Safety Place

Tom Gregory — Fingertips       Корабль не тонет, когда он на воде. Он тонет, когда вода в нём. Не важно, что именно происходит вокруг нас, важно, как мы это воспринимаем. Чимин хорошо помнит эти слова профессора по психологии. Помнит, понимает, но придерживаться их трудно. Но он по крайней мере пробует. Пробует начать всё с начала. Пробует жить нормально. И у него не плохо получается, или получалось сначала. — Эй, Чим, ты чего завис? В апатию решил смахнуть ненадолго? — врывается в его мысли яркий и живой голос его нового одногруппника.       Омега часто моргает, пытаясь сфокусироваться на лице парня. Что-то слишком далеко он забрел в свои мысли. Чон Хосок только неделю как перевелся к ним, а уже завоевал популярность и расположение других одногруппников. Яркий, весёлый, добрый, искренний, он как лучик солнца. Даже волосы у него напоминают солнышко — ярко-рыжие.       И сначала Пак держался от него подальше, потому что уж очень он светлый, что-ли. А омега, кажется, заблудился в потёмках своей души. Они были как Инь и Ян. Но Хосок сам начал ходить за ним, предлагать пообедать вместе, и Чимин сдался и до сих пор не пожалел об этом. За такое короткое время омега мог с уверенностью назвать Чон Хосока своим другом. — Ну а почему нет, раз у них сейчас горячие путевки? — улыбнулся Пак, приходя в себя.       Омега долго и пронизывающе смотрел на Чимина, пытаясь проникнуть в его голову. Но хватило только глаз. В них плескался хаос и неразбериха. А эти подружки высасывают почти все жизненные силы, как суккуб сексуальную энергию. — Слушай, как смотришь на то, чтобы сегодня пойти в клуб? Выпьем, потанцуем. И ты возможно отдохнёшь от своей тени, — Чон кивнул на Юнги, который стоял в самом конце аудитории.       Чимин посмотрел в ту сторону, и сдулся. После того ужина они нормально и не говорили. Только «доброе утро» и «спокойной ночи». За всю неделю они сказали друг другу не больше десяти слов. И на Пака это давило. Давил вид Юнги. Хотелось подойти к нему, извиниться и крепко обнять. Но он не может и не будет.       У Юнги дела были не лучше. В офисе что-то там случилось и он должен быть там, но он не может себя заставить покинуть Чимина, даже на пол часа. Он стал зависим от него. Тяжело любить кого-то, тяжело, если человек даже не знает о твоих чувствах, но ещё тяжелее видеть его каждый день, слышать смех, и не иметь возможности обнять.       Мин рад, что у омеги появился Чон Хосок, о котором он знает почти всё, потому что его досье стояло у него на столе, как только он перевелся. Рад, потому что теперь Чимин улыбается. Но улыбается не ему. Альфа до сих пор не может понять, что он сделал не так, на что младший так злится. Почему отверг его? И это больно. — Давай. Клуб так клуб, — наигранно улыбается Пак.

***

— Хён, я пойму, если ты не захочешь мне помочь, но… — начал омега. Джин сидел на кровати возле него, и, если честно, у него уже сил не было молчать. Два дурака, которые истязают друг друга и себя самих. — Выкладывай, Чим~и, — улыбнулся тепло Ким, поглаживая омегу по спине. — Я хочу пойти погулять с другом, но… — Без Юнги, — заканчивает Сокджин и понимающе улыбается. — Да, — пристыженно опускает голову омега.       Если очень честно, он чувствовал бы себя спокойней, если рядом был бы Юнги. Но он тогда всё время бы искоса поглядывал на него. И не смог бы действительно отдохнуть. Он устал от своих непонятных чувств, и от тени альфы. — Хорошо. Но ты будешь на связи и долго не пробудешь там. Только при таких условиях, — поднял палец Хён. — Хорошо. Спасибо тебе. Ты лучший, — Пак кинулся обнимать Джина. — Ты мой хороший, — улыбнулся Ким.

***

      Юнги выходит из своей комнаты и направляется на кухню. Кажется, ему всё-таки нужно в офис. Тем более омега всё равно дома, а ночью он не гуляет. А альфа сможет за ночь разобраться с тем всем дерьмом. — Джин, — зовёт брюнет. — Да, госпо…кхм Юнги, — неловко улыбается Ким. — Если Чимин соберется всё-таки выходить, дай знать мне. Я всё равно оставляю охрану, но всё же. — Хорошо. А Вы… — А я в офис, — устало вздохнул господин. — Хорошо. Как скажете, — кивает парень.

