Первая ошибка юной хранительницы

В такие минуты Лука ненавидел свою бесполезность. Несколько недель назад Алья опубликовала на Ледиблоге интервью, где Ледибаг выражала свою благодарность героям Рене Руж, Карапасу, Королю Обезьян, еще кому-то — он не запоминал их всех — и Вайпериону. То есть ему. Она называла их помощь неоценимой. Но извинялась, заявляя, что больше она им камни не доверит. Говорила, что их личности известны Бражнику, и она не хочет, чтобы им что-то угрожало. Лука не помнил, как он мог раскрыться перед Бражником, на его памяти он каждый раз был осторожен. Но Париж привык безоговорочно верить Ледибаг — за редким исключением. Да и ему было, честно говоря, все равно на борьбу с Бражником. Но почему это все случилось именно сейчас, когда Сасс и магия Вайпериона были жизненно необходимы ему? Это все случилось после юбилея семейства Буржуа. Или на нем, Лука не мог точно подобрать временной промежуток. Но скорее всего именно тогда Адриан официально начал встречаться с Кагами, именно тогда Маринетт впервые опустила руки и расплакалась при Луке, именно тогда он вдруг почувствовал лучик надежды для себя . И практически сразу после этого Маринетт отдалилась от него. Впрочем Лука уточнял у Джулеки и смог ненавязчиво спросить у Альи — Маринетт отдалилась от всех. С грустным вздохом Сезар призналась ему — так как Адриан сейчас старается всех их подружить с Кагами, неудивительно, что Маринетт находит все более глупые отмазки, лишь бы не видеть этой счастливой пары. Лука их видел тоже — Адриан пару раз приводил Кагами на репетиции их группы. И украдкой следил за ними ради любопытства. Но не увидел той счастливой пары, о которой говорила Алья. Кагами наблюдала за всеми достаточно холодно и безразлично, оживая только в те моменты, когда Адриан обращался к ней. Сам же Адриан выглядел достаточно потерянным, то и дело уходящим в свои мысли. И это называлось счастливой парой? Но это было не его дело. На самом деле, Адриан был уже не ребенком и сам мог выбирать, с кем ему лучше быть. Лука же просто радовался, что его выбор не пал на Маринетт. Зато у него появился новый соперник, о котором он случайно узнал — поздно возращался вечером с подработки и увидел его на балконе у Маринетт — она о чем-то общалась с Котом Нуаром. Лука знал, что девушка равнодушна к героям. Равно как и знал о безответной любви Кота к Ледибаг. И опасался, что это общее чувство безответной любви могло бы сблизить Маринетт и Нуара слишком сильно. Не то, чтобы он считал Нуара плохим парнем — герой Парижа как-никак — но он разделял взгляды Ледибаг на то, что отношения с супергероями в масках — вещь весьма опасная. К тому же его напрягало то, что Нуар во многом был похож на Адриана: зеленоглазый блондин с обезоруживающей улыбкой и доброй душой — что ни говори, а у Маринетт явно был типаж, в который Лука никак не попадал. А еще ему не нравилось то, что у Нуара хватало наглости просто врываться в личное пространство девушки, тогда как самому Луке оставалось лишь бездействовать и ждать. Оттого он еще больше жалел, что Ледибаг больше не даст ему браслет Змеи. Способность Второго шанса весьма бы помогла ему выяснить, что же творилось с Маринетт. *** Маринетт до сих отказывалась воспринимать произошедшее. Но получалось плохо. Как бы она ни пыталась отвлечься, ей тут же бросалась в глаза ненавистная ярко-красная шкатулка в черную точку. Опять эта расцветка… Мало ей в начале было этого костюма. Ей до отчаяния хотелось сжаться в постели в комок и просто выть от безысходности. Как замечательно было раньше — знать, что ты не одна, что тебе есть к кому прийти за помощью, за советом. Знать, что где-то там есть знающий человек, перед которым тебе не обязательно носить маску. Но больше Мастера Фу не было. А Ван Фу знал ее, как просто добрую и вежливую девочку, выручившую его после потери памяти. И у нее не было ни времени, ни возможности валяться в кровати. Книга Хранителя была надежно спрятана в сейфе Агреста, планшет Хранителя с фотографиями книги и ее расшифровками пропали после той схватки, Тикки да и другие квами практически ничего не знали. Конечно, Тикки пыталась ее поддержать, уверяя, что она справится, что она будет хорошим Хранителем… Но как можно быть Хранителем, не имея практически никаких знаний?! Маринетт записалась во все библиотеки Парижа, нашла в интернете сообщество историков, ее комната была буквально завалена книгами о Тибете, статьями о разных героях, сборниками мифов и легенд. Она перечитывала каждый текст, пытаясь понять, был ли хоть шанс что там был задействован камень чудес, и не понимая, какую цель она тем самым преследовала. Чем могли помочь ей давно минувшие события? Ничем. Они не заменили бы ей Мастера Фу. Не стали бы ей новым наставником. Зато возникала иллюзия, что она хотя бы пыталась. Ну и еще она надеялась найти хоть какую-то подсказку, кем является Бражник. Каждый патруль превращался в суматошный марафон по всему Парижу. Хоть Кот и говорил, что он неплохо справляется со своей половиной маршрута, Маринетт не могла расслабиться. Она все меньше встречалась с друзьями вне занятий, боясь, что за это время она что-то упустит. Она совсем запустила свои дизайны — из-под карандаша теперь выходили наброски Бражника и Маюры, в полный рост и частями, словно Маринетт пыталась так вспомнить хоть что-то, что помогло бы их опознать. А еще это помогало не впадать в отчаяние в целом. Видеть, что она проиграла по всем фронтам, было больно. Адриан все чаще появлялся на публике с Кагами. Кот Нуар стал на удивление молчаливым рядом с Ледибаг. И видеть сочувствие в глазах других Маринетт не хотелось. Все ее неудачи обеих личностей слишком тесно переплелись и все это давило, давило, давило… — Маринетт! — громко окликнула ее Тикки. — Да очнись ты, телефон! Девушка растерянно подняла голову, непонимающе смотря на мельтешения красной квами. — Что? — переспросила она, оглядываясь. Ну да, она была у себя в комнате, изучая очередной фолиант «Семь лет в Тибете». Она надеялась найти там хоть какие-то подсказки насчет храма Хранителей и их Ордене. — Маринетт, телефон! — повторила громко квами, толкая девушку в плечо. — Отвлекись от своих мыслей! — Ах да, точно, — Маринетт наконец сообразила, о чем говорила Тикки, и потянулась за лежащим на кровати телефоном. Но высветившееся имя снова заставило ее задуматься. Еще один человек, которого она вычеркнула из своей жизни со всеми этими поисками. И