Я научу тебя~

неtab> Его двоюродный брат - омега. Но почему запах родного человека действует на него, как на альфу запах течки омеги, то есть возбудителем. Ци Жун, являясь гаммой,сходит с ума от этого и когда у брата течка он уходит куда угодно, только б не находиться рядом, хоть брат и был на подавителях каждый раз.        Парни жили вместе, в одной комнате в общежитии. Оба учились в университете. Ци Жун на факультете искусства, а Се Лянь учился на дизайнера.        Ци Жун любил, действительно любил двоюродного брата, но вот тот никогда не показывал взаимности. Он был милым и добрым с Ци, но никогда не показывал больше, чем братская взаимовыручка и любовь на уровне помощи при неудачах и успокоении.        Ци Жун, читая свою книгу в интернете, не вдумываться в прочитанный текст, он гулял взглядом по строчкам и даже приоткрывал губы беззвучно говоря слова, но он не думал об сюжете. Сейчас его мысли занимал брат, ведь сегодня он уж слишком счастливый. Се Лянь смеётся, смотря в телефон, а если попробовать взглянуть на объект, рассмешивший его, Се упорно скрывает экран. После двух таких попыток Ци Жун начинает подозревать, что старший смеётся не от смешных видео или картинок, а от переписки с кем-то…        Се Лянь общается с кем-то и ходит, улыбаясь… Он скрывает собеседника… Он отстраняется от вопросов младшего и постоянно смотрит на часы… Всё это на протяжении от двенадцати часов и до обеда. Гамма заказал пиццу и заплатив, принёс и положил её себе на кровать. По комнате разнёсся аромат идеально сочитающихся продуктов на запечённом и хрустящей тесте. Се Лянь и не заметил эту вкусность, но Ци Жун оповестил его: - Братец, смотри, а я пиццу заказал! Она очень вкусная, будешь? –парень открыл коробку, всё ещё сидя на кровати. Омега всё таки посмотрел на еду и кивнул - Ага… Давай! – Се Лянь не встал, но протянул руку, в которую Ци отдал ему кусочек пиццы. Зубки омеги вонзились в хрустящее тесто, на языке чувствовался вкус, сочитающий в себе жаренную курицу, яркость вкуса помидора и чесночного соуса. Следующий кусок добавил вкус расплавленного сыра и вкус оливок, которые редко раскиданы по пицце и тонко нарезаны колечками. -Нравится? «Вот мне очень нравится! Особенно ты…» - мысленно добавил гамма, не отрывая взгляда от кушающего Се Ляня. Плавленый сыр тянулся за откушеным кусочком и отрывался, падая на губы омеги и тот языком отправлял его себе в ротик. Губы чуть испачкались маслом и поблёскивали, а по ним проходил розовенький язычок, каждый раз после укуса и нового вкуса. Ци Жун заворожённо наблюдал на этим. - Да, очень вкусно! Теперь только её заказывай, хорошо? – Се Лянь взял второй кусок и продолжил есть. - Ага, - гамма тоже приступил к трапезе, но всё же поглядывал на брата. «Эх… С этих губ наверняка сорвутся сладкие стоны!... Или эти губы вместо пиццы обхватили бы... Господи! Се Лянь!!» - с этими мыслями парень резко встал и быстрым шагом направился в ванную комнату.        Симпатия началась с их первой встречи. Тогда Се Лянь обнял его и над ухом Ци Жуна прозвучал голос матери: «Жун-эр, знакомся, это твой двоюродный брат, теперь мы будем жить с его семьёй.» Се Лянь представился тогда и Ци Жун тоже. Милое лицо десятилетнего мальчика, сначала, конечно, не вызывало чувств… Но со временем, в подростковом возрасте Ци Жун стал ловить себя на мысли, что снова засмотрелся на брата. Мама хоть и обещала, что они вместе будут жить с семьёй её сестры, но женщина умерла от болезни. Сяоцзинь очень расстроился и ему было невыносимо больно, но тогда рядом был брат и его объятья и тёплые слова согревали. В возрасте шестнадцати лет Се Лянь испытал первую течку и