꧁Неизвестный Довакин꧂

Оказавшись на втором этаже, оба стали переодеваться. Даби снял с верхней части тела всё, и обзору пташки открылись шрамы. Их было так много, что глаза, наполненные интересом и небольшим страхом, просто разбежались. Но, заметив на себе взгляд, Довакин тут же отвернулся. На спине шрамов было куда меньше. — Эй, ты что, стесняешься своего тела? — с усмешкой спросил Кейго. — Нет. — прямо и хладнокровно ответил ему Даби, натягивая на тело чёрно-красную броню, как оказалось, Тёмного Братства. — Я не хочу, что б ты заваливал меня вопросами. — О, вот как? А если... Я не буду заваливать тебя вопросами? Ты покажешь? Даби в свою же очередь недовольно что-то прорычал, но, повернувшись, задрал вверх надетую броню. — На. Смотри. Кейго вновь усмехнулся, и, подойдя к Даби, аккуратно дотронулся до парочки крупных шрамов. Теперь пернатый понимает, что его ждёт в будущем, и, судя по улыбке, он к этому готов. — Чего лыбешься? Получать шрамы не очень-то и приятно. — Я понимаю. Но ведь они украшают настоящего воина. — все с той же улыбкой говорил Кейго, посмотрев уже в глаза собеседника. — То есть, ты мне только что сделал комплимент? — недолго помолчав, спросил Даби, приподняв бровь. — Да, считай так. Кейго отошёл от Довакина, после чего стал надевать точно такую же броню. Единственное, что его заставило задержаться, так это то, что в этой броне нет вырезов для его крыльев. — А, точно. — вспомнил о вырезах для крыльев Даби, беря кинджал в руки. — Ну-ка замри. Скомандовав послушной пташкой, парень стал делать аккуратные надрезы на самой броне, что было удобно: не нужно измерять все в точности, что бы не ошибиться в измерениях и прочем. Сделав надрезы в нужных местах, Довакин помог его ученику высвободить крылья от одежды через эти самые разрезы. — Тебе брони не жалко? — спросил Кейго, посмотрев на Даби через плечо. — Нет. Теперь эта броня твоя. Ты её, конечно, ещё пока не заслужил, ведь ты не являешься членом Тёмного Братства, но... Думаю, сегодня ты заработаешь все свои заслуги. — Стоп... Ты предлагаешь мне вступить к вам? Но я ведь ничего не знаю о вас и ваших целях. — Мы наёмные убийцы. Когда-то Тёмное Братство считалось очень крепкой семьёй, но как только наш нынешний босс пришёл к его власти, всё просто рухнуло. Теперь мы только убиваем, держимся командой, но не семьёй. Что, кстати, иногда к лучшему. — Как-то грустно звучит. — Возможно. Но любви не бывает между убийцами. Даже дружеской. Мы только напарники друг для друга, не более, и я считаю это правильным. Кейго замолк, не задавая вопросов, ведь он, сам того не желая, всё же так же понимал, что убийцы должны быть хладнокровными. Вскоре оба были одеты. Даби выдал пернатому оружие. Это был эбонитовый меч. К счастью, по весу он ничем не отличался от того меча, на котором он сегодня учился, и потому ему не придется привыкать к другому оружию долго. Довакин же взял такой же меч, но помимо него он так же прихватил и даэдрический лук с железными стрелами. — Ты готов? — спросил обладатель бирюзовых глаз. — Да, вполне. — отвечал пташка, с тяжёлым вздохом направившись к лестнице, что ведёт на первый этаж. Парень хотел что-то сказать вслед уходящему Кейго, но решил, что лучше не станет беспокоить его раньше времени тем, что ему, возможно, придётся обучаться чему-то прямо во время боя. Очень скоро оба вышли из поместья, оставив босса Тёмного Братства одного. Видимо, Даби ему доверяет, раз позволяет ему вот так просто заходить к нему в дом и оставаться там. Даби, проходя по дорожке, взял уздечку Тенегрива за подбородочный ремешок, уводя его за собой. Тот, конечно же, послушно пошёл за ним. Идя так совсем недолгое время, Кейго вновь задал очередной вопрос: — Скажи, а ведь твоё имя Тойя? Даби тут же остановился, удивляясь подобной