В кладовке

Эрен много тренируется. Если он хочет перебить всех титанов, способности превращаться недостаточно. Нужна хорошая форма, скорость реакции, умения в разных стилях боя. И он правда старается: когда все друзья бегут десять кругов, он бежит пятнадцать. Пускай Микаса переживает и отговаривает его, пускай просит хоть немного отдохнуть, Эрен не из тех, кто позволит себе остановиться. Но с недавних пор ему тяжело сосредоточиться. А всё потому что он влюблён. Капитан Леви с детства был примером для подражания. Сильнейший воин человечества, о котором шептались все, когда разведчики вновь возвращались с огромными потерями, а он не получал ни царапины. Разве что шрамы на душе от потери близких ему товарищей. Но их Аккерман не показывал никому, и это восхищало — пройти весь этот кровавый путь, не сломаться, продолжить сражаться. Только вот эмоции свои мужчина заменил на беспросветный холод, чтобы окружающим было тяжело пробить его линии обороны, сблизиться, стать кем-то важным, чтобы потом погибнуть. Эрен смог пройти все колючие кусты и холодные глыбы в сердце этого мужчины. Для него было уже просто делом принципа добиться его чувств, растопить ледяное сердце, увидеть то, что капитан так тщательно скрывает от остальных. Йегер брал его заботой. Простым человеческим теплом, с которым он относился к грубому коротышке. Приносил вечером чай, массажировал плечи, когда Леви допоздна сидел над бумагами, рассказывал какие-то забавные истории, чтобы увидеть улыбку. И Аккерман не смог сопротивляться. Он боялся привязаться к человеку, который скоро умрёт, но Эрен ведь и не человек. «Монстр с обворожительной, звериной красотой» — так звал его в своей голове Леви, и почему-то верил, что кто-кто, а Эрен ещё долгое время будет занозой, и не только, в его заднице. Они скрывали свои отношения, не желая лишних глаз и слухов. Как же так — подчинённый и начальник, сильнейший воин и этот титан, мужчина и юноша. Но Йегер всегда казался старше, чем он есть. Да, юношеский максимализм бил со всех щелей, но человека, пережившего столько боли, просто язык не повернётся назвать ребёнком. Ему пришлось взрослеть очень рано, потому Леви почти не чувствовал своего возрастного превосходства и даже разрешил парню обращаться к нему на «ты», когда они наедине. А выбраться куда-то вдвоём они пытаются постоянно. Эрен постоянно смотрит на капитана на тренировках, но парню мало только смотреть. Он становится рассеянным, заторможенным, а потому от такой тренировки толку мало. И капитану раз за разом приходится придумывать оправдания, чтобы вытащить парня с этого просирания времени впустую. Сегодня это «новый плановый отчёт Ханджи». — Тц, такими темпами, Йегер, мне придётся перенести в эту кладовку стулья, кровать и ванную, — недовольно закатывает глаза Леви, когда заводит парня в их «любимое» место. Их кладовка находится в продовольственных складах. Средь бела дня сюда почти никто не ходит, а чистоту в помещении поддерживает лишь сам капитан, которому мерзко почти каждый день ходить сюда — в компанию пыли и паутины. Они сбегают в эту кладовку от посторонних людей, чтобы побыть вместе, успокоить бьющие гормоны Йегера и дать ему долю близости, которой можно будет насытить до ночи. — Прости. Но я не виноват, что как смотрю на тебя — сердце замирает, и я не могу больше думать ни о чём, — робко усмехается Эрен. — Как будто без меня ты много думаешь, — насмешливо парирует капитан, складывая руки на груди. Йегера такая оборонительная позиция категорически не устраивает, и он целует мужчину в шею, пытаясь расслабить, заставить скинуть эту маску грубости. — Ну Леви. Чего ты? Самому же надоедает расхаживать там под палящим солнцем, следить за нами-оболтусами. Со мной же лучше, — соблазнительно нашёптывает Эрен, приобнимая Аккермана за талию. — Лучше. Но у меня, как и у тебя, есть обязанности. Мы не можем каждый день бегать сюда на пол часа и целоваться. Тем более, что у тебя потом обязательно встаёт. — Что я могу сделать? Это всё гормоны. Или вы молодым не были никогда? — Обиженно поджимает губы Йегер. — Был. Но в своей молодости я был простым бандитом, а не надеждой человечества, — хмыкает Леви, но от парня не отстраняется, а наоборот поглаживает по непослушным каштановым волосам. Эрен не находит ничего умного, чтобы ответить, потому лишь тянется к губам капитана и втягивает в поцелуй. Это повторяется каждый день, но всегда приятно и чувственно. Сухие губы, нежные прикосновения. Йегер придерживает Леви за поясницу, чтобы тот не обтирал спиной грязную стену, а Аккерман в свою очередь впутывается пальцами в волосы парня и тянет того ближе к себе, не давая отстраниться. Как бы он не прикидывался, будто не любит всё это, как бы не закатывал глаза, раз за разом ходя в кладовку, на деле обожал этого парня и всё что он с ним делает. А эта кладовка стала их маленьким домом, где можно было избавиться от всех тревог с любимым человеком.