Город свободы?

Из решётчатой камеры доносилась прекрасная мелодия. Лира в руках умелого музыканта будто светилась, переливаясь всеми цветами радуги. На вид заключенному было лет пятнадцать, не больше. Чёрно-бирюзовые волосы были сплетены в две косички. Одет мальчишка в изношенную, свободную одежду. — Снова импровизация? Молодой человек в полицейской форме блаженно закрыл глаза, точнее один глаз. Второй был скрыт повязкой. Венти молча кивнул, напевая себе под нос песенку. — Долго мне ещё здесь сидеть? — М? — Кэйа бросил взгляд на свои наручные часы. — Ещё двенадцать часов. Парень откинулся на спинку стула, громко вздыхая. Мысленно он находился в баре, где можно выпить вина и расслабиться после тяжёлого дня. За окном полицейского участка Ордо Фавониус вечерело. Розовые облака лениво проплывали мимо. Вдруг в дверь постучались, Кэйа радостно скрипнул стулом. — Входите! — Сэр Кэйа, меня просили доложить, что Хоффмана отправили на срочное дело. — Ты хочешь сказать, что я остаюсь здесь до утра? — Так точно. Улыбка с лица синеволосого тут же сползла вниз. Венти радостно засмеялся, мелодичнее дёргая за струны. — Значит мне не будет так скучно! Лира, стихи и компания старого друга! — Если бы у тебя были деньги, то не пришлось бы сидеть здесь сутки. Кэйа покрутил в руке ручку, перед ним лежало заявление. «Гражданин не имел при себе разрешение выступать на площади Мондштадта. Разрушал общественный покой, чем вызвал недовольство местных жителей.» Лира внезапно перестала играть, бард лёг на спину, зевнул. Со стороны казалось, что он уснул, но мальчишка подал голос. — Ты меня расстраиваешь, обычно тебе есть что рассказать. К тому же, ты очень красноречив. — Эта неделя выдалась особенно трудной, — признался полицейский, — Но комплимент принят! В подтверждение слов Венти, Альберих начал свой долгий рассказ. — По-настоящему бешеная неделя началась с того, что наш загадочный путешественник Итэр был арестован. Я слегка удивился, как этот пушистый одуванчик оказался в такой ситуации? А всему виной перепугавшиеся до смерти пожилые люди, которые живут в деревне Цинцэ. Они услышали, что парень якобы пытался съесть свою подругу, назвав её консервой. Слова Кэйи произвели должный эффект, Венти будто взорвался, оглушив полицейского своим смехом. Железные решётки задрожали от звонкого голоса. — Не думал, что на старости лет я буду так сильно смеяться! Альберих лишь устало потёр переносицу. — В итоге, Дилюку, как другу и товарищу Итэра, пришлось выложить кругленькую сумму моры. Но правоохранительные органы до сих пор стоят на ушах, даже Цисин приходится следить за неугомонным парнем, — в конце предложения он сдержанно улыбнулся. Музыканту понадобилось некоторое время, чтобы успокоиться. Он вытер влажные ресницы, затем лёг на живот, подперев лицо кулачками. Альберих допил давно остывший кофе. Он задумался, правильно подбирая слова. — Был здесь до тебя ещё один заключённый, помимо Итэра. Но на этот раз уже взрослый мужчина. Господин представился именем Чжун Ли. Я с трудом признал в нём консультанта Ваншэн, ибо он был в грязи с ног до головы. Венти тихо усмехнулся, видимо навевали воспоминания о старом знакомом. Он дернул струну лиры, та задрожала, издав ноющий звук. — Его преступление было в том, что он отказывался платить деньги в одном из самых дорогих ресторанов Монда. — А что он тут забыл? — Археологические раскопки, — коротко ответил Кэйа. — Это на него похоже, — кивнул бард. — Господин Чжун Ли отведал лучшие блюда и редкие сорта чая, однако забыл свой кошелёк дома. Его извинения и привлекательное лицо явно не стоили суммы счёта, администрация мигом вызвала нас, и я лично надел на него наручники. Пробыл он тут ровно два дня, как его выпустили под залог. Молодой человек, заплативший за него деньги, оказался одним из Предвестников Фатуи. Я часто замечал его в компании Итэра и Паймон, — парень выждал паузу, улыбнувшись уголком губ, — но, весь цирк продолжился тем, что на следующий день и он очутился за решёткой. Под звонкий смех барда, ботинки полицейского легли на рабочий стол. — А всё из-за того, что его заметили в тёмном переулке за «чем-то подозрительным». Мистер Чайльд оправдывался как мог, в ход пошла ложь о том, что он продавец игрушек. Но я быстро навёл справки, что он один из Предвестников. Организация с жёсткой дипломатией, но часто показывающие «клыки». Всё закончилось тем, что мы его выпустили, так как не было существенных доказательств. Под конец рассказа Венти стало скучно, он вяло потёр лоб, громко зевнул. Полумрак комнаты клонил в сон обоих. Кэйа надул щёки: он и вправду устал. Внезапно синие глаза заметили на экране монитора движение: на камерах он увидел Хоффмана! Коллега шёл быстро, пока не дошёл до кабинета парня. Не дождавшись стука, Альберих открыл дверь сам. — Кого я вижу! — синеволосый был готов расцеловать это уставшее лицо. — Значит я могу уйти? — Извините, сэр Кэйа! Примчался как мог, просто на… — При всём уважении, мне это неинтересно! Полицейский улыбнулся во все тридцать два. Он пулей выбежал из кабинета, не забыв взять с собой куртку с меховым воротником. Парень идёт по знакомым улицам, весело стуча по асфальту каблуками. Уже издалека он почувствовал запах алкоголя. Вскоре показалась и огромная светящаяся вывеска с надписью «Рассвет». Людей здесь было немного, так как винокурня закрывалась меньше, чем через пятнадцать минут. — К счастью, мы сможем договориться с барменом. В заведении играла приятная слуху мелодия, хозяин явно любитель спокойной классической музыки. — А вот и ты, — ухмылка, — сегодня в хорошем настроении? Дилюк молча закрыл глаза, он видит лицо парня уже седьмой раз за неделю, что за вопросы? Парень открыл бутылку красного вина. Алого цвета алкоголь заполнил бокал ровно наполовину. — Как всегда жесток. — Рассудителен, — отрезал Рагнвиндр. — Не хочешь узнать что у меня нового? — Боюсь представить, кого мне снова придётся вытаскивать из тюрьмы. — Твоя беда не в толстом кошельке, а в доброте. Красноволосый вскинул бровь. Он не любил пустые и уж тем более долгие разговоры, но Кэйа умел рассказывать так, что даже ему становилось интересно. — Так… что у тебя нового? Альберих самодовольно улыбнулся. Он сделал небольшой глоток пряного вина и облизнул губы. — На этот раз моей компанией был уличный музыкант…