если Алья хотя бы видела ее на занятиях, то у Луки не было никакой возможности увидеть ее. Маринетт почувствовала, как вина дикой кошкой изогнулась у нее на сердце и выпустила свои коготки. И поспешила взять трубку. — Лука, привет, давно не виделись, — беззаботно прощебетала она, мысленно сгоняя все неприятные мысли. — Прям читаешь мои мысли, — усмехнулся он в ответ и тут же продолжил, не позволяя ей быстро отказаться и положить трубку. — Поэтому и звоню, чтобы вытащить тебя погулять. Отказ не принимается — я уже возле пекарни. — Что?! Лука, я ведь даже не одета толком! — Маринетт невольно заметалась по комнате. — Мне нужно время… — Выходи так, — она не видела, но слышала, как он улыбается. — Я спрячу тебя от всех. Маринетт рассмеялась, но раскрытая книга тут же прогнала все веселье. Руки сжались в кулаки. Она так хотела забыть обо всем и расслабиться. Но и забыть о своих новых обязанностях она так просто не могла. *** Лука нервничал. Узнав о том, что он планировал вытащить Маринетт, Алья велела ему выяснить, что у девушки вообще случилось и вернуть ее к друзьям. Но как это сделать — Лука не знал. Точнее не понимал. Тем не менее Маринетт спустилась достаточно быстро, в неизменных розовых бриджах и белой футболке. Пиджак она держала с клатчем в одной руке, второй поправляя балетки. — Давай, я помогу, — забрал Лука у нее вещи и придержал ее, чтобы она не упала. — Спасибо, — Маринетт нервно улыбнулась, но клатча из руки не выпустила. — Ты был прав, я немного засиделась у себя. Знаешь, в последнее время немного скатилась в учебе, пришлось нагонять. — Да, Алья говорила, — аккуратно намекнул он на то, что знает о ситуации со стороны. Маринетт нахмурилась. — И много тебе нажаловались? Ты здесь поэтому? — он физически чувствовал, что она замыкалась, и поспешил исправиться. — А я не мог сам захотеть увидеть любимую девушку? — Лука обезоруживающе улыбнулся. — Слушай, это правда твое дело. Но я просто хотел бы быть рядом. Ты ведь знаешь, что не обязана держать все в себе и нести в одиночку. Маринетт прикусила губу, размышляя. Лука внимательно следил за ней. Он видел, что она сомневалась, пытаясь придумать что-то. «Что же такого могло случиться, что она так замкнулась?» — пытался понять он. — Ма-ма-маринетт? — напомнил он о себе, когда молчание затянулось. *** Маринетт поежилась, вспомнив, что так и не надела пиджак. Лука знал о том, что она ото всех отдалялась. Знал. И пусть он не требовал ответов или объяснений, это было бы вопросом времени. А там он узнает правду о Ледибаг, и что ей делать тогда?! Как ей быть в таком случае? Девушка глубоко вздохнула, беря себя в руки. Ей надо было вести себя как обычно, чтобы не вызывать подозрений. Просто как обычно. — Ма-ма-маринетт? — Лука ждал ответа. — Ты ведь знаешь правду, — улыбнулась Маринетт, накидывая пиджак себе на плечи. — Да, понимаю, что сама виновата, сама так глупо влюбилась. Но хотелось на время закопаться в комнате и как следует выплакать это все. Да. Она должна была показать всем, что на самом деле она просто огорчена Адрианом и Кагами. Она должна была помнить, что Ледибаг — это секрет. Ее секрет и больше ничей. — Именно поэтому пойдем гулять, — Лука взял ее за руку и потянул за собой. — Слышал, что Андре находится возле Лувра, поедим мороженого? Он улыбнулся ей, заставляя ком в груди ослабеть. Да, конечно, у нее были серьезные проблемы… Но пытаясь решить их, она вызывала подозрения у своих друзей. А значит Маринетт нужно было спешно налаживать отношения со всеми друзьями, не только с Лукой. Поглощенная своими мыслями, она не заметила пристального взгляда Луки. *** Они просто молча брели по парку. Лука нес мороженое, но есть его не хотелось. Маринетт тоже держалась настороженно, не смотря на сладость. — Так, как твои дела? — Лука не хотел давить на нее. Но иного способа вытащить Маринетт из ее скорлупы у него не было. — Оу, все хорошо, — улыбнулась девушка. — Я тут на дополнительные занятия записалась, честно говоря, времени свободного практически не остаётся. Просто все... Очень резко навалилось, не успела никому ничего рассказать. Прости, что в итоге тебе пришлось за всех отдуваться и вытаскивать меня. — Ты же знаешь, что мне это только в радость, — неловко пожал плечами Лука. — Я... Думаешь, это поможет? Забыть о нем? Маринетт покачала головой. Забыть о Мастере Фу, что за это время стал ей третьим дедушкой, что обучал ее своей мудрости, что давал ей советы, что... Что доверился ей настолько, что сделал ее своей преемницей. Нет. Она, конечно, радовалась, что теперь тот жил своей жизнью рядом с любимой. Но где-то внутри пряталось чувство досады, что теперь вся ответственность лежала на ней. Даже Кот Нуар, и тот отдалился от нее, оправдываясь тем, что ему хотелось бы больше времени проводить с его девушкой. А что оставалось Маринетт?! Ничего. У нее не осталось возможности для личной жизни, у нее не было возможности обратиться к кому-то за помощью. Она ведь восстановила целый храм, где же другие Хранители, почему они не появятся и не вмешаются в это?! — Прости, Лука, я, кажется, снова задумалась, — неловко она рассмеялась, заметив встревоженный взгляд парня. — Маринетт, ты ведь понимаешь, что Адриан не единственный парень на свете? — вздохнул он. — Я понимаю, что ты любишь его не только за внешность, что ты видишь в нем что-то большее… Но ты понимаешь, что он… не тот, кто нужен тебе. С ним ты уйдешь на дно. Я понимаю, что это грубо, но я не могу смотреть, как ты убиваешь себя из-за него, и ничего не делать. И я хочу помочь тебе. Маринетт прикусила губу. Лука был Вайперионом. Но для Бражника его личность уже не была таким уж и секретом. А если… Если ему доверить другой камень? Если ему хотя бы просто открыться? Как он поведет себя, если узнает, что она Ледибаг и Хранитель камней? Что она сейчас настолько раздавлена своими новыми обязанностями, что ей даже не до страданий по Адриану? И что если единственный, кого ей сейчас не хватало, это Кот. И что, отнимать камень у него и отдавать Луке?! Она вообще нормальная?! К тому же Лука уже раз был акуманизирован… Что если Бражник снова его захватит?! И что если Лука выдаст все секреты ему… Маринетт не могла так рисковать. — Я, правда, очень хотела бы рассказать тебе все, Лука, — она обняла его, отчаянно цепляясь за его кофту. — Правда… Но не могу. Прости. Маринетт сожалеюще улыбнулась и убежала прочь. Лука так и остался ошарашенно стоять с