Венера в Весах

Она свой парень в многочисленной мужской компании, Любительница клубов, вечеринок, дискотек, Сегодня она здесь, назавтра уж в Испании Где б ни была, везде она свой человек. (Венера в Водолее)

- Почему я? У тебя тоже почти все готово! Снова и снова они возвращались к этому спору и, хотя у Тэхена был один, но железный довод, он не мог его высказать. Не мог, потому что щадил чувства и нервы Чонгука. Не мог, потому что знал, как тому будет тяжело (и каких дров он может наломать!), узнай макнэ, что руководство снова завернуло две песни Тэхена, поставив условие – или он меняет текст, или микстейп не выходит. А Тэ ох как не хотелось снова прогибаться под жесткие рамки компании. И Ким опять заводил речь о том, что Чонгук почти готов, что осталось подумать только об общем оформлении, что у Гуки все получится на высшем уровне, что его идеи сногсшибательны, что не стоит тянуть, что арми ждут. Последний довод был почти ударом ниже пояса. Все они так скучали по живым выступлениям, что любая возможность хоть как-то контактировать с арми, была глотком воды в жаркий день. Были, конечно, трансляции, но к творчеству это имело опосредованное отношение. Ким же, зная что его снова засыплют вопросами о его микстейпе, даже этого себя лишил и не появлялся в сети. Из-за всей этой бесконечной нервотрепки у него снова обострилась крапивница, он держался, но увидев на одной из бесконечных записей бесчисленных интервью, как чешет бедро, поморщился – надо жестче себя контролировать. Хуже всего, что улучшения ситуации не предвиделось. Зато добавились упорно ползущие сверху слухи, что «надо бы им всем пойти в армию». А у них было еще столько планов, столько хотелось написать, столько донести до любимой публики! Спокойнее всего, пожалуй, относились к мыслям о службе НамДжины. Старший, казалось, вообще просто плыл по течению последнее время: что-то происходит – вот и славно, вокруг тихо – вот и отдохну. Намджун же очень устал от лежащей на его плечах группе, столько лет он (еще зеленым юнцом) видел и решал (по мере сил) проблемы пятерых парней, таких разных, таких сложных. И только Джин всегда подставлял плечо, только к нему он мог прийти поплакаться, посоветоваться, поговорить и помолчать. Наверное, поэтому и не заметил, что в какой-то момент его старшему хену нужна была помощь. Спустя какое-то время, Нам понял, что его близкий друг, его опора, его хен, не в порядке – Джини перестал смеяться вне камер, он подолгу стоял над готовкой, забыв что делал, он зависал в задумчивости посреди тренировок, а хуже всего, что он не хотел даже поговорить об этом с Джуном. - Ой, да не бери ты в голову! - Все нормально, устал просто! -Все хорошо, просто не хочется. И Намджуни отходил, но понимал – что-то не так. Слава богу, спустя какое-то время все разрешилось, Джин привел себя в норму, будучи по натуре своей оптимистом и очень сильной личностью. Теперь в будущее он смотрел немного по-другому, понимая, что и популярность, и работа в группе не вечны. А на сольную карьеру старший Ким не был настроен изначально. Так что… Армия? Если это не вредит в данный момент группе, то и ладно, то и пусть. Намджуну тоже хотелось немного передышки – писать, ходить на выставки, знакомится с художниками и творческими людьми, помогать начинающим талантам. Если для этого нужно сходить в армию и это не помешает группе – почему нет. С остальными было все по-другому, но и от них ничего не зависело. Слово «армия» крутилось вокруг бантан назойливым комариным писком. *** - Так… Луна в Овне, Венера в Водолее… У меня она в Весах… И что это значит? Ага.. Ага! - Чонгука?! - О! Ты дома! Я не услышал, как ты пришел. - Что это ты сейчас делал? - А! Ты знаешь, как интересно! Правда, сложновато… - и Чонгук почесал затылок. - Да что такое? Что за бред ты сейчас бормотал?! - Я смотрел наши натальные карты на предмет совместимости и.. И вообще, - макнэ сделал неопределенный жест рукой. - Что ты смотрел?! – недоумевает Тэхен. - Гороскопы! А ты знал, что Корея тоже находится под знаком Весов? - Почему тоже? – машинально спрашивает Тэ. - Как «почему»? – в ответ удивляется Чонгук, - Так у меня Венера же в Весах? - А Венера тут при чем?! – в конец запутывается Тэхен. - Так ведь Венера — это «деньги, любовь