Волшебный список

      — Гермиона-а… Ты бы не хотела попробовать себя в роли учителя?       — Что? — читающая книгу Грейнджер подняла брови. Рон с намеком кивнул на недавно выполненное домашнее задание, и Гермиона закатила глаза.       — Нам с Гарри без проверки не обойтись, — до этого вглядывающийся в огонь камина Поттер встрепенулся при звуке своего имени.       — Меня не вмешивай, — поспешно отрекся он, устраиваясь поудобнее и отсаживаясь от Уизли, с которым вместе примостился на небольшом диванчике. Гермиона сидела в кресле напротив. Она поместила закладку меж страницами книги, закрывая её.       — Давай сюда, — Уизли с готовностью вручил ей небольшой свиток. — Астрономия?       — Ага.       — Я не буду исправлять. Просто помечу ошибки, — Грейнджер потянулась за стоящим на столике у камина пером.       — Конечно, — Рон и так не надеялся на слишком основательную проверку. Вечер субботы был предназначен для отдыха, а не для этого.       — Гарри, будь добр, убери эту бумажку, — Гермиона указала на розоватый лист, занимающий крохотный столик. Поттер потянулся за ним, а Грейнджер свалила на стол домашку Рона. Уизли лениво заглянул в забранный Гарри листок.       — Письмо от Амбридж? — пошутил он, намекая на цвет, на что Поттер весело фыркнул. — Дай сюда, — друг протянул Рону лист.       — Наверняка забытая какой-нибудь первокурсницей домашка, — зевнул Гарри, садясь на мягком диване ровнее. Сейчас было около одиннадцати, и уже хотелось спать.       — Скорее, любовная записка, — Рон перевернул лист на исписанную сторону. Грейнджер стрельнула в него взглядом.       — В таком случае, оставь её в покое. Это личное, — она снова принялась за пометки на свитке.       — Было бы личное, не оставила бы здесь, — Уизли пробежался глазами по тексту. — Борода Мерлина!..       — Что? — Поттер даже вздрогнул от того, с какой выразительностью ругнулся Рон. Тот склонился к нему, показывая лист. Это было чем-то вроде списка. Очень аккуратного, четкого и витиевато обрамленного списка.       — Да в Гриффиндоре завелись змеи, — Уизли всё еще попутно вчитывался в список. — Бог ты мой, да кому в голову пришло кадрить Малфоя таким способом? — Гарри, уже успевший прочитать несколько пунктов-заданий, подавил смех, прикрывшись кулаком.       — Представляю, как сгорит от стыда девчушка, написавшая сие чудо, когда поймет, что оставила его в гостиной, — пробормотал он, склоняясь ближе к Рону.       — Да черт с ней, ты только посмотри на задания! — тот явно веселился, воображая описанные в тексте ситуации. — Столкнуться, потом прилюдно подержаться за ручки, — он хмыкнул. — А цветы этому Хорьку не подарить? — Поттер ткнул куда-то в середину листа.       — Вот как раз и этот пункт, — Уизли прыснул, убедившись, что его догадка была верной. — Ужас какой…       — Скажи спасибо, что не влажные фантазии, — отозвался Рон.       — Ну, как сказать, — Гарри опустился пальцем в нижнюю половину списка, и Уизли округлил глаза.       — Убери это от меня, — он впихнул в руки Поттера лист, демонстративно вытирая ладони о кофту. — Фу, кто вообще так планирует отношения? — Гарри понимающе кивнул, отрывая взор от содержимого листа. С одной стороны, от него было смешно, с другой — страшно, что человек, написавший это, живет с ним в одной башне. Поттер почесал внезапно неприятно заколовшее левое запястье, и отложил лист в сторону.       — Еще и с Драко Малфоем, — добавил он, отчего Рон еще больше скривился.       — Не говори это вслух. Само это имя оскверняет Гриффиндор. А оказалось, что кто-то в него еще и влюблен.       — И очень глупо влюблен, — Гарри покосился на список рядом, отодвигая его еще чуть подальше, а потом и вовсе переворачивая текстом вниз.       — Ладно, с этим проехали. Очевидно, что это какая-то маленькая девочка, решившая написать такую придурковатую историю любви. Но почему именно Малфой? Он же такой… противный, скользкий, — поморщился Уизли. — Да она вообще знает о нем что-то, помимо его смазливого личика?       — А вы? — вдруг подала голос Гермиона, о которой при рассмотрении списка успели позабыть. А вот она, помечая сделанные Роном ошибки, попутно вслушивалась в прерываемый смехом разговор.       — Что? — сперва не понял Уизли. — Только не говори, что собираешься отрицать его сущность подонка, — Грейнджер на это приглушенно цокнула языком.       — Вообще-то с наших с ним препираний прошло года два, — напомнила она, не отрываясь от пергамента. — Больше он не агрессирует, если вы не заметили. Да и вообще изменился, как и все мы, — она почесала висок кончиком пера.       — Ну, не знаю, я лично чувствую себя собой, так что понятия не имею ни о каких изменениях, — заявил Рон, складывая руки на груди.       — Я в тебе и не сомневалась, — Гермиона сдержалась от вздоха. — Но, так или иначе, все мы во время и после войны прошли какой-то путь…       — Ага, а теперь к сути, — прервал её Гарри. — Ты хочешь сказать, Малфой не мудак?       — Я хочу сказать, что сейчас мы этого не знаем, — переформулировала Грейнджер. — Вы ведь с ним не общаетесь…       — Еще чего, — между делом вздернул нос Рон.       — …может, у него и вовсе мозги на место встали.       — Только в крайнем случае, — ввернул Поттер, и Гермиона смерила их обоих раздраженным взглядом, заставив умолкнуть.       — Я хочу сказать, что вы ведь теперь даже не всегда встречаетесь на совместных уроках со Слизерином. Хотя таких больше, чем в прошлых годах.       — Ты на что-то намекаешь? Выкладывай сразу.       — Да. На то, что, к вашему сведению, он сменил половину курсов, — как бы между прочим уведомила Гермиона, продолжая проверять работу. — И сейчас ходит со мной на магловедение.       У Рона отвисла челюсть.       — Куда? — просипел он.       — На магловедение, — нетерпеливо повторила Грейнджер.       — Да он ненавидит маглов! — то, как Уизли это произнес, заставило Гермиону снова оторвать взгляд от его писанины.       — Ненавидел, — поправила она. — Видимо, поменяв взгляды, он решил воспользоваться тем, что восьмым курсам разрешили перевыбрать дополнительные предметы, — она вернулась к проверке. — Я работала с ним пару раз. Он не так и плох в магловедении, хотя пропустил предыдущие года. К его счастью, это не критично…       — Это правда, что он ходит на Алхимию? — вдруг спросил Гарри, до этого внимательно слушающий подругу.       — Не знаю, наверно, — пожала плечами Гермиона. — Я не говорила с ним. А почему ты интересуешься?       — Да так, — отвернулся Поттер. — Полумна говорила…       — Нашел кого слушать, — фыркнул Рон, но тут поймал на себе взор Грейнджер. — В смысле, она, конечно, милая…       Дальнейших его слов Гарри не слушал. Он снова зевнул, краем глаза глянув на розовый пергамент. Контраст и случайность заданий в нем, конечно, поражали, хоть Поттер и успел прочитать всего около половины.       — Ладно, может, я возьму всё сказанное тобой на заметку, когда в следующий раз столкнусь с Малфоем в коридоре, — Гарри схватил розовый лист; он хотел было его смять, но повременил. — Точно не хочешь почитать? Это весело, — Гермиона покачала головой, и Поттер скомкал ломкий пергамент, швырнув его в камин.       — Отличное завершение вечера, — заметил Рон, следя за тем, как обугливаются края у складчатого шарика бумаги. Гарри хмыкнул, медленно вставая и потягиваясь.       — Будем надеяться, что дальше этих фантазий дело у девушки не зайдет — иначе мне даже немного жаль Малфоя…       — Эта хоречья морда заслужила…

***

      — Ты перестанешь дергаться или нет? — проворчал Рон, отодвигаясь от Поттера, который в очередной раз резко двинул правой рукой, чтобы почесать левое запястье. При этом он — опять — едва не сбил стоящую рядом чернильницу. Уизли отодвинул её подальше.       — Извини, — буркнул Гарри.       — Что, еще не прошло? — указал Рон на его левую руку.       — Да только хуже жечь стало, — пожаловался Поттер. Начиная с завтрака, кожа на левом запястье покалывала, но он не обратил на это внимания. Сейчас же делать это было довольно проблематично — боль постепенно усиливалась, и вот уже к середине уроков в его руку будто впивалась туча беспрерывно жалящих иголок.       — Может, к мадам Помфри? — обеспокоился Уизли, глядя на то, как морщится друг. Но Гарри помотал головой.       — До конца занятия досижу, — Рону оставалось только смириться. Но Поттеру было еще хуже. Он сдвинул рукав мантии, чтобы посмотреть на запястье. Он думал, это бесполезно, ведь утром на нем ничего не было, но ошибся.       На руке сжималось подобие черной ленты, впивающееся в покрасневшую кожу. Гарри отпрянул от её вида, при этом чуть не упав со стула. Уизли успел придержать его. Поттер быстро одернул рукав, проследив взглядом за зло зыркнувшим на него профессором, и, повернувшись к Рону, одними губами произнес:       — Нам нужна Гермиона.       Грейнджер они пошли — а вернее, побежали — искать у кабинета магловедения, где сейчас столпилась кучка покидавших классы учеников, пялившихся на бежавших по коридору Гарри и Уизли. Запыхавшийся Рон, затормозив за резко остановившимся Гарри, в сотый раз воззвал:       — Что случилось?       — Что-то очень нехорошее, — Поттер был бледен. Едва дождавшись, пока на пороге открытого класса покажется Гермиона, он утащил её в небольшую нишу из-под доспехов, где стоял сам. Грейнджер схватилась за сердце, но потом, узнав друзей, облегченно выдохнула.       — Вы что, с ума сошли? — она зло поправила сумку на плече.       — Это не я, — поднял руки вверх Уизли. — Это…       — Посмотрите, — Гарри сдернул ткань мантии с левого запястья, предварительно отвернувшись от неприятного ему зрелища. Прошла секунда. Две. Три. Ожидаемой реакции не последовало.       — Э… На что? — в голосе Гермионы послышалась легкая опаска. Поттер глянул на свою руку — может, «лента» уже исчезла? Но нет. Та по-прежнему впивалась в кожу, словно полоска гнили на ней.       — Вы что, шутите? — нахмурился Гарри. — Не видите эту штуку? — он указал пальцем прямо на ленту, из брезгливости не касаясь её. Рон поднял вежливо-недоуменный взгляд с руки на лицо Поттера.       — Какую? — его тон был таким же, как у Гермионы. — Мы должны различить что-то помимо раздраженной кожи?       — Ладно, хоть это вы видите, — проворчал Гарри, одергивая рукав. Его дыхание, сбившееся от бега, успокаиваться отнюдь не спешило. Особенно после того, как он понял, что сковывающий его браслет видит только он один. Может, от боли у него начались галлюцинации?       — Что ты видишь? — Грейнджер, похоже, уже опомнилась от растерянности. Она схватила запястье Поттера, отчего тот ойкнул.       — Я вижу… да не сжимай ты так, — Гарри поморщился, — я вижу какую-то стремную черную ленту, которая впивается в кожу.       Гермиона в этот момент как раз провела по ней. Выглядело до крайности странно, учитывая, что, похоже, браслет она до сих пор не видела.       — Снять пробовал?       — Да она даже с места не двигается! — разумеется, Поттер пробовал. Гермиона выпустила его руку, и Гарри поспешил скрыть её. Грейнджер поджала губы, и вдруг резко развернулась на месте.       — Пойдемте. Мне нужно кое-что проверить, — они вынырнули из ниши, идя мимо класса магловедения в том же направлении, откуда пришли Гарри и Рон.       — А ты уверен, что… ну… — заикнулся было последний.       — Уверен! — отрезал Поттер. — Мне не настолько больно, чтоб мои глаза меня обманывали. В конце концов, я… Ай! — распинаясь перед Уизли и шагая слишком решительно, он не заметил, как из класса сбоку выскочила фигурка, наткнувшаяся на него. Гарри пошатнулся, едва не упав. Малфою повезло меньше. Он выронил книги, что держал в руках, и те с грохотом посыпались на пол, привлекая чужое внимание.       — Смотри, куда идешь! — грубо бросил Поттер, потирая ушибленное плечо, в которое врезался Драко.       — Уж извини, — проворчал тот, с помощью магии поднимая книги обратно. — Не надо было так выскакивать… — он был прав. Но Гарри это не волновало. Он лишь цокнул языком, убираясь подальше от места ДТП и нагоняя остановившихся в нескольких метрах друзей.       — Я и так помираю от этой боли, а тут еще это, — не удержался Поттер. Плечо еще неприятно саднило.       — Так ты всё еще уверен в своих глазах? — невинно поинтересовался Рон, наблюдая за ним.       — Не смешно, — огрызнулся Гарри. Он автоматически почесал левое запястье, и вдруг остановился, как влетев в стену. Гермиона и Уизли, пройдя еще пару шагов, обернулись.       — Что такое? — в тоне Рона послышалось волнение. Поттер резко закатал рукав, выставив руку вперед. Боль стала вдруг проходить, причем стремительно быстро. Он увидел, как лента ослабла, став обычной черной полосой на запястье. Она больше не выглядела так устрашающе.       — Оно… прошло, — рассеянно вымолвил Гарри. Казалось, надо было радоваться, но вместо этого он ничего не понимал. Уизли непонимающе уставился на него, а Гермиона через пару секунд молчания вдруг хлопнула себя по лбу.       — Ну конечно! — друзья вздрогнули от громкости её голоса. Грейнджер решительным шагом двинулась к Поттеру.       — Дай сюда сумку, — не дожидаясь согласия, она вырвала ту у Гарри.       — Что?.. — Рон непонимающе воззрился на них обоих. — Она что, тоже сошла с ума? — обратился он к растерянному Поттеру. Тот лишь пожал плечами.       Гермиона, похоже, нашла, что искала, впихнув сумку обратно ему в руки. Она поджала губы, а затем сказала:       — У меня есть плохие новости, — Грейнджер будто их вообще не слышала. Рон и Гарри вмиг посмотрели на неё.       — Это может быть связывающий тебя Магический контракт, — у Гарри в изумлении раскрылся рот. Уизли же ограничился недоуменным ругательством, в переводе значащим «С чего бы это?». И Поттер был с ним солидарен.       — Но я не заключал никаких контрактов! — запротестовал он. Гермиона повернулась к нему, протянув найденный в сумке предмет.       — Глянь-ка на это, — Гарри с изумлением воззрился на находку, как и подошедший к ним Рон.       Лист. Пепельно-розовый. Чертов список с одним зачеркнутым заданием. Только сейчас Поттер увидел, что напротив них стоят даты, но это волновало его гораздо меньше, чем зачеркнутая строчка: «1. Столкнуться с Драко Малфоем в коридоре».       У Уизли также отвисла челюсть.       — Я… я же позавчера выкинул его в камин, — залепетал Гарри, боясь даже касаться протянутого Грейнджер листа. Лицо Гермионы было до крайности серьезным.       — Я помню, — она развернула список к себе, пристально разглядывая.       — Тогда как?.. — начал было Рон.       — Подождите с вопросами. Мне нужно подумать, — Гермиона отвернулась, продолжая идти по коридору. Поттер и Уизли пристроились по бокам, и не думая заглядывать в розоватый кусок пергамента, который Грейнджер пристально изучала.       Наконец, после недолгого молчания, она вернула его Гарри, который с видной брезгливостью запихнул лист поглубже в сумку.       — Ты ведь брал его первым, да? — обратилась Гермиона к нему.       — Ну да, — Поттер еще застегивал сумку, не глядя на неё.       — Видимо, тогда и был заключен контракт.       — Это возмутительно! — совершенно справедливо заметил — воскликнул — Рон. — Откуда мы вообще должны были знать о его опасности? Никаких опознавательных знаков там не было, я протестую! С какого черта Гарри, просто взяв его, теперь должен мучаться с… этим?!       — Не кричи, пожалуйста, — поморщилась Грейнджер, — я пытаюсь думать. Может, еще не всё потеряно, — впрочем, в её тоне надежды не слышалось.       — Я что… буду обязан выполнять всю ту ересь, которая там написана? — ужаснулся Поттер, до которого только начала доходить картина ситуации. — Просто за то, что коснулся листа бумаги?       — Ну, таков мир магии, дружок, — сочувственно пробормотал Уизли.       — Не будешь, если мы найдем способ разорвать этот контракт, — прервала их Гермиона.       — Да у нас в команде оптимисты, — сыронизировал Рон, пока Гарри вспоминал содержимое списка и уже мечтал скинуться с Астрономической башни. — Большинство Магических контрактов, какими бы глупыми они не были, нельзя разорвать.       — Будь добр, не дави на сердце, — попросил Поттер.       — Мы что-нибудь придумаем, — твердо повторила Грейнджер, пока Уизли в сомнении отводил взгляд, а Гарри молился Гриффиндору, чтоб подруга была права.

