Говорил мне папа бросай курить...

Дрожащий от слёз русский сильнее прижимался к отцу, тот же не мог поверить в слова своего сына. Отрицание... - Ты шутишь? - задал наивный вопрос Союз. В глубине души он понимал, что сын никогда в жизни не стал бы так шутить, но осознавать это настолько больно, что верить его словам не хочется до последнего. Но Россия отрицательно замотал головой. После того, как русский успокоился они ещё долгое время говорили о всяком. Сначала, разумеется, обсудили проблему России и, как в случае с Америкой, пришли к выводу, что изменить что-то уже нельзя. После они эту тему не затрагивали. И через пару часов Россия отправился домой. СССР до последней минуты не хотел его отпускать. Когда Триколор стоял у двери, революционер, тяжело вздохнув, обнял сына так крепко, как не обнимал никогда. Русский понял, в чём дело и утешающе похлопал отца по спине, отвечая на объятия. Славянин хотел что-то сказать, но что? Правильные слова никак не приходили на ум "прости меня"? Так поздно уже извиняться, да и, на самом деле, не за что. "я люблю тебя"? Не уместно. Просто. Неуместно. - Сынок... - единственное, что смог сказать Союз, перед тем, как отпустить сына. - Пока, пап - с грустной улыбкой сказал Россия и, получив тихое "пока" в ответ, ушёл. Гнев... Вернувшись на кухню, Союз вцепился пальцами в столешницу до побеления костяшек. - Почему?! Почему ты ничего не сделал раньше?! - прорычал он в пустоту, зажмурив глаза. СССР отпустил ни в чём не повинную мебель и ударил по ней кулаком. Мужчине было необходимо хоть как-то выплеснуть свою злость. - Ты мог всё изменить, но ты нихера не делал. У тебя были симптомы, я говорил тебе - открыв глаза, кричал на воздух Совет, продолжая переодически бить будную мебель. Тысячи мыслей крутились в голове и, как бы отвратительно и ужасно это не звучало, большинство из них обвиняли Россию в безалаберности. Он действительно мог обратиться к врачу намного раньше и ему действительно говорили о вреде курения, но кто? Союз? Так он сам долгое время курил и, возможно, его сын, смотря на него, думал, что с ним тоже ничего не случится. Случилось. От обиды, не понятно, на кого, СССР ещё пару раз ударил столешницу, на этот раз обеими руками. Ох, как же он злился на сына и на себя. На сына, потому что он прикончил себя раньше времени, а на себя, потому что вовремя не забил тревогу. Союз опёрся о столешницу, пытаясь унять слёзы ярости, что у него выходило плохо. - Ну в кого ты такой бестолковый вырос-то? - чуть ли не проскулил мужчина Несколько раз вдохнув и выдохнув, он понял, что лучше выпить успокоительное. СССР это и сделал. Достав из аптечки, лежащей в шкафчике над страдальческой мебелью, пачку с успокоительными, Совок взял таблетку и запил её водой. Торг... Успокоительное действовало, а вместе с ним в голову приходили мысли получше. "Может, всё не так плохо?" - подумал Союз. А, может и правда, всё не так плохо? Может, он просто преувеличивает? Но все эти мысли перечёркивает одно: Россия никогда не преувеличивает о таокм. Так что торг долго не продлился, а вот действие таблеток продлились как минимум несколько часов и Союз лёг спать под успокоительными. Депрессия... СССР проснулся в холодном поту. Что ему снилось и снилось ли вообше он не помнил и единственное, что мужчина чётко осознавал это подступивший к горлу ком и боль. Нестерпимую боль, пронзавшую каждую клеочку тела. Не сложно было понять, что лекарство перестало действовать. Союз сел на кровати, схватился руками за голову, сжавшись так сильно, как только мог и буквально взревел. Беспомощность. Именно это он сейчас ощущал. Славянин понимал, что он уже ничего не сделает в этой ситуации и никак не поможет своему ребёнку. Это осознание заставило Союза вздрогнуть и вскрикнуть ещё сильнее, ведь он поклялся сделать всё, чтобы защитить своих детей, но Россию не защитил. Не смог. Слёзы с новой силой стали течь по щекам, падая на одеяло. В таком состоянии СССР точно не сможет дойти до кухни, а уж тем более взять аптечку. Рёв, вперемешку с криками вырывались из горла, раздирая его. И, если революционер продолжит эту истерику, то в конце-концов сорвёт голос. Но ему было плевать. По телу Союза прошла крупная дрожь и, не переставая