Новогоднее благословение

      Только через неделю Антон, собрав в кулак всю свою решимость и негодование, пришёл к Гесеру за разъяснениями.       В дверях кабинета он на мгновение задержался. Омелы на косяке не было.       — С Рождеством, Городецкий, — поприветствовал шеф, едва он переступил порог.       Антон, не говоря ни слова, прошёл к столу. Пресветлый оторвался от заполнения каких-то бумаг, взглянул на него поверх очков. Антон машинально отметил, что глаза шефа кажутся больше и темнее в обрамлении тонкой оправы. Раздражённо мотнул головой, сдёргивая, едва не порвав цепочку, амулет с шеи. Положил, уже стараясь всё-таки быть аккуратнее, на стол перед шефом. Тот слегка недоумённо свёл брови.       — Не понравился что ли?       Подарок Антону напротив был очень по вкусу. Уже на вторые сутки ношения он убедился, что случайно вытащенной из груды хлама ненужной побрякушкой тот быть никак не мог. Энергетический баланс с его любимым стандартным набором мага, его собственной аурой, прекрасное дополнение к щитам, это был действительно полезный и ценный знак внимания. Вот только обстоятельства его получения смущали.       Гесер подпёр голову рукой, глядя на Антона снизу вверх. Тот снова поморщился от того, как непривычно иначе воспринимался этот взгляд.       — Приворотов не накладывал, — тихо сказал Гесер.       Антон прислушался к себе.       — Верю, — кивнул он, — иначе я бы пришёл не разговоры разговаривать. Но тогда зачем? — он неопределённо махнул рукой куда-то вверх и в сторону двери.       Гесер улыбнулся уголками губ.       — Это был подарок.       Антон уставился на амулет, как на гремучую змею.       — Этот камешек просто поделка, — Гесер отстранился от стола, снял с носа очки, задумчиво посмотрел стёкла на свет, — я такие всем сотрудникам время от времени выдаю, сам знаешь.       — Тогда зачем? — повторил Антон с нажимом.       Гесер вздохнул, тихо и как-то привычно.       — Ты ведь переживаешь на счёт вас со Светланой? — Антон чуть вздрогнул, — Не даёт покоя предопределённость?       Антон ещё не до конца понимал, к чему был столь резкий перевод темы, но на краю сознания скреблась догадка. Это позволило слегка расслабиться. Он пододвинул кресло для посетителей и уселся напротив Гесера. Подпёр, как шеф давеча, голову рукой, неосознанно отзеркалив жест.       — Видишь ли, с Судьбой даже я поделать ничего не в состоянии. Вот предназначено вам быть идеальной парой, и всё тут. Это не гарантия того, что вы будете вместе, это скорее как благословение.       Антон поёжился. Разговоры на эту тему давались ему в последнее время нелегко. Он смотрел мимо шефа, болезненно пристально вслушиваясь в звучание его голоса.       — Трудно представить равное по силе положительное воздействие. И уж конечно ни в какое сравнение не идёт старое праздничное поверье.       Антон прикрыл глаза.       — Но всё-таки, учитывая мой статус в вероятностном поле, как инициатора, суммируя с человеческой верой, накладывая это всё на магию праздника… по примерным прикидкам, оно в некоторой степени уравновешивает, если можно так выразиться, однозначность твоей Судьбы.       Антон повернул голову и посмотрел на Гесера с иронией.       — То есть теперь у меня выбор стоит между Светланой и вами, вот спасибо.       Про себя подумал, что это вообще не выбор.       — Ты волен выбирать кого угодно или не выбирать вообще, — холодно уронил Гесер. Антону почудилось, что наставника обидел столь пренебрежительный тон, — Ты, как я уже неоднократно говорил, мог бы и без того выбирать совершенно свободно, но тебя почему-то смущает, что ты заранее в курсе, кто именно при прочих равных подходит тебе из всех живущих на Земле лучше всего.       Гесер позволил себе выпустить в голос раздражение. Антон хмыкнул.       — И вы любезно соблаговолили навязать мне альтернативу, которая при прочих равных будет лишь чуточку хуже.       Гесер посмотрел на него кисло. Он, похоже, и сам был уже не рад своей инициативе.       — Я сделал тебе подарок, на грани допустимого для мага моего уровня воздействия, а ты пришёл и высказываешь претензии. Понимаю. Не ждал вообще-то активной благодарности, но подобное свинство, честно говоря, разочаровывает. Не пойти ли тебе работать, Городецкий?       Антону на мгновение стало стыдно. Но только до тех пор, пока он не напомнил себе: о подобной медвежьей услуге не просил, и вины своей за недовольство, вполне справедливое, ощущать не обязан. В конце концов, любому осточертеет столь частое постороннее, исключительно доброжелательное, разумеется, на благо всех и вся, вмешательство в свою Судьбу.       Он молча поднялся, развернулся, и вышел вон.       На столе в своём кабинете по приходу обнаружил оставленный у Гесера амулет. Задумчиво взял камешек в руку. Тот грел ладонь приятным теплом.