Когда-нибудь..

Огромнейшая трасса раскинулась перед взором Сяо. Кажется, что она была больше, чем Панамериканское шоссе* в несколько десятков раз. Беспрерывный поток машин несся по разным полосам с не маленькой скоростью, заставляя каждый раз вздрагивать все больше и больше. Рядом с Яксом стоял светловолосый парнишка — яркий, как лучик солнца ранним утром. Он звонко смеялся и рассказывал свои чудные истории, а Сяо стоял и смотрел в землю, совсем не слушая парня. Он знал, что случится сейчас, знал ведь, но каждый раз это событие вызывало панику и слезы. Веселый голос Итэра утих, как и поток машин, которых становилось все меньше и меньше. И всякий раз Сяо надеялся, что эта дьявольская машина проедет мимо, что ничего не случится и он проснется 29 апреля 2019 года**, как-будто ничего и не было. Он надеялся, что он проснется в обнимку с Итэром, снова поцелует его как в последний раз. Надеялся, что его обнимут и скажут, что это был всего лишь глупый кошмар. Однако когда голос смеющегося парня утих, на плечо Сяо легла тяжелая рука. Якс резко повернулся, но не увидел никого. Посмотрел вокруг, посмотрел назад, посмоnhел наверх. Он боялся одного: смотреть вперед. Боялся увидеть черную машину, с уже забытыми за два года номерами. Боялся криков людей вокруг, боялся тех самых звуков скорой помощи, которые он так хотел услышать в детстве. Пересилив себя, парень открыл глаза и посмотрел вперед. Итэр стоял посреди дороги, и смотрел ему неотрывно в глаза. Машины проезжали сквозь него, как будто не видя, ведь только один автомобиль мог это изменить. Шоссе опустело, и лишь свет фар в далеке сообщал о надвижении опасности. Светловолосый протянул руку к Сяо и лишь открыл рот, что бы произнести такую ненавистную речь за все это время, как громкий удар заставил Якса пасть на колени, только бы не видеть этого. Он закрыл глаза и оперся руками о землю и вновь заплакал. Заплакал так же, как и в тот темный апрельский вечер. Голос в голове раздался как обычно внезапно, заставляя парня вскрикнуть. Лишь ненависть может нас с тобою спасти. — Что-то отдаленно похожее на голос его любимого раздавался гулким эхом, бился о черепную коробку, долбил череп с каждой фразой все сильнее. Казалось, что он давно вышел за рамки его сознания и его мог слышать весь мир. Отчаяние зарождалось внутри и начинало пульсировать где-то в области сердца, давая понять о том, что ему уже больше некуда расти. Сяо схватился за грудь, смыкая руки в надежде на то, что он умрет от нехватки воздуха. Якс вновь вскрикнул, а затем и вовсе истерично начал смеяться. Смеяться так, что любой психбольной на него косо посмотрит и поймет, что он абсолютно здоров по сравнению с этим парнем. Вперемешку со всхлипами и смешками, голос в голове раздался вновь. -Сяо, любимый, что с тобой?! Сяо! — Итэр стоящий на одном колене перед Яксом, пытающийся узнать что случилось, а на заднем плане лишь снова стояло оно и глядело на него бездонными, черными глазами. Ты — демон, Якс. — Сяо заходился в новом приступе истерики, а существо за ним лишь усмехнулось и исчезло. * Согласно Книге рекордов Гиннесса Панамериканское шоссе — самая длинная автомобильная трасса в мире, однако на стандартных транспортных средствах проехать через Дарьенский пробел между Центральной и Южной Америкой невозможно. (Источник — Википедия) ** будем считать, что это дата дня рождения Итэра. ****** -Сяо, любимый, что с тобой?! Пожалуйста, проснись, — Якс подскочил с кровати от того, что мать трясет его за плече, заставляя проснуться. Дыхание сбилось, зрачки расширились, а паника, что зародилась еще во сне совсем никуда не делась. Глубоко вдохнув, Сяо опустился обратно на кровать, закусывая губу и закрывая лицо руками. Хриплый голос в голове постепенно уходил на задний план, оставляя лишь горький осадок о сегодняшней ночи. Мама поставила на прикроватную тумбочку стакан с водой и таблетку успокоительного и обернулась на отца, стоящего в дверном проеме. Тот ничего не сказал, только вздохнул, покачал головой и позвал жену жестом, намекая на разговор. А Сяо так и остался сидеть на кровати, рисуя у себя в голове то самое создание. Парень трясущимися от страха руками выпил таблетку и запил водой, когда дверь с легким хлопком закрылась, оставляя Якса наедине