одно целое
18 января 2022 г., 00:00
***
Чонгук, заехав во двор омеги, глушит мотор своей детки — Bugatti Veyron, и оборачивается к омеге. Тот, оперевшись на стекло, мило посапывает. И этот омега на своих хрупких плечах держит всю модную индустрию? — Тэхен, мы приехали, — альфа нежно тормошит Кима за плечо. Омега, открыв глаза, смотрит непонимающе на альфу, который вырвал его из такого прекрасного сна, где он гулял по Парижу, наслаждаясь отпуском, который ему не светит где-то еще полгода, ведь сам себя показ не организует, к сожалению. — Пошли, я провожу тебя до квартиры, — омега, все еще находясь одной ногой в своем сне, согласно кивает. Мужчина открывает омеге дверь и, увидев, что того немного колышет, приобнимает за талию, а тот только ближе жмется к теплому боку альфы. «А омега утром такой же милый?» — проносится в мыслях Чона. — Пароль? — 0605. Альфа вводит и лифт, закрывшись, поднимается на восемнадцатый этаж. — Важная для тебя дата или просто набор цифр? — День, когда вселенная подарила мне чрезвычайно важного человека — соулмейта, — наконец-то проснувшись, бубнит омега. Лифт издает писк, оповещая, что они прибыли. Альфа, не выпуская парня из объятий, следует за ним. Омега ведет их в свой храм, в свою крепость, в которую могут попасть лишь избранные. Тэхен достает ключи с милыми брелочками каких-то супергероев из кармана пальто. — Спокойной ночи? — Чон нехотя выпускает омегу из объятий, делая шаг назад. Ким недовольно кривится, верните ему тепло, которым альфа делился. — Чонгук… Не хочешь зайти на чай? — омега чувствует, как предательский румянец расползается по щекам. Если бы здесь был Чимин, то весь район услышал бы дикий ржач. Ведь Ким сам по своей натуре заставит любого смущаться, а тут краснеет от того, что предлагает какому-то альфе зайти к нему. Ким поправляет самого себя. Не «какому-то альфе», а «альфе, который помог и сейчас помогает ему». — Поздновато для чаепития, — альфа указывает на свои часы. Ким заинтересовано смотрит на ролексы последней модели. Часы показывают час ночи. Не так и уж поздно, вообще-то. — Но для кофе — самое время, — с лукавой улыбкой говорит Чон, заходя в квартиру и попутно расстегивая пуговицы на своем пальто. Омега видит, как черти начинают танцевать самбу в глазах альфы. Они оба понимают, что кофе они точно пить не будут. — Чувствуй себя, как дома, — закрывая на замок дверь за вошедшим альфой, говорит Ким.***
Альфа, повесив свое и омеги пальто, идет вслед за Кимом. — Сколько ложек сахара в твой кофе положить? — расстегивая свою рубашку, спрашивает Ким. Чон рычит, да так рычит, что внутренняя омега Тэхена впервые перед кем-то хочет склонить голову. Господи, этот альфа делает то, что не удавалась сделать еще ни одному альфе — подчиняет его омегу и самого Кима. — Я, — альфа в четыре шага оказывается возле Кима. — Пью, — снимает с себя черную водолазку. — Без, — помогает омеге снять рубашку. — Сахара, — и, не видя сопротивлений от омеги, целует. Они сплетаются языками в страстном поцелуе, соревнуясь за первенство. Альфа на это только хмыкает и ведет влажную дорожку из поцелуев к шее. Легонько прикусив пахучую железу, омега непроизвольно стонет. Эрогенная зона омеги обнаружена. Омега своими умелыми ручками расстегивает ремень на штанах альфы, тот, не отрываясь от шеи, помогает ему. — Презервативы? — Мгх… в ванной… в первом ящике комода. Альфа, все же отрываясь от полюбившейся ему шеи, направляется в ванную, которая находится сразу же возле спальни. Пока альфа пошел за защитой, Тэхен поднимает с пола одежду, которую они сняли друг с друга, и вешает на стул. Они уже давно не подростки, которым срывает крышу от предвкушения секса, которым они сейчас займутся. Да и альфа завтра, будет ему благодарен за не мятую одежду. Чонгук возвращается, как раз когда омега снимает с себя нижнее белье. Блять. Это горячо. Омега флиртующе смотрит на Чона, кидая черные кружевные трусики к его ногам. А тот сейчас мечется, не зная чего ему хочется больше: попросить надеть их обратно, чтобы посмотреть, как Ким в них выглядит или трахнуть омегу до срывающегося голоса. Что ж, сегодня второй вариант выигрывает. Ведь устоять перед Тэхеном, который на лиловых простынях растягивает себя невозможно. — Чони~, — вводя в себя второй палец, стонет омега. Блять. Это слишком горячо. Альфа, рыча, к пальцам омеги добавляет свой, сразу же попадая в простату. Кима аж подкидывает от неожиданности. — Пожа… Ахх…пожалуйста, — скуля от наслаждения, просит Тэхен альфу закончить эту сладкую пытку. — Войди, прошу… И кто такой альфа, чтобы отказать в просьбе этому одновременно горячему и хрупкому малышу? Альфа открывает квадратик и раскатывает презерватив по всей длине члена, упираясь головкой в проход, а после плавно толкается, слыша стоны омеги. Войдя полностью, он дает пару секунд Киму привыкнуть. После того, как омега окольцовывает его своими длинными ногами, он начинает двигаться, сразу же переходя на быстрый темп. По комнате разносятся громкие шлепки мокрых тел, кровать ходит ходуном, и Чон от этого только сильнее вбивается в омегу, надеясь, что здесь хорошая звукоизоляция, и что соседи не пожалуются на них. Тэхен стонет, скулит и кричит от удовольствия, скорее всего завтра у него не будет голоса, и он не сможет нормально ходить. Но, ради того удовольствия, что он сейчас получает, он готов потерпеть. Чонгуку сносит голову от такого Кима. Тот на каждый толчок стонет «Чони~» и «быстрее», альфа, слыша это, рычит, усыпая тело омеги засосами и помечая запахом. Что делать с запахом, который будет на омеге где-то еще с неделю, они подумают завтра, а сейчас они наслаждаются друг другом. Чувствуя, как Тэхен сжимает член в себе, Чонгук ускоряется и наваливается на Кима всем своим телом. Они кончают почти одновременно. Чонгук не выдерживает и изливается в презерватив, рыча в ухо омеги. А Тэхен от трения своего члена об пресс альфы пачкает их животы. Вымотанные они лежат друг на друге, не двигаясь. Тэхен лениво перебирает черные волосы альфы на затылке: — Щекотно, — но вопреки своим же словам Ким подставляет свое лицо под нежные поцелуи-бабочки, которыми альфа поднимется от шеи до итак зацелованных губ омеги. Чонгук отстраняется от губ Кима и, чмокнув в родинку на кончике носа, выходит из омеги. После вытирает салфеткой их животы от спермы и выкидывает в стоящее возле туалетного столика мусорное ведро. Подняв упавшее одеяло с пола, он укрывает омегу и ложится рядом, притягивая полусонного парня к себе. — Спокойной ночи, малыш, — говорит Чонгук, улыбаясь и целуя в макушку Кима, который устроился у него на груди, там, где сердце стучит в унисон с омежьим, который, ничего не подозревая, только сильнее жмется к альфе.А об этом они постараются не думать вообще, ведь у каждого из них есть большая трещина на сердце, которую сделал тот, от которого меньше всего они ожидали. Но сердцу, как и вселенной, на это наплевать, ведь если соединить два разбитых сердца, то получится одно целое.
