Игры богов

      Одежда. Мне нужна одежда. Может, тормознуть караван и отжать? Не уверен, что я достаточно силён для такого шага. Кое-как смастерил из лиан и листьев трусы, чтобы не смущать своим видом Исму. Она проявляет поразительную преданность: в какую бы задницу я её не тащил, не отступает ни на шаг. Невероятная девчонка.       Как бы никто не подумал чего-нибудь неприличного о нашем дуэте. Я ведь только-только отделался от мысли сплавить её в первой же деревне. Хотя... Ей определённо будет безопаснее с сородичами, но и я никак не могу просто бросить её непонятно с кем и непонятно где. Пусть остаётся со мной, если ей так хочется.       Сейчас Исма спит. Я смотрю на неё с умилением и почти отцовской любовью. Если и отдам тебя, то только в очень хорошие руки. Не переживай.       Аккуратно поднимаю девочку на руки и несу через поле, полное золотистых злаков. Удивительная, переливающаяся в первых утренних лучах картина. И местные должны быть неподалёку. Доберусь до них, выпрошу у землян запасной комплект одежды. Надеюсь, что выпрошу, а то незнание иностранных языков может сыграть со мной злую шутку.       Мы провели в джунглях почти пятьдесят дней и вот, наконец, выходим к цивилизации. Это так волнительно. Я не знаю, чего мне ждать. Как сложились отношения землян и местных? Пришли ли мы к какому-то соглашению или до сих пор режем друг другу глотки? Надеюсь на лучшее, но готовиться надо к любому варианту. Если в деревне не будет землян, это повод задуматься и держаться на безопасной дистанции.       Почему-то я уверен, что у людей против эльфов нет ни единого шанса. За пятьдесят дней я прокачался на семь уровней и поднял сопротивляемость физическим атакам до сорока. Пусть это были суровые спартанские тренировки, среди местных должны быть профессиональные воины, которые прокачивались на протяжении всей своей жизни, а это десятки лет. По сравнению с ними я безнадёжно слаб. Семь уровней превратили меня в сверхчеловека, который, пусть даже в экстремальной ситуации, прыгает выше деревьев, разбрасывает врагов поступью и разбивает кулаками толстые хитиновые панцири. Если я повстречаю кого-то двадцатого уровня... он убьёт меня одним ударом! А тридцатого? Сорокового? Я сильнее любого человека, но местные находятся на недосягаемой высоте.       С другой стороны, мы же сопротивлялись им в деревне? Лера смогла заблокировать удар эльфийского воина, хотя разница в силе должна быть колоссальной. Кроме того, Сакулин смог застрелить эльфа, а это означает, что или пули пробивают даже прокачанный на многие сотни очков резист, или эльф был слабаком. В принципе, уровень повышается только от убийств. Это актуально для большинства игр и той манги, которую я читал. Скольких монстров убьёт за свою жизнь простой крестьянин? Не думаю, что много. А сколько врагов нужно собрать для армии? Опять же, солдаты будут сильны не уровнем, а числом и обычными тренировками. Может быть, заклинаниями и способностями.       До высоких уровней могут подниматься только выдающиеся одиночки, кажется, их зовут авантюристы? Припоминаю что-то подобное в недавно прочитанной манге. Могу ли я считаться такого рода авантюристом? Начинающим – вполне. Я бился с многими монстрами начиная с муравьёв-рабочих и заканчивая гигантскими анакондами. С одним ножом! Эх, мне бы меч, я бы такие горы свернул! Увы, увы. В ближнем бою я умею только кулаками махать, а с мечом в руках буду неуклюжим новичком, пусть и с огромным потенциалом. Надо было взять пару уроков у Леры... надеюсь, она ещё жива.       А как там обстоят дела у наших? Я рванул в лес без оглядки и не знаю ничего о судьбе своей группы. Был ли я один таким трусом или нас много? Сакулин точно не сбежал. Даже если те выстрелы принадлежали не ему, не могу представить себе, чтобы он струсил.       Пусть он мне не нравится, чтобы повторно не оказаться в болоте, я должен взять с него пример и сделать что-то со своим страхом. Возможно, конечно, что трусость спасла мне жизнь. Но я не хочу больше бегать. Не для того я тренировался и избивал кулаками деревья.       