Тёмная лошадка

В такие моменты Тони начинал понимать Пеппер. И правда, куда это годится? Ты готовишься, планируешь, сто раз предупреждаешь, а он… На этот уик-энд у Тони были вполне определённые планы, и Локи прекрасно о них знал. Мог бы и прямо сказать, если идея в кои-то веки отпраздновать День всех влюблённых казалась ему такой уж несусветной глупостью. А он согласился, вроде бы даже готовился, но потом вдруг подорвался, якобы по совершенно неотложному делу, и пропал. Наверное, за подарком, решил Тони. Дарить подарки Локи умел и любил. Но прошёл час, и другой, и третий, а он не возвращался и телефон оказался выключен. Раньше такое случалось при походах в зеркальное измерение — но об этом Локи обычно успевал предупредить — или во время путешествий по другим мирам. — Нет, я его сегодня не видел, — ответил Стивен, взяв трубку на третьем десятке гудков и явно находясь мыслями где-то в другом месте. — Кстати, передай Локи, что Вонг нашёл тот ритуал, о котором он спрашивал. — Непременно, — буркнул Тони, мысленно добавив «но в понедельник». А то вдруг окажется, что именно эта ночь изумительно подходит для проведения ритуала, и Тони же понимает… Он понимал, безусловно, но это понимание имело свои пределы. — Так, я начинаю сердиться, — сообщил потолку Тони, и в этот момент старкфон ожил. «Белмонт Парк. Сейчас же приходи, если можешь. Если не можешь, всё равно приходи». Понятно. Кто-то начитался Конан Дойля. Впрочем, классика есть классика, а интригующее приглашение разом вернуло праздничный настрой. Так что до Элмонта Тони летел как на крыльях и через четверть часа уже затормозил у ворот ипподрома. — Мистер Одинсон ждёт вас, — забирая у него ключи от машины, кивнул парковщик. В конюшне, куда проводили Тони, Локи почему-то не оказалось. Только Тор в компании двух невзрачных азиатов и злющего вороного жеребца. — Друг Тони! — словно глотку воды в пустыне обрадовался ему Тор. — А где Локи? — вместо приветствия спросил Тони, стараясь держаться подальше от коня, который всхрапывал и порывался встать на дыбы. — Он… эээ… в другой конюшне. По этой широкой улыбке и метнувшемуся взгляду любой, знающий Тора дольше пяти секунд, понял бы, что он лжёт. — Слишком тяжёлый, — с непонятной Тони затаённой радостью покачал головой один из азиатов. — Ничего, Л… Лаки сдюжит, — чуть запнувшись на имени жеребца, заверил их Тор. — Или вы хотите отказаться от пари? — Нет-нет, — замотали головой оба азиата. — Всё в силе. Удачи вам. Они поклонились и вышли из конюшни, оживлённо переговариваясь на ходу. — Что происходит? — немедленно потребовал ответа Тони. — Я… проспорил трон Асгарда, — отчаянно рубанул Тор, отступая подальше от взвившегося на дыбы и бешено молотящего копытами воздух жеребца. — Ну, то есть ещё не совсем проспорил. Ты ведь поможешь, друг Тони? — Так. Сначала. По порядку. Коротко, — потерев занывший в предвкушении неприятностей висок, велел Тони. — Как ты ухитрился поспорить на трон Асгарда? — Я не знал, что они так воспримут! — ударил себя кулаком в грудь Тор. — Это же просто выражение! Ну как «клянусь бородой Одина». Я же не закладываю папину бороду. — Почему ты не объяснил это им? — Я же не думал тогда, что могу проиграть! — Ты не думал. Точка. А что за пари? Что нужно сделать, чтобы выиграть спор? — Обставить их лошадь, — понуро признался Тор. — А их лошадь?.. — Солнечный ветер. — Да это же фаворит заезда! — возмутился Тони, выведя данные табло себе на браслет. — О чём ты только думал? Впрочем, кого я спрашиваю… Конь утвердительно всхрапнул и топнул копытом, словно был полностью согласен. — Я хотел выставить