***
Адриан сидел на парапете Эйфелевой башни, свесив вниз ноги и глядя на мигающие огоньки ночного Парижа. Если бы Натали или, того хуже, отец, увидели сейчас его осанку, ему было бы не миновать взыскания. Но его осанка — последнее, что его беспокоило в этот момент. Его Леди, обещавшая ему долгожданное свидание, не сдержала свое слово. Нет. Он не должен был так думать о ней. Вероятно, что-то отвлекло ее, и она не смогла прийти… Было невыносимо горько понимать, что он, в сущности, никому нужен. Отец видел в нем послушную модель и будущего продолжателя своего дела, Натали — сына своего начальника, школьные друзья — оптимистичного, чуть наивного богатенького мальчика, который никогда не станет им ровней. Исключением был лишь, пожалуй, Нино, единственный человек, которого Адриан с полной уверенностью мог назвать своим другом. Но для Нино он был одним из многих, и Адриана не могло это не задевать. Правда, в последнее время, в погоне за вечно ускользающей Леди, он неожиданно привязался к Маринетт Дюпен-чен, но… Черт. Маринетт. Кажется, вспомнил он, что именно сегодня обещался зайти к ней вечером за какой-то то ли записью, то ли картой. Ведь он даже под этим предлогом похитил ее с ее же свидания! А сейчас, околдованный призраком свидания со своей Леди, он совсем забыл об этом обещании. Хорошо же она подумает о нем! А вдруг это была своеобразная проверка с ее стороны, если она действительно Ледибаг и начала о чем-то догадываться? Воистину, это был полный провал. Не медля ни минуты, он сорвался к дому одноклассницы.***
Свет в комнате горел, но на балконе никого не было. Переведя дыхание, Адриан постучал затянутой в когтистую перчатку рукой по люку. Тот через пару мгновений приглашающе открылся, и Адриан впрыгнул в комнату… Перед ним стояла Леди. — А, все-таки пришел? — голубые глаза смотрели обвиняюще. — Послушай, ты мог бы догадаться, что я пообещала тебе свидание только из-за того, что у меня кончался срок трансформации. Но зачем ты так жестоко поступил с Маринетт? Бедная девочка влюблена в тебя, а ты даже не явился на назначенную тобой же встречу. — Маринетт? — тупо переспросил Адриан. В горле внезапно пересохло. — Я… ждал тебя. На Эйфелевой башне. Маринетт влюблена в меня? Ледибаг дернула плечами. — Да, я же сказала. Мы дружим с ней, и поэтому она попросила меня прийти к ней сегодня ради поддержки, рассказать о тебе что-нибудь. А сейчас ее мама позвала ее вниз. Подождешь, пока она вернется? Мне уже давно идти пора. Кот подавленно молчал. — Ну, я пошла. Заварил кашу, так расхлебывай, — небрежно бросила Леди и, прежде чем тот успел ее окликнуть, выпрыгнула на крышу, закрывая за собой люк. Оставляя Адриана одного в тихой комнате. Значит, Леди и Маринетт все же разные люди, лениво подумал он. Это определенно был самый ужасный день в его жизни.