Blood, sweat and love

Тэхён родился вторым сыном в самой обычной семье. Мама работала учительницей в ближайшей от дома школе, а папа хоть и занимался боксом, много денег не приносил, параллельно зарабатывая на стройке. Его бои являлись беститульным, а само направление любительским и не зависело от графика. Когда Чимину исполнилось восемь, отец стал ещё и тренером. Малыш с рождения любил своего брата и старался проводить с ним как можно больше времени, а тот и не был против. Они вместе спали, кушали, шкодили, играли и даже выговор получали равный. Родители смотря на своих сыновей спокойно выдыхали радуясь. Далеко не у всех дети ладят друг с другом. Тэхён старался не пропускать ни одной тренировки старшего, с большими глазами полными счастья наблюдая за каждым его ударом. На дебютном бое среди подростков, он громче всех кричал, размахивая самодельным плакатом с любимым именем и кучей сердечек, поддерживая. Тогда Чимин победил, заявляя что свою победу посвятил Тэхёну и поэтому тот чуть не потеряв сознание от радости выскочил на упругий ринг с крепкими объятьями. Разница в два года была неважной, ведь Ким для своего возраста был преимущественно худым, а Пака пичкали мясом для набора массы. Когда Чимин проигрывал, мальчик немного поплакав в своей комнате, собирал пальчики в кулачки и шёл успокаивать брата. Тот не на столько сильно расстраивался, просто находился в прострации и видел перед глазами победный удар противника тысячи раз. Тэхён обнимал его как мог, расцеловывал пухлые щёчки и повторял, что Пак всё равно самый лучший боксёр в мире и проигрыши не самое страшное, что может быть. Первое сражение в профессиональном боксе в категории лёгкого веса прошло совсем не гладко. Юный боксёр нахватался ударов в лицо ещё в первом раунде, а во втором упал на лопатки и не смог встать. Ким с ужасом наблюдал за проигрышем, больно до крови искусав губы. Врачи сторожащие ринг привели Чимина в порядок и поставили на ноги, а Тэхён сдерживал себя до последнего обмотавшись воображаемыми цепями из иридия, лишь бы не выбежать к брату. Он рыдал, сжимал пальцы так, что кожа на нежных ладошках лопалась, но не шёл к проигравшему, боясь показать свои эмоции. Не хотелось расстраивать его ещё больше. Ким просто сбежал тогда, а успокоившись зашёл в чиминову раздевалку. Его было трудно узнать из-за множества фиолетовых синяков, заплывшего глаза и кровавых губ. Зрелище не для слабонервных. Следующий бой опять принёс поражение и травмы в копилку Чимина, но в этот раз Тэхён повёл себя мужественнее, начиная успокаивать старшего ещё на ринге. Когда Пак набирал популярность люди начали замечать и Кима, каждый раз выбегающего к нему и буквально душащему бойца в объятьях. Его прозвали «братом боксёра», в то время как прозвищами самого парня были «Чим-Чим» и «Перерождённый». Первое, так-как считали его ребёнком, а второе из-за переломного момента, когда после сплошных проигрышей, пошли абсолютные выигрыши. Но не только Тэхён из братьев хороший и добрый. Чимин своими крупными накоплениями от победных боёв содержит всю свою семью. Он купил родителям небольшой домик за городом, как они и просили, а сам делит с Кимом особняк, покупая ему всё что тот попросит. Поэтому он и не работает, довольствуясь богатствами старшего. Хорошо устроился, ничего не скажешь.