Слейпнира. Или Пегаса. — То есть восьминогого коня или крылатого? Действительно, и почему это их не допустили к скачкам! Тони не знал, плакать или смеяться. Совсем успокоившийся конь легонько толкнул его в плечо. — Спасибо, приятель, — Тони даже решился положить ладонь ему на морду. — Так и что требуется от меня? За час до заезда найти лошадь, способную обставить фаворита? — Конь-то у нас есть, наездник только нужен… «Неужели ты думал, что я позволю себя оседлать кому-то кроме тебя?» — вдруг раздался в его голове голос Локи. — Ну вы, ребята, даёте! — только и смог выдавить Тони, вглядевшись. — Ты в курсе, что у вороных лошадей голубых глаз не бывает? И, кстати, ты не переборщил с размером… ну, сам знаешь. Бегать-то сможешь? «Что дано природой — то и есть», — встряхнувшись, горделиво ответил Локи. — Локи очень зол на меня? — жалобно спросил Тор. — А его самого спросить не мог? «А я с этим олухом не разговариваю. Лучше бы он свой… жезл нефритовый проспорил! Я бы тогда ещё и помог выигрыш получить!» — Очень, — усмехнувшись, перевёл для Тора Тони. Смех смехом, а ситуация-то складывалась аховая. — Не хочу вас расстраивать, но какой из меня жокей? Я, между прочим, лошадей боюсь. Разве что их тысяча и они под капотом. «Но это же не просто лошадь. Это я!» — Да, это меняет дело, — согласился Тони. Погладил шею, потрепал гриву. В породах он не очень разбирался, но конь из Локи получился красивый: невысокий, поджарый, с сухими ногами прирождённого бегуна. — ДЖАРВИС, сколько времени нам потребуется, чтобы получить лицензию жокея? — окончательно решившись, спросил Тони. А получив ответ, что за полчаса управятся, похлопал вороного по холке: — Ну что, пошли на разминку? «Мне не нужно». — Зато мне нужно! — потянул за узду Тони. Пофыркав для порядка, Локи послушно пошёл за ним. Тора отослали сделать ставку — Тони не хотел упускать такую возможность, раз придётся участвовать в скачках. Ездить верхом оказалось не так уж страшно. Конечно, высоковато, но он, чёрт возьми, летал гораздо выше в практически неуправляемой консервной банке, сваренной из огрызков ракет. «Просто держись в седле и двигайся вместе со мной», — посоветовал Локи. Совет-то был неплох, только про позу наездника вспоминать не стоило. Стояк ещё никому не помогал лучше держаться в седле. К началу заезда Тони окончательно успокоился, а Локи, похоже, вообще ни секунды не переживал, уверенный в своих силах. Как именно Тор уладил проблему с весом наездника, они предпочли не спрашивать, главное, их допустили до скачек. Со старта Локи рванул так, что Тони испытал желание зажмуриться, но переборол себя и натянул поводья. — Эй, потише! «Да я всю дистанцию так могу пробежать и даже не вспотею!» — Ага, чтоб уж точно все догадались, что перед ними не простая лошадь, и заперли тебя в лаборатории для изучения, — пригнувшись к шее, пригрозил Тони. Словами осадить получилось намного лучше. Локи сбавил ход, и его тут же обошёл гнедой с жокеем в сине-белой форме. Сперва Тони думал, что вся его роль и вправду будет заключаться в том, чтобы не вывалиться из седла, но оказалось, гонка есть гонка, а опыт участия в автогонках вполне применим и для скачек. Вскоре Тони уже действовал как настоящий жокей: придерживал коня, чтобы пройти поворот по внутренней бровке, не столкнувшись с другими участниками, подсказывал ему, куда сместиться, чтобы затруднить обгон. И вдруг, несмотря на все хвастливые заверения, Локи начал замедлять ход, хотя поводья не были натянуты. — Ты чего? — испугался Тони. «Спокойно, это тактика, — в мысленном голосе Локи было столько самодовольства, что