доходчивости, но потом вспомнил, что сказал ему о том, что является сыном ярла Виндхельма. — Да. Всё верно. — Я читал что-то такое в книгах. Там упоминалось о старшем сыне ярла Энджи, который был изгнан. Обе истории совпали. Вот только почему-то шли слухи о том, что ты примкнул к изгоям в первый же день. — Пф, бред. Ты всерьёз думаешь, что я попрусь в Предел от Виндхельма на своих двух? К тому же, какой мальчик в семь лет будет знать весь Скайрим? — Семь лет..? — немного удивился Кейго. — Ты был изгнан в таком юном возрасте? — Да. Тогда я уже представлял огромную опасность для жителей Виндхельма, как оборотень, и их скоту, как вампир. — И где же ты тогда жил..? Тойя в свою очередь притих на какое-то время. Он тяжело вздохнул, после чего повернулся к Таками. — Меня приютил караван каджитов. Вот только их буквально через месяц всех убили якобы за поддельный товар... — Всё на твоих глазах, верно..? — Да. А потом убийцы забрали меня, видя во мне потенциального война. Позже, обучив меня, они отдали меня в коллегию Винтерхолда для того, что б я изучал магию. Вот только я, как и вся моя семья, проклят. Я могу использовать только часть магии,и легче всех мне даётся магия разрушения. Огонь. Я владею синим пламенем. Увидев такое, мой учитель сказал, что в этом есть свои особенности, и другого владельца синего пламени не существует. Если получится, то ты увидишь это пламя в действии. — Необычно. А скажи, какая ещё магия тебе подвластна? — Магия призыва. Я могу призывать Арвака, древнего война Тёмного Братства, некоторых драконов... Один из них даже лично мной создан. О, и ещё мне, к счастью, подвластны пару заклинаний восстановления. — Да? А как проклята твоя семья? — всё так же продолжал заваливать вопросами Кейго, уже нагло улыбаясь. — Это последний вопрос, на который я тебе отвечу... — вздохнул тот, отводя взгляд на дорогу. Мой отец может владеть исключительно пламенем. А мать только льдом. Я не знаю, за что их прокляли, но это проклятие въелось в них самих настолько, что стало частью них. Благодаря этому и появился на свет мой двумордый брат, который может владеть и тем, и другим. — Зато ты смог преодолеть этот "барьер", научившись магии других школ. — Не всё так просто. Их использование вредит мне. Таками замолк снова. Выйдя на широкую дорогу, Даби сел верхом на Тенегрива, который сразу же направился в сторону назначенного места, постепенно переходя на полевой галоп. Таками же, взмахнув своими крыльями, тут же взмыл в небо, не отставая от своего учителя, летел за ним. Добираться долго им не пришлось. К счастью, на пути не попадались ни бандиты, ни различные твари, и потому они очень скоро оказались у алтаря. Пернатый опустился на землю, едва заметив падающие хлопья снега. — Тут холодно... — подметил Кейго, взъерошив перья на крыльях. — Да ну? А я и не заметил. — Закатил глаза Даби, вздохнув. — Садись на Тенегрива, нечего пешком идти. Тебе силы ещё нужны будут... Таками послушно сел сзади парня, обхватив его за туловище, дабы во время езды случайно не упасть с коня. И вот, вскоре те были на вершине горы, до которого добрались тем же полевым галопом. Однако Тойя не желал, что бы их раньше времени заметили, и потому он слез с коня ещё на приличном расстоянии до заброшенного и разваливающегося строения... Оставив Тенегрива, синеглазый взял свой даэдрический лук и, взяв простую железную стрелу, он натянул тетеву. Кейго насторожился, и потому решил также быть на готове, взяв в руки эбонитовый меч. Парочка неспешно подобралась поближе. Они завидели расслабленных после "пира" вампиров, облачённые в одеяния некромантов. Они о чем-то славно беседовали, пока за ним наблюдал Кровавый дракон, который решил расположиться на глыбах горы. — Это все облегчает. — прошептал Даби тому. — Они сыты, а значит слабы