***

      Джин врывается в комнату Чимина, как Цербер в ад со своей новой жертвой. Омега, который сидел за столом и делал проект, чуть со стула не упал из-за перепуга. — Всё плохо, — сказал Ким, белый как полотно. Чимин подошёл к мужчине, взял его за руку и усадил на диван. — Что случилось, Хён? — Юнги сегодня не будет. — Так это же здорово, — обрадовался парень, и сразу же сдулся. Хён не выглядел счастливым. — Или нет? — Вместо него остаётся Джун, а он, ещё та овчарка. Мимо него не пройдешь. Мне жаль, — вздохнул Сокджин. — А ты действительно хочешь мне помочь? — закусил губу омега. — Конечно! — возмущённо ответил шатен. — Тогда тебе придется его отвлечь, а это будет просто, потому что ты ему нравишься, — улыбнулся Пак. — Что? Да что ты несёшь? — Джин подорвался на ноги и начал ходить туда-сюда. — Ничего не выйдет. Нет. — Значит, не так уже сильно ты и хочешь мне помочь, — наигранно расстроился омега. — Что? Да я…эх ты, манипулятор. Ладно, — вздохнул Сокджин. — Спасибо, — широко улыбнулся Пак.

***

      Офис ночью это ещё то чудо. Ни одной живой души, кроме охраны. Но и делать ты должен всё один. Хорошо, что Мин ещё раньше дал указание принести в его кабинет все необходимые документы. Он делает себе кофе, всё же руки у него есть, включает компьютер, и начинает разгребать дерьмо. — Да, долгая ночка меня ждёт, — тяжело вздыхает главный. Он лучше бы сейчас был дома, рядом с Чимином. Ну как рядом… — Чем быстрее окончу, тем быстрее буду дома. Так что за работу, — даёт себе указания альфа.

***

— Значит так, я отвлекаю Джуна, а ты пробираешься через задний ход. Но это нужно сделать до того, как они включат сигнализацию. А это будет через пол часа. Так что собирайся побыстрее, — командует Джин. — Понял, командир, — отдает честь омега и широко улыбается.       Пак надевает рваные чёрные джинсы, чёрную майку, в который вырез наверное чересчур большой, но так же будет красиво, конверсы, и чёрную кожанку. С прической он сильно не париться. Просто запускает руку в свою копну, взъерошивая её. — Я готов, — широко улыбается омега. Но Ким отрицательно машет головой. — Подведи глазки. Будешь ещё краше. — Но у нас же нет времени, — удивляется парень. — На глаза всегда есть время. Двигайся. Чимин улыбаясь, идёт в ванную, и немного подводит глаза. Да, Хён прав. Так ещё лучше.

***

— Джун, можно тебя? — спрашивает Ким.        Он очень нервничает. Он, если честно, никогда не видел, чтобы Намджун смеялся. Он всегда такой серьезный. Как вообще найти общую тему с таким человеком? Да и не верит Сокджин, что он мог ему понравится. Это с области фантастики. Ким приходит спустя несколько секунд, и он выглядит странно. — Что-то случилось? — Нет, я просто хотел спросить: не хочешь ли ты кофе и кусочек пирога? Почему-то все отказались от десерта, — в его голосе слышно волнение. Джун точно его спалит. — Да...да, я с радостью, — краснеет боец. «Чего? Да быть того не может, неа» — он не может ему нравится. Или может… — Как работа? Напрягает тебя немного, госпо....Юнги....ой, господин. Чёрт, с этими их играми. — «И моими нервами». — Пхахвхв, понимаю. Я тоже путаюсь. Надеюсь, он уже признается ему и все будут наконец-то счастливы, — улыбается Ким, а щеки до сих пор красные. — ДА, боже. Как же я этого жду, — Джин наконец-то расслабляется.

***

      Чимин слышит звонкий смех Хёна и сам не может сдержаться. Всё-таки он был прав. Пак тихо крадется к задней двери, а затем и к воротам. Как только он их закрывает, срабатывает сигнализация. — ХУХ, — вздыхает парень и широко улыбается.

***

— А когда Чимин пошел на свидание, — смеётся Джин. — Да, я только и слышал о мелком педофиле, — передразнил Ким Юнги. Они оба начинают громко смеяться. «Чёрт. Я забыл о Чимине. Который уже час…» — Ким смотрит на часы и понимает, что они уже час просто так болтают. «Всё же он был прав. Но если он заметил симпатию Джуна, то почему не увидел Юнги? Неужели все мы так слепы, когда это касается нас…»