Бросаю взгляд на девочку у меня на руках. Глазки закрыты, носик еле слышно сопит, кошачьи ушки временами вздрагивают. За полтора месяца я так привык к этому милому созданию, что теперь не хочу его отпускать. Если встречу её родителей, у меня не останется выбора, да?..       Золотистое поле кончилось. Мы вышли на просёлочную дорогу, что явно находилась в активном пользовании. Наверное, в обеих сторонах цивилизация. Что ж, пойду направо. На юго-запад, если судить по расположению солнца. Других способов ориентироваться по сторонам света я не знаю. Пробездельничал на ОБЖ, теперь страдаю. Кто ж знал, что правила выживания из учебника реально где-то пригодятся?! Нет, конечно, потеряться в лесу можно было и на Земле. В детстве я умудрился заблудиться в городском парке. Не помню уже, что меня тогда спасло... должно быть, родители вовремя кинулись искать. Сейчас их нет рядом, и я часто чувствую себя одиноким и никому не нужным.       Наверное, все люди сейчас переживают это чувство так или иначе. Многим не повезло вдвойне, они не только разом лишились всех друзей и родных, но и сменили пол. Не хочу показаться нытиком, который повторяет одно и то же, но боги те ещё сволочи. Наверняка и ковид – их рук дело. Своего рода разминка перед боем. Сколько человек уже стали жертвами этой смертельной игры? Если здесь собрали всё человечество, счёт наверняка идёт на миллионы. Десятки миллионов, больше, чем погибло в Великой Отечественной.       Если подумать, то для нас это натуральный апокалипсис. Привычного мира разом не стало, и мы вынуждены приспосабливаться к очень агрессивным условиям срединной крелы, которая временами опаснее постапокалиптических пустошей.       Ну что ж. Я приложил немало усилий, чтобы выжить в этом новом мире. И приложу ещё столько же, даже больше, чтобы стать по-настоящему сильным, сравниться с местными авантюристами. Я уже способен противостоять живому морю из гигантских муравьёв. Мою кожу очень туго режет нож и не пробивают жвала. А кулачища какие железные! Разнести ствол дерева? Да запросто! Готов стопку досок переломать и не пораниться!       Этого всё ещё мало. Нужно больше. Больше! Бо-ольше! Опускаю взгляд на девочку на моих руках. Это так мило! Сильный человек и слабая кошечка. Чёрное и белое. Инь и янь. Пусть кто-нибудь только попробует покуситься на твою жизнь, прибью голыми руками!       Эльфы. Или, по крайней мере, гуманоиды в эльфийской одежде. Появились из-за высокой травы далеко впереди, идут мне навстречу. Их всего двое. Если безоружные крестьяне, могу даже помахаться. Если воины, сбегу в лес через поля. Впрочем, может статься, что они не враждуют с людьми, и тогда от меня потребуется только объясниться, что, мол, девочку в неприличных местах не трогал, одежду порвали муравьи. Не извращенец я! Не из-вра-ще-нец!       Кажется, они замедлились. Или даже остановились. Вглядываются? Издалека по мне не определить, человек я или эльф. На мне нет камуфляжа, кожа светлая, волосы тёмные, правда, пострижены коротко, хоть и успели немного отрасти. Эльфы таких причёсок не носят, ходят длинноволосые. И они, и я безбородые. Не знаю, почему щетина перестала расти. Слишком молодое тело? Возможно.       Продолжаю идти вперёд с кошкодевочкой на руках. Она прижалась носиком к моей груди, словно чувствует возникшее напряжение. Сердце колотится от волнения. Я хочу, чтобы всё было хорошо. Мы не могли за полтора месяца рассориться со всеми эльфами. Не могли же?       Один из туземцев вдруг побежал обратно по дороге. Второй остался на месте.       Гм. Хочет предупредить своих? Ну, не могу его за это осудить. Продолжаю идти вперёд. Кошкодевочка мирно сопит, её сон пока не потревожен. Эльф стоит с косой в руках. Всё-таки крестьянин. Не воин. Это хорошо, если и драться, то на равных. Наконец, мы встречаемся взглядами. Он вытягивает косу в мою сторону и что-то кричит на своём языке. Ничерта не понимаю. Что мне ответить? Думай, Рома, думай!       – Мама, – киваю на девочку у меня на руках. – Где?       Эльф озадаченно поднял бровь. Неуверенно подошёл ко мне, посмотрел на кошкодевочку. Снова на меня. Что-то спросил. Ну ты дурак или да? Очевидно же, что я не понимаю!       – Ай донт андерстенд! Не понимаю! – я бы театрально взмахнул руками, не будь на них Исмы.       Крестьянин опустил косу, вытянул ко мне руки и пальцами попросил передать ему девочку. И что мне теперь делать? Смотрю на головку, на маленькие закрытые глазки. Хочет ли она этого?       – Исма, – легонько надавливаю на ручки, – проснись.       Она застонала и нехотя открыла глаза. Увидела моё лицо. Улыбнулась, зевнула. Я поставил её на землю, и только после этого Исма обратила внимание на крестьянина. Он присел на одно колено, подозвал её к себе. Кошкодевочка вздёрнула ушки и обернулась ко мне, спрашивая разрешения.       Я утвердительно кивнул. Похоже, всё налаживается. Худшее позади.       Эльф взял Исму за ручку и что-то сказал мне на своём языке. Кажется, я расслышал "спасибо"? Они развернулись и пошли по дороге в сторону деревни. Ну, я думаю, в той стороне находится деревня. Исма обернулась, посмотрела на меня испуганно. Я пошёл следом. Заметив это, эльф вдруг разозлился и протараторил какое-то не то проклятие, не то заклинание для призыва демона. Прозвучало зловеще. Мне что, нельзя? В этом есть логика. Если подумать, нас, людей, слишком много, и прокормить всех эльфы не в силах. Лучшее решение – закрыть границы и никого не пускать. Совсем никого. Особенно, когда вести о бойне с участием людей распространятся по соседним деревням.       Ладно уж. Вешаться на шею не буду, просто прослежу за ними. Отступаю на несколько шагов, машу вслед рукой. Девочка сопротивляется попыткам крестьянина потащить её за собой.       Ступай, Исма, ну же. С ними тебе будет безопаснее.       Она падает на землю, как обычно делают дети, чтобы не дать себя увести. В ответ эльф бьёт её по лицу и поднимает на руки.       А вот это ты зря.       Не рассчитывая силы, разгоняюсь и вкладываю всю свою массу в один мощный удар в челюсть. В последнюю секунду крестьянин выпускает Исму из рук, пытается защититься, но безуспешно. От удара он переворачивается в воздухе и отлетает по дороге на несколько метров, на стоптанный грунт падают крупные капли крови. Эльфийской крови.       Получил?!       Крестьянин не поднимается.       [Получено 125 очков опыта]       [Получено достижение: Убийца]       [Получено 10 очков опыта]       Что?       Я... я убил его?       Одним ударом?!       Исма смотрит на меня восхищённо, светится от счастья. Жуткая девочка. Эй, я только что убил эльфа! Тебе всё равно, да? В таком мире ты росла?       А я нет! Для меня это... кхм. Не просто опыт и уровни, как в играх. Это было живое, разумное существо. И я, я... Чёрт. Что мне теперь делать? Сбежать? Не самый худший вариант.       Да, да, Рома, беги от ответственности. Ты же не хочешь, чтобы тебя судили? Чтобы ты понёс наказание за причинённую смерть? Ты эгоист. Тебе на самом деле плевать на его жизнь. Если не хочешь упасть в своих глазах, иди и сдайся им. Извинись перед его семьёй и позволь себя наказать. Ты преступник. Тебе даже дали достижение. Поэтому пойди и сдайся эльфам.       Сейчас же.       Чем дольше ты стоишь на месте, тем больше доказываешь, что ты не только эгоист, но ещё и трус. У тебя трясутся ноги, внутри всё похолодело, верно? Ты в ужасе от самого себя. Ты убивал муравьёв сотнями, но не можешь лишить жизни эльфа. Между прочим, те и другие – живые существа. Не буду больше читать нотаций.       Разбудишь, когда примешь решение.       И я стоял, стоял. Стоял.       Стоял.       А потом сел.       Что же я натворил? Он ударил Исму, но это никак не оправдывает моего преступления. Ударить – не убить. Этот эльф... он мёртв. Он исчез навсегда. Его жена никогда больше не встретит мужа дома. Его дети никогда больше не побывают на руках своего отца. Его сыновьям больше не с кого брать пример. Это жестоко. Я не имел морального права решать, заслуживает ли он жить.       