Синдром мартовской кошки

Ему снился потрясающий сон. Солнце, голубое небо, большой зелёный луг. Северус лежал на траве, а рядом копошилась маленькая черноволосая с карими глазами девочка. Она умилялась, смеялась и пускала смешные пузыри. А Снейп не мог нарадоваться своему счастью. Боже, как хорошо, что весь кошмар закончился! Как хорошо, что теперь у него есть семья! Это так прекрасно. Снейп посмотрел ещё раз на дочь. Она медленно перебирала ножками. Ещё… Ещё… Вот она уже дотопала до обрыва. Почему же он лежит и не встаёт? Снейп подскочил уже тогда, когда девочка сорвалась с обрыва.  — Элина!!! Его голос прозвучал словно гром. Он зарыдал, начал трясти руками. А девочка уже скрылась в бездне широкого моря.  — Северус! Северус! Снейп почувствовал чьей-то спасительное прикосновение и… раскрыл глаза. Рядом сидела разъярённая Гермиона. Ее глаза пылали от ярости.  — И кто такая Элина? — она уперла руки в боки. — Ах ты, кобель похотливый! Ты себе какую-то бабу завел. Я, значит, сижу дома, варю тебе борщи, а ты интрижками занимаешься?! Я ношу под сердцем твоего ребенка, а ты мне на голову рога ставишь?! Скотина! Проваливай отсюда! Снейп терпеливо промолчал. Он уже привык к таким заскокам жены. Интересно, беременные все такие нервные и наивные?  — Я не пойму: ты чего разлегся? Я, может, кушать хочу, а ты все лежишь… Гриффиндорка разрыдалась в подушку. Северус обнял ее.  — Малыш, перестань! Сейчас я принесу тебе покушать. Чего ты хочешь?  — Голову этой твоей Элины.  — О, Мерлин! — застонал Снейп. — Да нет у меня никого, кроме тебя. А Элина… Э-э… — замялся он. — Я тебе ещё не говорил, но я бы хотел, чтобы нашу дочь звали Элина. Что скажешь?  — Я не назову своего ребенка в честь твоей патаскухи, — категорично заявила Гермиона. — Небось, она тебе во сне хорошо дала, вот ты и решил так назвать ребенка. Да?  — Дура ты, миссис Снейп! Мне снилась маленькая девочка. С черными волосами и карими глазами. Она упала с обрыва. Понимаешь, наша дочь в моем сне упала с обрыва…  — Это небось твоя Элина выбросила ее оттуда. Чтоб я тебя ребёнком не могла удержать. — Гермиона отказывалась что-либо слышать.  — Да мать твою! — простонал Северус. — Сколько раз тебе ещё сказать, прежде чем ты поймёшь, что нет у меня никакой любовницы?!  — Враньё! И ты сам это прекрасно знаешь…  — Это был сон, дорогая. Снейп закипал. Он постарался взять себя в руки, обняв жену.  — А ты романтик. Не только наяву трахаешься со своими Элинами, но и во сне.  — Ни с кем я не трахаюсь кроме тебя! — заорал Снейп.  — Так в чем проблема? Вон, иди… Элина тебе даст. А нас с Джейн не трогай.  — С какой еще, Мерлинова борода, Джейн?  — С МОЕЙ дочерью.  — Она не только твоя, но и моя. И звать ее будут Элина.  — Вот когда сам родишь себе дочь, вот и называй ее, как хочешь. А пока я тебе рожаю.  — Да если бы не я, не было бы у тебя никакой Джейн…  — Тьфу! Напугал дементора поцелуем! Как будто бы только у тебя есть член! Да мне стоит свистнуть, и желающих сотня выстроится…  — Что ж ты год назад не свистнула, а?  — Да потому что люблю я тебя!  — И я тебя, дурочка моя ревнивая. Снейп отправился на кухню, выпил успокоительное зелье. Интересно, после родов она тоже такой противной будет???