Вредная привычка

— Скамандер, стой! — закричала Порпентина, увидев у кондитерской мистера Ковальски знакомую фигуру. — Сейчас, разбежался, — отозвался Ньют, бросаясь наутек. Тина, обреченно вздохнув, погналась за ним. Все-таки трудно быть шерифом, когда твой парень имеет вредную привычку нарушать законы и сохранил менталитет подростка. — Доброе утро, шериф, — поздоровался мистер Ковальски, когда она пробегала мимо его заведения. — И вам доброе, — на ходу кивнула Тина, отметив, что ее сестра Куинни сидит в кондитерской. Завернув за угол, она на огромной скорости врезалась в улыбающегося Ньюта, который спокойно стоял и ждал ее. — Попалась, — сказал он, обнимая Тину. — Отпусти меня, — прошептала она, не делая попыток вырваться. Ньют молча поцеловал ее в губы. Она не только не сопротивлялась, но и ответила на поцелуй. Спустя некоторое время, когда им уже не стало хватать воздуха, они отстранились друг от друга, и Тина сказала: — Пошли, а то будут вопросы, где мы столько времени пропадаем... Жители городка восхищенно смотрели, как Тина вела Ньюта в участок. Горожане уважали своего шерифа и недолюбливали Скамандера, который все время боролся против загрязнения природы, причем самыми радикальными методами. — Устраивайся, — сказала Тина, когда они вошли в офис. — У нас с тобой серьезный разговор будет. Ньют с кислой физиономией уселся в кресло шерифа. — На тебя много жалоб, — Тина сняла шляпу и повернулась к Ньюту. — Мистер Гриндевальд недоволен, что ты мешаешь ему работать. — Он сливает отходы в реку, загрязняя ее. А наш драгоценный мэр Грейвс, кроме портретов Франклина, ничего не видит. — Я тебя предупредила, — Тина подошла к столу. — Мистер Гриндевальд обещал пожаловаться в ФБР и обвинить тебя в экотерроризме. Может, встанешь с моего кресла? — Иди ко мне, — улыбнулся Ньют. — И давай забудем про мистера Гриндевальда. Не будет он на меня жаловаться, федералы и так на него злы за уход от налогов. Тина нахмурилась, но потом все же села к нему на колени. — Несправедливо, что мы встречаемся лишь тогда, когда на меня жалуются, — сказал Ньют, обнимая ее. — Может, мне почаще нарушать покой этого старого зануды? — Я тебе нарушу, — произнесла Тина самым строгим тоном, но... не смогла сдержать улыбку. — Лучше поцелуй меня. — Слушаюсь, шериф, — сказал Ньют, целуя ее.