и небдительны. Силы вампира сильно слабеют после употребления крови. Тойя задумался. Он никогда не попадал в ситуацию, где заодно и вампиры и дракон, и потому он не знает, в кого первым выпустить стрелу. Но, не желая думать над этим долго, он выпустил стрелу в дракона, который, прорычав от боли, тут же взмыл в небо. Натягивая вторую стрелу, он наблюдал за тем, как вампиры пытались понять, откуда была выпущена та. На лице парня появилась кровожадная ухмылка, и он буквально через пару мгновений выпустил стрелу уже в одного из вампиров. Стоило телу рухнуть, как оставшиеся трое выживших клыкастых тварей заметили тех. Кейго тут же встал в боевую стойку, а Тойя, бросив лук на землю, взял уже меч, выбегая из укрытия навстречу нежити. Таками с ним. Пернатый помогал своему учителю давать отпор, но он не смел убивать тех - лишь был как живой щит, который блокирует оружием удары. Получая сильное ранение в ребро, вампир отползает, оставляя своих двух оставшихся союзников в бою. Но это длилось недолго. Он воспользовался талантом «Слуга вампира», с помощью которого оживил первого умершего вампира. Кейго не заметил этого. Он лишь продолжал наносить урон и без того мёртвым телам. Оживший, подойдя сзади Кейго, тут же схватил его, заламывая руки и заваливая на землю. — Кейго! — тут же отвлёкся от битвы Тойя, что оказалось для него чреватой: вампир использовал крик «бесжалостная сила», и в итоге Довакина отшвырнуло... Настолько, что он просто напросто полетел с этой чёртовой горы вниз. Адреналин резко выбросился в кровь Таками, видя, как парень, к которому он уже успел привязаться, летит вниз, навстречу своей смерти... На глаза пташки навернулись слёзы. Он пытался вырваться, но вампиры прижали его к земле. Он сдался, тихо всхлипывая. Его переполняли эмоции. Он первое время не уважал Тойю, но стоило его чуть ближе узнать, как он стал тем самым человеком, которому Кейго доверяет. Или доверял..? Он молил всех богов о его спасении, но те его не слышали: знали, что это не конец. Эхом раздался крик Довакина, и вновь тишина... Которая также длилась недолго! Над горой взмыл Одавинг — дракон, что когда-то был в подчинении Алдуина. Что самое удивительное, так это то, что верхом на нем сидел Даби. Кейго тут же с облегчением наполнил лёгкие полностью, словно сам только что ожил. Он буквально ощутил, как на душе стало легко. Тойя, оскалившись, натянул тетеву настолько сильно, что, держа лук на расстоянии вытянутой руки, локоть второй до упора заходил назад за спину. Целясь прямо в полёте, лук выстрелил, и стрела с глухим и кратким хрустом прошла насквозь черепушки одного из вампиров. Это позволило Таками тут же выпорхнуть из хватки оставшегося вампира. С ним-то пташка справился сам, как только он приземлился подальше и схватил меч в руки, который буквально через пару мгновений оказался в грудной клетке нежити. Ледяная кровь стекала по лезвию, капая на камень горы, вытесанный специально под ноги человека. Таками с заметным испугом в глазах смотрел на то, как алая жидкость постепенно добралась и до его рук, которые так и держали мёртвой хваткой оружие. Тойя спрыгнул с дракона, как только тот пролетал близко к горе. — И каково на вкус убийство? — с усмешкой спросил Даби, положив ладонь тому на плечо. — Не ссы, ты всё ещё чист: вампир - нежить, он - ходячий труп. Не более. Так что ты не убивал никого. Кейго тяжело вздохнул, рывком вынув меч из дважды мертвого тела, и, стряхнув кровь, посмотрел в глаза Тойи и замер. В холодом окутывающем душу взгляде Даби так и читалась некая жажда. — Даби... Ты чего? Кейго отошёл на пару шагов от Довакина, который в свою очередь оценивающе оглядел своего ученика с ног до головы. Запах чужой крови сводил разум голодного вампира с ума. Он понимал, что кровь ему подобных тварей не утолит