кричать, он начал захлёбываться слезами. Пальци стали сжимать светлые волосы, чуть ли не выдёргивая их. Болело абсолютно всё. Но ни одна боль из физческих не могла заглушить моральную. Его сын буквально умирает и Совет ничего не может с этим сделать. Крики, кашель и всхлипы смешались в жуткую какофонию, но СССР уже не мог успокоиться, ведь стойко ощущалось, что новость о скорой смерти сына надломила в мужчине что-то важное, без чего он не сможет жить и после гибели русского отправится вслед за ним. Скорее всего, в ближайшие часы, если не прямо сейчас. Отпустив волосы, Союз прижал руки к груди, словно пытаясь себя согрть или хоть как-то успокоить. Он закрыл лицо ладонями, заглушая вопль и кашель. Принятие... Где-то через пол часа, может больше, Совок успокоился и, сев, свесив ноги с кровати, уставился невидящим взглядом в пол, руками же он опёрся о кровать. Сделав дыхательную гимнастику, СССР пытался привести мысли в порядок. После бурной истерики в душе не осталось ничего. Только пустота. Пустота, пожиравшая его изнутри. Горло и голова болели из-за слёз, а спина из-за неудобного положения. Но в данную минуту это было не так важно. "И что это было?" - спросил сам себя Совет - "Что это изменило? Правильно, ничего! Россия умрёт и я ничего не смогу с этим сделать" - но после этих мыслей новыой порции слёз не последовало, а лишь судорожный выдох. На самом деле, все слёзы уже выплаканны. Да, действительно, как сказал сам русский: поздно пить Боржоми, когда почки отвалились, ведь ему уже ничем не поможешь. Да даже если можно как-то продлить его жизнь, то он всё равно рано или поздно умрёт. Так, к чему всё это? Зачем нужна была эта истерика, если уже ничего нельзя вернуть. Подобные мысли Союза не успокоили. Он просто... смирился. Да, он принял смерть сына как должное и, с тихим кряхтением встав с кровати, отправился за успокоительными, чтобы уж точно заснуть. За эти месяцы Союз выпьет не одну пачку этих таблеток... *** Русский сидит дома и ничего не делает. Он решает позвонить Гере, чтобы тот пришёл в гости. Так Россия и сделал. - Алло, привет, Гер, а приходи ко мне, если, конечно не занят - сказал Россия - Нет, солнце, что ты! Для тебя я всегда свободен - ответил немец и пошёл к своему парню Через пять минут Германия уже был в квартире возлюбленного и разувался. - Чай, кофе? - спросил русский. - Давай кофе - ответил немец и пошёл на кухню. Россия начал заваривать себе чай, а любимому кофе. - Как ты себя чувствуешь? Ой, прости, глупый вопрос - протараторил Германия и отвёл взгляд. - Очень мило, что ты спросил. Ну, в целом не беспокоит ничего, кроме кровавого кашля и боли области груди - сказал русский и, ставя чашки на стол, поцеловал Германию в лобик, на что тот мило улыбнулся. Но у России снова начинается приступ кашля. Он сворачивается в комочек и выплёвывает маленькие сгустки крови. Германия подскочил к русскому и положил руку на плечо. - Всё нормально, солнце - хрипло сказал РФ и встал - я пойду за тряпкой - после этих слов Россия, взяв и намочив тряпку, начал вытирать кровь. После этого он, как ни в чём не бывало сел обратно за стол и пил чай. Германия заметно приуныл. - Солнце, ты чего? - спросил русский. - Н-ничего, всё нормально - ответил немец. Россия, чувствуя напряжение парня, начал гладить его по голове. От этих действий Гере было приятно. - Любимый, я с тобой. Всё хорошо - сказал РФ и поцеловал немца в губы. - Я люблю тебя - сказал Германия - Я тоже тебя люблю, солнце Парни прообщались до вечера. Германия уже собирался уходить, но... - Германия - почти прошептал Россия - Да, милый? - поворачиваясь, спросил немец - Можешь остаться у меня, пожалуйста... я не хочу спать один. - Конечно Они переоделись и легли спать. На следующий день первым проснулся Россия. Он осторожно, чтобы не разбудить Геру, встал и пошёл на кухню. Приготовив яичницу на двоих, отправился в комнату. - Доброе утро, солнышко - нежно промурлыкал русский - Доброе, любимый - зевая, сказал Германия Парни пошли на кухню и поели. После этого, Германия с Россией пошли гулять. Они отправились в парк. Там, мило общались о всяком до вечера, потом пошли домой. Этот месяц Россия старался провести с Германией. Уделять любимому побольше внимания и любви.