сразу, как только закончились съёмки. Я не стал дожидаться окончания съёмок Сяо Чжаня, все сразу косо посмотрели на меня. Только Чжань не проявлял никакого интереса, к тому, что я покидаю съёмки. Значит я для него не так уж и важен. Я сел на свой байк, и вдарив сразу по газам, уехал в свое место, где мне можно было позволить быть самим собой, сняв с себя маску. Еще быстрее, ветер сильный, эмоции бьют через край, душа рвется наружу. Дорога уже не такая ровная, вся в ухабах, ещё несколько метров и я подъезжаю к воротам небольшого домика. Я снял несколько недель назад домик недалеко от съемок, чтобы как-то привести сюда Чжаня, но он всегда был с другими. Заехав и закрыв за собой ворота. Я захожу в дом, и падаю на диван. Я срываюсь на крик. На крик, в котором я выплескиваю всю свою боль от безразличия ко мне Чжаня. Накричавшись, я подхожу к холодильнику, и достал оттуда бутылку, холодного пива и выпиваю её почти всю сразу, больно обжигая горло. Сегодня можно, завтра съёмки только вечером. Телефон трезвонит, я смотрю на номер, это менеджер не хочу брать трубку, я устал. Спустя ещё пять минут звонит Лю Хайкуань, игнорирую, знаю, что потом обидеться. Я засыпаю, мне снится он и наш отдых на море, те счастливые солнечные деньки. Когда Чжань был только моим и был в моих руках. Жуткое чувство одиночества поглотило меня, и я проснулся. Беру в руки телефон и смотрю на часы только одиннадцать часов вечера. Хочу положить телефон, как звонит Чжань. На автомате отвечаю, хотя не хотел. — Ик… Бооо-ик-диии…ик… Я сразу напрягся. — Чжань ты где? — Где я и правда, эй, Куаань, мы где? -..... — Мы пьем, в кафе не далеко от студии… забери…ик…меня…ик…я…дурак… — Чжань сиди на месте, я буду через десять минут. — Буду! — и Чжань кладет трубку. Я сажусь за байк забываю о том, что я выпил. Удивляясь, что меня немного ведет. Я срываюсь и еду к нему, я не могу иначе. Чжань моя зависимость, моя слабость, моя любовь. Заперев дом, и ворота и срываюсь опять, к своей любимой пьяни. Я еду меня ведет, но я удерживаю мотоцикл, еще несколько метров и я паркуюсь у трейлера, и иду пешком в ближайшее кафе. Спустя еще несколько минут и я рядом в кафе. Я смотрю, как Чжань спит на столе, положив голову на руки, за талию его обнимает «названный брат» Цзян Чэн, и я взрываюсь. Ревность накатила на меня. Я подхожу и резко убираю чужую руку с талии Чэна. Сяо Чжань просыпается, поднимает голову и пьяно улыбается. Я не выдерживаю и даю ему пощечину. — За, что Ибо? — хватается он за щеку. — Вставай! — Я с тобой никуда не пойду, ты злой. — Он скорчил милую мордашку. — Вставай! — резко сказал я. — Нет. — Да, иди ты к чертям, зачем вообще звонил? Я сорвался и приехал тебе. — Бу…на тебя… не мешай мне спать. Я не выдерживаю и беру его на руки, и отношу в свой трейлер. Меня он начинает бить кулаками не больно, так больше для игры. — Прекрати, Чжань. Я так устал. — Злой Бо-ди не любит Чжаня. — Дурак, какой же ты дурак Чжань. — Я так устал, мне хочется спать, но я тащу на себе любимую тушку. — Ты не любишь меня. — Обиженным голосом говорит Чжань, обвивает мою шею своими руками и, уткнувшись куда-то мне в шею все бормочет. — Терпеть не могу, заразу такую. Мы идем, вот ведь Гэгэ такой тяжелый. Еще возмущается, что я его не люблю. А меня вот он любит? — Ты не любишь меня Чжань, совсем не любишь, — тихим голосом говорю я, занося его в свой трейлер и аккуратно кладу его на свою кровать. Чжань бормочет и тянется ко мне за поцелуем. Я отстраняюсь от него, на сердце так больно. Почему он замечает меня, только тогда, когда я ему нужен. Снимаю с него обувь, и, укрыв своим одеялом, целую в лоб и ухожу из трейлера. Мне не хотелось сейчас быть рядом, мне хотелось, чтобы он любил меня. Я шел по направлению к пещере, где мой персонаж стоял под водопадом, приводя свои мысли в порядок. Сейчас я иду туда, там тихо и спокойно, нет этой удушающей духоты. Пришел и сел на какой-то камень и смотрел, как льется вода. Я весь укутался в толстовку, эти комары меня изводили. Но мне было все равно. Там я встретил рассвет, мне нужно протрезветь, чтобы сесть на байк и покинуть это место. До меня доносится звук из лагеря съемочной площадки, все просыпаются. Я встаю с камня и разминаю затекшие от долгого сидения мышцы. Иду к своему трейлеру и, заглянув туда, обнаруживаю спящего Чжаня. Замираю и любуюсь им. Не выдерживаю и ложусь рядом с ним, на самый краешек кровати, дав себе слово, что полежу пару минут и встану. Но я видимо устал и заснул. Проснулся я от того, что мне жарко. Открываю глаза и вижу проснувшегося Чжаня. — Ибо…я — Не нужно ничего говорить, я понимаю, что я для тебя ник…. — Ибо, ты для меня весь мир. — Нет, Чжань, я так устал. Я столько времени один, а ты со всеми. Я уезжаю, ты даже не замечаешь, моего отсутствия. — Ты ревнуешь меня? — Да. — Ты любишь меня Ибо? — Очень. Но я не знаю… — Мой маленький, глупенький Бо-ди… я люблю тебя. Я люблю тебя больше всей жизни, ты моё сердце, ты моё счастье, ты все для меня. — Он притягивает меня к себе еще ближе, прижимая. — Я люблю тебя, мой Бо-ди. Я вчера был не прав. Когда ты ушел я не смог тебя найти, мне сказали что ты уехал. Что ты обиделся на меня. Я такой дурак, прости меня.