его жажду, и потому он смотрел только на Кейго, как на свою пищу. Но также разум простого человека давал знать, что без соглашения пташки нельзя прикасаться к нему ни в коем случае. Однако он все равно стал подходить к нему на дрожащих ногах, неспешно, будто пытаясь остановить самого себя. — Позволь мне выпить немного твоей крови, Кейго... — монотонно произносил синеглазый. — Или проваливай. Таками понимал, что в любом из случаев его шея будет прокушена клыками Довакина: или он отдастся ему здесь и сейчас, или ночью, пока тот будет сладко спать, вампир все равно укусит его. И потому, вздохнув, он также неспешно стал подходить к Тойе ещё и потому, что он помнил его слова о том, что вампиры слабеют, когда утоляют голод. Если тот нападет вновь, будет уже легче отбиться. Видя, что жертва сама идёт навстречу тому, парень широкими шагами подошёл к тому, и, жадно прижав того к себе, он не менее жадно впился своими клыками в чужую шею, сразу же начиная утолять свою жажду, что заняло не такое уж и значительное время. Но это не единственный плюс, который получил Кейго: вампиру не пригодилось слишком много крови для утоления жажды. Он уже был сыт, выпив ровно столько, сколько было выпить безопасно для самочувствия и здоровья пернатого. — Это неоценимая услуга. — признался Даби, наслаждаясь долгожданным упоением, как только оторвался от чужой шеи. — Сегодня сделаю тебе небольшой подарок. В качестве благодарности. Кейго неуверенно кивнул тому, вытирая стекающую кровь. Он опустил взгляд, ощущая, как в его организме что-то меняется, боясь, что подцепил тот самый вампиризм от парня. — И ещё... Давай не будем задерживаться. — добавил Тойя, устремив взгляд на небо, надеясь увидеть в небе только одного дракона, - Одавинга - ведь те уже не шибко-то и подходят для боя. — Наше счастье, что той ящерицы нет... Блондин взял за предплечье пернатого, поспешно уводя его за собой с алтаря к Тенегриву, на которого он усадил его также поспешно, забираясь перед ним. Без лишних слов те тронулись с места... Ближе к раннему вечеру они были у Озёрного поместья. Из здания можно было слышать разговоры. Видимо, босс Тёмного Братства дождался кого-то ещё. Как оказалось, это были члены этой же "семьи". — Без моего ведома гостей привёл? — с ощутимым сарказмом спросил Даби, заходя в главный зал поместья, видя давно знакомых ему Тогу и Твайса. — Было слишком скучно, вот и вызвал шутов. — ответил ему босс. — О, а ведь кто-то говорил, что он принимает в Братство только заслуженных ассасинов. Даби ухмыльнулся, идя вместе с Ястребом на второй этаж, слыша вслед себе недовольный фырк со стороны Шимуры. Закрыв дверь в спальню, Тойя с тяжёлым вздохом посмотрел на Кейго. — Как твоё самочувствие? — внезапно спросил Даби. — Ну, вроде всё также. — задумался парень. — Однако после укуса я стал чувствовать себя несколько иначе. — Как именно? — Первое время болела голова, а потом... В глазах всё вокруг стало красным. Я ощущал, как жжёт моё тело солнце. — А, тогда поздравляю. Ты теперь являешься вампиром. Но не бойся, это лечится. Кое-кто из наших знает, как это делается. Ничего больше не добавляя и не слыша ответа, Тойя подошёл к одной из запертых дверей, открывая ту. Из того помещения пернатый видел лёгкий зеленоватый свет, смешанный со светом нескольких свечей. В тёмной комнате это выглядело весьма ярко. — Что это? — поинтересовался Кейго. — Это стол зачарований. Я же обещал тебе что-то взамен на твою кровь, верно? Так вот... Я знаю, что должен дать тебе. Скажи, как ты относишься к костяным ястребам? — Костяные ястребы?.. — переспросил Кейго со вздохом. — Когда-то он был моей мечтой, как птица-разведчик, или как добытчик маленьких вещиц... Но быстро понял, что мне не нужно ничего разведовать, да и маленькие вещицы я сам собрать