Тогда, в деревне... Сакулин застрелил эльфа, который просто поднимался по лестнице. Не факт, что он желал нам зла. Мы этого не знали. Сейчас я вдруг задумался. Заслуживал ли смерти тот эльф? Должны ли мы были его убивать?       Чёрт, почему это случилось со мной?!       Мы все жертвы богов.       И люди, и эльфы!       Вот, кто настоящий виновник! Сволочные боги! Да чтоб вы сдохли!       Бью себя по щеке, по другой. Привожу в чувства. Я не трус! Я понесу любое наказание за своё преступление!       Исма... прости.       Наверное, нам стоит попрощаться. Или ты хочешь проводить меня в последний путь? Не знаю эльфийского языка, чтобы задать вопрос. Простой, мать его, вопрос! Не могу даже сказать, что меня тревожит, чего я хочу!       Опускаюсь на колено, по левой щеке стекает скупая слеза. Прости меня. Я хотел тебя защитить, но... какой из меня защитник? Я убийца. Преступник. Гнойная язва общества. Поднимаюсь, не разжимая ладонь держу Исму за маленькую ручку. Мы идём. Идём медленно, долго, не отрывая взгляда от трупа. Теперь она понимает, что нет повода для радости. Прочувствовала. Больше не улыбается, чуть не плачет. Мы идём меж полей, солнце в зените. Жарко. Душно. Птицы над нами кружат, вопят "ау", "ау". Кажется, что жизнь заканчивается.       Эльфы живут в другой эпохе, с другой моралью. У них нормально ударить непослушного ребёнка. Даже в России это совсем недавно перестало быть нормой. За большинство преступлений у них одно наказание. Смерть. Око за око. Зуб за зуб. Убийце – смерть.       Мы входим в лес. Мошкара липнет к лицу, раздражает. Исма тяжело дышит, она понимает, что совсем скоро мы расстанемся. Наше короткое знакомство длиной в полтора месяца подойдёт к концу.       Прости меня, кошечка.       Я подвёл тебя.       И не могу даже сказать тебе, как сожалею. Я так жалок и беспомощен.       Человек. Над дорогой меж деревьев висит человек. Руки разведены в стороны, привязаны к деревьям верёвками. Нижней половины тела нет. Оторвана. Органов не видно, их вынули. Одежда... вся истерзана, приоткрывает глубокие порезы, гниющие и полные плотоядных личинок. Лицо обезображено, застыло в кричащей гримасе. Глаза выколоты или выжжены.       Это... что...       Меня вырвало.       Боже...       Кто это сотворил? Эльфы?       Второй рвотный рефлекс. Чуть не поперхнулся блевотиной.       Кому я там хотел сдаваться? Этим животным? Да чтоб вы... чтоб вы сдохли все! Мы, люди, не святые. Но кто вы такие? Звери?! Такое точно нельзя прощать. Виновные должны понести наказание. И если уж я был готов умереть за убийство, то вы должны быть готовы умереть в мучениях, каковые пережил этот человек.       Убить, поглумиться над трупом. И вывесить это напоказ, чтобы пугать людей.       Это зверство должно возыметь последствия!       – Исма... – я присел на корточки перед кошкодевочкой. – Прости меня.       Кажется, она всё поняла. Обняла меня своими ручками крепко-крепко – и отпустила.       Благословила на бой. Что ты там говорила, совесть? Что я трус и эгоист? Я докажу обратное. Я заставлю эльфов пожалеть о том, что они сотворили с человечеством.       Мне навстречу идёт толпа крестьян с острыми инструментами. Я разгоняюсь, перепрыгиваю их, и разбрасываю в стороны каменной поступью. Потом, одного за другим, убиваю своими железными кулаками. Опыт капает сотнями.       [Поздравляем! Уровень повышен с 8 до 9!]       [Получено достижение: Мясник]       [Получено 50 очков опыта]       Ползи, ползи, инвалид. Я оторвал эльфу ногу, я и на такое, оказывается, способен. Пусть живёт. Я буду лучше, чем вы. Тебя не убью, но покалечить – это умею, практикую. Подумаешь, опыт потеряю. Зато вас, ублюдков, заставлю прочувствовать на себе нашу боль. Лёгкая смерть для вас – награда, а не наказание. Считай, амнистия.       А я слишком зол для амнистии.       Впереди целая деревня. Наубиваю эльфов на десятый уровень. Кошколюдей трогать не буду, они не причастны к преступлениям остроухих. Они невинны.       Начинается новая резня.