и отношения, искусство и музыка, красота и мода»! – Явно цитирует Чонгук и смотрит на Тэ с гордостью неофита. - И поэтому теперь мне все должно стать чертовски понятно? – Тэхен слегка раздраженно хмурит брови, но потом замечает, как раздулся от полученных новых знаний его довольный макнэ и улыбается. Совсем чуть-чуть, уголком рта. – Чего тебя понесло-то в гороскопы? Да еще западные. - А? Ааа… Ээээ… - Чонгук стал нервно щипать щеку. Тэхен удивленно смотрел – эта дурная привычка проявлялась у Чонгука все реже и только когда он очень волновался или глубоко задумывался. - Гугу? – ласково окликнул смущенного макнэ Ким. - Что случилось? - В общем… Тут такое дело… - Если ты не хочешь говорить – не говори! Это должно было прозвучать успокаивающе, а позвучало чуть обиженно – Тэхен не любил, когда младший что-то утаивал от него. - ТэТэ, я не скрываю… - макнэ хорошо знал своего тигренка – Я стесняюсь… - Меня?! Изумление Тэхена было понятно. То, насколько хорошо они знали друг друга во всех смыслах, было невероятным. И это касалось не только этих двоих. Жизнь в течение многих лет в тесноте семерых парней, привела к тому, что они знали друг о друге больше, чем их родные. Болезни, рвоты, травмы, расстройства желудков, насморки, массажи потных тушек, вправленные вывихи – вся физиология была наружу, спрятаться было практически негде. Потому и не было особой брезгливости, потому и есть могли из одной тарелки, откусывать друг у друга еду не задумываясь. Они давно не было чужими, посторонними. И вдруг - «я стесняюсь»! Нет, Тэ понимал, что речь идет о другом аспекте стеснения, но сам выбор слова удивлял! - Мне уйти, чтобы не мешать тебе заниматься твоим новым увлечением? Раз уж я тебя так стесняю! – с каждым словом тон Кима становился все холоднее и к концу фразы возле него было оставлять мороженое, не боясь, что оно растает. В воздухе явственно запахло скандалом. - Тэхени, нет! Пожалуйста! – Глаза Гуки распахнулись умоляюще. Он знал, что (во-первых) у Тэхена был талант раздувать ссору моментально и вот просто на пустом месте, во-вторых, меньше всего ему хотелось обижать своего ТэТэ. А в-третьих – он очень хорошо знал влияние своих взглядов на Тэхена. - Ты просил меня не лезть никуда… А я… Понимаешь, мне было интересно! - ??? - вопросительно приподнятая бровь Кима давала понять, что яснее ситуация не стала. - В общем… Я влез в закрытый чат, а там разбирали гороскопы бантан. То есть – вот эти самые натальные карты: какая планета в каком знаке, в каком «доме», где что и о чем это говорит. И знаешь, там было столько совпадений! Даже ориентацию могли вычислить на 80%! А это ведь много, правда? Вот я и решил копнуть поглубже, а… - Стоп, стоп!! Что там с ориентацией?! - Я ж и говорю!... Тэхен тихо застонал и схватился за голову. Он, казалось бы, ожидал от их сумасшедшего фандома чего угодно, но каждый раз арми находили, чем его удивить. - Так что там с ориентацией, Гуки?.. *** С ориентацией дело было швах не только у них в группе. Чтобы не говорили скептики, а сам институт айдольства способствовал выявлению латентных геев и вытягивал хотя бы малейшую склонность к этому наружу. И все бы ничего, «дело-то житейское», но. Но. Процент красивых парней на один квадратный метр в этой индустрии был тоже очень велик и такие тут разворачивались драмы! Голливуд задохнулся бы от зависти! Хотя для Тэхена с Чонгуком простая ревность давно уже была пройденным этапом, случались и у них проблемы. О том, что ребята были крепкой парой знал ограниченный круг людей, но то что оба «заняты», догадывались многие. Вот только останавливало это не всех. И находились такие, для кого Ким Тэхен становился idee fixe, а кое-кого чувство вообще довело почти до сталкерства. Один из довольно известных айдолов стал просто одержим Ви. Это было уже даже за гранью любви. Увы, он и сам ничего не мог поделать. Как он рассказывал своему приятелю: «Я люблю в нем все! Ты видел, какой красивый у него язык?! Мог ли я когда-нибудь подумать, что буду любить в человеке даже язык?! Но он великолепен – безумно красивого оттенка, ровненький, изящный». Когда до Чонгука дошли эти слова (среда такая, в шоу-бизнесе точно как в той поговорке – что знают двое, знают все), он готов был готов сразу ехать бить