тогда Ци Жун вдруг начал осознавать, что запах брата привлекает его в сексуальном плане. У Ци Жуна не было течки, а понять: гон ли это? Юноша не мог, ведь брат сводил с ума круглосуточно. Гамму не подпускали к Се Ляню во время его течки, но и Ци Жуну так было проще. Лучше закрыться у себя в комнате и представлять брата, доставляя себе удовольствие… - А-Жун? Всё в порядке? – позвал омега, убегающего в ванную парня. - Да-а… - гамма захлопнул дверь и рука сразу скользнула под домашние штаны и нижнее бельё, провела по возбуждённому органу. Издавая тихий стон Ци Жун спустился на пол и принял сидячее положение. Рука двигалась, а губы прикусывая заострённые клычки. Парень почувствовал, что от таких движений быстро кончит и чуть замедлился. Но всё же гамма излился себе в руку и испачкал бельё. – Хм, хочу сделать это в тебя. И сделаю братец…        Парень переоделся, ведь в ванной, в стираных вещах лежала одежда, которую можно надеть. Гамма помыл руки и вернулся, бросаясь на кровать и утыкаясь лицом в подушку. - А-Жун. - Да? – откликнулся парень и поднял голову на брата, который держал в руках коробку пиццы и съедал уже третий кусок, как у него получается вечно есть и не толстеть? - Ты чего? – омега проглотил пищу и обеспокоенно глянул на брата. - Правда, всё хорошо… Живот побаливает… - у Ци Жуна не болел живот, но соврать было необходимо. - Иди в аптечке возьми таблетки, - порекомендовал Се Лянь, но гамма покачал головой, отказываясь и вновь утыкаясь в подушку.        Се Лянь снова посмеялся, а потом вдруг встал и стал переодеваться в уличное. Он выбрал белоснежную рубашку, которая была длинной и выглядывала из под бежевого нежного свитера. На улице осень, прохладно, поэтому Се Лянь оделся теплее. Ци Жун сразу заметил это: - Ты куда, это? – поинтересовался гамма, внимательно изучая взглядом переодевающегося брата. - Я-а погулять пойду! А что? Ты против, А-Жун? – Се Лянь сел и завязал шнурки на кросах, как и джинсы, они были чёрные. - Нет… Иди, конечно. Но с кем? – в мыслях пронёсся парень с первого курса, который вечно носит красное и пялится на Се Ляня… Но проблема тут в том, что Се Лянь тоже уделяет ему время и общается чаще, чем с родным человеком! Конечно Ци Жун ревнует и потому добавил. – С Хуа Чэном, что ли? - Ага! Мы наконец-то определились куда пойдём! – омега заливесто засмеялся. - Угу… - Ци Жун смял в руке ткань простыни, на которой сидел. «Хуа Чэн. Кто ещё, как не этот озабоченный моим братом альфа… Этот сука ещё и изнасилует его!»        Ци Жун проследил за Се Лянем и когда тот покинул комнату, гамма быстро переоделся и кое-как завязав шнурки, кинулся за братом. Как только он вышел из общежития, он увидел перед собой, но чуть поодаль, стоящих и обнимающихся парней… Это был Се Лянь и Хуа Чэн. Руки Хуа Чэна лежали на талии омеги и прижимали к себе, а Се Лянь оплёл руками шею альфы. Когда их губы соприкаснулись в поцелуе, Ци Жун всё это видел и стоял словно статуя. Он догадывался, что эти двоё встречаются, но он не думал, что их отношения уже дошли до первого поцелуя… Хотя вряд ли он первый! Они уже давно вместе... Хуа Чэн искренне и очень сильно любил Се Ляня, а тот также искренне и сильно любил в ответ. Их любовь чиста и прекрасна… Ци Жун думал об этом и на сердце становилось очень тяжело и больно…        Гамма сжал кулаки до хруста, в его глазах полыхал огонь, готовый сжечь тут всё, кроме Се Ляня. Ци Жун резко развернулся, тряхнув волосами, из-за чего пара прядей упала на глаза, он быстрым шагом ушёл в направлении ближайшего кафе. Се Лянь не заметил брата и даже не посмотрел в его сторону, но это было логично в этой ситуации, сейчас перед ним стоит любимый человек и обнимает. Зачем ему смотреть куда ещё?        