💥💥💥

Сегодня парень опять задержался, приходя в кафе под конец смены Чонгука. Расслаблялся в тёпленьком джакузи совсем позабыв о времени, но Чону скажет, что на работе задержали. Отведав любимого Латте и лениво поболтав с другом, Тэхён засобирался домой. Сегодня он без личного водителя, так что придётся на такси. Заказав машину, парень ещё немного оглядывает кафе, наблюдая за боксёром принемающим редкие заказы. Тот ярко улыбается и проявляет к посетителям вежливость, надеясь хоть на какие-нибудь чаевые. Выглядит мило, не считая его крупных форм. Телефон коротко пиликая, осведомляет о новом сообщении от службы такси. В общем машина подъехала, нужно выйти к ней на какую-то ближайшую отсюда улицу. Ну, Тэхён оставив пару купюр и салфетку с начерченным на ней весёлым смайликом у пустой чашки, выходит. Включив навигатор, он вбивает нужную улицу, собираясь шагать по маршруту, но мобильник как назло отключается, от низкого заряда батареи. Как же он теперь дойдёт? Поднапрягши мозг и вспомнив примерное расположение красной капельки с обозначенным местом, Ким выдвигается к ней. Улица длинная, а в такое время как сейчас ещё и освещённая. Вроде бы где-то нужно свернуть, но все повороты куда не глянь, пугали своей вонью и темнотой. Середина города, а такой беспорядок. Оглядевшись, Тэхён крепко сжимает дрожавшие пальцы, собирая яйца в кулак так сказать и медленными не уверенными шагами сворачивает в один из проулков. Сыро, грязно, противно, какие-то лужи. Возможно это место служит туалетом для каких нибудь беспросветных алкашей, так что нужно внимательно смотреть под ноги. Позади слышаться шаги и Тэхён вздрогнув, оборачивается. А вот и те кто так испортил этот переулок, целая шайка из четырёх шатающихся, здоровенных пьяниц. Оглядывая путь, который ему ещё осталось пройти, парень сглатывает. Ничего не видно, будто тупик. — Принцесса, ты обречена, — хрипло смеётся самый близкий из всех, наступая. Остальные поступают также, стараясь окружить свою жертву. Сердце Кима с еле слышным бухом падает в пятки, а дрожащие пальцы мгновенно леденеют. — О, так это же брат боксёра, — удивляется самый низкий из них, тыкая пальцем. Его порванная одежда не скрывает пивного живота. Какие же они противные. Всё же шайке удаётся окружить Тэхёна, держав расстояние к нему в один метр. — А, Чим-Чима который? Никогда не любил его. Слишком он гордый олень. — ухмыляется, скорее всего главарь пьяной банды, так как он всех вёл, призывая к действиям. — Хорошую добычу поймали. — У тебя много бабок, это сто процентов, отдавай все, — подходят, а Ким смотрит на них загнанным зайцам, дёргаясь как от тока, прибывая в панике. — И телефончик гони, — говорит до этого молчавший. Они сокращают расстояние, а Тэхён жмётся в грязную стену, желая в неё врасти, совсем наплевав на свою брезгливость. Коленки еле держат, так что он скоро упадёт в какую-то зелёную лужу. Как будто кошмар какой-то. Мозг подбрасывает идею. — Помогите! — вопит как можно громче, дольше и даже когда рот закрывают широкой ладонью, он продолжает шипеть и мычать. Кто-то из пьяниц уже шарит по его карманам. — Твою мать, — выругивается главарь, отходя от жертвы, приказывая оставшихся сделать также. Их четвёртый, самый молчаливый уже без сознания целует изломанный асфальт, а Чонгук с горящими глазами, наступает на них медленно, словно пантера. Перестав чувствовать едкий запах дешёвого алкоголя и чужих противных прикосновений, Тэхён приходит в себя, глядя на своего спасителя. Сердце вновь падает в пятки. Не ожидал. Один из придурков либо смелее, либо алкоголя выжрал больше чем остальные и нихрена не понимает, с «пугающим» криком бежит на встречу. Выпячивает кулаки, готовясь бить, но Чонгук сбивает его с ног вертушкой, так, что массивные фирмачие кроссовки попадают точно по челюсти. Вырубил. Главарь толкает своего последнего помощника, а сам несётся со всех ног туда, где Тэхён приметил тупик. Алкаш становится в стойку, шатается, но готовиться нанести удар. Чон подходя как можно ближе, резко бьёт того в подбородок снизу вверх, от чего мужчина закатывая глаза, падает назад. Боксёр не оставляет его, усаживается сверху и сжав челюсть до появления скул, барабанными ударами разбивает лицо пьяницы в дребезги. Когда Чонгук услышал крики и пришёл сюда, только этот калека щупал испугавшегося Тэхёна. Следовало бы сломать ему руки, но в ходе парень всё же решил убить. Нанося удары один за другим, Чон кажется сходит с ума, представляя вместо грязного проулка ринг, а заместо алкашни не умеющей драться — боксёра. Кровь кипит в жилах, он боится не остановится. Боится, что сегодняшнее станет последней каплей и Чонгук сорвётся, нарушит обещание, забьёт на всё и всех, избивая людей и целыми сутками зависая в