мороженым в руках и пытаясь понять, что это вообще сейчас было. *** — Я не верю в то, что она тебе ничего не сказала, — кипела Алья ему по телефону. — Это же Маринетт. Да, она часто пропадает, часто забывается, часто опаздывает, но… Девушка вздохнула. — Лука, я боюсь за нее, — прошептала она ему. — Я прям чувствую, что у нее что-то случилось. Но она возвела вокруг себя слишком плотную стену, чтобы я могла пробиться к ней. Ей-Богу, я готова уже пойти и рассказать обо всем Адриану и попросить его хотя бы притвориться, что он немного заинтересован в Маринетт. — Нет! — тут же перебил ее Лука, невольно вздрагивая от вставшей перед глазами картины. — Поверь мне, Алья, это не выход. Узнав, что это все ложь, пусть и во благо, она тебя только еще больше возненавидит. Просто дай мне время, я что-нибудь придумаю. Знаешь, мне показалось, что Маринетт сегодня мне почти раскрылась… Пока что-то не спугнуло ее. Ей ничего не угрожало в последнее время? — Кроме итоговой проверочной по физике, точно нет, — кажется, она покачала головой, поскольку Лука услышал стук дужки по стеклу телефона. Куффен задумчиво замер возле витрины пекарни. Пусть Маринетт и убежала, но он планировал попробовать подняться к ней еще раз и поговорить. Но понимал, что это бесполезно. Ему нужно было действовать плавно, медленно… Только вот как это осуществить на расстоянии… — На расстоянии никак, — перебила его Алья, заставляя вздрогнуть. — Да, ты размышлял вслух. И у меня есть для тебя план. Маринетт говорила, что ее родители ищут помощника себе в пекарню, я даже уже нашла их объявление в интернете, лови ссылку. И топай, пользуйся моментом, потому что нам она постоянно заявляет, что очень занята в пекарне. — Я тебя понял, — ухмыльнулся Лука. — Спасибо. И сбросив звонок, он поспешил в пекарню к родителям Маринетт. *** Маринетт со стоном упала на кровать, пряча голову под подушкой. — Почему? Почему? Почему? — бурчала она. Тикки замерла в воздухе рядом. — Маринетт, ты ведь понимаешь, что это твой долг как Хранителя. Ты теперь ответственная за… — За всех вас, да, — высунулась Маринетт. — Я помню. И помню, что теперь я должна отказаться от всего ради этой чертовой шкатулки. Но я так не хочу, Тикки, я хочу быть нормальным подростком. Мы ведь вернули к жизни Орден Хранителей, почему никто из них не придет, чтобы помочь мне, чтобы забрать камни отсюда?! Я уверена, что там найдутся более способные и опытные супергерои, чем я и Кот. — Маринетт, но это может грозить тебе потерей памяти обо всем этом, — покачала головой Тикки. — Неужели ты настолько от всего этого устала?! Маринетт промолчала, невидящим взглядом смотря в стену. За окном что-то громыхнуло. — Ледибаг и Кот Нуар! ГДЕ ВЫ?! — Маринетт вздохнула. — Я устала от того, что на первом месте в моей жизни вот это, а не я, не моя учеба, не мое хобби и не моя личная жизнь, — призналась она устало Тикки. — Такими темпами, я скоро добровольно сдамся Бражнику, лишь бы наконец пожить в свое удовольствие. Тикки, трансформация. Все это было слишком привычным и надоевшим. Опостылевший костюм в черную точку. Акума, в несколько раз их больше. Напарник, то и дело отпускающий нелепые шуточки. И главный злодей, что снова засел в своем логове, не решаясь выйти на схватку лично. *** Видя мрачный взгляд Ледибаг, Кот старался как можно меньше мельтешить перед ней и шутить. За время их сотрудничества он хорошо запомнил то, что лучше под руку к злой Леди не лезть. А в свете их последних событий — он просто не знал, что делать. Все было слишком сложным. Кагами буквально преследовала его как Адриана, навязываясь ему везде. Нино уже даже подшучивал, что можно планировать и свадьбу, но Адриан лишь отмахивался. Ледибаг стала лишь еще дальше, став Хранительницей. Она с головой ушла в новые обязанности, и ее скрытность и нежелание разговаривать лишь раздражали Кота, но он не мог… Боялся. В последнее время он слишком многого боялся. Решительного давления со стороны Кагами, холодного отношения Ледибаг и самое болезненное… неожиданное отдаление от них всех Маринетт. *** Разобраться с акумой не стоило и труда, поэтому Ледибаг и Кот Нуар быстро разбежались по сторонам. У Кота время еще было, а вот Леди торопилась — ее серьги пищали уже три раза. Поэтому убедившись, что рядом никого нет, она нырнула в темный проулок, где трансформация с нее и спала. — Прости, я правда пыталась держаться, но ты знаешь… — Угу, — кивнула Маринетт, перебив квами и улыбаясь. — Это ты прости, что я срываюсь. Тикки лишь вздохнула и поспешила спрятаться в сумочку, где ее уже ждало печенье. Маринетт постояла на месте еще минут пять, просто стараясь дышать глубоко. Кот снова старался держать дистанцию. А значит она правильно решила, что никому не нужны эти проблемы Хранительницы вместе с ней самой. Друзья не поймут ее и не поддержат, раз уж и преданный ранее напарник отдалился. Обняв себя руками, она вышла и направилась в сторону пекарни. Все ее сомнения были только лишний раз подтверждены. — Маринетт, ты?.. — встретил ее в дверях удивленный Лука. — Я думал, ты уже дома? Маринетт уставилась на него. Взъерошенный, в фартуке, испачканный в муке — что он тут делал?! — О, Маринетт, ты здесь, — позади появилась и Сабин. — Представляешь, Лука пришел к нам и сказал, что хотел бы устроиться на подработку в пекарне. — Но ты же уже… — Маринетт покачала головой, так и не закончив предложение. — Решил сменить место работы, — отмахнулся Лука. — К тому же всегда мечтал попробовать себя в готовке. Он неловко улыбнулся, но Сабин не дала им поговорить. — Лука, вот эти мешки перенеси тоже поближе к печи, — приказала она парню. — А после хочешь, можешь задержаться, и вы поболтаете. — Да, мадам Чен, простите, — Лука подмигнул Маринетт и направился к указанным мешкам. — Я к тебе еще зайду, ладно? — спросил он у Маринетт, и та лишь ошарашенно кивнула. Но на этом сюрпризы не окончились. Стоило Маринетт подняться к себе, как сверху в люк постучались. — Принцесса, можно поговорить? — она увидела взлохмаченную голову Кота Нуара. — Если не занята? Маринетт краем глаза проверила, что шкатулка и ее записи с книгами о Тибете спрятаны от чужих взглядов. — Да, конечно, заходи, — нервно улыбнулась она, не понимая что происходит. Зачем Лука устроился к ее родителям в пекарню? Зачем Коту потребовалось разговаривать с ней? Не хватало сейчас только Альи, решившей помочь Маринетт с… Да с чем угодно. — Я буду честен, — вздохнул