морду «навязчивому уроду и извращенцу!» Менеджеры тогда еле удержали макнэ, пообещав поговорить не только со «злодеем», покусившемся на сокровище Чонгука, но и с коллегами - чтобы проследили за своей «звездой». Иногда Чонгук думал, может это и неплохо, что на премиях они сейчас практически ни с кем не пересекаются. Никто не будет облизывать похотливыми глазками его ТэТэ. Но, как оказалось, унять страстного влюбленного удалось ненадолго. В один совсем не прекрасный день, им на дом (!) доставили огромный букет цветов. Оба – и Тэхен, и Чонгук – были в шоке. Тэхен – от неприятного холодка, проползшего по позвоночнику, Чонгук – от накатившего гнева и страха за любимого. - Что за… - еле выдохнул Тэхен, - Откуда у него наш адрес?! - Я его убью, клянусь, Тэ! - Ага! А я потом буду на свидания в тюрьму бегать?! Нет уж, уволь меня от такого удовольствия! – Тэхен говорил, а сам уже набирал номер Седжин-хена. Хотя тот давно уже перерос должность менеджера и занимал другой пост в компании, все самые щекотливые проблемы ребята по-прежнему решали только со старым другом. А Чонгук тем временем вначале пинал злополучный букет, потом собирал его клочья по всей комнате, потом отбирал дурацкую ленточку у Тани, который решил, что и ему можно поиграть – в общем, макнэ был занят. И зол. Тэхен ходил по квартире и то долго молчал в трубку, то тихо бубнил, иногда потирая лоб тыльной стороной руки, держа в пальцах снятые очки – они с Чонгуком как раз смотрели фильм, когда взорвалась эта бомба. К тому моменту, как Тэ закончил разговаривать, Гуки уже сидел на диване с Ентаном и в комнате не было даже намека на недавнее побоище. - А где… это? - На помойке. И если этот урод не угомонится, то и он там окажется! - Седжин-хен займется этим. Надо было сразу его привлечь. - Кто ж знал, что это так затянется?! С виду и не скажешь, что он больной на всю голову ублюдок! - Гуки… Сделай мне чаю, пожалуйста… - голос Тэхена упал совсем до шепота и он вдруг стал сползать по стене, едва держась за нее рукой. Чонгука будто катапультой выкинуло с дивана (когда только успел собаку спустить?!). Он подлетел к Тэ, успел подхватить его до того, как тот окончательно упал и тут же отнес его на диван. «Какой же я идиот! Он всегда такой сильный, такой спокойный! Но уж я-то должен был заметить, насколько это по нему ударяет! Чурбан! Букетик он пинал! А ТэТэ бросил разбираться с проблемой!» - Чонгук долго бы еще крыл себя на чем свет стоил, это он умело практиковал много лет. Но сейчас надо было откачивать Тэ. И он помчался делать чай с медом, потом прибежал обратно, хлопнулся на пол рядом, схватил Тэхена за ледяную руку и стал ее растирать. Потом взял и вторую – он дышал на любимые пальцы, грел их своим горячим дыханием, потом принес кружку, сел на диван и посадил Тэ так, чтобы он оперся на него спиной, укутал пледом, подоткнув со всех сторон и стал отпаивать своего медвежонка обжигающим напитком, заодно отдавая старшему все тепло, которое только мог. - Ты как печка… - пробормотал Тэхен. - Прости меня – выдохнул ему в затылок Гуки, - Я такой эгоист! - Все нормально… - Совсем не нормально. Прости, прости… - и зарылся в пушистые волосы, глотая ком горле. И вдруг почувствовал, как вздрагивает от тихого плача Тэхен, его сильный, смелый как тигр, старший, плакал сейчас у него в объятиях, как маленький мальчик, которого незаслуженно обидели злые взрослые. - За что, Гуки? За что мне это? - Ох… - только и мог сказать Чонгук, усаживая Тэ себе на колени и крепко прижимая к груди, - маленький мой, медвежонок мой любимый, что же делать, если ты такой у меня прекрасный, что ж поделаешь… Но мы справимся, мы сможем защитить тебя, обещаю… И еще долго Чонгук, покачивая, успокаивал своего хена, легкими поцелуями собирал капельки с ресниц, бормотал ему на ухо все мыслимые и немыслимые обещания, пока уставший Тэ не задремал, уютно пристроив голову на плече своего макнэ. «Мой любимый крольчонок стал совсем взрослым...» - была последняя внятная мысль Тэ перед тем, как он окончательно отключился. А Чонгук все сидел и сидел, слегка покачиваясь, баюкая свое сокровище, свою драгоценность, которые так многие хотели - кто украсть, кто испачкать, а кто и сломать. - Мы справимся. Мы со всем справимся вместе, Тэхени…