могу. Конечно же, пташка говорил последнее с грустью, но по звучанию она была незначительной. — В таком случае, у тебя он будет. — задумался парень, рыская среди различных драгоценностей, которые он припас для зачарованния. Поиски много времени не заняли, и он нашёл амулет костяного ястреба... Он не был зачарован, видно это по отсутствию сияния. — Вот. Это амулет призыва. Когда я научу тебя призывать различных существ, ты сможешь призвать и его. Таками тут же широко улыбнулся, охотно принимая подарок и разглядывая черепушку костяного ястреба. Тойе, конечно же, показалось такое поведение весьма странным. Вроде Кейго и сам птица, а на череп ему подобного смотрит с жадной улыбкой... — Так значит, у меня, получается, теперь есть своя птица? — Да, считай так. — Ответил Даби, выходя из этого помещения и прикрывая дверь, оставляя Кейго одного в наслаждении и радости новой побрекушке. Но и Кейго не стал долго любоваться этой вещицей. Он также скоро вышел из комнатушки, закрывая за собой. Надев этот самый амулет, он догнал Даби. Он задумался... Этот человек, судя по всему, станет тем, с кем Кейго проведёт остаток своей жизни. А он, видимо, и не против. Таками обязан этому человеку как минимум потому, что он принял на себя эту обузу. Спас. И продолжает держать в укрытии и обучать, даже понимая, что будет, если вдруг стражники просекут, где проживает "убийца" и "грабитель"... От этих мыслей, на удивление, Кейго стал теплеть душой к этому блондину. Становится все более приятно быть с ним рядом. Словами не дать описание, насколько сильно Кейго привязался к Тойе. И что насчёт привязанности... Ему вдруг стало грустно. Он так переживал, когда начинал осознавать тот факт, что, скорее всего, он утратит единственную надежду на благополучную жизнь даже с такой репутацией. И это самое ощущение заставило парня подойти к своему спасителю и тут же крепко его обнять. Довакин, конечно же, малость нахмурился: не любил он внезапного нарушения своего личного пространства. — Эй, тебе что, солнце голову напекло? — недовольно произнёс парень. — Или вампиризм в башку ударил? Но Кейго в ответ лишь малость нежно улыбнулся, посмотрев в глубокие ультрамариновые глаза своими золотистыми. Тойя и сам расчувствовался, видя в этих глазах тоску вперемешку с болью, однако образ хладнокровного убийцы он не решался терять. — Так что тебе нужно, а? — Ничего... — чуть тихо ответил Таками. — Просто спасибо. За все. Ты принял меня даже с такой репутацией. Это неоценимая услуга. Тойя нахмурился чуть больше, отводя взгляд в сторону. — Ты просто многого не знаешь... Все эти подставы - моих рук дело. Таками тут же отшатнулся от своего "спасителя", распахнув глаза в удивлении. — Да... Я подкупил тебе подобного. Я подкупил такого же крылатого, как и ты, что бы он совершил подобное. — Я не верю... — Кейго резко сел на кровать, ноги его уже не держали. — Зачем ты сделал это?! Довакин тяжело вздохнул, все так же не смотря в глаза парня. — Во-первых потому, что ты слишком много знаешь. Я не мог просто сидеть и надеяться, что ты не расскажешь о моём убийстве. Во-вторых, всё награбленное тем пернатым теперь наше: мы продадим дорогие побрякушки и хоть немного вылезем из этой бездны. В-третьих, мне нужен был новый ученик. Таками молчал. Теперь уже ЭТИ эмоции на передать словами. Он видел в этом человеке своего спасителя, который уже постепенно становился кумиром, но... Как оказалось, он виновник всей этой дряни! Крепко сжав ладони в кулаки и оскалившись, пернатый встал, тут же уходя из поместья прочь, тут же улетая отсюда куда подальше. Даби же спокойно проводил его взглядом, как и те, кто находился в главном зале поместья: все они знали, что пернатому некуда будет деваться, так что он, когда остынет, в любом случае вернётся, хочет он того или нет.