Кот, приземляясь на пол. — Мне нужна помощь. И я готов помочь тебе взамен, если хочешь… Если тебе нужно выговориться. Заметь, у меня для этого даже есть отдельная пара ушей. Маринетт натянуто посмеялась, но внутри все дрожало. Он узнал правду?! А что если Лука сейчас поднимется к ней?! Как она объяснит это все всем?! *** — Так чем же я могу помочь герою Парижа? — спросила Маринетт, жестом показывая Коту на стул. Сама она села поближе к двери, на случай, если Лука освободится раньше и поднимется к ней. — Видишь ли… В последнее время слишком много людей в моей жизни все больше отдаляются… И отец, и Ледибаг, и одна хорошая подруга, — Нуар вздохнул, краем глаза следя за реакцией Маринетт, но та сидела как ни в чем не бывало. — А ты не думал, что у них возникли какие-то личные проблемы? — Маринетт задумалась, чем она могла бы оправдать Ледибаг. — Не могу говорить за твоего отца, но Ледибаг и твоя подруга не обязаны тебе обо всем докладывать, сам знаешь. — И у тебя тоже? — прищурился Кот. — Что происходит с людьми, Маринетт? Почему они отдаляются от меня? Почему стоит мне к ним привыкнуть, как они исчезают из моей жизни? Девушка нахмурилась, невольно устыдившись. Нуар был прав. Маринетт настолько утонула в новой обязанности Хранителя, что замкнулась и отдалилась от всех: и как Ледибаг, и как Маринетт. Она считала, что всем все равно на нее, наоборот, они будут только рады избавиться от лишних проблем. Но Кот доказал, что она ошибалась. Она думала, что он не хочет связываться с лишними обязанностями. А он просто боялся доставить ей самой еще больше неприятностей. И наверняка так же чувствовали себя и другие ребята. Ведь Маринетт сама оттолкнула всех первая. — Знаешь, — улыбнулась она в стену. — Мне кажется, ты зря переживаешь. Дай ей время, уверена, у нее правда возникли какие-то личные проблемы, — объяснила она. — Подумай сам, она ведь не только Ледибаг, у нее есть и своя жизнь. — Да, в которой мне нет места, — вздохнул Кот, но встряхнулся. — А что... Что насчет тебя? Не думай, что я забыл и про тебя. — Скажем так, у меня резко подкосилась самооценка, — Маринетт рассмеялась, чувствуя, что ей стало легче дышать. — Я почему-то решила, что никому не нужна. Но благодаря тебе я, наконец, вижу, что это вовсе не так. Так что за меня не переживай. И не думай о Ледибаг. Все наладится. — Ты так уверена? — приподнял вопросительно бровь Кот. — Сейчас я уверена во всем, — Маринетт уже мысленно составляла список, как и перед кем ей извиняться. Здесь был и Лука, который искренне переживал за нее всем сердцем. Здесь была и Алья, которая с трудом держалась на расстоянии, боясь сделать еще хуже. Здесь была и Кагами, знающая о влюбленности Маринетт в Адриана — Маринетт подумала еще — и добавила Адриана к Кагами. С ним одним она бы не хотела сейчас встречаться. Здесь были и другие девочки из класса, что наверняка боялись, как бы Маринетт не замкнулась. И здесь был Кот, который меньше всего заслужил такое отношение к себе. — Кот, тут внизу Лука... Я бы не хотела, чтобы он застукал тебя тут, если понимаешь... — вспомнила она о госте в своей комнате. — А, да, конечно, — Кот тут же подпрыгнул на месте.. — Уже ухожу. Но ты все-таки подумай о друзьях. Удачи! Отсалютовав ей на прощание, он исчез в люке. А Маринетт поспешила достать блокнот и ручку: ей нужно было придумать срочно план извинений перед всеми. Она сосредоточено выписывала варианты извинений: кому испечь печений, кому собрать оригинальный браслет, кому подделать якобы автограф от Ледибаг, с кем погулять по магазинам… Впервые за последнюю неделю ее мозг кипел разными идеями, буквально извергая их. И она все не может определиться, кому что лучше подойдет и как на это тоже найти время. Обязанности Хранительницы никуда ведь не ушли, они укоризненно напоминают о себе брошенными в углу книгами. Но Маринетт старательно не смотрит на них и не думает об этом — она и без того достаточно замкнулась в себе и забросила друзей. Ей нужно извиниться перед ними. После она подумает, как сочетать теперь свои новые обязанности с образом жизни. Не отдаляясь при этом от друзей. — Ты не обязана все это делать, — раздался мужской голос над ухом, и девушка вздрогнула. — Достаточно просто попросить прощения и вернуться к нам. Но я рад… — Лука, — Маринетт развернулась на стуле и обняла парня. — Прости меня, я правда так глупо себя вела. — Тш-ш-ш, — Лука погладил ее по голове и приобнял. — Я же говорил тебе. Ты можешь мне все рассказать. А можешь и ничего не рассказывать, но я буду рядом. А теперь я буду еще больше рядом, так что если потребуюсь… Не придется долго искать. Он улыбнулся, глядя, как Маринетт спрятала лицо в ткани его толстовки. Еще минута, и она спохватится, отодвинется, извинится за столь наглый поступок… Но пока она жмется к нему, беспомощно и так очаровательно, ему кажется, что он готов ей все простить. — Ты правда не обижаешься на меня? — голос Маринетт звучал приглушенно. — Я такая глупая, я совсем запуталась, я не хотела вас отталкивать, я хотела как лучше… — Маринетт, друзья на то и нужны, чтобы помочь распутаться, — Луке захотелось наклониться и поцеловать ее, лишь бы она успокоилась. — И ты не обязана нам все рассказывать, просто позволь нам быть рядом Маринетт лишь кивнула, все еще прижимаясь к Луке. *** Кагами сидела на диване в гостиной особняка Агрестов и лениво пролистывала книгу. У Адриана должны были быть занятия музыкой по расписанию, но из-за нападения акумы он не смог вовремя добраться до дома и задерживался сейчас… Ага, прошло уже полчаса, а он все никак не мог приехать. Девушка вздохнула. Она прекрасно понимала, что Адриан просто пользовался любой возможностью слинять на свободу. И если часть ее понимала его и была не против подобного… Другая часть грустила, что сбегал он в том числе и от нее. Она прекрасно помнила слова Адриана, что он влюблен в другую. Она прекрасно помнила их якобы свидание на катке, когда он пригласил Маринетт, лишь бы не оставаться с ней наедине. Она помнила, как он рвался к друзьям. Он рвался к людям, а она стала для него удобной ширмой. И от этого ей становилось еще грустнее. Грустнее от того, что она кажется искренне влюбилась в него, тогда как он просто пытался последовать ее совету и сменить цели. — О, Кагами, ты тут? Давно ждешь? — Адриан стоял на верхней лестничной площадке, словно только что вышел из комнаты. — Прости, я забылся совсем, пока играл на пианино. Тебе нужно было