Ци Жун садится за стол в кафе и сразу ложится на свои руки, скрещивая их. Глаза он закрыл и старался не заплакать, возвращается в общежитие в их комнату, он не хотел, ведь эта парочка могут прийти туда. В сердце, словно снова и снова брат втыкал тонкие иглы и даже не замечал этого. Каждое объятье со стороны Се Ляня не несло двойного смысла, а вот каждое касание Ци Жуна было пропитано любовью, каждое объятье руки спускались к талии, а отстраняясь гамма смотрел в золотые глаза и тянул руку, чтобы погладить щёку, но к сожалению Се Лянь лишь улыбался и уходил не понимая, как этим он ранит братца.        Ци Жун позвонил подруге и когда она пришла, то выслушав историю, пригласила к себе. Ци Жун остался ночевать у другой омеги и в общежитие не вернулся, также пропустив занятия и все пары на следующий день. Девушка жила с родителями и всё ещё училась в школе и потому утром гамма проснулся один. - Блядь, надеюсь я её не напоил вчера… - парень смотрел на пустую бутылку элитного вина, спрятанную под подушкой. Его голова болела, но раз он очнулся в постели, а не у туалета, то видимо он напился, но не сильно и не чём-то там, а дорогим вином. Родители этой девушки, Эммы, переживали на счёт отношений их девочки с Ци Жуном, но видя в каком подавленном состоянии находится гамма, которого домой привела дочь, они всё же пустили его. А Эмма тайком украла вино и принесла в комнату, при этом сама выпила всего один бокал и заснула.        Гамма был дома не один, на кухне сидела мать омеги. Ци Жун поздоровался и спросив можно ли в душ и получив разшение, направился туда. Он принял душ и переоделся, а потом покинул квартиру, но перед этим состоялся короткий разговор с матерью Эммы. - Ци Жун. Вы с моей девочкой?... - Нет, госпожа, не в обиду вам, я считаю Эмму, лишь хорошей подругой… Вам не стоит переживать, у меня есть омега… - Хорошо, Жун-эр, всё в порядке, я рада за тебя, – женщина выдохнула с облегчением, она боялась, что её дочь так рано нашла себе пару. Но обошлось и хоть доверять Ци Жуну было трудно, но всё же он говорил о своём омеге с большим обожанием и как-то мечтательно что ли. Поэтому женщина поверила и незапретила им общаться. - Спасибо…        Гамма ушёл и всё таки ужасно соскучился по запаху Се Ляня и вернулся в общежитие. Он открыл дверь и сразу увидел, что на кровати лежит Се Лянь, но не один, а конечно же с «паршивым псом» Хуа Чэном. Альфа лежит на животе рядом и они с Се Лянем смотрят кино на ноутбуке. Эти двое выглядят очень мило друг с другом, настоящая парочка, от которой Ци Жуна тошнило. Гамма громко хлопнул дверью, заходя внутрь. Они были в наушниках и не услышали хлопка, будучи заинтересованными в сюжете фильма. Се Лянь повернулся в сторону Ци, только тогда когда тот рухнул на кровать лицом вниз. - А-Жун? О, привет, Саньлан пришёл ко мне в гости и посидит здесь немного, пока я не вернусь,- Се Лянь остановил фильм и снял наушники. Омега посмотрел на часы на стене и вскочил, начиная искать, что бы ему надеть? – Так. Я могу опоздать, так что выйду лучше сейчас.        Хуа Чэн тоже поздоровался, но на его «Здравствуй, Ци Жун» никто не ответил, а гамма спросил брата: - Подожди. Ты куда, вообще? - А-Жун, это не важно, важно, то что я вернусь, - парень так и не сказал куда он направляется и второпях переоделся в ванной комнате, следом покидая брата и своего Сальлана.        