Холодные руки

Когда в очередной раз собрали Совет и начали обсуждать, как защищать Изумрудный город, руки у Элли всё ещё были холодными. Она, конечно, держалась достойно. А как иначе, если она Хранительница? Но не заметить, что с ней что-то не так, было трудно. Даже Агнет сделала едкое замечание. Что-то там про румяна. Хоть Аларм и не очень понял, что она собиралась этим сказать, но выкинуть нахалку безумно захотелось. Только Стелла бросила на Агнет осуждающий взгляд, а Элли, кажется, даже и не услышала. Она в это время лихорадочно перелистывала книги Торна. Искала защитные заклинания. — Вторая книга, глава три, — недовольно подсказала Корина. Это Элли услышала и кивнула, открывая нужную страницу. Ну от Корины хотя бы польза была. Она не напоминала о старых обидах, присоединившись к обороне Изумрудного города. Да и всей Волшебной страны тоже. Выходит, Тил и птицы расхваливали её не просто так. Совет закончился, когда уже начало темнеть. Оборону выстроили, дозорных поставили, защитные заклинания наложили. Новое нападение, по крайней мере, не должно стать неожиданностью. * * * Руки у Элли по-прежнему были холодными, и Аларм старался её согреть, прижимая к себе. — Может, подпитаешься от меня? — предложил Аларм. Элли так делала, когда после битвы с Пакиром приходилось чуть ли не круглые сутки проводить в госпитале с ранеными. Сегодня раненых было немного меньше, и Стелла вместе с прилетевшей Виллиной справились сами. Элли накладывала на город защитные заклинания. Элли помотала головой, уткнувшись Аларму в грудь. — Я только за, Элли. — Поцелуй в макушку точно должен был её убедить. Она чуть отстранилась, чтобы посмотреть на него, притронуться ладонью к щеке и провести пальцем от лба к кончику носа, после чего Аларм почему-то очень чётко почувствовал, насколько сейчас у него сдвинуты брови. — Не стоит. Я чувствую, что ты и сам устал, — произнесла она. — Эй! — возмутился он. Впрочем, довольно вяло. Спорить было не с чем. Ночной бой и целый день за подготовкой к новому нападению давали о себе знать. Да, он — мужчина. Рыцарь. Воин. И сейчас раскисать ему точно нельзя! Но если он скажет Элли, что не устал, то соврёт. И соврёт совершенно бессмысленно. Элли поудобнее устроилась на его плече и прикрыла глаза. Если она уснёт, то разговор придётся отложить на завтра. И как его начать? Пальцы Аларма неосознанно перебирали светлые распушившиеся волосы Элли. — Надо устроить свадьбу, — наконец произнёс Аларм, так и не придумав ничего более вменяемого. И как это по-нормальному делается? Вообще надо было у отца при встрече спросить. Элли сразу же выпала из полудрёмы и подняла голову. — Ты правда этого хочешь? — спросила она чуть дрогнувшим голосом. — Хочу, — кивнул Аларм, глядя ей в глаза и пытаясь передать всю уверенность, какая у него была сейчас. — А ты? — Я-то хочу, — улыбнулась она. — Но… Ты знаешь на что идёшь? Аларм по мере возможностей развел руками, точнее, одной рукой, потому что вторую извлекать из-под Элли ему не хотелось. — Понятия не имею, что из этого может получиться, но всё равно хочу, чтобы ты была со мной. — Я волшебница, — напомнила Элли. — Да я знаю. Что, волшебницам нельзя замуж? Элли закусила губу и задумчиво посмотрела вверх. — Ну а если нельзя… Давай найду того, кто придумал это дурацкое правило. И поясню, что волшебнице замуж можно. — Аларм так и не дождался ответа и привстал, снова ловя взгляд Элли. — Парцелиус к тебе не сунется точно. Когда я последний раз был в Жёлтой стране, он вообще сбежал в лес и не появлялся. — Я не об этом. — О чём тогда? — Дети у волшебниц — большая редкость. Очень большая редкость. Настолько большая редкость, что, может быть, даже никогда... Что такое? Аларм мгновенно перестал хмуриться и усмехнулся. — Со Стеллой вы поговорить нормально не успели, да? — О чём именно? — брови Элли чуть сдвинулись, но вдруг её лицо озарила робкая улыбка, тут же пропавшая. Аларм погладил её по животу, пока не произнося ни слова. Элли медленно пододвинулась ближе к подушке и засунула руку под перину. Календарик размером с ладонь Элли обычно показывать не хотела. Несмотря на то, что Аларм знал, что она там отмечает. — Если сегодня тоже ничего, то… — Она посмотрела на Аларма какими-то совершенно обезумевшими глазами. Аларм заглянул под одеяло. — Ничего. — Аларм поцеловал Элли в вырез сорочки. — Элли, милая, ну ты только не плачь. — Я от счастья, — прошептала она через всхлипы, закрывая глаза ладонями. — Боже мой, я всё ещё не могу поверить… Женские слёзы Аларм считал страшным оружием и готов был на стену лезть, только заметив, что Элли может сейчас заплакать. А утешать одновременно плачущую и смеющуюся Элли было куда сложнее. И вообще надо ли? Тем более, стоило всё-таки оторвать её руки от лица, Элли начала целовать Аларма, обнимать его, и снова смеяться. И откуда только у неё силы взялись? — Ну так что? Есть ещё какие-то сомнения? — Аларм держал уже успокоившуюся и блаженно улыбающуюся Элли в объятиях у себя на груди и вообще не собирался сегодня отпускать. — Точно не в том, что я могу и хочу быть с тобой, — призналась Элли. — А какие? — Всё ли будет с ним в порядке? Успеем ли мы справиться со всеми проблемами до появления малыша… — Малышей, — поправил Аларм. — Стелла сказала, их там двое. Сил Элли хватило всего на один радостный смешок и снова покатившиеся по щекам слёзы. — Вот это волшебство, да? — Аларм потрепал её волосы. — Волшебство? Вряд ли. Это… — Она подняла голову и посмотрела на Аларма. — Настоящее чудо. — Ага. Чудо, — подтвердил Аларм. — Сына назовём Том. — Конечно. Ещё когда Элли после долгих туманных намёков и странных вопросов всё же напрямую спросила, знает ли Аларм, откуда берутся дети, он заверил её, что знает. А ещё хочет назвать сына Томом в память о друге. Вот только потом он вспомнил и пророчество Тома. Из-за того же пророчества он и считал сомнения Элли напрасными. И оказался прав. — Жаль, что Том про девочку ничего не сказал, — после долгой паузы добавил Аларм. — Анна, — предложила Элли. — Я всегда хотела… — Хорошее имя. В честь твоей мамы? — Да. — Что касается проблем — разберёмся. Непременно разберёмся. Элли, а они там нас слышат? — Вряд ли. — А если я громко крикну? — Разбудишь весь дворец. А они ещё маленькие, скорее больше чувствуют, чем слышат. Через меня, — Элли снова блаженно и широко улыбнулась. — Ну тогда передай им как-нибудь через себя, что их отец рядом. — Передам. — И что любит их. — Это они точно чувствуют. — И тебя люблю. — И это тоже передала. — Это не обязательно. Это я тебе сказал. Со свадьбой мы с тобой решили, детей назвали. Вот теперь можно и спать. Элли заёрзала, устраиваясь поудобнее, так что объятия всё же пришлось ослабить. Она натянула на обоих одеяло и закрыла глаза с всё той же блаженной улыбкой. Когда ночью Аларм проснулся и нашёл руку Элли у себя на груди, она уже была привычно тёплой. Вот теперь точно можно быть за неё спокойным.