сразу зайти ко мне. Он врал и не краснел перед ней. А ведь Кагами сразу по приезду пошла к нему, но не нашла никого в комнате. *** Он выглядел растрепанным и запыхавшимся, словно до этого стремительно бегал где-то. Может, другие этого не поняли бы, но Кагами слишком часто видела Адриана таким после тренировок, чтобы тот мог провести ее. И был в ее жизни еще один блондин, выглядящий практически так же… — Да, следовало бы, — кивнула она, задумчиво смотря сквозь Адриана на его портрет с отцом. Где он был? Точно не в своей комнате. Возможно, где-то в особняке? Или нашел черный выход, через который он мог выбираться отсюда? Уж она-то знала, как сильно Адриан рвался на свободу, пользуясь любой возможностью вырваться к друзьям. А возможно он и был где-то там, рядом с акумой и задержался, потому что помогал Ледибаг и другим… — Я хотела тебя попросить прикрыть меня, — Кагами уставилась на Адриана, думая, зачем ему обманывать и ее? — Мне хотелось бы попробовать пересечься с Маринетт. — Чудесная идея, — расплылся в улыбке Адриан. — Хорошо, я тебя прикрою. Уверен, Маринетт будет счастлива сейчас с кем-то пересечься. Кагами скованно улыбнулась и, слегка поклонившись, поспешила прочь, не оглядываясь. «Не догадалась,» — с облегчением выдохнул Адриан, возвращаясь к себе. — Хорошо, что она не додумалась зайти ко мне, иначе было бы все совсем плохо. — Ты про кого? — Плагг заглотил второй кусок камамбера и аккуратно распаковывал третий. — Кагами, — Адриан рухнул на кровать, выдыхая. — Она оказывается ждала меня внизу. А все из-за того, что с акумой провозились долго. — Или из-за того, что кое-кто пошел после личные проблемы решать. — Вовсе не личные! — не согласился Адриан. — Вообще-то я пошел помочь Маринетт. И если ты забыл, то именно я ей помог, а не она мне. — Ага, только говорил ты преимущественно про себя и холодную Ледибаг, когда у твоей подружки и без этого проблем выше горла. — Но ведь я и ей помог в итоге! — не согласился Адриан, но тут же оссекся. — Ну по крайней мере, она сказала, что нашла решение своих проблем. Надеюсь, это действительно так. Без нее… Он не закончил предложение, сев в кровати и уставившись в окно. Да, Маринетт сказала, что ему стоило просто ждать, пока все решится само… Но он не мог. Адриан и так постоянно оказывался не у дел. Но сейчас он хотел сделать все возможное, чтобы помочь и Ледибаг, и Маринетт. *** До пекарни TS Кагами дошла пешком, чтобы ее мать не узнала об этом. Но не успела она войти в саму пекарню, как ее окликнули с другой стороны. — Кагами, ты здесь как оказалась? — Маринетт стояла на краю тротуара, а рядом с ней находился молодой человек с окрашенными на концах волосами — Кагами нахмурилась, но вспомнила его имя — Лука. — Я… Мне хотелось бы поговорить с тобой, — Кагами виновато опустила голову. Невольно она позавидовала Маринетт. Та была влюблена в Адриана, буквально дышала им. И при этом она смогла отпустить свою любовь и сейчас была счастлива с Лукой, что буквально боготворил ее. Что-то подсказывало Цуруги, что уж Куффен Маринетт точно не врал в открытую, как это делал Адриан. И от этого становилось еще неприятнее. Когда-то она в открытую злорадствовала, что именно она победила… А теперь выяснялось, что победителем оставалась все равно Маринетт. — Что случилось? — спросила Маринетт японку, проводив Луку. — Ты сама не своя. — Я… — Адриан мне врет, — выдохнула Кагами, не смотря на Маринетт. Именно так. Сразу и напрямую, не выбирая ни слов, ни более укромного места, ничего. Кагами понимала, что Маринетт не тот человек, с кем можно обсудить столь личный вопрос, да еще и связанный с Адрианом. Это же Маринетт и это же Адриан. Она скорее всего тут же сейчас бросится защищать Агреста, придумывая ему еще более дурацкие оправдания, чем он сам. И Кагами понимала, что поверит в них — ей придется поверить в них. Но пусть даже так, пусть она получит лишь очередную промывку мозгов, Маринетт единственный человек, с кем Кагами могла быть откровенной. Да что там не просто единственный человек, единственный друг. И пусть Кагами понимала, что Маринетт наверняка будет больно обсуждать эту ситуацию, что Маринетт могла воспользоваться этим и внести разлад в их отношения, пусть! Кагами очень хотелось в кои-то веки побыть слабой и непонимающей, нуждающейся в чужой помощи. — Идем ко мне, и ты расскажешь мне все, — на удивление ровным голосом скомандовала Маринетт и направилась к себе. Кажется, Кагами получила то, чего хотела. *** Маринетт проводила Кагами к себе и попросила ее подождать, пока сама она бегала на кухню за чаем и круассанами. Лишь убедившись, что Цуруги расположилась удобно, Маринетт села напротив нее. Хотелось сразу же поднять крик, что как Кагами могла?! Обвинить во лжи самого светлого и чистого человека в Париже, да что там Париж, во Франции, в мире! Хотелось высказать все, обвинив саму ледяную королеву во всех грехах. И Маринетт поступила бы так раньше. Раньше, до того, как они вместе сражались с Икари Годзен, матерью Кагами. До того, как Кагами призналась Ледибаг, что больше всего на свете она не хотела бы причинять вред своей подруге. А сейчас Маринетт понимала, что за время ее добровольного отдаления от всех друзей случилось слишком много. Среди которых была и ложь Адриана. — Ты уверена, что он лжет? — Маринетт не могла не уточнить этого. Но получив утвердительный кивок Кагами, она сжала губы. — Только тебе или всем? Кагами задумалась. — Мне сложно сказать точно, — осторожно начала она, сжимая горячую чашку обеими руками, словно ей было холодно. Какая ирония судьбы, и ледяной королеве могло стать холодно. — Но я боюсь, что да. Нино не очень на это обращает внимания, ему видимо достаточно и лжи. И я не хочу вставать между ними, уличая Адриана во лжи, или отталкивать его. Но я не понимаю, почему он постоянно врет. Почему он не доверяет мне или Нино, Алье, тебе, в конце концов. Я знаю, что он вас любит. Он без конца мне о вас говорил и радовался, как ребенок, когда получилось познакомить нас, и он то и дело пытается подстроить все так, чтобы мы могли больше времени проводить вместе. Но при этом он то и дело говорит неправду. И поэтому я уже не знаю, каким его словам верить, а каким нет. Маринетт встала со стула и села рядом, обнимая Кагами. В первую очередь японке нужна была подруга, способная выслушать. А уже после ей нужно было дать совет. — Расскажи мне все, Кагами, не бойся. Расскажи, выпусти эту боль, пока