с собой и с существом, сидящим где-то в углу комнаты. -Чжун, я думаю, что пора с этим что-то делать. я-я. больше не могу видеть, как наш сын страдает, — первой диалог завела Нин Гуан, глядя на мужа стеклянными глазами. Тот не менее тоскливо вздохнул и обнял жену, успокаивающе водя руками по спине. -Помнишь психиатра, про которого я тебе говорил? Я думаю, что все-таки нужно ему позвонить. Это не может так продолжаться, — низком голосом проговорил Чжун Ли, остраняясь от женщины и выходя в свою комнату за телефоном. Мама лишь зашла в комнату к сыну и села рядом, поглаживая его по волосам. А он лишь взглянул на нее пустыми глазами и вернулся к прежнему разглядыванию угла своей комнатушки. Мама взяла его за руку и начала: -Сынок, давай один очень хороший дядя с тобой поговорит и все уладит? я обещаю, тебе он тебе помо.. — мама нервно сглотнула и перестала говорить, уставившись на сына. Якс медленно повернулся к ней и заглянул казалось, прямо в душу. Если бы он видел себя со стороны, то он бы понял, как стал похож на это создание. Впалые щеки, до нельзя худое тело, тремор в руках, панические атаки с истерическими смешками. видишь, ты такой же как и я. — прогинорировал голос сзади себя, осознавая то, что он у него в голове, он по маньячески наклонил голову и улыбнулся, как «Итэр» в конце сна. -А я и не болен, — опять с этой истерической смешинкой проговорил Сяо. Сам Сатана бы перекрестился, если бы увидел его таким, что уже говорить про чувства мамы в этот момент. Она снова всхлипнула и отпустила руку сына. -Сяо, он тебе поможет, — почти шепетом проговорила мама и буквально выбежала из комнаты. Якс остался сидеть в прежнем положении лишь повернул голову на источник движения, а в углу комнаты вновь возникла пара черных глаз, с белой точкой посередине. Существо с насмешкой перекрестилось и промолвило тем самым охрипшим до безумия голосом: -Я-якс, — протянуло создание, — не знал, что я со стороны выгляжу так страшно, — намекнуло существо на поведение Сяо. С лица парня тут же сошла улыбка, а глаза лишь сильнее расширились. Сяо резко сорвался с места, подходя к тому самому темному углу. Действия были очень быстрыми и скользящими, как будто Якс опасался, что существо тут же пропадет. Тенью подходя к «глазкам», парень навис над с интересом разглядывающим его существом. Опустившись на колени, он взял его за ворот и сжав кулак бил с резкими вскриками. Бил так, что самому от себя становилось страшно. Царапал, бил, пинал, делал все, только бы оно заткнулось раз и навсегда. -Ты.. — прошипел Сяо, как сзади раздался голос, а на плечо легла тяжелая лапа. -Я же говорил, называй меня Авель. Мы так давно знакомы, а ты даже по имени меня не назвал, — по обиженному проговорил монстр. Якс тут же обернулся, но не увидел абсолютно ничего, кроме исчезающей тени за дверью. Взглянув обратно, он пришел в легкий шок. Перед ним сидело не избитое создание, а простой разорванный его же руками пуфик. Сяо отпрыгнул назад, больно ударяясь головой о спинку кровати. Поджав под себя колено, парень сжал и без того растрепанные волосы и просто начал пялиться в никуда, пытаясь достать ответы. Ответы на то, что происходит вокруг. Ответы на то, почему оно постоянно издевается над ним. Ответы на то, почему Сяо стал таким. Ответы на, почему Итэр покинул его, оставляя с самим собой. Так много вопросов, но. Так мало ответов? нет. Ответ — это и есть Сяо. Но парень всеми силами слепо ищет ответы и пытается разобраться с существом, а не с собой. Может ему и вправду нужна помощь?.. Поднявшись с пола, он глубоко вздохнул, пытаясь успокоить внутреннее непонимание происходящего с ним. Он открыл в комнате окно и вышел из помещения. Зайдя на кухню, можно было увидеть маму и папу, молча завтракающих за столом. Атмосфера стояла уж точно не веселая. -Прости, мам, я не знаю что на меня нашло, — извинился Якс, даже не глядя в глаза Нин Гуан. Она лишь снова всхлипнула, но ответа не дала. Теперь на душе было не только непонимание, а еще и гложащее чувство вины, которые было похуже всего этого. Парень лишь выпил чашку воды и снова скрылся за дверью своей комнаты. Инцидентов подобно утренним больше не происходило, но все равно в каждом углу дома были те самые два глаза, наблюдающие за ним с ухмылкой.