спортзалах. — Охуеть у него брат, — шепчет единственный оклемавшийся, пытаясь встать, но тряпичной куклой падает обратно, снова отключаясь. Тэхён смотрит на избитые другом тела и замечает, как тот уже серьёзно купает руки в чужой крови, не останавливая удары ни на секунду, превращая рожу мужчины в кашу. Глаза от ужаса расширяются, становясь блюдечками и он на ватных ногах бежит к Чону. — Прекрати! Перестань! — пытается оттянуть руку, но она пиздец мощная и хиленький Ким, не тот, кто может задержать удар хотя бы на чёртову секунду. Боксёр будто совсем глухой. — Чонгук! Останавливается, замирает, оглядывает собственные руки, чужое «лицо» и поднимает голову к Тэхёну, вставая с уже мёртвого человека. — Прости, — растерянно шепчет, тянет окровавленную ладонь к кимовой щеке, желая стереть застывшие слёзы, погладить, успокоить, но отдёргивает. — Пойдём, — умоляет парень, беря за локоть. Капельки крови достали и до туда. От вещей придётся избавиться. Чонгук приходит в себя, горящие глаза пропадают, как и вены на руках. Он оборачивается к тупику. — Я сейчас приду. — Нет, пожалуйста, пойдём быстрее, — слёзы обновляются и парень в ответ согласно кивает, выводя друга из этого ужасного места. Тот ещё крупно дрожит, картина стоит перед стеклянными глазами. Они выходят на улицу и Тэхён вспомнив про заказанное такси, просит Чонгуков телефон, забивая адрес уже в его телефон. Дальше в спешке добираются до машины, и до дома Чона. Набрав пароль на кнопках домофона, парни входят в дворик, а затем и в дом. — Иди мойся, одежду я принесу какую найду, и да, где аптечка? — Ким тараторит, пока Чонгук безотказно кивает, а на последнее уходит куда-то, возвращаясь с заляпанной кровью коробкой с красным крестом. — Спасибо. Чон уходит в ванную, пока Тэхён оставшись почти одним в огромном не изведанном доме, не может найти себе места. Для его спокойной жизни, случившийся кошмар стал перебором. Блять, он весь на нервах, но сейчас хоть трясти перестало и истерика прекратилась. В итоге Ким решает ждать хозяина дома усевшись на диване в гостиной в тишине, нарушающей лишь шум воды, и с тусклым освещением настольной лампы. Через полчаса Чонгук выходит к Киму, накинув то, что парень наспех отыскал в первом попавшимся шкафу и сунул ему за дверь. Он не подглядывал, а не постучал, потому-что не хотел беспокоить. Кстати домашняя футболка и широкие штаны свободно сидят на подкаченном теле. Чон усаживается рядом, дожидаясь, пока Тэхён разберётся с аптечкой. — Дай руку, — требовательно, а боксёр как собачка её ему подаёт. Парень хмурит брови, рассматривая сильно стёртые костяшки. Чонгук бил не щадя силы и кажется не чувствуя собственной боли. Цокнув, Ким берёт ватку и обмакнув в дезинфицирующем средстве, медленно наносит на ранки. Бариста напрягается, следует на руках зашипеть и заметив это, Тэхён подносит большую ладонь к своим пухловатым губам, начинает медленно дуть, желая облегчить боль. Чон улыбается на эту милоту и чувствует, что и правда стало легче. — За что ты его так по-собенному? Убил невинного человека, — возмущённо удивляется «доктор, по совместительству журналист» и берёт в руки бинты, начиная аккуратно обматывать их вокруг побитых костяшек. — Невинного? Он трогал тебя, — вновь закипая злостью, Чонгук поворачивается к Тэхёну, но тут же млеет. Они смотрят друг другу в глаза, периодически опуская взгляд на манящие губы, а затем как по щелчку сокращают расстояние. Кима до покалывания в сердце тронула эта фраза и мысль о поцелуе, быстро закралась в его голову. Губы прикасаются к другим, глаза закрываются. Чон тянет парня на себя за талию, придвигая ближе, углубляет поцелуй, перенимает инициативу. Горячим языком проходится по чужим ровным зубам, сплетается с другим не менее активным. — Спасибо, за то что спас, — в паузе между следующим поцелуем шепчет Тэхён со сбившимся дыханием. Они так яро, так страстно жмутся друг к другу, хотят быть ближе, посасывают языки, губы, обнимают за талию, шею и Чонгук наваливается сверху, нависает. Ким запускает пальцы в мокрые после душа волосы. Оторвавшись от сладких, влажных губ, смотрит расфокусированным взглядом в глаза полные какого-то запретного желания. Нагибается за очередным поцелуем, но в последнюю секунду одёргивает себя, отстраняясь. Не всё так быстро. Поцелуй для начала уже отлично, продвижение есть, да и Тэхён совсем не против. Ким вдыхает полной грудью, возвращается в себя, прислушивается к собственному сердцу. Бешено бьётся. Надеется что это из-за пульса, всё-таки они тут не чаёк пили, а жадно делили один воздух на двоих, так что он вполне мог ускориться. Влюбится будет огромнейшей ошибкой, ведь это закроет многие пути и помешает плану, а Тэхёну всё ещё важнее всего счастье от победы в глазах Чимина.