ее не почувствовал Бражник, — Маринетт чувствовала, что с такой акумой она точно не хотела бы сражаться. — А после решим, что делать. Кагами уткнулась ей в плечо и тихим приглушенным голосом начала рассказывать: и про сорванные встречи, и про постоянные опоздания на тренировки, и про то, как он не оказывался там, где должен был, а после еще и врал ей в лицо, что она просто его не заметила. Про то, как сильно не совпадали его слова с реальностью. И про то, что ей страшно. Страшно потерять Адриана, пусть она и понимала, что возможно ей будет лучше отпустить его. Маринетт лишь гладила Кагами по спине, внимательно слушая и размышляя. Слова давно закончились, а девушки все сидели, обнявшись. Где-то в глубине души Маринетт восхищалась Кагами — той было тяжело, но японка не позволила своим эмоциям прорвать маску равнодушия. Тогда как самой Маринетт подобное хладнокровие далось с трудом. Ей хотелось вскочить, рвать и метать. Адриан Агрест не мог врать. Она в это не верила. Он не врал ей в их самую первую встречу, когда извинялся за жвачку. Он искренне радовался любой возможности провести время с друзьями. Он любил их класс, даже Хлою, и всегда искал во всем только хорошее. Он был солнцем, согревающим своей улыбкой всех. А солнце врать не могло. Но Кагами верила в свои слова. А верила ли в них Маринетт? — Я уверена, что тут есть какое-то объяснение, — наконец решительно произнесла она, не глядя на Кагами. — Я поговорю с Нино и мы постараемся узнать в чем дело. И Кагами, я уверена, что Адриан не хотел тебя обидеть. Ты ему дорога. Японка обняла ее еще раз на прощание и ушла. Маринетт же задумчиво уставилась на стену, где буквально пару недель назад висели плакаты с Адрианом. — Что ты думаешь? — спросила у нее Тикки, рискнувшая вылезти из укрытия. — Ты ей не веришь? — Ей нет смысла врать. Тем более об Адриане. Тем более мне, — покачала головой Маринетт. — Я не могу использовать камень чудес, чтобы проследить за Адрианом, верно? — Это скажется на силах Ледибаг, — кивнула Тикки. — Ясно, — Маринетт закрыла глаза, судорожно перебирая варианты. — Тогда надо связаться с Альей и узнать, насколько же сильно я выпала из жизни. *** Как же приятно было идти в коллеж рядом с лучшей подругой и слушать ее беззаботный голос. Алья рассказывала обо всем: о неудавшейся вечеринке Хлои, о последнем концерте ребят на корабле, о случайно замеченной ею фотосъемке Адриана, о недавно вышедшем фильме в кинотеатре. Маринетт лишь угукала, улыбаясь подруге и думая, как спросить, не замечала ли та чего странного за Адрианом. Но ей не хотелось, чтобы Алья снова начала считать, что Маринетт вернулась к своей безответной любви. К тому же Маринетт твердо решила, что не посмеет встревать в отношения Адриана и Кагами, да и у нее самой теперь типа как был Лука… Который сегодня тоже должен был прийти помогать ее родителям в пекарне. А значит… — Ого, какие люди! — Адриан улыбнулся им, стоя возле ступенек в коллеж. — Маринетт, безумно рад видеть, что ты снова вернулась к нам. Ты выглядела весьма подавленной и загруженной в последнее время. Он улыбался так солнечно и ярко, что Маринетт невольно разозлилась на Кагами — как можно было вообще допустить мысль, что Адриан мог врать?! Но проверить все-таки нужно было. *** Адриан щурился, словно довольный сытый кот. Маринетт действительно стала снова самой собой. А значит она была права. И возможно при следующей встрече и Ледибаг станет снова его милой, чудесной напарницей. Он ощутил физическую боль, желая сбежать и трансформироваться, найти ее и попросить прощения, увидеть, как девушка улыбается ему… Но он сомневался, что она оценила бы его побег с занятий. Поэтому он лишь улыбнулся парте и продолжил слушать учителя, мечтая о напарнице. Правда недолго, вспомнив о Кагами и чертыхнувшись. Кажется он совсем забыл о том, что сейчас он встречался с другой девушкой. И совсем запутался в своей жизни. — Адриан, можно мне с тобой поговорить? — тихим голосом окликнула его Маринетт после занятий. Но не успел он ответить, как внезапно на него накинулась с объятиями Лила. — Ох, Адриан, ты мне безумно нужен, я совсем пропаду без твоей помощи. Агрест-младший скрипнул зубами. Как же Росси не вовремя. Но и проигнорировать ее он не мог: она могла снова устроить подлянку Маринетт, а этого он хотел меньше всего, не сейчас, когда она только разобралась со своими проблемами. — СЕЗАР, ТЫ… — раздался дикий крик где-то в коридоре. Адриан еле заметно выдохнул. Орать с такой громкостью могли только акумы, а значит он мог сбежать от тяжелого выбора. — Девушки, кажется, нам всем лучше поспешить и спрятаться в безопасном месте, — он быстро сообразил, что если акума увидит, что он отсюда выбежал, то уже не пойдет в якобы пустой класс. И сбежал, оставляя Лилу и Маринетт за собой, надеясь, что у него получится отвлечь внимание акумы и после еще и трансформироваться. Ему действительно повезло: акума метнулась за ним и вынудила как следует пробежаться, пока ее внимание не отвлекли мелькнувшие на расстоянии рыжие волосы. — СЕЗАР! — завопила она тут же, вспоминая о своей первоначальной цели. Адриан же нырнул в первую попавшуюся кладовку и трансформировался, не позволяя Плаггу сказать ни слова. Не сейчас, когда он вот-вот встретит свою Ледибаг, ту самую девушку, в которую он влюбился в первую же встречу. Акуманизированная оказалась тоже любительницей поснимать сражения Ледибаг и Кота Нуара с Бражником, но Алья забраковала ее фотографии для своего Ледиблога, чем и вызвала дикое желание отомстить. И теперь по всему коллежу летали фотографии с пойманными внутрь учениками и учителями, а девушка в монохромном костюме буквально летала по коридорам, выискивая Алью, чтобы и ту заточить в фотобумаге. Нуар выяснил это все, пока пытался как-то помешать акуманизированной. Но та лишь отмахивалась от него, не желая отвлекаться от своей главной цели. Кот зло скрипнул зубами. Обычно акуманизированные наоборот задавали им жару по требованию Бражника. Но видимо не в этот раз. Ледибаг все еще не появилась, а без нее смысла сражаться лишь с одним Котом не было. И пусть он пока успешно ставил палки акуманизированной в колеса, в голове крутился лишь один вопрос: где Ледибаг?! *** Маринетт нахмурилась. Видимо день начался слишком радужно, раз сейчас она попала в такую неприятность. Мало того, что акума помешала ей вытащить Адриана на откровенный разговор, так теперь она оказалась заперта в классе с