Первый раз

      Я сидел на подоконнике в Академии, рассматривая искусственный глаз в руке.       Прошло несколько недель с того утра, когда нам пришлось убить Ваню. Как оказалось, мои предположения были верны и, Гарольд Дженкинсон и вправду был виновен в апокалипсисе, но не так как я думал. Я ошибся, что было непозволительно в такой ситуации.       Никто не сказал мне ни слова, когда я нажал на курок, разнося голову Вани по всей комнате. Никто не взглянул на меня, когда я опустил пистолет и одинокая слеза скатилась по щеке, оставляя мокрую дорожку. Она попала на губы, сразу отдаваясь немного солёным привкусом на кончике языка, вынуждая облизнуть губы, чтобы избавиться от этого.       Они все ушли, оставляя меня наедине с трупом. Даже не обернулись. Лишь Клаус подошёл и легонько погладил по плечу, не отводя глаз с безжизненного тела Седьмой.       Я снова зажмурился, отгоняя эти воспоминания, стараясь думать о чем угодно, кроме своей ошибки, которая стоила жизни близкому человеку.       От чувства вины, что съедала изнутри, отрывая мелкие кусочки от и так слишком израненной души.       Злобно рыкнул, сжимая зубы до неприятного скрежета и откинул глаз подальше от себя. Столько лет в одиночестве, лишь бы спасти всех, и в итоге все насмарку.       Запустил руки в волосы, медленно проводя по макушке, сжимая у самых корней и оттягивая их. Они уже почти доставали до плечей, и были именно той длины, когда их невозможно собрать , чтобы те не лезли в глаза Давно пора было сходить в парикмахерскую, но было не до этого. Некогда было приводить себя в порядок...       – Пятый, негоже разбрасываться чужими протезами, – Клаус зашёл в гостиную с сигаретой меж длинных тонких пальцев.       – Проваливай, – в доме сейчас никого не было.       Эллисон уехала к дочери вместе с Лютером, стараясь умять дело суде. А Диего послал всех и уехал, не желая видеть мое лицо. Лицо убийцы.       – Нам всем тяжело, Пятый. Лучше бы выпил, расслабился. Все уже позади, – он подошёл ко мне, тихо шлепая босыми ногами по полу.       – А кто сказал что я не пил? Просто многолетний опыт даёт о себе знать, – я спрыгнул с подоконника, едва заметно пошатываясь, выпрямляя плечи и спину, стараясь стать выше Клауса.       – Ну вот, голубчик, не забывай что тебе 13, – он рассеялся и щёлкнул мне указательным пальцем по носу, делая затяжку, выдыхая противный едкий дым мне в лицо.       – Не называй меня так, – Клаус подошёл к окну и оперся локтями о подоконник, от чего полы его тонкого шелкового халата, который тот видимо опять стащил у Эллисон, разошлись, позволяя блеклым лучам солнца осветить белую, возможно даже немного сероватую кожу.       Он сильно похудел, стресс сказался на нем именно так. Под глазами пролегли тени, казалось что он специально так красит глаза, но это лишь первое впечатление. Под тонкой кожей четко проступали ребра. Протяни руку, дотронься, и ты почувствуешь их все, каждое из них.       Несмотря на худобу, он оказался в меру жилистым. Конечно, не было выступающих кубиков пресса или сильно выделяющихся мышц, но даже такой торс, притягивал к себе взгляд, заставляя рассматривать одинокие родинки кое-где. Вот одна прямо под ключицами, едва заметная, другая на втором ребре, непонятной формы, больше похожая на шрам. И ещё одна, прямо на бедренной кости, над низко посаженными, потрепанными, затертыми шортами.       Между нами появилась немного напряжённая тишина. Клаус был в своих мыслях, а я, поддался какому-то внутреннему соблазну, засунул руки в карманы и отвёл взгляд, чувствуя как щеки начинают гореть от смущения.       – Хочешь покурить? Обещаю, никакой наркоты, только чистый табак. Я завязал... – он сделал ещё одну затяжку и выдохнул дым, цепляясь взглядом за отдельные клубки и завитки, которые после растворились, будто он вовсе и не курил.       – Давай, почему нет. Никогда не курил, – я подошёл к нему и хотел забрать сигарету из его руки.       – Но-но-но, это моя сигарета. Тебе, как ребенку, положена лишь одна затяжка. Ты ещё слишком маленький, – от этого отношения захотелось сломать ему шею, чтобы до его мозга наконец дошло что не стоит разбрасываться такими словами.       – Не будь таким грозным. Эта складка тебе не идёт, – он сделал шаг ко мне, протягивая руку к моему лицу и большим пальцем разгладил кожу меж бровей.       Я лишь прикрыл глаза, стараясь никак не выдать то странное, непонятное чувство, что поднималось откуда-то из глубин души.       – Дай уже сигарету сюда, – я потянулся рукой Клаус лишь улыбнулся и перевернул сигарету пальцами, словно делал так постоянно, и протянул руку к моему рту.       – Ну же, смелее, – он слегка пошатывался и в итоге ткнул мне сигарету в губы, проталкивая не дальше, пока ты не уткнулась в зубы.       Скривив губы, сделал первую затяжку и наверняка выплюнул бы эту гадость, если бы ее не держал в руках Клаус.       – Серьезно? Самодельная сигарета? Чем ты ее пропитал, я едва вдохнул, а горечь на языке все ещё чувствуется. Боже... Блевать охота, – несколько раз сглотнул и обернулся, осматривая комнату на наличие чего-либо питьевого.       – Там табак, немного марихуаны... И ещё кое-что, – он загадочно улыбнулся и выпустил дым в воздух, засматриваясь на меня.       – Что там ещё? – закашлялся от адского вкуса и запил все маленьким глотком кофе, который остался ещё с утра.       – Да я так, балуюсь иногда, – он резво запрыгнул на подоконник и наблюдал за тем как у меня начали немного слезиться глаза и маленькие капельки понемногу собирались в уголке глаза.       – Клаус, твою мать! Что там ещё? – телепортировался к нему и тряхнул за халат и приблизился, практически рыча на того.       – Заказал из Голландии одну бутылочку... Там совсем недавно придумали как употреблять виагру не через таблетки, а каплями. Вот я и решил проверить действие... На тебе. Ну уж прости, было интересно как ты себя ведёшь когда возбужден. Не забывай что я гей, – он запрокинул голову и рассмеялся, а мне лишь захотелось всадить ему иглу по самое основание, лишь бы он заткнулся и сказал что все это враньё.       – Скажи мне что это все твоя очередная глупая шутка. Иначе пеняй на себя, – резко изменил тон и теперь угрожающе шептал, все ещё находясь в нескольких сантиметрах от лица Клауса.       – Не-а, никаких шуток, малыш. А своим шепотом ты только усугубляешь ситуацию, – он сделал затяжку и рассмеялся, от чего я оттолкнулся от него руками и отошёл.       – Я ухожу... Придурок, – развернулся и уже сделал пару шагов к дверь, как он меня окликнул.       – Хэй, у тебя не получится. Ключик то у меня. Да и ты теперь мой подопытный кролик. Тебе отсюда не выбраться, пока мы не проверим действие тех капель, – я кинулся было к нему, но затем вспомнил про свои способности, а Клаус лишь дразнил, махая ржавым ключём у себя перед носом.       – Зачем что у меня есть способности? По-моему ты там где-то потерял свой мозг. Рекомендую его найти, – победно ухмыльнулся и поднял кулаки, готовясь телепортироваться.       Пространство вокруг рук пошло синей рябью, но ничего не произошло.       – Что..? Какого ху... – Клаус, видя все это, начал смеяться, и выронил окурок на подоконник, не замечая как тот прожег дерево и его халат, оставляя на ткани небольшую дырку, практически идеальный круг.       – Блять... Что ты со мной сделал? – от гнева и злости, что появились из ниоткуда, венка на виске вздулась и пульсировала в такт биения сердца.       – О-хо-хо, кажется начинает действовать, – он сел поудобнее и с интересом уставился на меня.       – Итак, запись номер один, прошло пять минут с принятия препарата. У подопытного покраснели щеки, начали трястись руки, – в этот момент я начал ощупывать себя. Приложил ладони к щекам и практически сразу отдернул. Тут и без зеркала понятно что Клаус прав. Взглянул на свои руки и заметил небольшую дрожь, которую был не в силах контролировать.       – О, а ещё у него встал. Удивительно, как быстро, – от слов братца, я ещё сильнее покраснел, если это было конечно возможно и опустил взгляд вниз, фокусируясь на выпуклой ширинке.       – Какого черта ты со мной сделал? Я тебя придушу, – начал подходить к нему, но одернул себя, когда увидел как тот просто насмехается надо мной.       – Полоумный... – попытался снова телепортировался, но все безуспешно.       – Иди сюда. Я тебе помогу, – он улыбнулся так, что уголки губ слегка подрагивают от напряжения.       – С ума сошел? Открой дверь и катись отсюда, – собрался понемного отступать к противоположному концу комнаты, когда Клаус сполз с подоконника и начал медленным шагом приближаться.       Через пару шагов, я уперся ногами в спинку дивана. Из-за того что я все ещё неосознанно старался отойти от брата как можно дальше, я не устоял и упал на спину на диван, по инерции перекатываясь через спину и уселся, поднимая глаза на Клауса, который уже склонился надо мной.       – Клаус... Не надо... – голос сорвался и просьба была больше похожа на жалобный писк.       – Ох, не волнуйся, ты не пожалеешь, – тот маниакально улыбнулся и опустил руки на рубашку, проталкивая пуговицу за пуговицей в узкие отверстия, и в конце-концов слегка одернул ткань в сторону и окинул взглядом меня.       – Ну... Ты ещё маленький... Так что обязательно что-то сделаешь с этим, правда ведь? – медленно провел пальцем по тонкому маленькому шраму, посылая рябь мурашек по моей спине.       – Прошу... Умоляю, не надо... – он лишь хмыкнул и начал двумя руками расстёгивать ремень. Не останавливаясь ни секунду откинул его в сторону и быстро дёрнул за молнию, что сразу не поддалась из-за ткани, заставляя Клауса тихо рыкнуть от нетерпения.       – Что мне сделать чтобы ты перестал? – сил не было даже руку поднять, не то что оттолкнуть чокнутого брата от себя.       Он поднял на меня глаза.       – Позволить мне подрочить тебе. Разве не очевидно? – он оттянул мешающую ткань и справился с последней преградой, опуская шорты как можно ниже.       Его рука скользнула в боксерки, а сам Клаус покусывал губу в предвкушении предстоящего. Зажмурив глаза, я старался ничем не выдавать свое, едва только начавшееся наслаждение.       – Клаус, гей тут только ты. Не я, – он сжал пальцами у основания, слегка смеясь.       – Сколько у тебя? Пять... А нет, почти шесть дюймов! – он улыбался от уха до уха и провел кольцом пальцев до головки, убеждаясь в чем-то.       – Пять с половиной дюймов. Как иронично, учитывая твое имя... Но не волнуйся, у тебя есть ещё пара лет пока он вырастет, хотя возможно ты будешь правильно им пользоваться и тебе будет комфортно и с таким... – он все тараторит, не сдерживая себя, иногда ускоряя свои скользящие движения.       – Клаус, прошу, – я поймал его запястье своим, приостанавливая, сжимая до красных отпечатков, лишь бы он остановился. Я тяжело дышал, щеки покраснели от перевозбуждения, грудь вздымалась после каждого резкого вздоха, а крылья носа трепетали, пока я судорожно соображал.       – Разве тебе неприятно? Когда я делаю так, – сжал ладонь возле головки и большим пальцем начал выводить круги на ней.       – П-перестань, – когда Клаус второй рукой начал выводить непонятные узоры у основания, я мелко задрожал и выгнулся в спине, толкаясь бедрами вверх, чтобы он двигал руками.       – Ох, твой потенциал не иссяк, – Клаус задал быстрый темп, поднимая быстро руку вверх и медленно опуская вниз, упиваясь моими стонами. Через пару минут от его действий я задрожал, чувствуя полное и неудержимое наслаждение и излился ему в руку.

***

      Пятый вылетел, словно ошпаренный, из комнаты и хлопнул дверью напоследок так, что штукатурка осыпалась с потолка и подняла небольшое облако белой пыли, который смешался с последними ниточками сигаретного дыма и рассеялся в воздухе.       – Ставлю сотню что ему понравилось, – Клаус, вытирая руку о салфетку, которую достал из заднего кармана джинс, обернулся к Бену, которые только что зашёл в комнату.       Тот слегка нахмурился и прошел к Клаусу, уселся на диван, закидывая ногу на ногу и посмотрел на брата.       – Я не буду спорить на этот счёт, – он скомкал салфетку в руке и бросил куда-то в сторону, не заботясь о том что мусорит в собственном доме.       – А жаль. Мне понравилось, – улыбнулся и откинулся на спинку дивана, доставая из шелкового халата ещё одну самокрутку и зажигалку.       – Нужно будет как-то повторить...