Хуа Чэн сидел на кровати Се Ляня, а Ци Жун на своей и оба они сверлили друг друга взглядом. Хуа наконец промолвил: - Ци Жун, я не собираюсь бросать Се Ляня, я его лю… - его перебил крик гаммы. - А мне насрать что ты к нему чувствуешь! Се Лянь мой и только мой и никто не смеет приближаться к моему омеге! –Ци вскочил и кричал на Хуа Чэна, стараясь напугать своими криками и жестикулированием. - Он твой брат… - альфа был спокоен как скала и смотрел на Ци Жуна снизу вверх. - Да, блядь! Он мой брат! И ты ему не подходишь! – гамма топнул ногой, словно стараясь проломить пол. - Ему подходишь ты? – Хуа изогнул бровь и на его лице появилась улыбка. Ци замер и задумался, а альфа руками оплёл его талию и дёрнул на кровать, заставляя лечь на спину. Хуа навис сверху и смог самостоятельно раздвинуть ноги гаммы под собой и устроится между ними, запястья Ци Жуна прижали к кровати и вырваться было тяжело. Гамма метался и кричал громче: - Эй?! Ты что творишь, сукин сын?! Отпусти меня, извращенец! – Ци Жун дёргался, но его держали крепко и он стал догадываться о дальнейших действиях альфы. – Насилуют!! Помогите! - Тихо. Я договорился, тебе не помогут. – в секунду молчания Ци Жуна, его поцеловали и чужой язык каснулся губ, а затем и языка гаммы. Ци Жун прекратил вырываться, он почувствовал подчиняющий запах альфы и внезапное для него самого возбуждение… Запах был очень приятным, пахло смесью фруктов и аромат словно затмевал мозг, он был повсюду, все мысли занимал только он. Ци расслабился и поддался на ласки чужого рта. Хуа Чэн отстранился и отпустил руки гаммы, увлечённо расцеловывая шею парня. Дыхание Ци участилось, хотелось большего, хотелось продолжения и это желание было невозможно контролировать, как и запах, который в свою очередь сводил с ума Хуа Чэна, который чувствовал пьянящий аромат вина. Ногами Ци обхватил Хуа Чэна и поддался на соблазн, руками гладя спину и голову альфы, зарываясь пальцами в чёрные, словно вороново крыло, волосы. - Как же быстро ты поплыл… - с предыханием говорил альфа, исследуя кожу лежащего под ним. Ци Жун не ответил, только потому что не слышал, не обращал внимания на слова, только на действия. - М-м… - протянул парень закрывая глаза. Он чувствовал, что внизу он уже влажный и останавливаться он не собирался и отчаянно желал, чтобы альфа тоже не останавливался. - Хочешь? – Хуа Чэн вдруг отстранился, желая подразнить парня и заставить его просить. - Хочу, блядь, очень хочу! – Ци Жун оплёл руками шею альфы и сам втянул его в жаркий поцелуй. Хуа усмехнулся и ответил. Он грубо сорвал одежду с гаммы, чуть ли не порвал её. Сам он тоже разделся, но без помощи Ци Жуна, который сейчас уже самостоятельно пихал в себя свои пальцы и постановал. Это было новое желание, не желание трахнуть омегу, а желание, чтобы тебя жёстко трахнул альфа. - Ну же… Возьми меня… - гамма обхватывал ногами и притягивал к себе альфу, источая пьянящий аромат. Хуа Чэн убрал руку Ци и сразу толкнулся уже членом, входя на половину, гамма ответил стоном и его ногти впились в спину альфы, оставляя небольшие царапины. Хуа не дал привыкнуть и толчки начались, сначала движение было замедленным, но расстянув Ци Жуна достаточно, толчки ускорялись, альфа сдержанно постановал, а гамма же не сдерживаясь стонал и двигал бёдрами на встречу. Трение кожи о кожу, смешение запахов и сладкие стоны, смазки Ци Жуна хватало и скольжение было хорошим, что обоим доставляло удовольствие, гамме очень понравилась грубость и сила. Ци Жуну приходилось выгибаться и стараться сделать так, чтобы головка коснулась простаты, чтобы наконец по телу прошёл электрический ток, приносящий наслаждение. У него иногда получалось и он кончил первым. Перед глазами гаммы поплыли белые пятна, закрывающее обзор и унося в небытие, он тут же обмяк пока в него продолжили с силой выбиваться. Хуа Чэн не рисковал и вышел перед тем как получить яркий оргазм, изливаясь и пачкая Ци Жуна снаружи.        