Лилой. Росси тоже подобный расклад явно не радовал, судя по ее прищуру. — Неужели решила снова попытать удачу, Дюпен-Чен? — наконец нарушила тишину Лила. — Я ведь говорила… — Я тоже говорила, — отрезала Маринетт. — Адриан мой друг, Лила. В отличие от тебя. И я буду с ним разговаривать столько, сколько захочу. Не спрашивая у тебя на то разрешения. — Ах, милая, твоя наивность меня покоряет, — покачала Лила головой. — Ты так веришь в то, что вы с Адрианом нечто большее, чем никто… Это так мило, однако. Маринетт скрипнула зубами. Бедром она чувствовала, как в клатче металась Тикки, мало ей было диких воплей акумы. — Лила, просто скажи, что тебе нужно? — процедила Маринетт, чувствуя, как по всему телу шла дрожь: ей не терпелось броситься в бой и решить хотя бы одну из проблем. Лила слабо улыбнулась и отошла к учительскому столу, облокотившись об него. Скрестила руки на груди, внимательно рассматривая Маринетт. — Неужели так не терпится сбежать? Ах да, акума ведь охотится за твоей подружкой, переживаешь, — Лила сочувствующе улыбалась, но глаза оставались холодными. — Спешишь отвлечь внимание или хотя бы попасть в беду вместе с ней, как обычно, наша великая спасительница Маринетт Дюпен-Чен, без которой ни одного конца света не пройдет. Кулаки сжались сами собой. Лила слишком раздражала своим талантом извращать правду в свою сторону. Казалось, весь мир вращался только вокруг нее. И… Только Маринетт собралась ответить, как застыла: вдруг Лила в кои-то веки не врала? Ведь Маринетт видела сама тот выпуск, где Адриан назвал Лилу своей музой и лучшей подругой. Что если Кагами была права? Что если Адриан сдался напору Лилы? Ведь иначе… Иначе зачем бы Адриану было мешать ей уличить Лилу во лжи? Маринетт стало больно физически. Не только за себя. Но и за Нино, что не сомневался в Лиле. За Хлою, что тоже пострадала от лжи Лилы. За Алью, что доверяла Лиле. За Кагами, что была высмеяна Лилой даже не лично — просто одной фотографией. — Ты врешь, — Маринетт с трудом взяла себя в руки. — Ты считаешь, что я поверю тебе. Но не надейся. Я знаю правду. И приложу все усилия, чтобы все узнали правду. Она не стала ждать ответа от Росси, а просто выбежала из класса в поисках ближайшего укрытия. Из-за медлительности итальянки, Маринетт потеряла слишком много времени. Тикки не стала тратить время на лишние разговоры, без слов влетая ей в серьги. Ледибаг давно пора разобраться с акумой. К счастью, Кот уже был там и старательно отвлекал внимание акумы. — Ледибаг, — окликнула ее из укрытия Алья. — Это Мия Ксавье, из параллельного класса. Хотела стать редактором Ледиблога, но я забраковала ее фото. — Понятно, — хмуро кивнула Ледибаг, изучая акуманизированную. Ни намека на фотоаппарат не было. И каким образом она ловила жертв и превращала их в фотобумагу? Кивком головы приказав Сезар уйти отсюда как можно дальше, она бросилась на помощь Коту. — Как успехи? — спросила она, раскручивая йо-йо на манер щита и прикрывая им себя и напарника. — Что-нибудь выяснил? — Только то, что она очень немногословна, весьма целенаправленна и предпочитает фотографии людям, — выдохнул Кот с облегчением. — Фотоаппарат проявляется у нее на груди. Но где акума, я так и не понял. — Ясно, — кивнула Ледибаг. — Узнаем. Сказать было явно проще, чем сделать. Пару раз акуманизированная пыталась их сфотографировать, но каждый раз что-то дергало ее в сторону. Ледибаг переглянулась с Котом — Бражнику явно не было выгодно, чтобы Камни Чудес стали лишь изображением на бумаге. А значит это можно было попробовать использовать в своих целях. Ледибаг кивнула Коту на грудь акумы, тем самым предлагая попробовать разрушить фотоаппарат. Тот понимающе ушел в сторону, а Ледибаг призвала СуперШанс. В руки ей упал плакат в полный рост с Альей Сезар, что лишь вывело акуманизированную еще сильнее. Фотоаппарат снова появился на груди, и тут же между ними выскочил Кот с активированным Катаклизмом. Слаженными действиями они весьма быстро покончили с акумой. Призвав исцеление, Ледибаг облегченно выдохнула. — Сложный день? — тут же рядом возник Нуар, понимающе улыбаясь. — Да, — кивнула она, проверяя его кольцо — у них еще оставалось немного времени. — Кот, я хотела попросить прощения у тебя за свое поведение. Просто… Просто все это так навалилось. — Не страшно, Моя Леди, — Кот поднял руку, сжатую в кулак. — В конце концов, мы же напарники, не так ли? Ледибаг улыбнулась и стукнулась своим кулачком об его. — Спасибо, — помявшись буквально секунду, она решилась. — Кот, мне потребуется твоя помощь. Сможешь покормить Плагга и встретиться со мной минут через десять тут же? Нуар засиял. — Моя Леди, ради помощи тебе — я готов и снять маску, — мурлыкнул он, но тут же осекся. — Ну то есть… Ты поняла. — Через десять минут, — повторила Ледибаг и сбежала первой, чтобы покормить Тикки. Лишь спрятавшись от всех в кладовке, Маринетт позволила себе со стоном уткнуться в ладони. — Тикки, скажи, что это плохая идея, что Коту лучше не знать ничего об этом, — пробормотала она. — А мне кажется, наоборот, — Тикки отвлеклась от печения. — Маринетт, тебе не распутать этот клубок лжи одной. А так ты и перед Котом загладишь свою вину, и разрешишь свои и Кагами сомнения. Маринетт кивнула, и, пока квами доедала печенье, девушка старалась дышать глубоко и размеренно, лишь бы не запаниковать. Адриан нервничал. Еще бы. Еще вчера Ледибаг была холодной и неприступной, а сегодня она улыбалась ему и даже попросила помощи. А он дурак. Нет, конечно, он был рад помочь ей. Но при этом он сорвался и снова поднял тему масок — тогда как сам ей говорил, что у него появилась девушка. И что теперь бы Ледибаг подумала?! Вот же дурак. — Ну так скажи, что не подумал, вырвалось инстинктивно, — буркнул Плагг, оторвавшись от камамбера. — Не казнит же она тебя тут же. — А если казнит? — Адриан покачал головой. — Она только-только открылась. Не хочу, чтобы она снова отгородилась от меня стеной. — Пф, ну хочешь играть дурака, играй дальше, — Плагг проглотил остатки сыра и подлетел к парню. — Ладно, давай уже, мне самому интересно, о чем именно она тебя попросит. Уточнить, что под этим подразумевал Плагг, Адриан не успел. Ледибаг уже ждала его там. Но только он хотел извиниться и объяснить свою последнюю фразу, как она перебила его. — Кот, мне нужна твоя помощь. Одна моя подруга подозревает нашего общего друга во лжи. Но я хорошо знаю его и не верю, что он мог бы так спокойно