***

      — А что еще?       — Понятия не имею! Гермиона, мы можем уже свалить отсюда к Макгонагалл? — не сдержался Гарри, сжимающий горевшее левое запястье между колен. По случайности, у всего Золотого Трио был сейчас свободный урок, и Грейнджер решила затащить Рона с Поттером в библиотеку, где усадила обоих в секции с книгами о Магических клятвах и контрактах.       — Нет!.. — громко прошептала Гермиона, следя взглядом за проходящей мимо мадам Пинс. — Я пытаюсь выяснить, что это такое…       — Неужели мы не можем просто спросить это у специалиста?       — Неужели ты не можешь потерпеть еще немного, пока я ищу нужную информацию? — Гермиона продолжила листать огромную книгу, лежащую между Гарри и Уизли. Последний покосился на мелкий шрифт, поморщившись.       — Сразу пойти к профессорам было бы неинтересно, не так ли? — осведомился он, откидываясь на стул и скучающе изучая высокий потолок. Грейнджер на секунду закатила глаза.       — Нет, просто вдруг содержимое этого контракта нельзя никому рассказывать? Вдруг в тайну можем быть посвящены только мы трое — раз уж мы все трогали этот чертов лист, — она нахмурилась, переворачивая очередную страницу. Рон глянул на девушку исподлобья.       — Ну-ну, значит, ты объясняешь это вот так, — с долей скептицизма высказал он.       — Рон, я сейчас тебя стукну…       — Я стукну вас обоих, если вы начнете препираться, а ты, Гермиона, не найдешь нужную информацию и не выпустишь меня отсюда! — зло шикнул Поттер, расчесывая злосчастное запястье. Боль была не такой сильной, — не сильнее, чем вчера, но зато на сей раз более длительной, из-за чего раздражала и беспокоила больше. Грейнджер, испугавшись тона друга, тут же нырнула в книгу. Уизли же снова откинулся на стул.       — Думаешь, она что-то найдет? — спросил он, пока Гермиона отходила за очередным томом. Гарри невольно вздохнул.       — Понятия не имею. Если и да, то стоило бы поторопиться — мне осточертело терпеть это жжение.       — Не терпится подержаться с Малфоем за ручки? — пошутил Рон, но, поймав взор Поттера, глухо кашлянул, принимая невинный вид.       — Ты просто не представляешь, как эта болячка раздражает, — нахмурился Гарри, даже не улыбнувшись.       — Я просто пытался разрядить обстановку…       — Не стоит. Это не смешно, если ты не заметил, — Уизли сочувственно посмотрел на Гарри и сел ровно.       — Покажи руку, — Поттер, удержавшись от цоканья языком, сдвинул рукав рубашки ближе к предплечью. Друзья уже несколько раз за день просили показать им больное место. И каждый раз вздрагивали, увидев раскрасневшуюся кожу. Гарри же считал, что вздрагивать тут нечего — они хотя бы не могли видеть ту ленту, что впивалась в запястье. Было ощущение, что изнутри вся она напичкана мелкими зубцами или иголками — так жгучая боль раздражала. И всё из-за того, что он, видите ли, вовремя не полобызался с Малфоем!..       — Нашла! — вдруг раздался голос Гермионы. Она положила на стол небольшую книжицу.       — Мне не стоило искать это в старых фолиантах — всё гениальное просто…       — Что там? — нетерпеливо перебил Поттер, пряча под ткань раздраженную кожу.       — Это всего преобразованное заклинание для детских клятв…       — Детских? — вскинул брови Рон. — С такими последствиями? Просто потрясающе…       — Я же сказала, оно видоизменено, — повторила Грейнджер. — Разумеется, при использовании оригинала не было никаких дурацких ожогов или невозможности разорвать контракт… Но за основу взят именно он. Iocuramentum.       — Мне это название ни о чем не говорит, — отмахнулся Гарри. — Давай дальше.       — В общем, его суть в том, чтоб при прикосновении к определенному предмету с ним заключается контракт. Как ни странно, мы это уже поняли, — опередила Рона Гермиона. — В оригинале контракт легко можно разорвать, если поставленные задачи слишком сложны или опасны. Да и даже при невыполнении условий на руке просто на недельку остается противно выглядящая черная лента, говорящая о том, что ты нарушил обещание или что-то вроде этого…       — Обещание — не контракт. Я никому ничего не обещал, — буркнул Поттер.       — Знаю, Гарри, но говорю же — из-за того, что заклинание преобразовано, понятия довольно размыты. И… — Грейнджер вздохнула, — я не знаю, можно ли его разорвать. Потому что я нашла другое, — то, с которым его, видимо, совместили — и вот с ним уже ничего не сделаешь.       В секции повисла тишина. Гарри пытался думать, чтобы извлечь какую-то пользу из полученной информации, но в итоге натолкнулся в мыслях на всего одно заключение.       — Значит, от одного заклятия у нас способ заключения контракта и эта «потрясающая» уродливая лента на запястье, — он с трудом воспользовался сарказмом. — А от другого — эта дурацкая боль и невозможность разорвать контракт.       — Да… — несмело пролепетала Гермиона, вглядываясь в его лицо.       — Прекрасно, — резко встал с места с Гарри, подхватывая свою валяющуюся на полу сумку. — Я к Макгонагалл, — и он унесся из секции, словно ветер. Рон тихо протянул долгое «мда-а-а-а», почесывая в затылке.       — И кто же решил так заморочиться, чтоб насолить этому добряку? — на свой манер задал он единственный волнующий сейчас вопрос. Грейнджер с грустным видом подобрала книжку про магические контракты.       — Ну, уж точно не Малфой, — заметила она. — Пойдем, подождем его в гостиной…       Вернулся Поттер в гостиную мрачнее тучи.       — Что она сказала? — робко поинтересовалась Гермиона, когда он плюхнулся в кресло напротив её и Рона. Хотя ответ, конечно, был очевиден. Но, может…       — Что то безобидное заклинаньице явно совмещено с… ard… adrе…       — С Аrdere сontractus, — подсказала Грейнджер. — Как я и говорила…       — Да. Не суть. Макгонагалл ничего не может поделать, если мы не знаем автора списка. Без его содействия пытаться что-либо изменить — бесполезно, — Уизли тихо застонал, услышав это. Хоть именно он и пророчил, что контракт неразрывный, но услышать это как неоспоримый факт было чем-то на другом уровне.       — Что ж… автора списка мы вряд ли узнаем, — невесело заключил он. Еще пара секунд прошли в молчании, прежде чем Гермиона решилась кашлянуть. Но Гарри опередил её.       — Совмещать заклинания правда так просто? Иначе, кто в здравом уме стал бы так заморачиваться? — Гермиона, растеряв былую робость, тут же ему ответила.       — Это легче, чем кажется. Некоторым достаточно просто представить результат совмещения в голове или невербально применить сразу оба заклинания…       — Ага, тем, кто обладает Бузинной палочкой, к примеру, — съязвил Рон. — Или таким умным, как ты, — Грейнджер не обратила на эти выпады внимания.       — Нет, Рон, это правда несложно, если немного попрактиковаться и знать метод, который тебе подходит.       — И всё же… — задумавшийся Поттер всё еще смотрел в пол, — кто бы стал так заморачиваться, чтобы просто жестоко пошутить над кем-то?       — Мы как раз думали насчет этого, — на удивление, поднятый на Грейнджер взгляд Гарри был нейтральным.       — Да? — участливо подтолкнул он к тому, чтобы подруга говорила смелей. Та кашлянула, более твердо продолжив.       — Скорее всего, целью этой э-э… «шутки» был именно ты. Иначе бы зачем выбирать Малфоя? А так почти все знают что вы бывшие враги. Так что автор мог просто… использовать это, чтоб было более…       — Не говори «смешно». Жестоко, — прервал её Поттер. — А то и мстительно. Только вот кому охота мстить, прости Годрик, мне? — задал он справедливый вопрос. Уизли развел руками.       — Да хотя бы половине отвергнутых девушек, — Гарри закатил глаза, сползая с кресла, как бесформенная амёба.       — Гриффиндорок? Тогда у нас действительно завелись змеи. Только таких девушек — половина гостиной…       — Каких таких девушек? — из спальни спустилась Джинни, картинно взмахнувшая коротко стрижеными рыжими волосами. Она весело подскочила к троице, с интересом вглядываясь в их хмурые лица.       — Что за трагедия? Кто-то умер?       — Моя свобода, — проворчал Поттер. Младшая Уизли подняла брови, но дальше Гарри говорить не стал, потому всю историю коротко пересказали Гермиона с Роном.       — Так что теперь этот герой еще и мученик, — в довершение кивнул в сторону Поттера последний.       — Оу, — сочувственно протянула Джинни. — Только вот я не вижу, чтобы он мучался. А судя по вашим рассказам, там ого-го что…       — А ведь действительно, — обернулся к Гарри Рон. — Ты ведь в библиотеке как на иголках сидел. Неужели рука прошла?       — Не без моей помощи, — криво усмехнулся Поттер. Джинни в артистичном приступе схватилась за сердце.       — Что же тебе пришлось ради этого пережить? — театральным шепотом ужаснулась она. Улыбка Гарри стала шире и веселей. За это он когда-то и любил Джинни. С ней всегда было весело.       — Ничего жуткого. Пока что, — он достал из кармана бесцеремонно сложенный список. Второе задание с помеченной напротив него сегодняшней датой было зачеркнуто.       — Дай-ка, — протянул ладонь Рон. — Хоть посмотрю, что тебя ждет…       — Уверен, что твоей психике это по зубам, братец? — Джинни выхватила розовый лист у Поттера прежде, чем тот успел среагировать. — О-о-х-х-х, какие страсти, — но ближе к концу она посерьёзнела.       Молчание снова заполонило гостиную, пока Рон не кашлянул. Его сестра испепелила его взглядом.       — Значит, если Макгонагалл не узнает того, кто это устроил, этих заданий не миновать? — уточнила она, сжимая список и вспоминая подробности рассказанного.       — Ага, — нарочито беззаботно подтвердил Гарри, пытаясь забрать розовый пергамент. Джинни отодвинула от него свою руку.       — Прекрасно, — она разорвала лист пополам. — Значит, узнает, — она сжала два обрывка вместе и швырнула их в поблескивающий потухающими угольками камин. — Да не кисните вы так, — младшая Уизли похлопала ближайших к ней Поттера и Гермиону по спинам. — И ты за свою бумажку не переживай, — обратилась она к Гарри, изучавшему медленно обгорающий список. — Вернулась в прошлый раз, вернется и в этот. Гадюка, придумавшая это, явно постаралась… — Джинни сощурилась, и её блеснувший злостью взгляд напомнил взгляд её матери. Видимо, поэтому Рон предпочел отвернуться.       — И ты впрямь собираешься её найти? — удивилась Гермиона. — Нас же тут так много…       — Ну и подумаешь, — к Джинни вновь вернулся её веселый вид. — Если вы только из-за этого собираетесь оставить всё как есть… — она сделала образный жест. Поттер накрыл лежащую на его плече веснушчатую ладонь.       — Спасибо, — искренне сказал он, поворачиваясь к стоящей рядом Уизли.       — Забей, — привычно отмахнулась та. — Мы — друзья. Кстати, вам не пора на уроки? — обвела она взором троицу. Рон подорвался с места.       — Твою ж, у меня еще домашка не полностью исправлена!..       — Ты же говорил, что сделал её в воскресенье! — недовольно крикнула ему вслед Гермиона. Джинни рассмеялась их взаимодействию, видя, как Грейнджер устремляется за Уизли в спальню мальчиков. Гарри на автомате отразил чужую улыбку. Он тоже встал, потягиваясь.       — Думаю, я могу отдохнуть. Следующее задание только через пару дней, а пока… — он глянул на черную ленту на запястье.       — Ага, наслаждайся свободой. Если будет остаточная боль, могу одолжить растопырник — сделаешь настойку…       — Не думаю, что это понадобится. Боль всё-таки из-за магии, — отметил Поттер. Джинни ненадолго задумалась, смотря в уже почти истлевший лист в камине.       — Тогда дам еще один совет, — Гарри повернулся к ней, навострив уши. — Подготовься к следующему заданию. Малфой вряд ли ни с того ни с сего согласится на совместное времяпровождение.       — И что, мне теперь из-за этого всерьез интересоваться этим хорьком? — фыркнул Поттер, складывая руки на груди. Джинни была права. Но признавать этого не хотелось. Особенно сейчас, когда он еще не до конца свыкся со своей судьбой. Уизли вдруг усмехнулась.       — Думаю, для приличия — да. Конечно, ни с того ни с сего хватать его за руку в коридоре сегодня было наверняка весело, но… в следующий раз будь помягче, — Гарри покраснел, услышав этот подкол. Джинни явно запомнила несколько заданий из списка. В том числе ту пару, которая была зачеркнута.