***

— Я же говорил, что тут будет здорово, — сияет Хосок.       Клуб не такой огромный, как себе представлял Чимин, а ещё не такой развратный. Обычный клуб, где танцпол полон людей, столики почти все заняты, громко играет музыка, и полно алкоголя. — Круто, — изрекает омега.       Они садятся за столик и начинают с простых коктейлей. Дальше идёт уже текила. Паку уже хорошо. Давно так не было. — А теперь рассказывай. Давай. Лучше станет. Я не буду тебя осуждать, — тепло улыбается Хосок. Чимин кивает и начинает. А почему бы и нет?       Он рассказывает, как его предали и продали, рассказывает о Джине, новом доме и.. Юнги. Чон внимательно слушает и не перебивает. За что омега ему благодарен. — Вот и всё. Хах. — Твою мать, — всё, что говорит Хосок и залпом выпивает стопку. — Зато весело, — но Чимин почему-то не улыбается. — Мне жаль, что с тобой всё это произошло, но ты ведь понимаешь, что влюбился в Юнги? — бьёт прямо в глаз и сердце друг. — Что? Да нет, — отмахивается парень. — Да-да. Именно поэтому ты себя так сейчас и чувствуешь. Вот представь, что ты сейчас сидишь в обнимку с Юнги. Он тепло тебе улыбается и говорит, что любит тебя. Что ты при этом чувствуешь? Пак представляет себе эту картинку и… — БОЖЕ, — орет он. — Что? — пугается Хосок. — С меня получится никудышный психолог. Я баран, а ты гений, но как я сам не понял…       Хосок был прав. Если бы Юнги сейчас был рядом, если бы он любил его, то все было бы хорошо. — Ты понял, но не принял, — поднял палец Чон, не совсем прямо, но и трезвым его уже не назовешь. — Ого, аж мурашки пошли, но я всё равно ему не нужен, — сдулся Пак. — Да какая разница? Главное, чтобы ты ему признался. Чтобы тебя это не съедало изнутри. Лучше, чтобы он тебе отказал, ты это принял и жил дальше. А сейчас ты просто стоишь на месте, — почти не заплетающимся языком сказал Чон. «Тем более я сомневаюсь, что он тебя отвергнет, если верить твоим рассказам» — пьяно улыбнулся Хосок.       Чимин сразу ему понравился. Такой себе заблудший ангелок. Светлый, искренний, хороший, как человек, так и друг. — Я…я… ЛАДНО, — крикнул Пак. — Я наконец-то поставлю точку в этом дерьме. — Приветик, крошки, — Хосок и Чимин вздрогнули, когда в их пространство ворвались двое альф. — Крошки у вас в штанах. А теперь свалили, — грубо сказал Чимин. У него сейчас был слишком боевой настрой. — А то что? — хищно ухмыльнулся брюнет, и ближе сел к Чимину, обнимая его. Второй альфа — блондин начал приставать к Хосоку. — Убери свои грабли, — зарычал Чон, но оттолкнуть не мог этот шкаф, слишком уж тяжёлый.       Чимин тоже не мог ничего сделать, он чувствовал, как руки альфы плавно спускаются к его паху, он извивалась, бил его, но тому, кажется, было всё равно. — Что вы нам сделаете? А? — хохотал блондин. — Они ничего, а вот я сломаю вам челюсти, — разъяренно прорычал Юнги, и одного за другим вытащил из-за столика.       Первым полетел в ближайший столик блондин, вторым был брюнет. Мин взял его за горло, и больно сжал. — Ты хоть знаешь к кому прикасался, урод? Я тебе, сука, все кости в теле сломаю, — процедил альфа и ударил в солнечное сплетение.       Парень повалился на землю, держась за грудь. Но это только начало. Юнги подошёл к нему, взял за волосы и ударил в лицо, сломав при этом нос. — Прекрати, пожалуйста, они того не стоят, — Чимин взял его за руку и посмотрел в глаза, — пожалуйста.       Хосок стоял сбоку и охуевал от того, что он так быстро протрезвел. А ещё он точно был прав. Не может человек, как зверь драться из-за омеги, которую не любит. Не может. — Хорошо, — вздохнул Мин, и притянул Пака к себе, обнимая. Чимин обнял в ответ, счастливо улыбаясь. Теперь он в безопасности. — О, я хотел тебе кое-что сказать… — сглотнул Чимин. «Либо сейчас, либо никогда» — кивнул себе блондин. Хосок только кулак поднял, в знак поддержки. — Что любишь меня? — широко улыбнулся Мин, смотря в глаза своей жизни. — Что…? Но я… Как ты… — сказать, что Пак был в ахуе — ничего не сказать. — Ты случайно набрал меня, и я слышал всё. Как думаешь, я так быстро здесь оказался? И прежде, чем ты скажешь ещё хоть что-то, выслушай меня. — Хо-хорошо, — кивнул бледный Чимин. — Ты не будешь ничего принимать, и пытаться жить дальше, потому что я тоже люблю тебя, как сумасшедший. Я не представляю своей жизни без тебя. Я люблю тебя, Пак Чимин, — Мин провел пальцем по его щеке, стирая одинокую слезу. — Я так и знал! — победно закричал Хосок, поднимая руку вверх. Чимин с Юнги рассмеялись. Альфа посмотрел в глаза блондину, взял его лицо в свои руки и нежно поцеловал в губы. — Люблю.