обманывать всех своих друзей. Поэтому я хочу, чтобы ты помог мне выяснить, врет ли нам Адриан Агрест или нет. Челюсть у Нуара так и отвисла. Его разум буквально заклинило, так как он не понимал, что именно лучше обработать. Он и Его Леди без масок друзья? Она хорошо его знает без маски, но не узнает в образе Кота? Она считает, что Адриан Агрест обманывает своих друзей? Он знает ее, знает без маски, но сам так и не смог понять, кто она?! Он точно самый настоящий дурак. — Откуда? — с трудом прохрипел он, пытаясь взять себя в руки. — Откуда такие мысли? Я… С чего… Он покачал головой, но мысли упрямо разбегались в разные стороны. — Кот, ты чего? — она приблизилась к нему обеспокоенно. — Все хорошо? — Видишь ли, Ледибаг, — кое-как ухмыльнулся он, сжимая и разжимая кулаки, — я очень хорошо знаком с Адрианом. И слышать от тебя, что он врет своим друзьям… Я… растерян? — Вы знакомы?!.. — удивленно переспросила Ледибаг и нервно рассмеялась. — Забавно. Но… В общем… Она тоже замолчала. — Адриан твой большой фанат на самом деле, — Кот уставился на крышу. — Иногда мне кажется, что он знает тебя лучше, чем я. И если вы друзья с ним без маски — то я поражен тем, что он все еще тебя не узнал. Маринетт захотелось громко рассмеяться — Адриан в жизни бы не узнал в ней Ледибаг. Впрочем и она сама многое о нем не знала. Почему-то ей очень захотелось сбежать домой и поговорить с Лукой. С надежным, верным, знающим и понимающим Лукой. — Насколько вы близкие друзья с Адрианом? — вырвал ее из размышлений голос Кота. — Зачем тебе это? — насторожилась Ледибаг. — Просто любопытно, — пожал он плечами. — Я хочу понять, почему тебе сказали, что он врет. Может этот человек просто из тех, кого он старается избегать? Пока Ледибаг прикусила губу, размышляя над ответом, сам Нуар судорожно соображал — может Ледибаг пожаловалась Хлоя или Лила? Но Леди не очень любила этих двоих и точно бы не поверила им. А кто еще мог так подумать? — Близкие, — внезапно заговорила Ледибаг. — Знаешь, Кот… Я буду откровенной. Я раньше была влюблена в Адриана. По уши. Но он видел и видит во мне только друга. И как бы мне не было больно, я понимала, что я ему не пара. У него есть сейчас девушка. Не могу сказать за самого него… Но она его любит. Очень любит. И ей хочется быть с ним. Кот застыл. Адриан и Кагами никому не говорили, что встречаются. Да, они вместе появлялись на разных мероприятиях, но везде опровергали свои отношения, не желая, чтобы в них кто-то вмешивался. По факту только один человек знал правду о них. Только один. Он уставился на Ледибаг, мысленно снимая с нее маску и изумленно разглядывая, пытаясь понять, почему, почему за все это время он так и не додумался до этого? Почему не узнал по голосу, почему не сравнил их глаза, да даже прически были одинаковые. И как он так легко повелся на ту иллюзию, не подумав, что и сам так же обманывал ее, защищая свой секрет. — Господи, подумать только, это ты… И это я… — вырвалось у него. — И мы все это время… И сейчас мы… Ледибаг уставилась на него испуганным взглядом. — Нуар, ты в порядке? — спросила она, но он покачал головой, с трудом сдерживая истерический смех. — Нет, — он кое-как сел и вытянул ноги. — Маринетт, клянусь, я не врал ей. Никому из вас не врал. Просто… Ты же сама понимаешь, тайна личности, как-никак. И ведь что смешно... Раньше я бы все отдал за возможность обратиться к тебе по имени и снять эти треклятые маски. А теперь… Теперь я не знаю, что я чувствую, что я думаю, что вообще происходит. Я совсем запутался, Ма… Ледибаг… Он не позволил себе произнести ее имя еще раз. Раньше он жил одной Ледибаг. Но за Ледибаг в его жизни появились и другие люди, другие девушки. И сам он менялся, менялось его отношение к людям. И разумеется менялись и его цели… — Ты… — Маринетт сделала глубокий вдох. — Вот как… Ну что ж. Теперь твоя мечта исполнилась. Теперь мы все знаем. Я замкнулась из-за новых обязанностей, Кот. Мне нужно было привыкнуть ко всем квами, к мысли, что я теперь несу за них ответственность. В моей жизни очень многое изменилось, и мне стало просто не до чувств и привязанностей. Я боялась. И боюсь. Даже сейчас, хотя логичнее было бы выдохнуть с облегчением и просто поговорить друг с другом откровенно наконец-то. Но я все еще боюсь. Прости, А… Нуар. Она резко поднялась и бросилась прочь с крыши коллежа, словно не слыша его крика «стой!». Алой молнией она пронеслась по крышам города, кое-как приземлилась на свой балкон и спешно закрылась в своей комнате, детрансформируясь. Тикки, не сказав ни слова, поспешила спрятаться в специально сделанном для нее домике. А Маринетт просто села посреди комнаты, уже не сдерживая слез. Почему это должен был быть он именно сейчас?! Почему именно сейчас, когда сомнения и страхи давят на нее?! И что ей теперь делать…. А выбор был великим. Не прошло и минуты, как она закрылась у себя, а у нее уже появились посетители. Один настойчиво стучал в дверь, другой — в люк на балконе, а третий разрывал телефон. Маринетт сжалась в комок. Она… Маринетт резко замотала головой, словно таким образом запрещая всем нарушать свой покой. В дверь снова постучали, и Маринетт сжалась сильнее. Пусть родителям нужна ее помощь, сейчас девушка не могла заставить себя открыть им дверь и спуститься на помощь. Она не хотела никого видеть. Не сейчас. Не после увиденного. Сверху застучали громче, и Маринетт сжалась. Все это время Кот был Адрианом. Это Адриана она целовала под влиянием акумы, это Адриан прикрывал ей спину, это Кот встречался с Кагами, это Кот врал им всем, это Кот защищал ее от лжи Лилы, это Адриан… Это Адриан, это Кот, это Агрест, это был он. Маринетт почувствовала дикое желание вырвать его из мыслей и поэтому резко вскочила и бросилась к двери, распахнула ее, тут же уткнувшись лицом в белую футболку с Джаггед Стоуном. — Маринетт, я слышал ты плакала, — Лука резко замолчал, глядя на красное распухшее лицо девушки, и, вздохнув, раскинул руки в стороны. — Иди сюда. Уговаривать ее не пришлось, Маринетт тут же обняла Луку и прижалась к нему. Уж Лука-то ей точно не врал, не плел из ее чувств непонятную паутину, не путал ее, не издевался над ней. Просто был рядом, всегда готовый поддержать и помочь. — Тш-ш-ш, — тихо шептал он ей на ухо и мягко гладил по спине, стараясь успокоить ее. Да, Лука это не Адриан-черт-побери-Нуар. Лука это спокойствие, уверенность в своих силах, это безопасность. Очень нужная сейчас безопасность.