весь испуг за его состояние как рукой сняло. — Раз уж ты поверил, остальные тем более решат, что я не рассчитал силы и сдулся. Обычное дело, молодой горячий конь и неопытный жокей. И они сейчас заставят своих лошадей выложиться, чтобы меня обойти. А не следовало бы. До финишной прямой всего ничего». Тактика Локи оправдала себя на все сто. Тони видел, как жокеи нахлёстывают лошадей, пытаясь воспользоваться моментом и обойти «уставшего» соперника, зачастую по самой невыгодной траектории, которую им специально оставляли. «А теперь держись крепче», — посоветовал Локи, когда они вылетели из-за поворота на финишную прямую. Тони послушно сжался в седле, упиваясь уверенной лёгкостью, с которой конь стал наращивать скорость. Первыми отстали те, кто выложился слишком рано и не сберёг силы для финального рывка. Впереди теперь скакали лишь Солнечный ветер и давешний гнедой. Обе лошади явно не впервые выступали со своими жокеями, прекрасно знали, что от них требуется, и выкладывались по полной. Но с Локи им было не тягаться. Трибуны и прежде не молчали, но теперь они просто впали в неистовство. Ещё бы, прямо перед ними, как по заказу, происходило то, о чём ещё долго будут вспоминать: никому не известный новичок, выйдя на финишную прямую седьмым, неумолимо настигал фаворитов! Какой восторг! В тот миг, когда Локи порвал финишную ленту, на полкорпуса опередив остальных, Тони вдруг понял, что никогда не испытал бы ничего подобного с машиной. Только с живым существом можно разделить радость победы, тем самым умножив её. Единственное, чего ему сейчас не хватало, — возможности обнять Локи. В человеческом облике, разумеется. Но их всё не оставляли одних, и если круг почёта Локи прошагал, гордо изгибая шею с лентой победителя и не без удовольствия внимая восторженным крикам, дальнейшее вовсе не пришлось ему по вкусу. Через три часа он дошёл до белого каления и заявил, что если их не оставят в покое немедленно, пусть пеняют на себя. По счастью, все формальности к тому моменту были улажены. — Давай, — сказал Тони, убедившись, что двери конюшни заперты. «Не могу», — с оттенком испуга отозвался Локи несколько томительных мгновений спустя. И тут же с диким, истошным ржанием встал на дыбы, вдребезги разнося загородку, сделал несколько кругов по конюшне, повалился наземь, мотая головой, снова вскочил на ноги, безумно сверкая своими невероятными светлыми глазами. — Эй, эй, эй, успокойся! Презрев свой страх, Тони бросился на шею беснующемуся жеребцу. Пальцы запутались в гриве, конь рванулся... И перед Тони оказался Локи. Абсолютно голый, встрёпанный, тяжело дышащий, но сразу же успокоившийся. — Мамина подвеска? — сдвинув брови, спросил Локи, глядя на нитку чёрного жемчуга, оставшуюся в пальцах Тони. — Я и не знал, что она фиксирует превращение. Думал, просто стабилизирует заклинание. Прости, — без перехода продолжил он, — я не хотел всё испортить... — Пока не испортил, — тесня его в сторону загона, где на куче сена валялась старая попона, перебил Тони. — Но результат следует срочно закрепить. Так что готовь к бою свой... нефритовый жезл. И где ты только нахватался таких выражений? — У нашей новой домработницы, — охотно пояснил Локи, удобно располагаясь на попоне и наблюдая, как Тони раздевается. — Мне было интересно, что читают почтенные мидгардки. — Почтенные? Да ей едва за сорок! — И ты намерен мне доказать, что это самый расцвет? — Я бы сказал «побереги дыхание», но ты в этом не нуждаешься, в каком бы виде ни оказался. Тони оседлал бёдра Локи и закусил губу, сдерживая стон предвкушения. В этом заезде проигравших не будет.