Альфа упал на кровать совсем близко к Ци Жуну, который медленно приходил в себя и осознавал, кому только что дал… - Бля-ать… - гамма отвернулся от Хуа Чэна, лёжа на боку и смотрел в никуда, просто в пустоту, думая о произошедшем, тяжело дыша. Он позволил взять себя, да ещё и просил, да ещё и парню брата!!! Хуа Чэн позади него тоже выстанавливал дыхание, но уже принял сидячее положение и повернулся к Ци, молча смотря на него. Гамма резко развернулся и тоже сел на кровати. –Ты что сделал, тварь?! - Я в душ, а потом мы поговорим, - Хуа Чэн выглядел спокойным и не встревожанным произошедшим. Он пошёл в душ, оставляя Ци Жуна ноумевать в одиночестве. - Чё? Поговорим? Серьёзно? Ладно… Жду! – он почувствовал, что испачкан в семени этого альфы и ему не стало противно, он вздохнул и постепенно стал признавать, что половой акт ему действительно понравился, Хуа Чэн был таким доминантом и показывал, что может сделать с ним, всё что только захочет и он не был нежен, как с хрупкой девушкой, это возбуждало… - Бля, мне же тоже надо в душ и… На хуй! Мы же на кровати брата…        Ци Жун перепрыгнул на свою кровать и словно так и было сидел там, пока Хуа Чэн не вышел, уже переодетый, видимо он подготовился и взял, то что одеть после. Ци Жун кинулся в ванную комнату и закрылся там, торопясь принимая душ. Когда он вышел, Хуа Чэн уже поменял постельное бельё на кровати омеги и сидел, ждал Ци для разговора. Гамма сел рядом и уставился в пол, смущаясь близости этого альфы. - Ци Жун. Ты не скажешь своему брату. Се Лянь этого не должен знать. Я его люблю… - Любишь?! Любишь, да?! Любишь, но изменяешь любому, делая больно?! – на глазах навернулись слёзы, он схватил альфу за руку. – Со мной! Ты изменил Се Ляню с его двоюродным братом?! - Успокойся… Я делаю это ради него. До этого дня я не разу не с кем не занимался сексом… Я хочу чтобы Се Лянь получил удовольствие и я буду пользоваться тобой. –он говорил уверенно, по нему было видно, что он настроен серьёзно. Ци Жун нервно кашлянул и застыл. Пользоваться? Он что какая-то резиновая кукла? - То есть ты хочешь выебать моего двоюродного братца и для хорошо результата и чтобы ему понравилось, ты собираешься… тренироваться на мне? Чувак, я вызову полицию и тебя посадят! Ты в курсе? – Ци Жун не собирался вызывать никакую полицию и говорил так только, чтобы напугать. Он и сам хотел повторить это с Хуа Чэном, а сейчас у него появится возможность обучать альфу этому. Парень понимал, что с его возлюбленным, с Се Лянем у него не одного шанса, а вот позаботится о любимом дистанционно у него получится… - Да. Вызывай, но думаю твоему брату вряд ли понравится моя измена, а потом ещё и новость о том, что ты меня соблазнил и теперь я сижу в тюрьме. – на лице Хуа Чэна появилась хитрая улыбка, замышляющая план. - Соблазнил…? А-а… - гамма вспомнил о запахе и как он «сопротивлялся». Но это всё же не являлось соблазнением, а скорее взаимное согласие. Засудить Хуа можно легко и просто, но из-за этого у Ци Жуна пропадёт замечательный любовник и отношения с братом испортятся. – Хорошо. Я не против и я научу тебя. - Скоро вернётся Се Лянь. Постарайся забыть, - Хуа Чэн кивнул и встал, переставляя ноутбук с прикроватной тумбочки на кровать и надев одни наушники, продолжил смотреть, лёжа на кровате, фильм, перед этим перемотав кино вперёд. Ци достал телефон и время в социальной сети пролетело незаметно и Се Лянь вернулся. Эта парочка пару раз поцеловались и обнялись, а потом ушли гулять. Се вернулся и сразу засел в интернете, увлечённо переписываясь всё с тем же Хуа Чэном.